[ Регистрация · Главная страница · Вход ]
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 30 из 40«1228293031323940»
Модератор форума: Призрак 
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Мир людей » С Третьей Космической
С Третьей Космической
Призрак Дата: Вторник, 29-Дек-2015, 23:19:31 | Сообщение # 436    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
374е Советские сутки, Фельгейзе, полицейский участок №13.

В коробку с надписью «Альтаир Шакс» упало еще три истории. И три имени. Вернее, настоящее имя лишь одно – Мих, и два других лишь обозначения для безымянных персонажей, которые приняла для себя Ихира: «Киборг-раб» и «Искра-пленница». Никаких личных оценок к личностям, к рассказам, просто факты в коллекцию.
После рассказа-исповеди Альтаиру стало легче. Нет, он не пришел в здравое и бодрое расположение духа, но по крайней мере ушел от грани истерики: сбросив с себя тяжелый камень прошлого, нейри обмяк и сидел в безвольной позе какое-то время, спрятав лицо за волосами, ожидая, пока соберутся покинувшие его силы. Ихира не говорила ничего до того момента, как Альт не начал отходить и от этого остояния, не начал шевелением выказывать, что он уже как-то готов взаимодействовать с окружающим миром.
— Скажи, тебе снятся они? — это был первый вопрос Ихиры после долгого молчания. Это был вопрос, подводящий к завершению исповедь Альта, но дающий начало другим вопросам, очень важным.
Альт поднял голову, посмотрел на психиатра своими черно-золотыми глазами.
— Скажу больше, мне снятся ТОЛЬКО они. Если я вижу сны, я вижу их там. И чаще всего в весьма неприятных воплощениях. Я постоянно вижу их смерть. Разные её варианты. И, временами, сам тоже умираю. Но последнее уже настолько привычно и скучно, что перестало мешать мне спать. Хотя... иногда мне снится что-то другое. Очень редко, и я никогда не могу запомнить. Но что-то очень цветное. Оно мне нравится больше мертвецов.
Еще несколько мысленных заметок. Еще кое-какая информация, которую необходимо будет освоить.
— Быть может, они приходят к тебе.. ночью? Не во сне, по-настоящему?
В усталом голосе Альта промелькнула ирония.
— О, хах. Да, они это делают. Или... я это делаю? Я их вижу. Даже чувствую. Очень... детально. И в этом обычно нет ничего хорошего. По-настоящему? О-о-о! Я ещё не настолько сбрендил! Или... стоп, вы говорите о моих воспоминаниях, или о том, что я вижу ночами? А, сэу. Ну, второе — оно точно не реальное. Правда, не уверен, мои ли это фантазии. Я сам над собой издеваюсь? Это... было бы странно. Оно не реально, но... во время приступов я почему-то почти никогда не могу вспомнить об этом. Да и как тут поверить в нереальность, когда видишь своими глазами и чувствуешь собственной кожей? Я и в адекватном-то состоянии иногда сомневаюсь насчёт уровня их реальности... Наверное, если бы не несколько ребят, что убедили меня в том, что это только галлюцинации — я бы думал, что это души мучают меня, или что-то ещё такое... Хотя... Михель — нейри, у него нет души, это противоречит такой теории... А некоторые и умереть не успели... Тогда что? Э, тьфу, не важно, опять не о том.
Видимо, Михель – это Мих, мертвый братик. Это ясно. Остальное тоже: путаные речи Альтаира не особенно сбивали Ихиру. Она слышала завороты и покруче.
Переходим к следующему.
— Было ли такое, что ты чувствовал в себе перемены настолько резкие, что будто бы становился новой личностью?
— Когда я покинул колонию, я как-то невольно изменился. Очень сильно и быстро, но, скорее, тут виноваты были обстоятельства. Всё изменилось — и я тоже. Больше не было ничего похожего, родного, знакомого. И прятаться было больше негде. Я стал как-то... социальнее, общительнее, и мне даже это понравилось, хотя раньше, как уже упоминалось, я предпочитал одиночество и тишину, мне не нравилось проводить время в компаниях. А тут вдруг резко влился в это дело, да ещё и так, будто всю жизнь был весельчаком и заводилой. Но когда Брихти умерла, чувство замкнутости вернулось. Я всё ещё любил поговорить, но чем-то личным делиться разучился. Моя болтовня лишилась глубоких чувств, стала просто информативной. Начал недолюбливать одиночество. А потом и вовсе бояться. Разум перестал повиноваться мне в моменты одиночества и начал делать странные вещи.
Какие вещи творил разум Альта, уточнять не требовалось. Сказано было уже много.
— А твои увлечения, они менялись ли на протяжении жизни? Когда ты покинул колонию, ты уже вряд ли рисовал пальцами по инею. Что пришло взамен? — вопрос, на самом деле, не просто важный. Очень важный.
— З'Хорна и ещё один нейриец научили меня интерлингве. И я читал. Любил читать. Сейчас тоже люблю. Я медленно читаю, - так и не смог в совершенстве овладеть письменностью галасообщества, - но это занятие нравится мне. Ещё я узнал о такой штуке, как Музыка. На колонии не было музыки. Мы могли только петь, хотя нейри и это делают редко. Но на колонии были свои аналоги музыки. На одном из пустых этажей было огромное помещение с высоким потолком. Я пробирался туда, ложился на полу в центре и закрывал глаза. И слушал. Я слышал всё — чужую речь, шум вентиляции и треск двигателей. Слышал, как по проводам бежит ток, как на самом верху через пять этажей от меня, кто-то закручивает выскочившую гайку. Я слышал всё. И был горд этим. Я слышал то, чего не довелось познать никому больше. Слышал, как бьётся сердце колонии, как она дышит, как жизнь бежит по её жилам. Это был мой Мир. Только мой. Моя музыка. ...Ну вот, опять. Простите, мой мозг и язык сговорились против меня. Так о чём мы? А, да. Ещё я любил шить. Мог часами выкраивать и стегать что-нибудь. Я сшил себе шедевральный плащ! Жаль только, он был утерян во время последнего происшествия...
Рисование. Чтение. Музыка. Шитье.
— Есть еще что-нибудь?
Альт хмыкнул, неопределенно пожал плечами, отвел глаза.
Стало быть, ничего больше не было.
Мало. Очень мало.
И последний вопрос.
— Часто ли ты говоришь с другими так, как говорил сегодня со мной?
— Последний раз я делал так десять советских лет назад. Но и Бри не услышала тогда всего, что я рассказал сегодня о давних временах. Не узнала она и про брата. Никто не знал. Кроме неё я никому больше так сильно не доверял свою душу. Иногда я говорил кому-то о своих чувствах, о том, что меня мучает, но говорил так, как идут мысли, не стараясь делать это понятным, а мои мысли — они ведь идут не так, как хочу я, идут перепутано. И никто ничего не понимал. Я специально так делал: мне становилось легче, но мои секреты оставались только моими. Но теперь нет секретов. Теперь не нужно. Дарю вам ключи от моих тайных комнат.
— … я их себе оставлю, — после некоторой паузы ответила Ихира.

Работа с Альтаиром заняла много времени, больше, чем планировала Стау. Одно хорошо: после беловолосого нейрийца у нее на сегодня больше не было дел. Зато другое плохо: рабочий день подошел к концу, а случай Альтаира еще далек от разрешения. Нет, конечно, никто не требует, не может требовать от психиатра такого скорого разбора случая. Но Ихира не любила растягивать дела. Она любила работать блоками: пункт завершил по одному клиенту, и после него уже можно переходить к следующему либо новому клиенту, либо следующему пункту того же самого клиента. Первый «пункт» Альта все еще был открыт, и в этом был виноват недостаток знаний Ихиры о расе нейри. Очевидно, сегодняшний вечер придется посвятить заполнению этих пробелов.
Ихира смахнула со стола воображаемую пыль, вылила остывший, нетронутый чай, вымыла чайный набор, расставила все его предметы по местам. Присела у дивана, где сегодня сидел Альт, заполнила на него документацию на терминале. Никаких подробностей сеанса, никаких пересказов рассказов пациента, этого всего в отчет вносить не надо. Только имя, только обнаруженные симптомы, только профессиональный комментарий. Строго и лаконично. Заполнение файла на Альта заняло минут пятнадцать, после чего было отправлено Ихирой в местную базу данных. Следующее сообщение было отправлено спустя несколько минут с ее терминала начальнику тюремного отдела, с просьбой обеспечить ей круглосуточную видеотрансляцию из камеры Альтаира. За Шаксом стоило немного пронаблюдать.
Личных клиентов у Стау, из «персонального уголка», как называл частную практику Ихиры ее супруг, сегодня не было. Это значило, что после опечатывания рабочего кабинета можно сразу отправляться домой и заняться тем, чем надо: пополнять свои знания о психолого-психиатрических аспектах расы нейри.

Дом, милый дом встретил Ихиру темным коридором и сладковатым цветочным запахом: это цвели хирии, высокие кустарники с мясистыми круглыми листьями темно-зеленого, почти черного цвета. Длинные прямоугольные кадки с этими чудными растениями, родиной которых были болотистые участки Левры, стояли вдоль всего коридора. Свет не был зажжен, ну и пусть: тусклого мерцания зеленых цветов-метелок вполне хватало для того, чтобы ориентироваться в пространстве. Хирий, этих капризных красоток, Ихира любила с детства, со своего первого и на данный момент последнего посещения родной ее расе планеты. Основная сложность выращивания их в квартирных условиях состояла в постоянной поддержании высокой влажности. Не так сложно удерживать влажность, сколько не давать при этом развиться плесени, но решении проблемы было: регулярная обработка стен антигрибковой лампой. Обычно эту «домашнюю работу» выполнял Цвет, сын Ихиры, что до сих пор проживал в одном доме со своими родителями.
Кстати, где он? Почему не выходит встречать?
— Цвет? — позвала Ихира. Никто не отозвался.
«Наверное, опять сидит в своей комнате в шлеме и ничего не слышит», — подумала тельсорка. — «Загляну-ка, загляну к нему».
И действительно все так и оказалось. Цвет сидел, вольготно раскинувшись в своем кресле, с глухим шлемом виртуальной реальности на голове. Правая рука сына скользила по клавиатуре, пристроенной на его коленях. Опять играется, очевидно. И не жаль ему так бездарно тратить все свое свободное время…? Ихиру очень печалило это увлечение сына, стоящее на грани болезненности, но ничего поделать с этим она не могла. В своей семье психолог — не психолог. Ничто не портит отношения между людьми так, как демонстрация того, что ты читаешь собеседника насквозь; как попытка проведения таких сеансов, как положено проводить по работе. Действовать тонко можно, да — но этого очень часто не хватает.
— Добрый вечер, — Ихира постучала когтями по шлему Цвета. Цвет испуганно дернул шеей, поставил игру на паузу, стянул с голову шлем. На Ихиру уставились недовольные светло-серые глаза. Папины глаза. Цвет внешностью вообще весь пошел в Отара.
— Мам, сколько я просил тебя так, вот так вот не делать? — упреком-скороговоркой спросил Цвет. Впрочем, «скороговоркой» манеру общения семьи Стау мог назвать только не-тельсор. На уровне своих сородичей Стау были весьма выдержаны и спокойны.
— Пиф-паф! Убит, — Ихира «улыбнулась», приоткрыв клюв, чуть разведя крылья.
— Убит, — согласился Цвет. — Привет, мам. Хорошо дела?
— Вполне.
— Классно. Ну тогда я занят, — и Цвет снова ушел в мир стрелялок.
— Не в юристы тебе идти надо было, а в рядовые полицейские, — пробормотала Ихира, — ходил бы патрулем, настрелялся бы на своем веку…
Но Цвет ее уже не слышал. И Ихира говорила подобное уже не в первый раз.

Полноценного, готового ужина кухня не предлагала, впрочем, так было почти всегда. На готовку ни у Ихиры, ни у Отара не было времени, а Цвет этим регулярно заниматься не желал. Зато когда на ребенка находило-таки кулинарное вдохновение (примерно раз на две недели), то всегда клюв глотать от вкусности хотелось. На иные дни Стау имели синтезатор пищи, но чаще все-таки предпочитали ему употребление сырой, не прошедшей кулинарной обработки пищи, чаще всего какого-нибудь мяса. Организм тельсор легко позволял такую диету.
Вот и сегодня ужин Ихиры составила нарезка из кузны. Просто, вкусно, питательно и добыть в любом магазине можно. Кузны, они такие, прямо как разводящие их саахшветы: вездесущие что на фермах, что в супермаркетах.
Почистив клюв после трапезы, убрав за собой посуду, Ихира удалилась в свою комнату. Отдохнула — теперь можно работать.
Первым делом Ихира написала в одиннадцатый полицейский участок, знакомому специалисту, врачу по 4й группе гуманоидов. К слову о вездесущности саахшветов: знакомый врач принадлежал именно этой расе.
«Ралли, мне попался пациент-нейри с шизофренией. Скажи, можно ли нейри эффективно лечить медикаментозно, «обманывая» их бешеный метаболизм? Вероятно, моему потребуется пожизненный курс нейролептиков.» — отправить на рабочий номер, как рабочий вопрос, а не просто вопрос из любопытства. Ралли не должна тратить свое личное время на рабочие моменты. А Ихира может и подождать этого ответа до завтра.
Вторым делом Ихира погрузилась в экстранет, чтобы найти статьи, способные устранить ее безграмотность в некоторых особенностях психики нейри. Несмотря на то, что раса Альтаира очень редко появляется на галактических просторах, сведения о ней экстранет представлял довольно обширные. Ничто не способно остановить пытливый ум исследователя!
Нужные статьи не так просто найти, поскольку нужные крупицы информации плавают в огромном количестве постороннего мусора. На то, чтобы отфильтровать ненужное и оставить нужное, у Ихиры ушло несколько часов. И еще несколько часов — чтобы прочитать это все. Зато большинство того, что Ихира хотела узнать, она узнала.
1. Роль семьи в обществе нейри не сильно отличается от роли семьи в человеческом обществе. Яркое отличие лишь одно: как правило, ребенка у нейри воспитывает только один родитель. Потомство нейри заводят в основном по расчету, и ребенок отходит тому родителю, который его хотел. С отсутствующей ролью второго родителя проблем потом не встает: нейри обычно заводят более чем одного ребенка, у ребенка есть дядюшки и тетушки, которые помогают родителю с воспитанием. Но даже если их и нет – в тесной космическо-колониальной жизни нейри не встает проблем с наличием иных примеров подражания для детей.
Значит, то, что Альт не говорил об отце – нормально. То, что мать его ненавидит (или он думает, что ненавидит) – это не нормально.
2. Общество нейри предоставляет достаточное количество выбора для хобби. Мало увлечений – особенности психики пациента. Очень мало – уже симптом.
3. Сны у нейри – нормальные сны. Такие же, как и у людей, за исключением лишь одной маленькой детали: наличия физических ощущений. Повторяющиеся кошмары, буйно-яркие фантазии, «сны наяву» - это тоже, как и людям, им в нормальном состоянии не характерно.
4. Нейри действительно иногда «умирают». Это не фантазии, не бред Альта. Как «иногда»? Раз пять в году. Халаштия – от каладийских «нерв» и «перезагрузка». По сути, это и есть перезагрузка их всегда на пределе работающей нервной системы. Очищение, успокоение…
5. Расстройства шизофренической группы у нейри описаны… а еще, в целом, быт и социальный уклад нейри очень похожи на человеческий… и еще…


— Иха? — грудной, «курлычащий» мужнин голос. Его клюв, который щиплет, выкручивая, кожу на голове. Ихира приоткрыла глаза, раскурлыкалась от удовольствия. Отар ласково накрыл ее своими теплыми крыльями, распушив на них перья.
— Я уснула, да..? Сколько время? — пробуждение было сладким, голос Ихиры — сонным.
— Шесть утра. Я только вернулся с дежурства. Иха, спать в кресле – вредно для спины. Ты помнишь, что тебе говорил по этому поводу доктор?
— Что нель-зяяя, — Ихира наполовину расправила крылья, встряхнула их, потянулась. — шесть, говоришь? Значит, вставать пора, вставать. И когда только я легла…?
— Видимо, не так уж и давно, моя вейолка, — Отар быстро выдохнул воздух. «Вздохнул». — Что тебя так увлекло? Спорим, Китай?
— Не угадал, — Ихира подтянулась к мужу поближе, греясь об его крылья. — По работе.
— Расскажешь?
Ихира помолчала. И рассказала, но совсем не то, о чем читала ночью.
— У меня необычный пациент. Он натворил много серьезных бед, он переступал закон больше раз, чем перьев у тебя на крыльях. Я прочитала об этом из его досье… а кое-о-чем он мне рассказывал сам. О том, что у него был раб. Что он держал заложницу, заложницу, и хотел за нее выкуп. Он говорил об этом, будто о самом себе разумеющемся, понимаешь? Это его образ жизни. Сколько раз он убивал, пока не может сосчитать полиция, но это десятки, если не сотни жертв. Он как дикий зверь. Но у него шизофрения. У него псевдогаллюцинации, навязчивые идеи и искаженное мировосприятие. У него шизофрения, и когда я это докажу на комиссии, его не отправят в тюрьму. Не изолируют там. Если его возможно стабилизировать, то, стабилизировав, его выпустят на волю. Естественно, под наблюдением, очень строгим наблюдением, «на маячке», но тем не менее выпустят. Этот парень интересен, Отар. Он боится того, чего стоит бояться хорошему индивиду. Он винит себя за то, в чем не виноват – и в то же время не видит того, где его вина действительно через край хлещет. Все индивиды многогранны, как кристалл, а грани этого парня блестят всей радугой. В том, что он стал убийцей, работорговцем, виновата ли шизофрения? Это невозможно установить. Если да – то я буду рада, буду счастлива его освобождению. На нейролептиках шизофреник действительно возвращается в нормальную жизнь. Но что, если нет? Если шизофрения – лишь наслоившееся событие? Если он уже глотнул крови и не сможет жить без нее? Я уже столько раз давала свое заключение. Пролечившись, индивиды выходили на волю. Много кто кончал с собой. У меня большое личное кладбище, Отар. Мое – хотя их после высвобождения не вела. Много кто действительно прекращал вести себя асоциально и становился нормальным членом общества. А кто-то снова уходил в преступления. Почему я сейчас так много думаю, думаю об этом? Для этого парня насилие – как воздух, он им дышал столько лет. Но у него есть мораль. Ты понимаешь? Я не понимаю. На этот раз все не так просто. Я чувствую такую ответственность, будто бы покоряю Тхеду. Мне его жаль, но… но если мне покажется, хотя бы просто покажется, что парень пошел на преступления не из-за болезни, а по собственной жажде, что ему это нравится, то я сделаю все, чтобы он остался в психиатрической клинике навсегда. В этот раз я не могу, не имею права отнестись к делу чисто формально.
Отар ничего не ответил. Просто крепче обнял супругу. И это было именно то, чего ей было надо.

376е Советские сутки, Фельгейзе

Фики было больно и страшно. Больно от вонзающихся в нежную плоть подбородка когтей, а страшно… Просто было страшно. Напоследок когти всё же нарушили целостность нежной шкурки на шейке уни, оставшись кровавыми капельками на пальцах следователя. С некоторой брезгливостью, но больше злостью, им же был отдан приказ о том, чтобы девушку увели в камеру, которая станет родным домом на ближайшие несколько суток. Фики попала в среду обитания себе подобных – девушек-наркоманок, бомжих и прочих представителей городского дна. Будучи из робкого десятка, девушка забилась в ближайший угол, к её счастью оказавшийся свободным, и выползала лишь по требованию надзирателя, который приносил то еду, то просто устраивал осмотр задержанных и камеры. Через два дня на пороге камеры объявился незнакомый до этого момента тип и вызвал Фики в комнату допросов. К слову, девушку уже отпустило от действия наркотиков, о чём можно было понять по нервно хрустящим пальцам и заламывающимся рукам.
Очередной следователь был гораздо спокойнее своего предшественника, но это, вероятно, лишь в силу своего характера, о чём девушка, впрочем, не знала, поэтому некая отстранённость даже расположила её к капитану.
– У Вас есть когти? – Первой задала вопрос девушка и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Вы ведь не будете делать больно? Фики делали больно. В этой комнате.
Патаротис подняла голову, демонстрируя изодранную шейку.
– Было больно и страшно. Очень страшно. Он так кричал. Он ужасный. Я хочу домой. Отпустите меня. Но я ничего не знаю, правда. Он не поверил, а я не вру. Фики никогда не врёт, Фики говорит только правду. Пожалуйста. Отпустите домой меня. Мне очень надо.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Призрак Дата: Среда, 30-Дек-2015, 20:18:26 | Сообщение # 437    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
375е советские сутки, Фельгейзе

Сбор новой команды стажеров не был отмечен чем-либо запоминающимся – на собрании было освящено множество организационных вопросов, в которых Бидд была сведуща намного больше ввиду своей уже пусть неофициально, но прошедшей стажировки. После окончания устной части, где были произнесены возвышенные речи о том, что «полиция – это правильно», «полиция – это хорошо», был отдан приказ «разойтись» с последующим очередным сбором в тире участка, откуда группа благополучно направится в морг, который группа будет часто посещать ещё около месяца-двух. Уилан никогда не любила кровь, кишки и прочую атрибутику мёртвого (однако не всегда) человека, но, побыв участницей «приключений капитана Гранта-Лестера и его команды», девушка стала более-менее равномерно относится к подобным явлениям, хоть её всё же до сих пор воротило от одного воспоминания о мозгах голодного бродяги в своих волосах.
В тире Уилан подошла к оружию одной из последних – от воспоминания некоторых эпизодов на базе становилось пусть не жутко, но явно не по себе. Выбор был предоставлен не сказать, что большой, но достаточный, чтобы было из чего выбрать. Девушка прошлась вдоль ряда с оружием, проводя кочками пальцев по холодной поверхности таких разных по размерам автоматов, винтовок, пистолетов, но таких одинаковых в своём назначении – убивать. Капитан Жбанёк уже явно напрягся от такого «кропотливого» выбора оружия со стороны девушки, что не удержался от язвительного замечания в сторону стажёра Уилан.
– Будь ты мужиком, Уилан, я бы сказал, что пушка – не баба – ласкать не надо, – капитан заржал, а следом и некоторые из стажёров, которые заткнулись под гневным взглядом Уилан.
– Будь я не стажёр, а вы – не капитан, товарищ Жбанёк, я бы ответила, что вам оружие ласкать только и остаётся, – Уилан была остра на язык и не боялась столь резких ответов в сторону начальства. Даже не ввиду своего положения «героя», просто характер такой. И, не дав опомниться, продолжила: – Я буду стрелять из этого.
Девушкой был выбран пистолет, аналогом которого она чуть не пристрелила Альтаира Шакса – опасного преступника по местным сводкам и кого-то очень близкого по личным меркам. Капитан смерил девушку взглядом, в котором явно читалось ожидание того, что девушка облажается. Однако, всё прошло вполне себе успешно, а в чём-то даже девушка преуспела, например, в поражении всех целей. Медленно, но качественно. Капитана раздражала некая независимость стажёра Уилан и то, что она, в принципе, делает всё правильно.
– Можно было и быстрее, – небрежно бросил через плечо капитан, продвигаясь мимо девушки к выходу. – Надеюсь, в морге Вы почувствуете себя как дома.
На очередную реплику Жбанька девушка отреагировала весьма сдержанно, а точнее – никак, пропустив мимо ушей всё то, что адресовалось ей. Напротив, девушка вполне непринуждённо и отчасти демонстративно вела самую обычную светскую беседу с девушкой-стажёром, которая, к слову, тоже с детства мечтала стать полицейским. Единственным отличием было то, что родители поддержали её идею. Пройдя узенькими и не очень, но вечно петляющими коридорами, группа, состоящая из 13 стажёров и одного капитана, благополучно добралась до очередного места дислокации под названием морг, где поступила уже в распоряжение местного начальства. Уилан потребовалась огромная сила воли и выдержка, чтобы сохранять спокойствие не только в моменты созерцания мирно лежащих трупов, но и в те моменты, когда с ними приходилось непосредственно контактировать, чтобы «подержи-ка Уилан край плоти этого бедолаги – пока я буду вырезать ему почку». Подобное посвящение прошли исключительно все, но не все успешно – кому-то всё же потребовался воздух и унитаз. Бидди они тоже, к слову потребовались, но немногим позже, когда был отдан приказ разойтись на обед и предоставленный час для отдыха, где Уилан и воспользовалась возможностью уединиться.
– Только из морга, да? – С нескрываемой жалостью поинтересовалась женщина, стоящая возле умывальника рядом с Уилан. – Никогда не понимала, зачем так мучить нещадно детей, травмировать их нежную психику.
– Эти «дети» знали, куда идут, товарищ лейтенант, – ответила Бидди, интонацией показывая, что на данную тему продолжать разговор не стоит.
– Би-ид, ты кушать будешь? Мы идём в столовую, ты с нами? – Это Найра заглянула в туалет.
– Да. Я скоро подойду, займи мне место, – Уилан кивнула, попутно набирая в ладони воду и окуная в них лицо, позволяя воде стекать по шее.
– Лейтенант Штрайхольц, экологический отдел, – женщина протянула руку для знакомственного рукопожатия. – А Вы, оказывается, та девушка, которую спасли на пиратской базе капитан Лестер и его стажёры?
Ответ был очевиден, а обед уже давно ждал Уилан, поэтому девушка кивнула, уважительно улыбнувшись, и вышла из туалета, оставив лейтенанта Штрайхольц наедине с собой.
Кормили, к слову, в участке отменно – на выбор предлагались любые блюда как синтезированные, так и своего приготовления на земной лад. Есть особо не хотелось, поэтому девушка предпочла утолить голод небольшой порцией овощного салата и стаканом сока.
Среди массы людей, присутствующих здесь, Бидди выцепила знакомые лица, а именно: капитана Джима Лестера, капитана Жбанька и капитана Славского. Жаль, но остальных она не видела здесь. Коротко улыбнувшись Лестеру, Бидд не спеша доела свой обед и направилась к выходу, отнеся посуду на мойку, чего, в принципе, никто из присутствующих не делал ввиду наличия уборщиц.
– Стажёр Уилан, – снова Жбанёк обозначился неподалёку. – Переходите в распоряжение капитана Славского. На сегодня ваша стажировка окончена.
Капитан Жбанёк выглядел явно недовольным, прожигая искромётным взглядом девушку и всей своей сутью показывая недовольство.
– Капитан Славский, – следующий мужчина нагнал девушку по пути к своему кабинету. – Капитан Жбанёк оповестил Вас, что вы поступили под моё руководство?
– Да, товарищ капитан.
– Можно просто Анджей, – мужчина улыбнулся и заговорщицким тоном добавил: – Не при сослуживцах, конечно.
Подобный жест со стороны капитана остался для Бидди непонятным. Впрочем, она не горела желанием выяснять, чем заслужила особое расположение Славского, который был явно в приподнятом сегодня настроении.
– Отменно Вы осадили Жбанька, смею заметить, – вот и прояснилась причина весёлости капитана. – Порой ему не хватает доброй взбучки, но как-то всё руки до него не доходят. Вы бы слышали, как трагически он рассказывал этот момент! Капитан Лестер едва сдерживал хохот, как и сидящие за соседними столиками. Вы, стажёр Уилан, – сущая бестия, смею заметить.
– Спасибо за комплимент, – дежурная фраза прозвучала в ответ, когда девушка не знала, в принципе, что ответить и какую эмоциональную окраску носила обронённая в её адрес фраза. Славский засмеялся уже в голос.
– Прелестная девушка, – отворив дверь своего кабинета Славский с учтивым поклоном пропустил Уилан вперёд. Чуть погодя, когда обеденный жар спал, Анджей подозвал Бидди и указал ей новый фронт работы, попросив попутно рассказать ему что-нибудь из своей биографии. Уилан несколько смутил подобный вопрос от кадровика, заставив на секунду задуматься, с какой целью последний задаёт подобные вопросы, но бурно проявлять эмоции не стала – ограничилась приподнятой бровью.
Разбирая папки с рукописными документами и раскладывая их по указанному образцу – по отделам, девушка попутно сканировала содержание, вгоняя их электронный вариант в архив и отправляя в нужное для документа место дислокации. Устройство, с которым пришлось работать Бидди, было явно не из новых моделей. С грудой бумажек и папок девушка управилась достаточно быстро, а потому со спокойной совестью попрощалась с капитаном и за 2,5 часа до конца рабочего дня покинула участок, направившись прямиком в общежитие, чтобы принять в спокойной обстановке душ и, быть может, даже поспать.
Придя домой, девушка сбросила все лишние вещи и нагишом направилась в душевую, где установила режим гидромассажа и погрузилась в полную релаксацию, разбавляемую музыкой из герметически встроенных аудио-динамиков. После длительной релаксации в душе, надобность во сне отпала сама собой, да и до прихода подруг-соседок оставалось не так много времени. Отправившись на кухню, Уилан принялась за приготовление завтрака на шесть персон с учётов вкусов каждой – за пару дней девушка узнала многое о привычках и предпочтениях девушек. Когда всё, в принципе, было готово терминал, что лежал на стуле пискнул, уведомляя о входящем сообщении. Бидди с надеждой взяла терминал, открывая «Входящие» и надеясь увидеть определённое имя, однако координаты писавшего были скрыты. Открыть. Сообщение было привычного содержания – арендовать кольцо её матери. Но, всё же что-то в сообщении было не то. Открыв его в очередной раз, девушка замерла на месте – вместо привычного «арендовать» значилось слово «купить» а так же было написано прошение о личной встрече с указанием конкретного адреса и времени. Уилан, не долго думая, отправила сообщение нынешнему «владельцу» кольца о вышедшем сроке и необходимостью доплаты оставшейся части денег. Об этой встрече тоже было договорено сразу же, поэтому Уилан располагала только 40 минутами, чтобы добраться до «владельца» кольца, а после 10 минутами между встречами. Гардероб был завален вещами, а потому решать «а что бы надеть» даже не появился в поле зрения – рваные джинсы, белые конверсы, свободная туника цвета беж с серебряной нитью, волосы распустить и накрутить крупными локонами. Обработать лицо, сделать неброский макияж а-ля «минимум косметики», выделив брови цветом на полтона светлее волос, мягкая стрелка подводкой с плавным изгибом у внешнего края глаза, слой туши на ресницы, мягкие, едва заметные румяна вдоль скул. Некоторое время полюбовавшись собой в зеркало, девушка покинула комнату и направилась к месту встречи. В пути, девушка открыла форму пустого сообщения, выбрав адресата «Капитан Лестер». Почему-то девушке хотелось сообщить, куда она едет и зачем.
«Район 3-1-Д. Еду на встречу. Желают КУПИТЬ кольцо матери. Отследите меня по терминалу. Слишком подозрительно» Отправить.
Уилан знала, что у Лестера и без неё дел по горло – вряд ли он станет отслеживать местоположение какой-то там девчонки, но всё же хотелось перестраховаться. Как говорят земляне: «Предупреждён, значит вооружён».
Первая встреча состоялась успешно, забрав у девушки всего 3 минуты времени, которые ушли на выслушивание скорее слов благодарности. Кольцо покоилось уже в маленьком кейсе, на поверхности которого помещался лишь датчик считывания отпечатков пальцев в определённом порядке, известном только лишь владельцу, и оснащённый противовзломной системой, запрограммированной на полное уничтожение содержимого при попытке открыть кейс. Благо, пока попыток кражи не было совершено хотя бы ввиду того, что никто, кроме Уилан не знал о существовании кейса. До второй встречи с потенциальным покупателем оставались считанные минуты, и девушка откровенно начинала нервничать – кто может выкупить кольцо матери, стоящее, возможно, несколько миллионов ГЕ? Может, это чья-то злая шутка и она здесь лишь зря тратит время, прогуливаясь по дорожкам тихого парка?
– Госпожа Уилан? – чуть правее и за спиной раздался мужской голос. – Госпожа Бидди Уилан?
– Да, я, – девушка развернулась к вопрошавшему. – А вы кто?
– Дориан. Зовите просто Дориан.
– Хорошо, Дориан. Это Вы писали мне о желании приобрести кольцо?
– Да. Оно у Вас?
– Смею спросить какую сумму Вы готовы предложить за кольцо?
– Называйте любую.
– Вы шутите?
– Нет.
Бидди быстро набрала на терминале кругленькую сумму и показала клиенту.
– 50 так 50, – цифры велись чудовищной, можно даже сказать неправдоподобной суммой: миллионами ГЕ. Молодой человек поднёс свой терминал к терминалу Уилан. – Мне кольцо, Вам – деньги. Одновременно. Идёт?
– Идёт, – девушка пожала плечами, достав кейс с кольцом.
– На счёт три?
«У богатых свои причуды,» – подумалось девушке, однако она всего лишь кивнула.
– Один. Два…
«Три» Уилан уже не услышала – острая боль пронзила спину, впиваясь под лопатку. Девушка покачнулась, взмахнув руками в попытке зацепиться за рядом стоящего Дориана, но безуспешно – киборг стоял в двух шагах от девушки и наблюдал. Прямого приказа убивать девушку он не получал, а вот отправить ее в близкое смерти состояние – всегда пожалуйста. К пистолету Дориана полагался отменный набор боеприпасов, начиненных мощным, малоизвестным токсином, и использовался, когда возникала необходимость избавиться от человека, но не раз и навсегда, а на какое-то время, чтобы достигнуть собственных целей. К слову, жертва, «сваливающаяся» после такого «угощения» в несколькочасовую кому, зачастую незнающими людьми опознавалась как труп – пистолет стрелял с виду самыми обыкновенными пулями, которые отличались лишь начинкой, но на коже оставляли ровно такие же, как и в любом ином огнестрельном оружии, раны. Разжав кулак слепо глядящей в небо девушки, Дориан извлёк небольшой кейс и спокойным шагом удалился прочь за миг до того, как в районе «преступления» показались бы первые любопытные очевидцы. На выходе из парка его нагнал второй напарник после чего они скрылись за поворотом и исчезли из виду.
Спустя пять минут парк кишел представителями различных рас. Тут же были и журналисты – голодные до различных новостей шавки, которые брали интервью у своих же «очевидцев», предназначенных именно для такой грязной работы, как сочинять «правдивые истории» для подкрепления статей «достоверной информацией». Кто-то из порядочных граждан вызвал бригаду скорой помощи и наряд полицейских. В этот же вечер мелкие информационные сводки Фельгейзе полнились новостями по типу: «Убийство девушки в Коул-парке: жестокая случайность или кровавая месть?», «Личность убитой девушки до сих пор не установлена», и много-много в подобном стиле не несущей никакой достоверной информации. К вечеру, с появлением новой, удивительной информации, появились сводки иного характера, и уже в сводках высокого уровня, в сводках даже планетарного масштаба: «Изощренное нападение в Коул-парке: пуля с редким токсином. Жертва в глубокой коме».
И фотографии. Однако в лежащей на земле девушке, изогнувшей шею, распахнувшей мертвые глаза, с лицом, наполовину закрытом волосами, Бидд мог узнать только тот, кто был хорошо с ней знаком.

«Район 3-1-Д. Еду на встречу. Желают КУПИТЬ кольцо матери. Отследите меня по терминалу. Слишком подозрительно» — пришло Лестеру на терминал в середине дня.
"Надеюсь, ты не повезла его куда-то одна?" — тут же последовал ответ. Капитан покачал головой. Что-то не нравилось ему, хотя они с Бидди все уже обсудили и та согласилась, что кольцо опасно как носить с собой, так и хранить дома, и лучше бы отдать его в банк. Что не нравилось...? Лестер понял это не сразу. Его зацепило, что Бидди поставила его в известность о своей встрече. С одной стороны, это совершенно правильно - кто-то всегда должен знать, куда ты уходишь, чтобы в случае беды знать, где искать концы. С другой - а кто, живя один, реально сообщает посторонним по сути людям о своих невинных намерениях куда-то прогуляться? Значит, намерения не очень очевидны? Почему Бидд почувствовала опасность?"
На слежку терминал Бидди Лестер все-таки поставил. И потому, когда в полицию пришло сообщение о найденной в Коул-парке девушке, с описанием ее внешности, сразу понял, о ком идет речь.
"Боже, ну и дура", — с тяжелой скорбью отца, который видит, как любимый сын скатывается по социальному дну, подумал Лестер. — "Как ей хватило ума пойти обговаривать сделку, где речь идет о НАСТОЛЬКО крупной сумме денег, в безлюдный парк? А если она еще и кольцо с собой на пальце взяла? Бидди-Бидди... Теперь уже ничего не исправишь".

Когда Джим прибыл на место, Бидди уже укладывали на носилки. Самые обычные, "ручные", с глухим белым покрывалом, чтобы закрывать тело. Лицо Бидди было тоже закрыто. Она больше не дышала, ее сердце не билось. Мертва и спокойна...
Бидди была почти что "орленком". Нет, не почти. Настоящим "орленком". Увидев эти носилки, Лестер почувствовал, как его сердце сжала чья-то холодная, когтистая рука, в горле встал ком горя, и дыхание перехватило.
"Бидди, Бидди... девочка моя...", — однако Лестер явился сюда в рабочее время не по личным или, по крайней мере, не только личным мотивам. Он явился сюда потому, что мог помочь следствию: знал, зачем, с какой целью пришла Уилан в этот проклятый парк. Глубоко вдохнув, Джим подошел к носилкам. Труп Уилан по пути к медицинскому шаттлу сопровождал коллега из 13го участка, а на месте, где лежала Уилан, уже работал наряд. Джим отмечал знакомые лица. Киара Дайт из уголовного розыска бегал и что-то кричал на экспертов, изучающих оцепленный светящимися штырьками силуэт Уилан на земле. Закс стоял перед оцеплением, ограничивающим попадание зевак на место преступления, и общался со свидетелями: на данный момент с какой-то таними-старушкой. Два "уборщика" стояли с сторонке и бездельничали: ведь ничего было по сути убирать, не было следов побоища, не была кишок и луж крови.
Коллега, сопровождающий труп Уилан - саахшвет Нанил Тратамбоу, следственный отдел. Вот кому выпало вести дело девочки. Что же.
— Привет, Джим, — кивком поздоровался саах. — Ты что, телепортацию освоил? Я просил отправить за тобой не более минуты назад. Как только установил личность убитой с чипа.
— Нет, — Лестер качнул головой. — Я сразу догадался, кто убитая. Видишь ли, я знал, что Уилан находилась в это время в этом парке. И знаю, зачем.
— Неожиданность. Итак, ...?
Прежде чем ответить, Лестер отогнул покрывало с носилок Бидди: сбоку, где была ее левая рука. Снял с руки покойной личный терминал. Включил. Окошко запросило пароль.
— Нанил, у тебя есть здесь кто-нибудь из компьютерщиков? — поинтересовался Лестер, разглядывая окошко ввода данных, будто гипнотизируя его.
— Дайт! — Нанил закричал в сторону, неожиданно и громко, Лестер вздрогнул. — Пришли мне сюда своего технаря!
— Йокарава! — еще громче, хотя и издалека, закричал Киара. — Живо метнулся к капитану Тратамбоу!
Зачуханного вида тар-нау, которого Джим не встречал раньше, сутулясь и зажимаясь, запуганно опустив глаза вниз, поспешил на призыв. Йокарава взял у Лестера терминал, подключился к нему через свой, что-то потыкал на панели. Оп – пароль введен, пароль верен. Йокарава отдал терминал Лестеру и, так ничего и не сказав, молча, шустро и зажато поспешил обратно, к своему весьма неуравновешенному начальнику-гебши.
Лестер открыл последние входящие сообщения Бидд. Искомое, с покупкой кольца, обнаружилось довольно быстро. Номер отправителя скрыт. И почему не запретят эту расхожую игрушку...? Хотя обычно ей только подростки балуются. Преступники — намного реже. Неприятно: установление номера займет определенное время, которое сейчас, пока следы горячи, ценится на вес золота.
Нанил не терял ни секунды. Едва Лестер показал ему сообщение, как саахшвет связался с компанией связи, обслуживающей учетку Уилан, и запросил данные на анонимное сообщение. Номер учетки, владелец, место отправление того сообщения. Отбой — после сурового внушения, что «данные нужны немедленно, и вам надо поторопиться».
Через оцепление, сквозь зевак, прорвался запыхавшийся илидорец с арлом на плече, и поспешил с докладом к следователю.
— Арл потерял след на главной площади. Я сожалею. Слишком много запахов, преступник успел раствориться.
— Ищи по второму следу. Оттуда, откуда он пришел, — дал новое задание Нанил. Илидорец кивнул, свистнул арлу. Тот вспорхнул с хозяйского плеча, покрутился у места преступления, легко взял второй след и уверенно по нему пошел. Ищейки удалились.
Закс тем временем закончил опрос свидетелей. Большинству из них, сказать, увы, было нечего, и опер выглядел весьма раздосадованным.
— Это же надо такое, а! — Всплеснув короткими руками, выкрикнул опер. — Привет, Джим. Нанил! Я с такими данными не могу работать! Знаешь, как мне описал подозреваемого тот лаккиец? Первый нашел девчонку, между прочим. Говорит, сидел себе, справлял нужду. Мимо него прошел человек. Мой герой все справил, пошел себе дальше, а метров через десять – оп, труп! Герой звонит в полицию. Я его спрашиваю, как человек-то им виденный выглядел. Он мне: «высокий». Ну да, для них все высокие! Я ему: «метр восемьдесят в нем есть?» Он мне: «я не киборг, откуда знать?!» Я ему: «худой?». Конечно, худой, для лаккийцев все худые. Ну, говорю, хоть волосы есть у него? «Нет», говорит. Хорошо, что я уточил. Оказалось, что волос у него нет на теле и «спереди». А на башке знатная темная поросль. Еще, говорю, что запомнил? Глаза запомнил? А он не запомнил. Шрамы там, родинки, спрашиваю. «Дырка», говорит. Где дырка? На подбородке «дырка». Одежду он вообще не помнит, хоть в платье прошел подозреваемый, хоть в шубе, ничего не помнит, только то, что в принципе одет был. Направление помнит, куда тот ушел. И, да, это наш клиент – именно по его дорожке арл взял след, а в другое время там никто не ходил, только раньше или позже, когда вот это вот все безобразие началось. И что мне объявлять в розыск? Человека с темными волосами и выраженной ямкой на подбородке?! Да лаккиец даже не понял, мужчина это или женщина!!!
Нанил поморщился, потер лоб.
— Не годится.
— Не годится, — угрюмо подтвердил Закс. — Но зато я свидетеля оштрафовал за «справление нужды в общественном месте», какая-никакая, а компенсация.
…и тут случилось самое интересное.
— Эй! Она жива, — тихий окрик из медицинского шаттла.
Тратамбоу и Лестер поспешили туда едва ли бегом. Однако их радость оказалась преждевременной: Бидди как выглядела трупом, так и выглядела. Жизнь в ней нашли только сканеры: девушка была в глубокой коме и ничего не могла рассказать.
— Почему с ней такое?
Врачи лишь покачали головой. Пока они не могли объяснить состояние Уилан. Нужно было обследование в больнице.
— Так давайте, везите ее, быстро, быстро! — Нанил активно жестикулировал, побуждая персонал шаттла двигаться в темпе. — Все-таки не труп девчонка, который никуда не уйдет, но она может им стать в любой момент! Джим, сопроводишь?
— Сопровожу, — согласился Лестер. — Буду на связи, как эксперты что узнают, сразу отзвонюсь. У меня еще есть кое-что, Нанил. Это кольцо, что она хотела продать, по-настоящему дорогое. Настолько, что мы за всю жизнь на него не заработаем. И оно принадлежало ее матери, Розали Уилан. Было кинуто девочке недавно, как подачка.
Нанил кивнул, принимая информацию.
Через минуту шаттл с Бидди, Лестером и другими сопровождающими улетел с места преступления, держа курс на ближайшую больницу.
Еще через минуту Нанилу отзвонились со связной станции.
— Номер принадлежит Мимике Канти, человек, 15 лет. Использует данную учетную запись пять лет. Высылаю номер. Интересующее вас сообщение отправлено с площади Гамильтона.
Пробив высланный ему номер, Нанил нашел данные на довольно симпатичную молодую девчонку. Она – убийца? Плохо тянет. Ну ладно.
Еще один звонок. Новые данные: две минуты назад Мимика расплачивалась со своей учетки в кафе «Локси». Отправить к ней ближайшего дежурного полицейского, срочно, перехватить прямо к кафе, допросить на месте.
Через несколько минут Мимика, перепуганная, хнычущая, заливающаяся слезами, рассказывала дежурному полицейскому, в его рабочем кабинете того самого торгового центра, где находился «Локси», как к ней у фонтана подсел симпатичный молодой человек и попросил ей дать отправить сообщение с ее терминала его девушке, чтобы, мол, устроить той сюрприз. И Мимика дала ему это сделать. Парень поблагодарил ее и ушел.
Что же, Мимика разглядела подозреваемого куда лучше, чем это смог сделать лаккиец. Она даже составила хороший фоторобот, такой хороший, что тот, кто видел Дориана, легко бы его опознал…
И, да, описанию лаккийца «темные волосы, выраженная ямочка на подбородке» фоторобот Мимики соответствовал.
Фоторобот немедленно был разослан всем отделениям полиции, всем пропускным службам.

Еще по дороге в больницу, в шаттле, полицейский из бригады Киара, сопровождающий «труп», разыскивая следы борьбы, разыскивая биометариал под ногтями Уилан, нашел кое-что очень интересное. Очень значимое.
Когда Дориан разжимал руку Уилан, он оставил на ней свои отпечатки пальцев. Плохие, смазанные, на коже, и один настолько прекрасный, что хоть для учебника используй — на ее ногте.
Так фоторобот обрел свое имя. Отпечатки принадлежали Артуру Нильсу, человек, 24 года, проживает на Вальгии, соседней с Фельгейзе планете. Родился на Земле, в США, там же и прописан. Обладатель редкой профессии: переводчик, много летает по Галактике. Ну как «много»… настолько, насколько может. Артур — киборг. 10,21%. Не много, не мало, обычное для киборга значение, 7-15 % - да таких большинство.
О том, что в биографии этого человека абсолютно все — ложь, полиции только предстояло узнать.
Так Дориан, официально – Артур Нильс, попал в розыск. Фотография была настоящей, отпечатки пальцев настоящие – достаточно, чтобы парня сцапали на первом же пропускном пограничном пункте.
С планеты Дориан сбежать успел буквально в последний миг. Увы, но времени с момента совершения преступления до нахождения отпечатка пальца Дориана прошло слишком много, а киборг времени не терял. Когда сводка на него пришла в космопорт, Дориан уже уходил с орбиты на своей корабле. За ним устроили погоню, но потеряли на варп-прыжке.

Медики не давали никаких прогнозов состоянию Уилан.
Полиция проследила за тем, чтобы имя девушки и новые фотографии не попали в новостные сводки. Однако информация о коме девушки и отравлении ее редким токсином все-таки попала в новости и привлекла большое внимание общественности.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Эрин Дата: Четверг, 31-Дек-2015, 02:13:27 | Сообщение # 438    
Сообщение отредактировал(а) Эрин - Четверг, 31-Дек-2015, 02:16:47

Клан Созвездия Волка
Ранг: Зрелый волк

Постов: 2278
Репутация: 274
Вес голоса: 5
373и сутки, Фельгейзе.

- Я не имела в виду, что понимаю других лучше людей, - помотала головой Джен, отставляя опустошённый стаканчик. - Хотя... в этом плане, знаешь, я не понимаю никого. Но я будто знаю о других расах больше, чем о своей. К примеру, я помню, как звали первого саахшветского консула, знаю, в каком году гурталины подписали дружественный договор с советом, каковы основные религии тар-нау, как выглядят ритуальные танцы таними. Я знаю чужую историю, чужие традиции. А о людях? Я не помню, кто открыл у нас электричество и когда мы начали считать время. Я не помню даже год колонизации Луны, Санемика, моей родной планеты! Временами мне стыдно за это. Вот как сейчас.
Под алкоголь разговоры пошли хорошо и легко, даже для Дженнифер. Болтали о разном, веселились, до тех самых пор, пока к их столику не подошёл официант .
- Простите, мы закрываемся, - деликатно произнёс он, сложив ладони. - Покорнейше просим вас покинуть помещение.
- Да подаждить ещё немног, - в стол пьяная Джен была куда смелее Джен трезвой. - Ну что в'м, время-т вообще детск'е!
- Прошу вас покинуть помещение.
- ОЙДАЛАДНА, садись, выпьй с нами!
- У вас закончились напитки. - устало пояснил официант.
- Ну что ты т'кой...
- Пожалуйста, идите домой. - уже с раздражением в тоне повторил парень. - Или в какой-нибудь круглосуточный бар, как пожелается. Но я лично хочу спать, и, вероятно, мои коллеги со мной солидарны. Так что, прошу — на выход.
- Скучн'й ты. - обиженно хмыкнула Джен.

374е сутки, Фельгейзе, полицейский участок №13.
Разговор окончен, сеанс окончен. Исповедь тоже окончена. На сегодня. Альтаир как-то пропустил тот момент, когда был выведен из кабинета Ихиры, и даже тот, в котором попросил отвести его в уборную, хотя помнил, что делал это. Но сейчас пропавшее из памяти было не важно.
Полоскать голову под краном, да ещё и обрубленными руками, под пристальным взглядом конвоира с готовым к использованию парализатором — это было тем ещё испытанием. Но, тем не менее, ходить с собственной кровью, грязью и пылью в волосах нейрийцу уже осточертело. Настолько, что он готов был вынести этот самоунизительный неудобный ритуал. Конвоир смотрел на происходящее абсолютно безразличным взглядом.
Наконец, закончив, Шакс вынул голову из раковины и исподлобья посмотрел в гладкую поверхность висящего над последней зеркала. В ответ утомлённым взором глядело нечто несуразное, одним глазом — второй занавесили мокрые спутанные пряди белых волос. Нос и скулы стали как-то странно, непривычно резко выделяться на измождённом лице, торча острыми, неприглядными углами. Удивительно, насколько сильно можешь измениться всего за несколько дней. Как внешне, так и внутренне.
Холодная вода стекала с волос на плечи и грудь, проходя сквозь полностью синтетическую ткань новой одёжки. Мокрая, синтетика стала противной на ощупь, неприятно скрипела по коже. Костюмчик специально от Джозет. Она вроде бы и сожалела, и хотела как-то облегчить то, что ждало Альта в будущем, но в то же время исполняла свою работу чересчур добросовестно, отрезав ему абсолютно все пути к спасению. Шакс сказал ей, что смирился, что заслуженной участи избегнуть не попытается. Но Зунх не поверила. И, вероятно, правильно сделала — ещё пару недель назад Альтаир сам бы себе не поверил. Потому, что лож всегда была для него обычным делом. А уж тем более — внезапная смена планов.
Но теперь всё стало как-то иначе.
Серый кафель туалета, бледный свет, пробивающийся сквозь маленькую форточку под самым потолком, через которую видно серую громаду соседнего небоскрёба, тёмно-серый костюм из противной ткани.
Серый-серый мир обречённого, без выбора, без надежд, только с судьбой. Безразличной и беспощадной.
Чем-то напоминает Колонию.
Стоило только этой мысли проскользнуть в голове Альтаира, как отражение в зеркале мелькнуло и изменилось. Теперь из него огромными золотыми глазами смотрел, хмуро сдвинув белёсые брови, худой мальчишка лет четырнадцати, остроносый и ушастый. Бледная кожа его обтягивала тонкие кости. На шее висел на верёвочке прозрачный оранжевый кристалл. Отражение изменилось сильно. Сильно, но не настолько, чтобы в нём нельзя было узнать всё того же нейрийца.
Почему ты так мечтал стать пиратом, Альти? Тебе не хватало циничности есть разумных, и ты знал, что это пираты доставляют их на колонию. Почему всё то, что ты ненавидел там, в обществе нейри, было связано с пиратами, но ты не мог углядеть эту связь? Почему твоя жажда делать то, что ты считал неправильным, неприемлемым, была так сильна, что заставила тебя сделать самый смелый, единственный смелый поступок в жизни?
«Почему ты так хотел стать последней сукой этой галактики, маленький я?»
Альтаир-заключённый посверлил холодным взглядом Альтаира-мечтателя.
«Посмотри, куда приводят мечты, малыш.» - Шакс усмехнулся злорадно одной стороной лица, так, чтобы конвоир не приметил. - «А ты ещё будешь орать на Джозет за то, что она не захочет пойти с тобой. Правильно сделает. Взгляни, где теперь она, а где — я. Ты. Мы
- Закончил? Тогда пошли. - неприятным тоном вырвал Шакса из диалога (или всё же монолога?) заскучавший конвоир.
Нейри отвернулся от зеркала и послушно прошествовал мимо полицейского, пропускающего его вперёд и наводящего на преступника парализатор.
- А ты? Если такой умный, почему не исправил мои ошибки? - раздался за спиной пирата хрипловатый, будто простуженный мальчишеский голос. - Ты виноват больше. У тебя был выбор пообширнее моего.
Альт, вздрогнув, резко обернулся, но встретился взглядом лишь с отражением себя-арестанта.

390е сутки, Фельгейзе, торговый центр «Интерплаза»
Спустя какое-то время перед Йун появился молоденький офицер полиции. В иной ситуации он, возможно, мог стать объектом применения женского очарования Лу, которым она любила пользоваться в любом удобном случае — милый мальчик, почему нет? - но сейчас ситуация была нетипичная и явно не из удобных.
Так что, подняв взгляд припухших глаз на паренька, заботливо укрывшего её пледом, обещанным нерадивым врачевателем, Йунни подняла дрожащие руки, растопырила пальцы и, с интонацией такой, будто это должно давать ответы на все вопросы вселенной, проскулила крайне высоким тоном:
- У меня мозги в волосах..! Мозги-и-и-и! - и, закрыв лицо руками, вновь бурно зарыдала. Почему-то, видимо, она считала жизненно необходимым сообщить о том, что теперь суммарный объём имеющегося у неё разума несколько больше.
Финри пришлось подождать несколько минут перед тем, как она стала снова более-менее спокойна и адекватна.
- Я видела... - утерев, наконец, слёзы и шмыгая носом, начала танимийка, - Я видела женщину. Она шла, шла... а потом... БУМ! И во-о-о-о-от! - девушка опять взвыла и задрожала, сжимаясь в комочек и крепче кутаясь в пледоодеяло, вынуждая лейтенанта подождать ещё немного. Но дальше Йун продолжила уже без перерывов на рыдания и вой, кое-как собравшись с собой и своим, родным мозгом. - Она... шла, там, внизу, мимо фонтана... Пухленькая человеческая дамочка. Лет... средних... не разбираюсь в людях. И несла какие-то... пакеты... сумки... н-не поню... что-то несла... Тяжёлое, судя... по в-виду женщины. Я сразу подумала: с-странная какая-то, одета весьма богато, а тяжести сама т-тас-скает... И ещё ог-глядывалась... постоянно... взрыв от неё б-был... или... от кого-то очень близко с ней... не поняла... с-слишком быстро... - Йун обхватила плечи руками и начала покачиваться из стороны в сторону, но слёзы лить перестала совсем, только шмыгать изредка. - Я больше не знаю... не помню... не видела... г-голова болит. Может, п-потом вспомню... но сейчас не могу, всё в тума'ане...


It doesn't matter what you've heard,
Impossible is not a word,
It's just a reason for someone not to try.©
 Анкета
Призрак Дата: Пятница, 01-Янв-2016, 05:29:00 | Сообщение # 439    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
376е Советские сутки, Фельгейзе

После того, как капитан Фвктаг изложил свои вопросы к Фики, Фики на контакт пошла. Правда, не так, как надеялся конжуйчианин.
— У Вас есть когти? Вы ведь не будете делать больно? Фики делали больно. В этой комнате, — девушка продемонстрировала Фвктагу свою шейку, на которой остались отпечатки когтей Киара. Отпечатки совершенно несерьезные, однако тут дело не в серьезности травмы, а в самом факте ее наличия. Дайт часто позволял себе лишнее, но не всегда за это получал по шапке. Тем не менее, выговоров в личном деле у него значилось достаточно, чтобы гебши при всем своем таланте и бешеном энтузиазме уже много лет сидел на одном и том же ранге.
"Когти?" — Фвктаг опустил глаза на свои руки, сложенные на краю стола. Когти там были — но аккуратно, тщательно подпиленные почти под корень, чтобы не мешали в бытовых делах. Особо повредить ими кому-то вряд ли бы получилось, даже если бы и захотелось. Но Фвктагу не хотелось.
— В этом кабинете нельзя делать индивидам больно, — ровным голосом произнес Фвктаг, считая, что в его словах само собой разумеется и то, что и он тоже не собирается причинять Фики боль. Конжуйчианин придвинул к Патаротис служебный планшет, отдал на него приказ с терминала открыть нужную форму. На экране планшета тут же обозначился образец жалобы. — Заполни эту страницу. Тот, кто сделал тебе больно, получит за это свое наказание.
Фики выглядела очень взволнованной. Настолько взволнованной, нервозной (вероятно, последствия ломки), что Фвктагу стало немного не по себе. Настолько не по себе, насколько может быть конжуйчианину. Человек бы сказал, что капитан просто беспокоится о дееспособности сидящего перед ним индивида.
— Было больно и страшно. Очень страшно. Он так кричал. Он ужасный. Я хочу домой. Отпустите меня. Но я ничего не знаю, правда. Он не поверил, а я не вру. Фики никогда не врёт, Фики говорит только правду. Пожалуйста. Отпустите домой меня. Мне очень надо.
— Ты скоро пойдешь домой, — Фвктаг говорил спокойно, размеренно, но он всегда так говорил. Дело изменило свой оборот. Больше Уилан опасность не грозила: беда девушку уже настигла. Однако связан ли выстрел в Уилан с переполохом в ее квартире, сказать было нельзя, а узнать — очень желательно. — Но прежде подумай еще раз о том часе, когда ты говорила с Бидд Уилан после переполоха в ее квартире. Что ты ей сказала? Что сказала она? Видела ли ты тех, кто ошивался в вашем подъезде, незнакомый и подозрительный? Видела ли лиц, заходивших в квартиру Уилан? Видела ли ты когда-нибудь этого человека?
Нажав на терминал, Фвктаг спроектировал перед Фики изображение Дориана.

Патаротис посмотрела на допрашивающего её капитана с мольбой в глазах, когда тот подсунул ей планшет с формой-заявлением о рукоприкладстве допрашивающих лиц. Трясущимися руками девушка не совсем быстро набрала необходимую информацию и отодвинула планшет от себя, вновь посмотрев на капитана.
– Ты скоро пойдешь домой, — девушка облегчённо выдохнула, ожидая, что далее последует фраза «можешь идти». Увы, этого не последовало. – Но прежде подумай еще раз о том часе, когда ты говорила с Бидд Уилан после переполоха в ее квартире. Что ты ей сказала? Что сказала она? Видела ли ты тех, кто ошивался в вашем подъезде, незнакомый и подозрительный? Видела ли лиц, заходивших в квартиру Уилан? Видела ли ты когда-нибудь этого человека?
Закончив задавать вопросы, капитан развернул над столом изображение с фотороботом какого-то мужчины. В голове девушки роилось много мыслей, как то: «Правдоподобны ли были те мужчины, которых она видела? Не плод ли галлюцинаций они были? Уилан была права – надо начинать лечиться» и так далее.
– Я не уверена, что видела кого-то, – вздохнув, неуверенно начала девушка. – Я была… Я была под… «Хочешь начать новую жизнь – научись признавать ошибки!»… Я была под действием наркотиков!
Последнюю фразу девушка чуть ли не выкрикнула, то ли для себя самой, то ли для чего – непонятно.
– Вот… – и снова сжавшийся комочек почти потерял голос. – В один момент мне показалось… Шум. Но я посчитала, что это от… наркотиков. Но он продолжался. Так бывает – зависит от употребляемых… веществ. Потом он мне надоел. Шум надоел. К тому же он был… Не такой, как тогда, когда ты под кайфом. Под кайфом шум словно продолжение тебя, а этот был… Посторонний. Я решила посмотреть. Я не знаю, сколько шла до двери. Целую вечность, наверное. Столько же открывала. И, наверное, очень шумно открывала. Когда я выглянула, мне показалось, что я видела кого-то, но я не уверена. Они так быстро выскользнули из коридора, что я не знаю, реально ли я видела кого-то или это… галлюцинации. Чёрное. Тени. Я не знаю этого мужчину, – девушка кивнула на фоторобот. – Кто это?
После некоторой паузы девушка продолжила, не думая, достаточно ли сказала – её просто прорвало. Так бывает.
– Потом пришла Бидд. Она накричала на меня. Я не помню, почему. Я приняла ещё дозу, а потом она пришла. Она сказала что-то вроде… Что я дура и спала с ними. С кем – с ними? Она была… Не такая, как всегда? А где она? На не появлялась дома. Вы знаете, что с ней?!

Фвктаг бегло просмотрел жалобу Фики на Дайта. Что же, составлено верно, хотя и не без некоторого количество опечаток. Фвктаг ожидал их даже больше, чем было, так дрожали руки Патаротис. Поправив опечатки собственноручно, Фвктаг отдал планшет Фики и попросил ее перечитать и расписаться. Патаротис, по крайней мере, расписалась.
А потом последовал путанный рассказ с признанием о том, что в интересующий следствие момент свидетельница находилась под действием наркотических веществ. Что же, жаль... даже если бы она и дала какие-либо сведения, то никто, в том числе и она сама, не мог дать гарантии, что эти сведения - не плод ее затуманенного воображения. Однако все-таки один вопрос Фвктаг не мог не уточнить:
— Партнера сексуального контакта, упомянутого Уилан, ты не помнишь?
Фики неопределенно пожала плечами, отвернулась, пробормотала что-то неразборчиво. Ну, на какую-либо информацию Фвктаг и не рассчитывал, спросил просто на всякий случай.
Артура Нильса Фики не узнала.
— Подозреваемый, — на вопрос "кто это" ответил капитан. — Он мог быть связан с разгромом квартиры Уилан. Жаль, что ты его не знаешь.
Фоторобот подозреваемого исчез.
— Что же, можете идти, э-э... — Фвктаг бросил беглый взгляд на планшет. У людей очень сложные имена, их не сразу запоминаешь. — Патаротис. Что насчет Уилан, то не волнуйтесь о ней. Она больше не будет жить в своей старой квартире. Она теперь в другом месте, в безопасном, под круглосуточным присмотром.
Что первое, что второе — совершенная правда. А что Уилан в коме, Фвктаг сообщать ее соседке не считал разумным. Она же все-таки наркоманка... Знает она — вероятно, будут знать все, и вообще еще неизвестно, насколько они с Уилан действительно подруги, и насколько ей нужна эта информация. И в любом случае, конкретное местонахождение Уилан должно оставаться тайной во избежание новых покушений. А что толку лишь в сообщении о ее состоянии...? Другие расы очень любят посещать родных и близких в больнице. Никогда не оставят. Глупо, на самом деле. Неужели думают, что врачи будут хуже работать без них...?
— И вот еще что, — окликнул Фик Фвктаг, когда девушка уже собралась уходить. Конжуйчианин "отцепил" от своего терминала электронный "листочек" с информацией и предложил его Патаротис. — Я советую вам заглянуть сюда. Хорошее место. Правильное.
На листочке содержался адрес центра помощи индивидам с наркотической зависимостью. Центр давно сотрудничал с 13м отделом, и, как правило, всех наркоманов посылали именно туда.

374е сутки, Фельгейзе.

Напитки были довольно пьяненькими; никто из квартета Санемика-Дженнифер-Гам29-Айзек не мог похвастаться высокой устойчивостью к алкоголю. Итог очевиден: нализались. Немного поспорили с официантом, но хотя бы физически упорствовать ему не стали, охранников официанту звать не пришлось.
Настроение у всех поучаствовавших в попойке было довольно бодрым, довольно веселым, но притом замутненным. Реальность воспринималась как не реальность, а то ли как полусон-полудрема, то ли как действия в компьютерной игре при шлеме виртуальной реальности на голове. И ножки на земле держали не очень хорошо. В общем, после кафе ребята гуляли не слишком-то долго, и после того, как все поубавили свою энергию, поорав песни на улицах, они стали искать место для ночлега. Хотя "искать" - плохое слово. Айзек, как самый ответственный (сарказм или нет...?), просто повел всех в привычную сторону, то есть на остановку своего шаттла. Кинул запрос на свой адрес, и вот уже через несколько минут на землю перед компанией опустилась маршрутка. Платила за нее, как и за последние шоты, Санемика: "кредит" Гарика для Айзека был уже давно исчерпан. Ох-ох, дожить бы еще эти несколько дней до зарплаты. Но сейчас Айзек о деньгах вообще не думал, он думал только о том, как бы не наблевать на пол маршрутки. И не наблевал, и был этим потом очень горд.
Когда шаттл приземлился на площадке 25го этажа Айзековского дома, из него вышли уже не веселые, а просто желающие где-нибудь уснуть ребята.
В квартиру Айзека сия тихая компания ввалилась через несколько минут после посадки шаттла. Про соседа, что обитал теперь с ним, Айзек как-то подзабыл, но когда увидел его в квартире, поприветствовал, несмотря на зародившуюся между ними неприязнь.
— Дброй нчи, — Айзек вяло помахал Гэбу двумя пальцами, обернулся к гостям. — Вот, сбсна, моя спалья, крвать справа, туалт напртв, рсп'лагайтесь.
И язык, и ноги Хоффмана заплетались очень сильно. Еле передвигая ноги, Айзек подошел к своей кровати, упал на нее лицом вниз, не разуваясь, не раздеваясь, не снимая очки. Так и остался лежать, как упал: торс на кровати, ноги на полу. Не так уж и плохо, в конце концов бывают и менее удобные позы. Дженнифер смогла целиком залезь на кровать, пусть и со второго раза, и развалилась справа от Айзека, широко раскинув руки и ноги. Санемика, почему-то все время тихонько хихикая, плюхнулась сверху на эти самые ноги и руки, чем вызвала недовольный возглас со стороны Джен. Немного покопошившись, девушки разобрались-таки в своих конечностях и устроились вполне удобно. В обнимочку. Гам29 тоже хотел было лечь в кровать сверху на кого-нибудь, но Сан и Джен это вовремя обнаружили и запинали его ногами, шикая и отгоняя. Даже спьяну понимаешь, что будет неприятно, если на тебя упадет панцирная туша весом с гурталина. Гам29 покачался вправо-влево на подгибающихся ножках, покачался, да и нашел решение: передвинулся чуть левее и занял собою всю кровать Гэбриэла.
Кто как, а вот Гам29 уснул сразу же, как отрубился.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Вольф_Терион Дата: Воскресенье, 03-Янв-2016, 02:01:25 | Сообщение # 440     В браке
Сообщение отредактировал(а) Вольф_Терион - Воскресенье, 03-Янв-2016, 02:56:11
Ранг: Зрелый волк

Постов: 1007
Репутация: 130
Вес голоса: 4
Следующие дни текли размеренно и неторопливо. К рутинности своей «работы», да, именно так, в кавычках, ибо на работу это не слишком тянуло, Азри полностью привык. Бывали впрочем дни, когда приходилось наводить порядок среди обитателей исправительной колонии. В этом длай вполне преуспел, преуспел разруливать конфликты используя лишь словесное оружие, при этом понемногу начал ценить подобный способ разрешения конфликтов, да и в педагогике что-то начал смыслить. Что ж, хотя бы какая-то польза от прибывания тут вышла.
Если говорить о здоровье физическом, то оно не могло порадовать. В один прекрасный день многострадальная конечность решила жить своей жизнью и временные потери работоспособности сменились постоянной отключкой кисти. В причины длай не вдавался и не хотел вдаваться, не имело смысла, зато весь спектр неудобств, связанных с этим, осознал очень быстро.
В дополнение ко всем неприятностям, после 386-го дня, который полностью отвечал фразе «Затишье перед бурей», настала та самая буря, так хорошо знакомый жителям Анураха природный катаклизм, представленные многодневными ветрами, переносящими с собой поток песчинок. В это время вообще не рекомендовалось выходить на улицу, а если и приходилось выйти, то на такие случаи в жилых модулях предусмотрен был маленький шкафчик, содержащий в себе нечто вроде костюма хим.защиты, только прозрачного, из прочного пластика, а вместе противогаза лёгкий прозрачный шлем с респиратором, предохраняющим лёгкие от участи быть забитыми песком. На период Анурахских бурь работа рудника переводилась в полностью автоматический режим, а все воспитанники трудовой колонии проводили всё время в жилых и учебных корпусах, по этой причине количество рабочего времени у охранников сильно уменьшалось. Лучшего времени чтобы взять небольшой отпуск придумать было нельзя, потому в этот же день Азри направился к Д'Сиарису.
Снова на стук в дверь Азри услышал то же самое, что и при первой встрече, короткое приглашение войти.
Пройдя в кабинет, Д'Хаворд по привычке отдал честь. Удивительно, казалось бы люди и длай, да и другие, абсолютно разные расы, с разными традициями, но вот манера как отдавать честь в военных организациях у многих совпадает.
– По какому вопросу, стажёр? – по сравнению с первой встречей Д'Сиарис говорил гораздо более спокойным и менее командирским голосом. Может он так только перед новобранцами выступает?..
– Прошу разрешить отбыть из колонии на несколько дней в связи с медицинскими показаниями – Отрапортовал Азри и сходу переслал на компьютер Д'Сиариса электронную версию мед.справки.
Начальник колонии быстро пробежался по строкам взглядам, хотя, судя по скольжению пальцев над голографической клавиатурой, он прочел не только справку, после чего поднял изучающий взгляд на Д'Хаворда, вернее, больше на его руку, за ненадобностью висящую плетью и не подающую признаков жизни.
– У Вас действительно хорошая характеристика, плюс тот случай...Вы действительно исправились. Думаю, Вы можете покинуть планету на некоторое время. Даю разрешение. – Д'Сиарис сделал пометку в своём компьютере, правда неизвестно о чём та гласила. – Можете улетать когда сочтёте нужным.
– Благодарю.

Азри купил билет на рейс вылетающий к вечеру 387-х суток до Фельгейзе. Почему Фельгейзе? Да потому что прямого рейса от Анураха до Вермальта само собой нету, да и от Фельгейзе тоже. Чтобы перелететь от Анураха на родину длай придётся сделать пересадку сначала на Фельгейзе, дабы долететь до Централи, и только с Централи отправиться на Вермальт. В итоге только лишь время в пути составляет почти двадцать часов, плюс время на ожидание необходимых рейсов. И всё это время Азри посвятил культурной программе.
По пути от Анураха до Фельгейзе, в момент ожидания рейса, а так же до централи, длай изучал один из своих любимых жанров литература – фантастику. И самым удивительным было то, что Азри предпочитал не просто любую фантастику, а именно человеческую. Нет, конечно он читал и другие образцы фантастической литературы, самых разных авторов, начиная от Хаккана Мадроу Фантса и заканчивая малоизвестными авторами. Но всё же что-то неуловимое привлекало его в человеческой литературе, несмотря на определённую сложность в восприятии. Дело в том, что длай всегда воспринимают всё очень буквально, порой до смеха прямолинейно и потому далеко не всегда у них получается читать между строк, улавливая некий второй смысл, который автор вкладывал в своё произведение. Не всегда получалось понять, что автор в такой манере порой раскрывал насущные проблемы общества и мира своего времени, да и просто разговорные метафоры не всегда воспринимались правильно, с тем смыслом, с которым их воспринимает обычный выходец с Земли, потому порой многие иносказания оставались для длай своеобразным словесным «чёрным ящиком». И всё же несмотря на сложность в осознании тайного подтекста книг, человеческую литературу длай любил. Например на время этой поездки длай выбрал своей жертвой достаточно известное в масштабах галактики произведение Рэя Брэдбери «451 градус по фаренгейту». Известное, но воспринимаемое мультирасовым обществом крайне неоднозначно, каждый интерпретировал текст по своему. Для Азри, например, эта книга далась очень трудно, как раз по той причине, что для её осознания было категорически противопоказано буквальное чтение. Хотя в общих чертах всё же длай осознал смысл и даже немного ужаснулся, на миг представив общество зомбированных индивидов, которых кроме телевидения и простых низших потребностей ничего не интересует, а люди один от другого ничем кроме внешности и не отличаются. Да и способно ли вообще существовать такое общество, в котором практически не остаётся носителей полноценных знаний?..
Читать длай закончил буквально за пол часа до Централи и, потянувшись в уютном кресле шатла, который был безусловно более комфортабельным, чем шатл с Анураха, стал собираться к выходу, правда что там собираться, вещей у длая, кроме кейса, не было с собой.
На централи предстояло прождать лишь немногим больше часа с четвертью, редкое везение при межпланетарных путешествиях, хотя, учитывая, что пассажирский и грузовой оборот с Вермальтом налажен очень качественно, это было менее удивительно. Коротать время Азри предпочёл в совсем небольшом кафе при космопорте, помещение которого едва было способно вместить более десяти человек, но и этого немногочисленного числа людей здесь не было, в сей час Азри был единственным посетителем. Но несмотря на это свой заказ ему пришлось ждать достаточно долго. Пока к Азри шёл заказанный сэндвич, он отбил короткое письмо на уже известный адрес.
«Адресат: C1B3694300rt7665
Текст сообщения: Завтра я буду на Вермальте, меня отпустили на несколько дней, нужно будет сходить в медицинский центр, к кибернетикам. Могу заехать домой ненадолго, если, конечно, вы не будете против.»

Отправить.
Как раз подоспел обед: Крупный сэндвич, начинённый белковой лепёшкой, очень похожей на омлет, сделанный без желтков, сыром, острым соусом и внушительной палитрой овощей. В дополнение к сэндвичу прибыла цилиндрическая бутылка пива, но начать трапезу длай не успел, неожиданно быстро на терминал упал ответ на отправленное письмо.
«Отправитель: C1B3694300rt7665
Текст сообщения: Приезжай, мать будет рада тебя видеть, за одним расскажешь подробно что с тобой стряслось за последнее время.»

Отец Азриаэриэля – сама краткость. Вздохнув, Азри принялся за обед, а покончив с ним, направился на на посадку в шатл.

Полёт от Централи до Вермальта значился в маршруте Азри как самая длительная часть, варп-перелёт в одиннадцать с половиной часов. Хотя фирменные лайнеры длай, курсирующие от Вермальта и к нему с лихвой обеспечивали пассажирам комфортабельный перелёт. В качестве продолжения культурной программы Азри выбрал просмотр документального пятичасового фильма фильма о войне с Рой Ахнор, выпущенного объединенной киностудией Совета, который по праву попадает в категорию фильмов с самыми зрелищными космическими боями и с самым достоверным изображением кораблей воевавших флотилий. Безусловно такой фильм стоило бы смотреть в хорошем 3D кинотеатре, со всеми необходимыми эффектами, но в данном случае пришлось обойтись очками виртуальной реальности. После просмотра фильма и бортового ужина Азри отдался сну до самого прилёта на Вермальт.

Корабль на котором летел Азри не был столь большим, как некоторые, потому чтобы сойти на планету не приходилось пользоваться посадочными шатлами, отходящими с орбитальных станций. Немного потрясло и, наконец, корабль вышел с траектории спирального снижения высоты, направившись в сторону мощной и высокой горы. Будь в корабле иллюминаторы. Многим пассажирам могло стать не на шутку страшно. Вот летишь себе спокойно и вдруг замечаешь, что летишь ты прямиком в огромную гору и лишь в последний момент корабль притормаживает, а в плече горы открываются внушительных размеров ворота, принимающие корабль и позволяющие ему сесть в безопасном от солнца ангаре. Опять же, корабль с Азри был даже не достаточно большим, чтобы ему пришлось сесть на поверхности планеты под радиационный щит, он сразу прошмыгнул внутрь горы.
Весь ангар бы, в общем-то, просто высечен в скальной породе, своды потолка остались выполненными из красноватого камня, но очень хорошо отполированного, а может и покрытого чем-то типа жидкого стекла, так, что можно было увидеть своё мутное отражение. Прямо в потолок были вмонтированы длинные полосы светильников, дающих белый свет, но благодаря красноте камня куполообразного свода ангара этот свет совсем не казался холодным. Тем кто только что вышел из своего шатла предстояло отправиться в противоположную часть ангара, к россыпи огромных скоростных лифтов, которые в итоге приводили гостей Вермальта к регистрационному залу.
Азри направился не совсем в ту же сторону, куда направилась большая часть разношёрстного потока новоприлетевших, а чуть в сторону, в отдельную регистрационную будку. Да, именно будку, в ней приезжие оставляли данные своего паспорта и проходили биометрическое сканирование, те кто первый раз приезжал заполняли совсем маленькую анкету с несколькими пунктами и читали краткий свод правил поведения на Вермальте, после чего на их паспорт записывались необходимые данные. А дальше оставалось лишь пройти на выход через пропускной пункт, приложив к сканеру свой чип-паспорт.
Для Азри же процедура упрощалась, как и для любого гражданина Вермальта, вернее, проходила немного иначе. К сканеру длай приложил отнюдь не стандартный галактический чип-паспорт, вмонтированный в правое предплечье, а Вермальтский военный пропуск со всеми персональными данными, воткнутый в правое плечо, после чего приблизил лицо к небольшому объективу, давая сканировать сетчатку глаза. Компьютер в будке коротко пискнул и выел на экран небольшое сообщение.
«Приветствуем в главном космопорте № 2 планеты Вермальт, капитан Д'Хаворд.
Статус владельца паспорта обновлён.
Уровень доступа: 3.
Статус владения оружием: Ношение персонального летального вооружения разрешено.
Правонарушения: 0.
Ограничения по перемещению: отсутствуют.»

Покончив с процедурой регистрации длай вновь вернулся в лифт, только уже меньший по размеру и практически полностью прозрачный, через стенки которого можно было легко наблюдать как мелькают проносящиеся мимо этажи космопорта. К слову, весь космопорт был выдержан в одном стиле, куполообразные, полированные потолки и полы, выложенные из камня, похожего на полированный гранит.
Красно-каменный стиль на станциях маглева был разбавлен абсолютно чёрным глянцевым полом, в стенах интегрировались панели, дающие бело-лунное сияние, а пути поезда от платформы отделяли стеклянные панели, словно светящиеся изнутри голубым светом когда в определённых местах открывались створки для входа в поезд, и красным, когда створки были закрыты и посадка не начиналась, а за пять секунд до закрытия стеклянных створок, они начинали перемаргиваться двумя цветами поочерёдно. Благодаря стеклянное ограде на станциях всегда было достаточно тихо, если не считать шума пассажиров.
Сам поезд не был покрашен, по большей части это был приятного серого цвета блестящий металл, в двух частях каждого вагона, ближе к концу и к началу, металлическая обшивка сменялась прозрачным стеклом, потолок так же был стеклянным. Это неспроста было сделано, именно в тоннелях можно было круглосуточно видеть невероятной красоты приглушённое свечение различных растений, всевозможных цветов. За подобным растительным узором тщательно ухаживали, выводя из него элегантные орнаменты на протяжении всех тоннелей.
Так же, при подъезде поезда к станции, на его боках вспыхивала голографическая проекция с указанием его маршрута и карта движения. Подобную схему, только более подробную,можно было легко открыть, воспользовавшись экранами на стенах станции.
Первым же делом, зайдя на станцию, Азри подошёл к настенному экрану и проложил путь до Зиммеона, столицы медицинских технологий Вермальта. Вот ещё что следует знать о Вермальте, за редким исключением каждый город длай имеет свою определённую специализацию, медицинские исследования, кораблестроение, вооружение, химическая промышленность и т. д. Конечно же это не значит, что в городе, специализирующемся на военных разработках нету клиник, школ и т. п.
Маршрут предстоял достаточно долгий, с пересадкой, общей длительностью в сорок минут.

Кроме специализации, каждый город выдерживался в своём определённом стиле. Общие детали во всей архитектуре длай безусловно были, но вот цветовая гамма, материалы, используемые при строительстве и прочее в таком духе отличались.
Зиммеон был выстроен в светлых тонах, белый, голубой, светло-серый.
Пол выложен камнем, подобным белового цвета мрамору, а своды зала странным молочно-белым камнем, по поверхности будто покрытым тончайшим слоем серебристого перламутра.
Сам по себе зал имел форму конуса, вершина которого переходила в сферический купол. Стены зала равномерно занимали кольца ниш, ограниченных резными перилами, подобные ниши шли почти до самого потолка. В этих нишах входы в бесчисленное множество комнат и других залов. Центр зала занимало огромное многоэтажное здание, похожее на песчаные часы, огранённые в четыре ребра. В верхней части здания рёбра плавно изгибались и плавно уходили под купол, сливаясь с крышей. Изогнуты рёбра между собой соединяли множества тонких колец, которые заливали зал тёплым, едва желтоватым светом, имитирующим солнце днём, ночью же они затухали и купол освещался искусственным подобием маленьких «звёзд».
Так же изогнутые рёбра проходили и по земле до стены, а по середине на них стояли небольшие башенки.
Здание-песочные-часы, к слову выполненное из светло-голубого камня, и было главным медицинским центром Вермальта, именно здесь проводили самые передовые медицинские исследование, здесь же располагалось лучшее отделение био-кибернетики.

К счастью, записавшись на приём, ждать долго не пришлось, уже через двадцать минут Азриаэриэля пригласили в кабинет.
– Добрый день. Я доктор Д'Халайерт. – представился длай, одетый в белый костюм, с несколькими красными полосами, видимо, представляющий собой медицинский халат по представлениям длай. – Я ознакомился с вашей заявкой на приём. Присаживайтесь. – Длай указал на высокое удобное кресло под другую сторону стола от себя. Азри, кивнув в знак благодарности, уселся в кресло, а доктор продолжил: – Ваш случай не уникален, отремонтировать ваш протез дело не более чем на несколько часов, хотя, желательно конечно его заменить. А вот по поводу замены конечности. Что бы вы хотели установить в качестве замены?
– Изначально думал о более новой модели механического протеза, но последнее время, по совету одного знакомого киборга, задумался о том, чтобы вырастить новую руку. Но с некоторыми модификациями.
Кивнув, Д'Халайерт развернул над столом около Азри экран с подробными описаниями всех возможных кибернетических модификаций. Быстро проглядев список Азри остановился на одном варианте, самом дорогом, и поинтересовался:
– Расскажите о ней.
С некоторым удивление доктор взглянул на выбор и подумав, ответил.
– Скелет из высокопрочного сплава, эластичные и прочные полимерные сухожилия, очень прочные и надёжные суставы, обычно идёт усиленной искусственными мышечными волокнами. Силы в ней достаточно, если это для вас необходимо, такая рука мощна. Правда...Если вы правда хотите её потенциал реализовать, вам, скорее всего, придётся заменить всю руку целиком, оставшиеся родные суставы могут не выдержать переданного им усилия. Желательна замена всего ниже плечевого сустава, хотя и без этого Вы получите большие преимущества. Говоря о бытовой стороне вопроса, то подобная замена гораздо лучше любого механического протеза, не требует зарядки, восстановится чувствительность, да и более надёжна. Все необходимые анализы можно провести даже сейчас. Выращивание тканей потребует месяцев 5, плюс\минус нежеля, далее около месяца реабилитации, но срок конкретный зависит от вашего организма, насколько быстро он пример модификации, чтобы конечность прижилась, порой занимает и по несколько месяцев, в сложных случаях, но это большая редкость. Если заменять всю руку от плеча, потребуется около трёх месяцев до полного заживления и нормальной работоспособности. Хотя, судя по вашей карте, с вашим метаболическим имплантом сроки можно немного ускорить, при условии медикаментозной терапии, правильного рациона и определённых процедур. Ещё мы можем предложить вот такой вариант. – Перед Азри появилось описание другой версии. Иное соотношение органической и искусственной ткани, более простой каркас, нервная система так же несколько более упрощённая, а главное, цена не столь высокая. Но параметры тоже впечатляющие.
– Кроме того цена, в подобном случае. Зависит от количества нервных волокон. Обеспечивающих чувствительность. Если хотите получить целиком чувствительную руку, которая ничем не будет отличаться от обычной, но при том очень мощную, это будет стоить дороже, меньше нервных волокон, цена уменьшится. Знаете, гораздо сложнее приходится другим раса, у кого кожные покровы более нежные, для них создать покровы, неотличимые от полностью органической руки, гораздо сложнее. У нас подобное не сильно влияет на сложность изготовления. Торопиться не стоит, прочтите подробнее. Когда выберете, заполните форму договора. Не желаете что-либо выпить, пока читаете? – участливо поинтересовался Д'Халайерт.
– Крим-лас, если можно – Кивнул Азри.
Буквально через пару минут перед Азри стоял металлический стакан с молочно-зелёного цвета жидкостью, по вкусу сладкой, с ореховыми и древесными нотками, а так же с привкусом чего-то подобного смеси корицы и мускатного ореха.
После придирчивого осмотра всего списка, Азри, наконец, сделал выбор. Нечто немного дешевле второго варианта, но уступающее разве что в общей чувствительности. По сути, вполне осознанно, Азри оставил нормально-чувствительными лишь внутреннюю сторону руки, то есть внутреннюю сторону ладони, пальцев и предплечья, в области костяшек пальцев нервных окончаний не было, на тыльной стороне руки так же их практически не было. Сплав каркаса очень прочен, но в пределах разумного, ровно столько, сколько прочности можно реализовать при не модифицированном остальном теле. Кроме того Азри добавил ещё несколько пожеланий, немного нестандартных, одно из них, ограничение гибкости пальцев в пользу их ударостойкости и силы.
– Через пять месяцев, возможно немного раньше или позже, рука будет готова и можно будет имплантировать, после чего потребуется реабилитационный период, но нахождение в клинике вовсе не обязательно при этом.
Дальше Азри прошёл через те же процедуры, что и на Анурахе, только оборудование здесь было определённо лучше. Плюс к этому были взяты необходимые анализы.
Когда с подготовительными процедурами для новой руки было покончено, Азри усадили в кресло и стали колдовать с его старой конечностью. Процедура заняла около полутора часов, из них большая часть времени оказалась затрачена на хирургическое вмешательство для восстановления нерва, заменить аккумуляторы и стабилизаторы напряжения оказалось совсем несложно.

Когда длай покинул клинику, под куполом погасло дневное освещение. Теперь источниками света служила бриллиантовая россыпь сияющих холодным слабым светом огоньков, невероятно похожих на звёзды, сияющих под куполом. Ночью становилось видно, что «мраморный» рисунок пола отнюдь не везде принадлежит камню, местами, с наступлением ночи, он начал мерцать приятным голубым сиянием. Свою лепту вносили и освещённые ниши, кольцующие купол, они были освещены гораздо ярче.
Единственное, что с наступлением ночи не изменилось, это станции маглева, они были освещены точно так же, и точно так же в тоннелях тлели огоньки флюоресцирующих растений.
Путь до своего настоящего дома оказался долог во всех смыслах, в реальном временном, а так же в эмоциональном, так как время тянулось очень медленно, в то же время волнение накатывало. Что именно является причиной волнения Азри не знал. То ли неизвестность, как его родные отреагируют на не самые приятные известия о его поступка, то ли просто ставшая непривычной обстановка. Возникало то самое чувство, когда после долгого отсутствия возвращаешься домой и вдруг понимаешь, что это место уже не столь для тебя родное, как когда-то было. Чувствуешь, что в мире есть места, с которыми связанно не меньше, а то и больше, чем с домом. Осознаёшь, что с домом тебя связывает лишь память детства, но никаких объективных причин оставаться в нём не видишь. В такие моменты начинаешь видеть все недостатки такого, казалось бы, родного места. В такие моменты хочется уехать, не погружаясь в омут привычной и одновременно чужой обстановки.
Сначала Азри доехал до магистрали высокоскоростного вакуумного поезда, пролетев на нём за пару часов почти две с четвертью тысячи километров, дальше снова на маглеве.
Если бы дело происходило на поверхности, то разумно было бы сказать, что дом Азри стоит на окраине столицы. Здесь же, под землёй, было разумно сказать, что дом Азри стоит на одной беспересадочной линии тоннелей со столицей, в паре остановок поезда.
Этот городок не впечатлял размерами, окружность его была почти в два раза меньше Зиммеона, высота купола на четверть меньше.
В отличии от Зиммеона весь зал был выполнен в виде сферического купола, без каких-либо лишних изгибов. Точно так же в стенах купола прорезались ниши, такие же резные перила ниш. Цвет стен больше всего походил на красноватую глину, да и структура тоже.
Самым разительным отличием подобных жилых городов было обилие зелени, а это был именно жилой город. С наступлением космической эры в таких городах частенько встречались и растения несвойственные для этих мест, адаптированные генетиками.
В самом центре зала расположилось самое настоящее озеро, с чистейшей водой и фонтанчиком в центре, редкая роскошь на Вермальте. От озера концентрическими окружностями расходились прогулочные дорожки, с радиальными проходами между ними, а всё остальное пространство занимали инопланетные деревья, даже можно было встретить самую настоящую земную берёзу, которую ухитрились усадить в подземном городе, а так же сетки, по которым росли разнообразные светящиеся растения, начиная от тускло светящихся зелёным лиан и заканчивая синеватым подобием плюща, дающим весьма яркое синие свечение, а его цветочки контрастировали с ним, сияя багряным светом и мельчайшими золотистыми тычинками.
Из стен купола словно вырастали четыре здания треугольной формы, гипотенузой которых был купол, а вертикальный катет упирался во внешнее кольцо парка вокруг озера. Здания были из точно такого же материала, что и купол, но из-за безумно разросшихся ползучих растений больше напоминали сейчас комок гирлянд, видно было что за этими растениями жителя очень тщательно ухаживают. Благодаря обилию растений воздух был чудесный, свежий и наполненный кислородом.
Ночью с потолка в зал лилось хоть и искусственное, но подобное Земной Луне свечение, словно серебряная пыль ложащееся на листья растений.
Довершали картину водопадики, струящиеся по вертикальным катетам и подсвеченные синими огням. Словно вода светится. Водопадики впадали в озеро.
Картина этого маленького рая успокоила Азри, ощущение чего-то родного наконец-то поселилось в мыслях. И естественно, Азри не мог не заснять эту подземную ночь с позиции верхник ниш. Снимок получился неплохим, очень хорошо передающим атмосферу, несмотря на то, что из длая фотограф был тот ещё, а снимать пришлось на свой терминал. Его Азри вознамерился отправить Элиоту, в следующем письме.

Дом Д'Хавордов, хотя вернее будет сказать квартира, располагалась на 16 уровне ниш, ровно по середине между треугольными зданиями.
Азриаэриэль медленно подошёл к знакомой двери. Рука не поднималась коснуться замка и открыть дверь. Что сказать после нескольких лет отсутствия? Да и что вообще говорить при встрече? Азри никогда не был в этом силён, тонкости общения для него частенько оставались загадкой, а порядком уставший и сонный мозг не хотел искать выхода. Вздохнув, Азри не стал сам открывать дверь, а постучался. По видимому, его правда ждали, ибо не прошло и минуты, как дверь съехала в сторону.
На пороге квартиры стояла женщина-длай. Почти на голову ниже Азриаэриэля, и уж точно гораздо более хрупкая. Невероятно узкая талия, худые руки и ноги. Приротовые наросты более тонки и остроугольные, нежели у мужчин длай. Возраст покрыл «панцирь» на лице сетью мелких морщинок, больше похожих на паутину трещин в стекле, а глаза обесцветил до серо-голубоватого цвета. Азриаэриэль не успел и слова сказать, как женщина накинулась на него, крепко обнимая.
– Наконец-то ты дома, сынок... – Тихим, высоким но мягким и тёплым голосом проговорила женщина даже не думая разжимать объятий. Немного помедлив, Азри обнял её в ответ.
– Да, мама, ненадолго получилось приехать...Может зайдём в дом?
– Ой, конечно, идём, отец тоже будет рад тебя видеть. Я как раз ужин приготовила. – Прекратив попытки задушить Азри объятиями женщина наконец-то отпустила его и за руку повела внутрь квартиры.

Изнутри квартира оказалась сравнительно небольшой. Сразу за «прихожей» шёл коридор с четырьмя ответвлениями, в две комнаты, санузел и душ. В конце коридора располагался вход на кухню.
Стены всех помещений под небольшим углом, но почти вертикальные, лишь к потолку сужаясь в клин. Пол из материала, похожего на сплетённые мягкие верёвки, сделанные из древесного материала. На самом деле это высушенные лианы, специально обработанные и сплетённые в такой ковёр. Стены мягкого голубого цвета, покрытые уже знакомой перламутровой «пылью» и очень хорошо отражающие свет. Источники света располагались, вопреки обыкновению, у самого пола. Тонкие светящиеся линии вдоль периметра всех комнат и коридора, свет, отражаясь от стен, равномерно растекался по помещениям.
Азри, увлекаемый матерью, был вынужден проследовать к месту приёма пищи, хотя сейчас ему больше всего хотелось не говорить и есть, а в душ и спать, может перед сном заняться чем-нибудь успокаивающим.
Кухня очень даже приличных размеров, вполне способная вместить в себя и десятерых, при том оборудованная по последнему слову техники. Пол выложен чёрными плитами.
Стоило Азриаэриэлю войти на кухню, как его пронзил внимательный изучающий взгляд непроницаемо-чёрных глаз отца.
– Здравствуй, Азри – Голос Хайзерезта (имя отца) звучал мощно, низким рокотом, так, как и должен звучать голос военного. О высших военных должностях Хайзерезта говорила татуировка на лице. Багрово красная, из густо переплетённых линий, по верхней части черепа татуировка дополнялась двумя параллельными линиями, признак высших чинов «военной машины» длай. – Садись, рассказывай что произошло за последнее время. Как ты оказался на Анурахе. В общих чертах я знаю историю и отчёты читал.
Вздохнув, Азри принялся за рассказ, с того момента как он подал заявку в полицию. Рассказывал он это не впервой, хотя сейчас его рассказ дополнялся ещё и описанием собственных эмоций, особенно в части про его конфликт с Элиотом. Закончил свой рассказ длай на моменте прилёта на Анурах, после чего объяснил, по какой причине прилетел на Вермальт.
Хайзерезт некоторое время молчал, смотря куда-то сквозь стену.
– Хорошо что в этот раз всё обошлось без таких же последствий, как когда ты покинул пойска. И всё же научись почаще задумываться о своих поступках и отношениях с сослуживцами и, главное, с вышестоящим начальством. Ты забыл Устав?
– Нет, не забыл... – нехотя произнёс Азри. Разговоры об уставе, отношениях с начальством, личной ответственности и прочими аспектами службы возникали постоянно с того самого момента, как Азри пришлось покинуть военную службу после конфликта с командованием флота, по причине не исполнения приказа в ходе боя, после которого он потерял руку. На самом деле, если бы нарушение не привело к положительному исходу боя, то не только Азри лишился бы звания, пусть и посмертно, но и вся история его семьи оказалась бы запятнана, а так, удалось отделаться «малой кровью». Азри покинул службу по собственному желания, получил очередную награду, сохранил звание и полномочия. Но его отцу пришлось спуститься на ступень ниже по должности. От члена Главного Военного Совета длай, до заместителя председателя Совета.
– Что касается твоей руки. Ты ведь проверял счёт, этого вполне должно хватить, но если что, можешь использовать кредит. А теперь ужин и отбой.

Комната Азри не отличалась какой-то особой роскошью. Хотя всё же было чему позавидовать, например, отличной аудиосистеме, включающий в себя и плазменные динамики, и небольшой штак.
На стене рамка голографического экрана.
Улёгшись в постель, Азри наконец-то решил проверить почту. Наконец-то объявился Элиот.
«Уже поспешил :) Хотя выбор, вроде, неплохой. Не самый дорогой вариант впрочем, это да. К слову, я на Вермальте сейчас. Ты не представляешь как долго от Анураха лететь до Вермальта. Хорошо хоть Централь сравнительно недалеко.
О киборгах. То есть, в автомате киборг всё же реагирует обычно непосредственно на внимание к нему или к охраняемому объекту? Но к остальным объектам, вне зоны его интереса, он может не проявлять ни малейшего внимания?
А вывести киборга из автомата каким-то внешним воздействием можно? Ведь должны быть, наверное, у него какие-то механизмы вывода из автомата на критический случай.
Насчёт Джен, не будь строг к себе. Тут дело не в том, киборг ты или нет, это никак в таких случаях не влияет. Так отреагировать вполне могу и я, могу и хуже, в общем-то, смотря какая ситуация. И другие люди на такое способны, это ведь просто защитная реакция тела на неожиданно возникший раздражитель. Резкое движение в сторону себя любимого часто воспринимается как угроза, ведь никогда не знаешь, хотят погладить по головке или же, может, хотят просто твоё бесценное горло вскрыть. Так что тут ты строг к себе слишком, раз винишь себя. В той ситуации ты у всех было нервное напряжение и инстинктыы самозащиты были на максимуме. Но суть я уловил, в твою сторону лучше руки не распускать :)
Завидую, завидую. Что такое «муза» я читал когда-то, что-то вроде источника творческой энергии, если брать переносный смысл. У нас такого нету, вообще наша раса в искусстве не слишком сильна, у нас не так много творцов в области живописи, скульптуры и так далее. Такого понятия у нас нету, хотя, конечно, и нам свойственно вдохновляться на поступки чем-либо, у каждого свои источники вдохновения. Кстати о творчестве, думаю, может быть захочешь взглянуть где я живу на Вермальте.»
– после этих строк Азри вставил ту самую фотографию, которую сделал когда приехал в свой родной «пригород».
«Фотограф из меня очень плохой, да и оборудование соответствующее, далеко не для этого сделанное. Но хоть что-то.
Химик? Однако, ты, похоже, не только художником мог бы быть, но и что-то совсем незаконное творить :)
Кстати, как поездка прошла твоя?»

Отправить.
 Анкета
Призрак Дата: Воскресенье, 03-Янв-2016, 06:29:17 | Сообщение # 441    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
...Фалтэон
"Хан" мягко пристыковался к главному шлюзу "Фалтэона".
Герметичность. Давление. Открытие прохода.
— Здравствуйте. Мы вас давно ждем, — экипаж "Хана" встречала Виерра, улыбчивая молодая саахшветка. Интеллигентная по общению — и совсем не интеллигентная по виду. Бритая голова с татуировками, ушки, полные пирсинга, и одежда, прикрывающая все прелести исключительно условно. Сегодня, например, на Виерре были короткие розовые шортики, над которыми торчали резинки красных трусов, и обтягивающая зеленая маечка. Набор цветов — вырви глаз, но глобально установка "чем ярче, тем лучше" Виерре не соответствовала. Видимо, сегодня у нее было какое-то особенное настроение.
— Виюнчик! — Кол вылетел вперед, заключил саахшветку в свои мощные гурталинские объятия. — Если бы мне написали, что ты здесь, мы бы, конечно, прилетели намного быстрее!
— Кол! — саахшветско-киборгские объятия Виерры получились не менее мощными. — Чилиге так не говори!
Виерра хихикнула, обвила хвост Кола своим хвостом. Кол лизнул нос саахшветки своим широким, шершавым языком.
— А меня обнять? Виерра! — наигранно-обиженно окликнула саахшветку ступившая на "Фалтэон" Ева. В руках гурталинши был чемоданчик с заранее подготовленными, необходимыми для осмотра Оура инструментами.
— И тебя обниму! — Виерра отпустила Кола и обменялась объятиями с Евой.
На корабль потихоньку перебрались некоторые другие члены экипажа "Хана", после чего в коридоре стало довольно тесно.
— Ладно, давай сразу к делу, а то Чилига будет недовольна, — Ева отстранилась от Виерры. — Где там Оур, что с ним случилось? Мне не передали никаких подробностей. Только сообщили, что ему срочно нужен новый глаз. Куда он дел старый?
Надежды Оура оправдались. Никто на "Хане" трансляцию пиратского турнира не смотрел, так что пиратский князь свою репутацию сохранить мог.... и сохранил, по крайней мере пока.
— Да подрался с кем-то, — Виерра пожала плечами. Просто так шефа позорить она не собиралась.
— Просто в драке? То есть он потерял живой глаз?
— Нет. Но про то, как именно, спросите лучше его сами.

— Здравствуй, Оур, — жизнерадостно поздоровалась Ева, впорхнув в медотсек. — Чилига. Варрик.
Варрику при осмотре было не место. Чилигино присутствие тоже отвлекало, но попробуй-ка отгони суранку от ее любимого босса.
— Варрик, проводи Кола с ребятами в столовую, — попросила Ева, — они тут перед дверью, и, наверное, совсем Виерру достали. Как бы еще и не съели.
Варрик не слишком охотно, но из медотсека удалился.
— Итак, — Ева, как и собиралась, сразу подошла к делу. Медотсек стандартный — все оборудование знакомое, привычное, ни в чем разбираться не надо, искать тоже ничего не надо: у важных медицинских предметов всегда имеются строго определенные места. А что не было в стандартном медотсеке, то Ева принесла с собой в чемоданчике. — Итак...
Гурталинша поставила на стол чемадончик, открыла его, надела на голову извлеченный оттуда интерфейс, подобный усовершенствованному интерфейсу лора: обруч-держатель на лоб, фонарик посередине, оптическая система перед глазом, медицинский сканер и визор с выводом информации перед вторым глазом. Ева подошла к Оуру, подняла его голову, заглянула в опустевшую глазницу.
— Серьезно, у тебя его вырвали? — обрывок "проводка" Ева заметила сразу же. — Оур, милый тебя что же это, пытали? Как им удалось вырвать у тебя глаз? Его не так-то просто.... захватить... прокололи крюком и вытянули? О, у тебя зрачок неадекватно расширен на мою лампочку. Пульс..? — Ева замерила пульс, — скачет. Как при сотрясении мозга. По голове били? Чили, у вас тут есть колонна? Надо просветить ему черепушку, в сотрясении нет ничего хорошего, это потенциально опасное состояние. Какие еще жалобы? Кроме того, что ты весь битый?
— Слух, — за Оура ответила Чилига. — Он ничего не слышит.
Ева вздохнула-фыркнула.
— Надо было сразу сказать мне, я что, в воздух вопросы задавать пришла? Чи, расскажи тогда ты, что произошло. Не можешь же ты не быть в курсе. Мне это важно знать, чтобы понять, на что его проверять, и какой глаз ему предлагать. Может, старый вариант при его образе жизни больше не надежен...?
Ева говорила, и одновременно с этим рассматривала уши Оура, суя в раковины пинцет-расширитель, чтобы было лучше видно.
— Ну что, — через какое-то время сказала она. Отстранилась от Оура, посмотрела на Чили. Оур-глухой воспринимался Евой как исключительно пассивный участник событий. — Обе барабанные перепонки значительно перфорированы. Даже если заживут сами, вероятность чего составляет 23,7% по компьютерной оценке, Оур останется тугоухим. Я рекомендую заменить ему обе перепонки. Операция несложная, я могу провести ее на "Хане".

Флэшбэк Элиота, 389е советские сутки, перелет Марс-Земля.

Варпа нет — связь есть. Нашлось время и немножко желания на то, чтобы прочитать письмо длая и ответить на него.
"Ты не так понял", — сейчас Элиоту отвечалось на прямые вопросы, но в сторону, в лирику, он уходить не хотел. Так Азри остался без поздравлений насчет совершения своего выбора. — "Внимание киборга будет выше к тому индивиду, который обращает свое внимание на него. Но при этом и окружающие "нейтралы" не окажутся обделенными. Киборг анализирует всю обстановку вокруг себя. Что-то акцентирует, что-то — нет. Механизма вывода из автоматического режима внешними воздействиями нет".
Тема обширная, но подробностей давать не хотелось.
"Конечно, не влияет", — с сарказмом думал Элиот, читая строки, где Азри пытался его примирить с самим собой в одном деликатном вопросе. — "Обычный органик же тоже всегда реагирует на неожиданные жесты по направлению к себе так, что может сломать кости этому неосторожному субъекту. Еще любой органик физически способен ломать кости, как спички. И, конечно, любой органик, когда его сзади игриво ткнут под ребра, имеет совершенно естественный и неперебарываемый рефлекс немедленно уложить шутника в нокдаун".
Для Азри, может быть, так и было. Все-таки он военный, для них посттравматический синдром, заставляющий любой жест к себе воспринимать как угрозу и буйно на это реагировать — вещь еще более часто встречающаяся, чем гастрит. Вот только у гражданского населения, нормального, адекватного, реакции на внешние раздражители другие. Правильные. Не "сначала бей, потом оглядывайся", а наоборот.
Так что здесь Элиот ничего Азри не хотел отвечать, хотел попридержал слова. Он не стал возражать Азри, поскольку понимал, что со своей, военной стороны, длай прав. Показывать же ему ситуацию со своей, гражданской, Элиоту сейчас не хотелось.
"Да ладно, не скромничай", — зато на фразу о малой способности длаев к искусству Элиот отреагировал. — "Я имел отношения с одной земной поэтессой, между прочим, очень популярной, и она вашей Кантареллой просто восхищалась. Цитировала ее вирши вслух при любом удобном поводе".
Ну вот, опять. Снова само собой вылезло то, о чем Элиот не помнил. И снова это был жалкий обрывок, вырванный из контекста, не более того. Кто эта земная поэтесса, Элиот не помнил, вообще ничего о ней не помнил. Ощущение такое, будто ляпнул что-то, и только потом понял смысл, но откуда этот ляп пришел, не догадываешься.
Зато Элиот догадывался, что проскочившая в ляпе поэтесса — это Эми Раэлтон: видел же фотку с собой и с ней из журнала из маминой подборки; а еще вспомнился томик ее стихов с автографом, что хранился в квартире на Паналуи, на подоконнике, меж цветочных горшков. Совсем неаккуратно хранился, и, может быть, даже нарочно использовался как промокашка. Очевидно, приятного осадка после этих самых отношений у Элиота не осталось.
Картинка Вермальта Элиоту понравилась. Он долго ее разглядывал, и лишь один раз прервался, чтобы написать срочно, повинуясь порыву души:
"У вас растут БЕРЕЗЫ??? Шутишь? Я, человек, их видел только на картинках", — в тех районах, где хорошо растут березы, Элиоту бывать не доводилось. Его пути всегда лежали южнее. — "Да только ради этого прилететь готов: чтобы впервые увидеть эти деревья, родные Земле, не то что не на Земле, но и не в Солнечной системе".
Чуть погодя, добавил:
"У вас красиво, ничего не скажешь".
Еще чуть погодя:
"Аз, ты меня пугаешь своими криминальными наклонностями".
А еще чуть погодя самое легкое:
"Отлично прошла. Больше к моему чипу бюрократы не подкопаются из-за просроченного медосмотра".
Отправить.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Эрин Дата: Понедельник, 04-Янв-2016, 04:04:16 | Сообщение # 442    
Сообщение отредактировал(а) Эрин - Вторник, 05-Янв-2016, 02:21:11

Клан Созвездия Волка
Ранг: Зрелый волк

Постов: 2278
Репутация: 274
Вес голоса: 5
374е сутки, Фельгейзе, ночь.
Для Гэбриэла рабочие будни и выходные дни проходили бы одинаково, если бы не один случай. Мордрэ за столь короткое время уже как-то пообвык к поздним приходам соседа, а потому и очередная задержка не доставила бы комфорта если бы не…
– Дброй нчи, — сосед был не только изрядно пьян, но и далеко не один. – Вот, сбсна, моя спалья, крвать справа, туалт напртв, рсп'лагайтесь.
Мордрэ только успел рот раскрыть, как вошедшая толпа (для псейо количество человек более 3, включая него, считалось уже толпой). Так вот, вошедшая толпа, пусть и не впечатав мужчину, но изрядно потоптавшись по его ногам, почти ровным строем прошествовала в спальню следом за Айзеком. Всё, что оставалось Гэбриэлу – закрыть за гостями дверь. Не прошло и минуты, как разговаривать было уже не с кем – троица, состоящая из соседа и двух девушек, блаженно сопела и слюнявила его подушки, в то время как подушку Гэбриэла слюнявило одно единственное, но совсем неподъёмное тело – сколько Мордрэ не пытался, но ни разбудить, ни, тем более, спихнуть незванного гостя с собственной кровати не выходило. Перспектива в который раз уснуть на столе не прельщала, а из выбора было принять одну из трёх сторон: лечь на свою кровать и молить всех богов или кто там есть о том, чтобы ночью это чудище не раздавило мужчину; лечь рядом с девушками и получить помимо статуса «бабника» и «извращенца» кучу дополнительных и бесполезных вопросов; и последний – лечь рядом с Айзеком.
Гэбриэл ещё некоторое время побродил по квартире, пытаясь найти для себя хоть какой-нибудь оптимистичный выход, четвёртый, но Случай вариантов больше не предлагал. В итоге, мужчиной было решено, что более адекватно воспримут тот факт, если он проснётся рядом с Айзеком (соседи же!). Быть может, даже подумают, что они неплохие друзья и лишних мыслей и подозрений не возникнет. Вернувшись в комнату, Гэб аккуратно перетянул Айзека поближе к середине кровати, освободив себе немного места, сел на край и ещё некоторое время так сидел, собираясь с мыслями. Позже лёг и Мордрэ, не раздеваясь. Утомительный день и не менее утомительный вечер сыграли свою роль – мужчина заснул сразу же.

374е сутки, Фельгейзе, утро.
За все удовольствия приходится платить. Особенно за те, которые вызываются алкоголем. За них приходится платить и деньгами, и некоторыми жестокими последствиями в случае перебора. Как, например, в этот раз.
Как повелось говорить у людей, утро добрым не бывает. А утро после знатной попойки — тем более. Ну, у всё тех же людей, по крайней мере.
Открыв глаза, Джен ещё долго лежала, пялясь во что-то, закрывающее ей обзор, пытаясь хоть бы как включить в пустой голове поток мыслей. Это заняло немало времени, так как мысли вытеснялись гудением, болью и крайней степенью затуманенности разума. Когда туман был-таки рассеян, и сознание кое-как прорезалось, Роуз болезненно поморщилась от гудения в голове и теле и чуть повернула голову, так, чтобы видеть хотя бы потолок, а не утыкаться лицом во что-то.
Ещё какое-то время ей потребовалось для того, чтобы осознать, что она лежит, нежно, почти по-любовнически обняв Санемику за талию, прижимая её к себе. И что, собственно, минуту назад она утыкалась лицом ей в грудь. Нога Джен, загнутая куда-то назад в колене, при этом лежала ещё на чем-то живом. Это было понятно по тому, что оно надувалось и сдувалось, дыша.
Ногу Джен поспешила осторожно убрать, освободив ещё одного соседа по кровати от её груза. Ничего более предпринимать она не хотела. До того момента, как её желудок вдруг не выразил желания исторгнуть своё недопереваренное содержимое в обратную сторону. Тут уж стало понятно, что срочно не помешает попасть в одно помещение. А предварительно для этого необходимо было освободить свои руки от обнимания Санемики.
Процесс этот, подгоняемый нарастающим ощущением кома в горле, надолго не затянулся, и вскоре, вскочив с кровати, Роуз, недолго ориентируясь, попала таки в уборную. На самом деле, понимай она сейчас хоть что-то, то задумалась бы, откуда знает её месторасположение в совершенно незнакомом месте. Но пока что осознание ситуации обходило её стороной, и она не поняла даже, что это место ей не знакомо.
Ещё через какое-то время Дженнифер умывалась перед зеркалом в ванной. Глаза болели почти так же, как голова. Тааак, где-то тут были капли... Или нет?.. Вообще, неисповедимы пути её логики в тот момент, но она была просто уверена, что где-то здесь есть её капли. Роуз так и не успела осознать, что это совсем не её квартира до того момента, как открыла висящий над раковиной шкафчик. Только узрев его содержимое, девушка наконец поняла, что что-то совсем-совсем не так.
Содержимое шкафчика явно характеризовало его хозяина как некоторого извращенца. Некоторого извращенца-ксенофила. И Джен была уверена, что шкафчик этот, как и предметы в нём, принадлежат явно не ей. Оглянувшись, она, наконец, чётко поняла, что тут вообще ничто не принадлежит ей. Не та квартира, не та ванная.
Она спала совсем недавно в кровати с Санемикой, нежно обняв ту, и возложив ногу на кого-то ещё, на которого она даже посмотреть не удосужилась. А по всем правилам привычной жизни, ни Санемики, ни (тем более!) кого бы то ни было ещё в одной кровати с Джен быть не должно.
Роуз схватилась за голову и, припав спиной к стене, плавно сползла на пол.
Что вчера было?
Где это она?
И не было ли тут чего-нибудь того, о чем лучше бы помнить?
Осознание накрыло её волной, мысли заполонили голову панически мечущимся роем насекомых, жужжащих и больно кусающихся. Дженни срочно напрягла память и постаралась вспомнить всё, что сможет.
То, что было до похода в ресторан, она помнила ясно. Помнила начало вечера. А вот дальше уже только крайне размытые сцены. И абсолютно никаких подсказок о местонахождении.
Терминал запищал. Оказалось — будильник. Выключив его, Роуз тяжко вздохнула, и, убрав намокшие прядки волос со лба, вдруг заметила на экране терминала пометку о непрочитанном сообщении. Сообщение было от Дэниэла, и заключало в себе два очень взволнованных вопроса «Джен, кто это?» и «Что происходит?». Этими же вопросами в момент прочтения задалась и Дженнифер. Ради ответа, или хотя бы намёка на него, пришлось смотреть исходящие сообщения. И там она нашла сообщение с вложенной фотографией и припиской «Это мои новфй друг, Бби, он очнеь милы.» Фотография изображала Дженнифер в обнимку с каким-то очень грязным и лохматым субъектом, явно из рода местных бомжей.
Таким образом в поисках прошлой ночи Роуз отправилась в папку со снимками. И не ошиблась.
Первый снимок изображает то, как Гам29 переваливается через садовую оградку, вот они с Айзеком несут на руках Санемику; вот сама Джен, целует Сан в щиток маски, вот чьи-то ноги торчат из мусорного бака, вот опять Джен, с каким-то огромным сапогом на голове; вот тут Айзек надевает этот сапог на голову какого-то прохожего тар-нау, а вот на этой — от него убегает. Вот смазанная фотография, явно сделанная на бегу, можно разглядеть силуэт того же тар-нау, только теперь он, похоже, гонится за Джен. Ещё один фотосет можно назвать «Санемика и феронис» — собственно, пятнадцать следующих снимков изображали азулийку, тискающую этого пушистого шарообразного зверька. Не трёх других снимках были изображены, наконец, Джен и этот самый бомж Бби. Судя по тому, что это был танимиец, имя его либо было очень неправильно напечатано Роуз при написании сообщения, либо дано кем-то из пьяной компании.
Ещё на одном снимке Айзек явно изображал рыцаря, с крышкой от мусорного бака и фигуркой меча из воздушного шарика в руках. На следующем были Санемика и Джен, стоящие рядом, и у последней на голове был надет круглый треснувший аквариум для рыбок. Другая фотография изображала Гама29, стоящего на голове напротив скамейки, под которой прятался с полным ужаса лицом молодой илидорец. На следующей за этим же илидорцем гналась Санемика, размахивая тем самым сапогом с первых снимков.
Следующий изображал Бби, Гама29, Айзека и Санемику, в обнимочку. Потом был снимок, на котором изображался большой фонтан со статуей какого-то гуманоида в центре — слишком темно, не разберёшь, какого именно. На следующем Гам29 валялся кверху брюшком в воде, Санемика, в образе романтичной леди, изящно сложив руки на коленях, сидела на нём, Айзек, заткнув меч-шарик за пояс, протягивал ей цветок, явно сорванный с клумбы на заднем плане, а Джен в это время лизала ногу статуи. А фотографировал всё это, видимо, бомж.
Последнее фото изображало Дженнифер, поющую, как в микрофон, в большой пупырчатый огурец.
Закончив с просмотром фотографий, Роуз тяжко вздохнула, уставилась обескураженным взглядом в шкафчик-мечту-ксенофила, и подумала о том, что, очевидно, самое время поразмыслить над смыслом жизни.


It doesn't matter what you've heard,
Impossible is not a word,
It's just a reason for someone not to try.©
 Анкета
Призрак Дата: Понедельник, 04-Янв-2016, 19:38:59 | Сообщение # 443    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
376е Советские сутки, Фельгейзе
Фики была свободна. Фики могла идти. Туда, куда она хочет или куда глаза глядят – выбор полностью лежал на девушке. На пороге ее задержал лишь ответ капитана об интересующей личности ¬¬– Уилан – который, в принципе, уже не столь сильно волновал юную наркоманку. Последним барьером к свободе был «листочек», которым Фвктаг снабдил Патаротис прежде, чем та окончательно скрылась из виду. Мысль начать новую жизнь с чистого листа и без наркотиков вместе с данным ей «листочком» держалась ровно до того момента, пока девушка не переступила порог участка. С первым вдохом городского воздуха, пропитанного множеством запахов и ароматов, мысль закружилась в воздушном потоке и вместе с выдохом улетучилась, как и поле действия листочка исчезло ввиду ограниченности радиуса действия. Стоило сейчас сориентироваться в пространстве хотя бы для того, чтобы не начать паниковать в незнакомом районе, пусть и достаточно близком к дому. Ломка усиливалась с каждой секундой, возрастая все больше и больше, поглотив вскоре все сознание Фики. Сейчас мозг работал только в одном направлении – добыть дозу. Пусть даже ценой жизни. Пусть даже чужой. Пошатываясь и весьма сомнительно передвигаясь, девушка направилась, по ее мнению, в нужную сторону. Нужную – не значит к дому. Нужную для очередной дозы – к Гумьяну. Направление и правда было выбрано верное, в чем девушка вскоре сама убедилась – перед глазами замаячил низкий, обветшалый дом в три этажа высотой. Забыв о том, что терминала девушка лишилась в последнюю встречу с Уилан, Фики постояла некоторое время у двери в подъезд, обнимая себя за плечи и, как дикий зверь, озираясь по сторонам. Никому не было до нее дела, а потому без какого-либо зазрения совести девушка юркнула в темноту дверного проема. Второй этаж, вторая дверь, три условных хлопка в ладоши, два раза постучать. Легкий шорох за дверью говорил о том, что хозяин дома, но, почему-то не торопится открывать.
– Гу, я знаю, что ты там! – девушка прижалась губами к щели между дверью и косяком. – Открывай давай.
– Уйди, Фики. Ты ментов с собой притащишь! – ответил голос по ту сторону двери.
– Гу! Открой, дурак!
– Вали отсюда! Иди лечись, дура! Нет у меня для тебя ничего! Уходи, понятно?!
– Гу..? – девушка сделала несколько шагов от двери и в следующий миг сорвалась с места, врезаясь всем своим истощенным тельцем в дверь. – Открой! Открой мне! Гумьян! Открой мне! Открывай! Мне открой! Мне! Открой! Гумьян! Дверь! Мне! Впусти меня! Гумьян!
На истерические вопли и призывы девушки открыть дверь уже высыпали соседи. Кто-то крутил пальцем у виска, кто-то уводил в дом детишек, выбежавших поглазеть.
– Сейчас полицию вызову! – ругнулась старушка, потрясая кулаком в сторону Патаротис. Девушка притихла.
– Я оттуда только что, – Фики нахмурилась и зыркнула в сторону старухи.
– Ууу, наркоманы! Пересажать бы вас всех! Тьфу на тебя, – бабка сплюнула себе под ноги, поправила челюсть и скрылась за дверью, хлопнув ею.
– Гумьян. Открой. Мне. Дверь, – в ответ тишина. – Твоя милочка Бидд пропала.
При упоминании Бидди за дверью стало очень тихо, после чего зашуршали замки и дверные цепочки.
– Что?!
– Пусти, идиот.
– Что с ней?!
– Да ничего. Отвянь. Дозу дай, придурок!
– Ты что, соврала?! Пошла вон отсюда!
– Чего орешь! Не знаю я, где она. Полиц сказал, что она больше не будет жить там, где жила.
– А где? – Гумьян наконец-то присел.
– Не сказал.
– А ты спросила?
– Нет.
– Дура.
– Доза есть?
– Есть.
– Давай.
– Дам и ты свалишь отсюда, – Гумьян потряс перед глазами небольшим свертком из непрозрачного материала.
– Давай сюда, придурок! – Патаротис выхватила сверток, засунула за щеку и вышла из квартиры Гу.
Путь от его дома до своего она знала отлично, а потому вскоре затхлый запах ее квартирки встречал девушку вместе с бардаком, царящим в помещении. Быстро устроившись на кровати, девушка достала сверток, развернула и втерла желанное вещество в десны. Все, без остатка.

378е Советские сутки
Чертова бюрократия. Пока оформишь необходимые для получения информации запросы, пока получишь подтверждение на них, пока тебе найдут и вышлют эту информацию — время летит. Время летит, а след остывает.
Космопрот выслал данные на второго пассажира корабля Артура Нильса спустя почти трое суток после запроса. Плохо, но могло бы быть еще хуже. Данные о самом корабле были предоставлены еще тогда, и немедленно корабль был объявлен в розыск, но вот конфиденциальную информацию о его пассажирах получить оказалось сложнее. Но в итоге информация была предоставлена интересная: Артур улетал не один. Вместе с ним Фельгейзе покинул илидорец с нестандартным именем Клайв Зунтер. Возможно, пособник. Возможно, нет. Самое интересное в этом илидорце было то, что как и Артур, он был киборгом. По биографии: дитя улиц, постоялец приюта... Такие ребята порой выбирали продажу себя крупной компании, ставили себе модификации, чтобы вылезти из нищеты. Клайв не вылез. Непонятно откуда взяв чудовищные деньги на кибернетизацию, он... остался при приюте.
Что он делал с Артуром?
С каких пор киборги без, казалось бы, общих точек пересечения, собираются вместе?
Или отсутствие общих точек — лишь показное? При проверке биографии Артура Нильса легенда этого человека рассыпалась, как карточный домик. Ни на месте жительства, ни на месте работы о таком человеке не знали. Откуда в отделе взялась "мертвая душа", начальник не мог объяснить, мямлил, был напуган. Контору проверили, но иных "мертвых душ" не нашли. Для ее начальника дело обернулось серьезным штрафом.
Тяжелее пришлось кибернетическим клиникам, в которых, согласно документам, проходила кибернетизация как Артура, так и Клайва. Снова "мертвые души" — реальных данных об этих индивидах в клиниках не было. На обязательные осмотры киборги не являлись, нужные медицинские данные им предоставляли заочно. Это очень серьезное нарушение. Директор клиники Артура признался во взятке, но увы, давшее ему деньги лицо полностью соблюло анонимность. Второго директора пока не раскололи. Обе клиники временно (и, вероятно, навсегда) прикрыли. В ближайшие дни будет проведена полная проверка всей их клиентской базы, в поисках новых нарушений.
В отличие от Артура, Клайв существовал на самом деле. Приют для бездомных, где он числился, подтвердил информацию об этом илидорце. Капитан Тратамбоу запросил с Зунтером встречу на основании разбирательства дела с фальсификацией его медицинских данных, как отправив киборгу официальную повестку на терминал, так и спустив бумагу приюту о том, что их подопечный должен быть доставлен в полицию на беседу.

Капитан Фвктаг тоже не сидел без дела. Он отправил нескольких оперуполномоченных на опрос жильцов дома Уилан, вместе с фотографией сначала Артура, потом — Клайва. Артура опознали два жильца, парень имел очень приметную внешность. Клайва не опознали. Однако то, что Артур не был один, уверенно утверждали оба свидетеля, опознавших его. "Двое" — версия одного свидетеля, "трое" — второго.
К сожалению, видеозаписи в этом небогатом доме на проходной не велись: камера давно была неисправна, и ее все никак не могли заменить.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Призрак Дата: Вторник, 05-Янв-2016, 02:14:51 | Сообщение # 444    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
374е сутки, Фельгейзе, утро.

Когда прозвенел будильник Дженнифер, чуткий сон алкоголиков был нарушен. Нет, не прерван, но нарушен.
Санемика проснулась еще тогда, когда Дженни, резво вскочив с кровати, перестала греть ее своим телом. Такая пустота впереди образовалась, и холод подул, и стеночка защитная из теплого тела исчезла... Санемика сжалась в клубочек, подтянув колени к животу, нагнув голову к коленям, руки сложив у груди. Тихонько хныкнула. Кроме пустоты, досаждали и другие неприятные ощущения: в голове шумело, от желудка к горлу ходили волны подташнивания. А еще во рту было так сухо, что язык к небу едва ли не прилипал. Плохо, дискомфортно, но при этом нет сил и желания как-то двигаться, чтобы это изменить.
Ситуация изменилась, когда из ванны прозвучал будильник Дженнифер.
"БУДИЛЬНИК ВСТАВАТЬ ВСТАВАТЬ РАБОТА" — с мыслями зомби, движениями зомби, Санемика поднялась с кровати. По пути на кухню (кухня Айзека была расположена так же , как и в ее доме: типовая квартира), в самом-самом начале пути, лишь только покинув кровать, Санемика споткнулась о ноги Айзека, потеряла равновесие и чуть не упала. Но обошлось.
Зато для Айзека не обошлось. Это было для него последней каплей. Хоффман не любил, терпеть не мог рано вставать (а ведь до законного подъема на работу оставалось еще целых полчаса!), а тут вот его все дергают. Вначале один кровать потряс, потом будильник заорал, теперь вот об ноги кто-то споткнулся... Собравшись с силами, Айзек заполз наконец на кровать целиком, чтобы устроиться удобно, чтобы никто больше об него не спотыкался. В полусонном, мутном сознании, Айзек не понял, что, устраивая себе удобство, прижался к своему соседу Гэбриэлу и положил руку ему на грудь, обнимая. Ну теплое и теплое тело. Хорошо же. Какая разница, чье.
Санемика же, всласть напившись воды из-под крана, стянув для этого маску на шею и так и забыв ее потом поднять обратно, решила переместиться в ванную. Мысли — зомби, тело — зомби...
Зомби кончились, когда азулийка переступила порог ванной комнаты и мутным взглядом уперлась в содержимое Айзековского шкафчика удовольствий. Санемика замерла на месте, несколько секунд тупо разглядывала набор юного извращенца-ксенофила, поначалу даже и не понимая, что это секс-игрушки. Просто что-то очень странное, какие-то насадки. Под блендер, может быть? А почему в ванной, а не на кухне? Ой, нет, не под блендер....
Сидящую на полу Дженнифер Санемика заметила только тогда, когда споткнулась о ее вытянутые ноги. Дежавю...
Медленно, плавно, Санемика осела на колени перед Роуз. Посмотрела той в глаза своими глазами, расширенными от шока.
— А вот там, сверху, над твоей головой, стоит то, о чем я думаю? — вместо обычного голоса Сан, сочного и довольно низкого для женщины, ее пережатое горло издало какой-то тихий писк. — Мы что... в логове извращенца? Нас вчера украли?



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Эрин Дата: Вторник, 05-Янв-2016, 03:13:54 | Сообщение # 445    
Сообщение отредактировал(а) Эрин - Среда, 06-Янв-2016, 21:15:22

Клан Созвездия Волка
Ранг: Зрелый волк

Постов: 2278
Репутация: 274
Вес голоса: 5
374е сутки, Фельгейзе, утро.
Особо долго думать в одиночестве Дженнифер не пришлось: вскоре на пороге оказалась Санемика, прошествовала в ванную и споткнулась об подругу. Судя по всему, можно сделать вывод, что до этого момента она тоже не понимала, что находится где-то не там, где надо, и что её тоже привёл в чувства местный шкафчик.
- Не знаю. - абсолютно загробным голосом отозвалась Роуз на вопросы азулийки, смотря на неё в ответ такими же шокированно расширенными глазами.
Потом, приметив кое-что неправильное, плавно подняла руки и, не меняя выражения лица и не двигая больше ничем, абсолютно машинальным движением вернула маску с шеи на лицо Санемики.
- Я ничего не помню. - всё так же безэмоционально сообщила Дженни. - Но не удивлюсь, если не нас, а мы сами кого-то похитили.
После этих слов Дженнифер развернула экран терминала и бегло показала азулийке фотографии, сохранившиеся со вчерашней ночи.
- Судя по всему, спрашивать у тебя, где мы, смысла нет. - констатировала рыжая, разглядывая групповое фото со статуей. И подвела итог: - Всё очень плохо. А ещё теперь у нас есть друг-бомж.
Потом, немного помолчав, задала вопрос, над которым раздумывала ещё до прихода Санемики:
- Осмотримся, или лучше сразу бежать?

***
Где-то, когда-то, в космосе.

- Пусть сам рассказывает, - проворчала Чилига, после чего, продиктовав вопросы Евы терминалу, выдала его Князю.
Оур бегло просмотрел текст оставшимся глазом, устало вздохнул, потом перевёл взгляд на гурталиншу, вернув терминал суранке.
- Я подралса, - ничьэго нэобычного, - мэньа нэмного побьильи головой об корэн, - саахшвет коснулся рукой правой стороны головы, того места, где под повязками красовалась рана. - Тхак чшто да, у мэньа сотрьасэниэ, я в этхом увэрьэн. Тхак вот, воврэмьа процедуры бьитьа мэньа, глаз просто выскочьил из глазньицы, и эго довырвальи. - Маринкош пожал плечами с совершенно спокойным выражением лица, будто такое случалось каждый день.
- Колонна есть, вон там, в углу, - воспользовалась паузой в речи саахшвета Чили, указав себе за плечо.
Маринкош продолжил:
- Глаз нушэн такой, кхак был, мьагкой модэльи, под натур'альный саахшвэтский типаж функций, нэ больше, нэ мьэнше. - Оур посмотрел на Еву очень задумчиво, потёр рукой подбородок, и подытожил: - Пльэвать, пьэрэпонки тоже мэньай. Да тхак, чштоб нэ хуже родных быльи, давай, я тэбьэ вэрью. - а потом, ещё какое-то время поразмыслив, добавил не в тему: - Слушай, у нас трьом киборгам пл'ановый осмотр нэ помэшхаэт. Рас уж ты тхут, сдэлаэшь хорошээ дэло? Я дашже заплачху, эсли захочьэшь. И вообшэ: рад тэбьа видэть, Ева. - злополучную букву «е» саах произнёс явно с немалым усилием, но всё-таки произнёс, и теперь мысленно праздновал эту маленькую победу.


It doesn't matter what you've heard,
Impossible is not a word,
It's just a reason for someone not to try.©
 Анкета
Призрак Дата: Вторник, 05-Янв-2016, 04:15:10 | Сообщение # 446    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
374е сутки, Фельгейзе, утро.

Санемика была настолько поглощена посторонними мыслями, что даже не отметила, что Джен поправила ей маску. В другое время азулийка испугалась бы своей рассеянности. Не шутки — без маски ходить! Сам не заметишь, как уснешь, и больше не проснешься...
Просмотрев фотографии Дженнифер, Санемика обратилась к галерее своего терминала. Но там было пусто. Фотографом вчерашнего вечера была Роуз.
— Друг-бомж... — рассеянно повторила Санемика. — А что Гам29? Айзек? Судя по фотографиям, они с нами еще были вечером. А теперь...? Ой-ой. Я бы предпочла бежать сразу, но... но вдруг их держат где-нибудь здесь, связанными и беспомощными? Вдруг, если мы убежим, а они, оказывается, были здесь, то на них испытают вот это?
Санемика дернула головой по направлению к шкафчику удовольствий.
— Поэтому давай-ка... оглядимся... тихо-о-онечно.
О том, что "тихонечко" уже давно было нарушено будильником Дженнифер, Санемика не подумала.
Азулийка первая выглянула из ванной. Осторожно ступила за порог. Осмотрелась. Шкаф под книги, пустая стена для проекции, и две большие кровати, впритык стоящие друг к другу. На одной — слава богу! — лежал Гам29. На второй — Айзек, обнимающий какого-то незнакомого гуманоида, прижимающийся к нему, как мерзнущий ребенок.
— Его - украли? — прошептала Санемика, указав пальцем на гуманоида. — Ой, не-е-т.
Кусочки мозайки сложились, общая картинка стала ясна. Бедная маленькая типовая квартира, огромные кровати, набор секс-игрушек, обнимающий незнакомца Айзек...
— Он - проститут! — срывающимся голосом, чуть не плача, прояснила Санемика для Дженнифер. — А мы в борделе. Точнее, в "номере на час". И, наверное, этот проститут всех уже нас... обработал... или только собирается обработать... я куда-то много денег платила, у меня на счету осталось совсем мало, так что, наверное, я за него и платила...
Санемика вдруг схватила Дженнифер за рукав, начала панически трясти его.
— Пойдем отсюда, Дженнифер, пойдем скорее!!!

...Фалтэон

Ева внимательно выслушала историю увечья Князя. Что же, битье головой о корень, вылет глаза и вырывание его все увечья объясняли.
— Хорошо, глаз будет такой же, — кивнула Ева, — у вас на компьютере же сохранены все параметры модели..? Если да, соберем за неделю. Только сразу предупрежу, что если тебя опять будут бить головой о корень, то такой глаз у тебя снова вылетит. Модель не самая пригодная для боев. Что же касается твоей последней просьбы, то, Оур, миленький, я же не кибернетик! Я без понятия, как должны работать их импланты и как не должен изменяться во времени их мозг. На вши там, на диарею, на вистихоз — это я их могу осмотреть, как доктор. Если кому из них руку оторвали, то могу отпечатать и собрать механический протез. Я врач-протезист. Врач! Я органиков лечу. Пойми меня правильно, мне нравятся ребятки-киборги, но осмотреть их комплексно я не смогу. Лучше найди хорошего специалиста. Это я тебе как друг говорю, Оур, хотя могла бы неплохо срубить денег, изобразив тут бурную деятельность. С их электронными мозгами лучше не шутить, и нельзя пускать все на самотек. Может плохо кончиться. Поверь, лучше иметь на своем корабле сотню диких лакханов, чем одного сорвавшегося киборга. А теперь вставай-ка. Ага, вот так, молодец. И залезай в колонну.
Сканированием черепа Оура Ева осталась довольна. Сотрясения не тяжелое, врачебного вмешательства не требует, само со временем пройдет. Этим гурталинша Оура и Чилигу немедленно обрадовала.
— С перепонками все намного проще, чем с глазом. Заменю обе часа за полтора под местным наркозом. Хоть прямо сейчас. Если готов, то пойдем. Чили? Отыщешь пока для меня данные на Оуровский старый глаз?



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Вольф_Терион Дата: Среда, 06-Янв-2016, 05:05:34 | Сообщение # 447     В браке
Ранг: Зрелый волк

Постов: 1007
Репутация: 130
Вес голоса: 4
390е сутки, Фельгейзе, торговый центр «Интерплаза».

Финри прекрасно понимал танимийку. И ему-то находиться среди реального варианта гурталинской киношки типа «враг» не очень комфортно было, что уж тут говорить об обычном гражданском, который настоящую кровь видел разве что когда анализы сдавал. А уж для мирных танимийцев это, наверное, вдвойне жутко было, эдакий локальный конец света.
К счастью, девушка забыла про обливание себя чужими мыслями очень быстро или, по крайней мере, более не упоминала про сей факт. Всё что девушка говорила оказалось тщательно записано на диктофон, когда же она закончила, Финри отключил диктофон и перешёл к более приятному и полезному, с его точки зрения, делу, к попыткам успокоить танимийку.
– Давайте выйдем отсюда на свежий воздух, если хотите, я вам принесу что-нибудь... – Лейтенант говорил с явной неуверенностью в голосе, вызванной сразу целой гаммой факторов. Во-первых, он не слишком-то хорошо знал инопланетные расы и боялся ляпнуть что-нибудь по глупости. Во-вторых, с женщинами он, мягко говоря, побаивался общаться даже в их адекватном состоянии, коим сейчас и не пахло. А в-третьих, он понятия не имел что делать и как ловчее успокоить девушку, помочь ей преодолеть потрясение без последствий. В курс обучения полицейских входила часть связанная с подобными случаями, но она была столь микроскопическая и расплывчатая, что оттуда и применить было нечего. Первым делом парень решил немного ускорить события и реализовать своё предложение о посещении свежего воздуха, другими словами Финри осторожно обнял покачивающуюся танимийку, мягко принуждая подняться, и повёл в сторону выхода, избирая путь, на котором было как можно меньшее количество трупов и крови, при этом приняв решение использовать тактику забалтывания, не очень удачно реализованную, правда.
– Ваша информация очень пригодится, благодарю. А если Вы что-то вспомните, то просто обратитесь в полицейский участок, а могу я вам свой номер терминала оставить, Вы со мной свяжетесь. Вот сейчас спустимся, Вам его сброшу. И ещё мне нужен будет Ваш паспорт, хорошо? Просто стандартная процедура. Вам может быть такси вызвать?..Вы далеко живёте?..Может Вам позвонить кому-то нужно?..-- Финри понимал, что вряд ли получит ответы на вопросы, но это в общем-то и не требовалось, важнее было чтобы девушка просто изменила вектор своего мышления в более спокойное русло, в таких случаях простые «бытовые» вопросы были наиболее верным делом, не дающим каких-либо рисков ляпнуть что-то не то. И к тому же Финри правда было интересно.
После пропахшего кровью помещения, в дополнения наполненного пылью, уличный воздух казался невероятно приятным, хотя ничего особенного в нём не было, но неприятное ощущение в горле постепенно отпускало, да и воспоминания о наполненном трупами здании казались чуть менее ужасающими, Финри надеялся, что танимийка чувствует примерно то же самое.
Местом дислокации Финри выбрал область рядом с пластиковой лавочкой, стоящей немного в удалении от торгового центра, но всё же внутри голографической синей ленты оцепления с бегущей строчкой «полиция».

391-е сутки, Фельгейзе, полицейский участок, утро.

Говард разрешил себе непозволительную роскошь в такие моменты – поспать. Правда спал он у себя в кабинете, а сейчас потягивал горячий, крепкий, чёрный чай без сахара и изучал все материалы, что были ему доступны.
Всё что он читал, распределялось у него в голове в своеобразные «шкафчики» по источника. Вот, например, шкафчик со свидетельскими показаниями, самый заполненный из всех. А вот появившийся утром шкафчик, в котором хранились данные из криминалистического отдела. Кстати Винтерхальтера несказанно удивило, что Хантри ухитрился так быстро провести все возможные анализы так быстро, а сегодня ещё и очень рано утром прислал заключительные результаты, основанные на информации из какого-то там института, названием которого Говард себе голову забивать не стал, не за чем хранить в голове лишнюю информацию, которая не поможет делу. Был так же ещё шкафчик, на данный момент пустой, в который отправлялись результаты обработанные и связанные между собой, например, исключённые подозреваемые.
Первым делом Говард очень тщательно и внимательно изучил всё что прислал Хантри, начиная от анализа взрывчатки и заканчивая моделью места преступления с поясняющими пометками и лаконичным заключением. Самым последним, вместе с данными из института, Хантри переслал ещё и небольшое сообщение.
« Кроме прочего, на основании видеозаписей и анализа эпицентра взрыва, а так же исходя из показаний свидетелей, я обнаружил, что в непосредственном эпицентре находилась женщина, опять же по показаниям свидетелей, подозрительная. На месте преступления я нашёл фрагменты её тела и провёл анализ ДНК, а так же обнаружился немного повреждённый чип-паспорт. Данные по ДНК и паспорт я отправил на анализ в аналитический отдел, они вскоре должны будут прислать вам все существующие данные о этой женщине, которые есть в базе».
Даже Говард, обычно все трудовые подвиги воспринимающий как что-то само собой разумеющееся и обыденное, не мог не похвалить Хантри за подобную исполнительность, да ещё и в такие сроки, потому отбил короткий ответ: «Хорошая работа».
До тех пор, пока данные по женщине не пришли, Говард принялся вертеть кусочки информации как пазл, дабы собрать хотя бы примерную картинку. И вдруг вспомнил, а вернее наткнулся при прочтении, о показаниях некху. Тепловые портреты!
Конечно многих деталей на них не было видно, это были скорее очень деталированные контуры с изображённым разными цветами градиентом температур, таким точным и подробным, что неконтактный ИК-термометр позавидовал бы. И всё же деталей было более чем достаточно. Полиции уже приходилось использовать подобные «портреты», потому под это дело была даже определённая програмка, весьма шустро из термопортрета делающая фоторобот. Хотя, всё же, этот фоторобот отличался определённой расплывчатостью и неточностью, потому не подлежал полностью автоматизированной обработке.
На выходе Винтерхальтер получил два фоторобота: таними и конжуйчанин.
Прежде чем действовать дальше, Говард погрузился в просмотр нескольких видеозаписей с разных ракурсов на место взрыва, час до взрыва и события после взрыва, до приезда полиции, всё это, само собой, в ускоренной промотке.
Соединив вместе модель взрыва от Хантри, показания свидетелей, а так же фотороботы, можно было сделать определённые выводы. Первым делом под подозрение попадал вышеозначенный конжуйчанин, который стоял непосредственно около фонтана, в который, согласно экспертизе, была вмонтирована порция взрывчатки, и ушедший непосредственно перед взрывом. Таними Говард не подозревал явно, хотя тот тоже ушёл прямо перед взрывом, вот только всё же он лишь очень бурно о чём-то говорил с тельсором, ныне мёртвым, хотя вернее будет сказать, что это тельсор с ним говорил. Таними точно не в счёт, насилие им чуждо. Оставался конжуйчанин и странная женщина с сумками, данных о которой пока что нету.
А ещё самое интересное, пришедшие данные по взрывчатке. Говард даже присвистнул. Экзотичнее взрывчатку нужно ещё поискать. Анализ явно утверждал, что кровавое мессиво устроила очень древняя и никем более не используемая пластичная взрывчатка с Земли, С-4. В эру кристаллических взрывчатых веществ, и то достаточно редких, а так же всевозможных извращённых способов взрыва, типа «жидкой взрывчатки», нейтронных бомб, термобарических плазменных бомб, испаряющих в определённом объёме пространства подавляющее большинство материалов, да совсем экзотических, запрещённых в галактике и практически недоступных видов бомб, например, основанных на использование антивещества, подобная взрывчатка была экзотикой среди экзотики.
Где можно достать С-4? Единственный вариант – чёрный рынок, да при том не обычный, а специализирующийся на очень специфических запросах. Есть же в конце концов в галактике спрос на раритетное огнестрельное и холодное оружие с Земли, запрещённое к вывозу, причём спрос этот порождают отнюдь не люди.
Но подобные размышления совсем не давали ответа на один из множества вопросов : Зачем использовать именно такую, редкую взрывчатку?
Естественно ответа на этот вопрос у Говарда не было. Пока не было.
Вздохнув, Винтерхальтер вынырнул из озера размышлений и отправил фото конжуйчанина в отдел патрульной службы, отдел участковых уполномоченных, а так же в отделы инспектирования воздушного и наземного движения, им он послал портреты с указанием оповестить все космические порты на предмет задержания преступника и кратким пояснением о сути обвинения.
Следующим, что Говард сделал, это «закинул удочки» в отдел по борьбе с экстремизмом, отправив туда описание взрывчатки с запросом о том, не использовалось ли похожее вещество в других террактах.
Покончив с основным делом, Говард обратил свой взор на видеозаписи и нашёл то что искал, подтверждение словам некху о краже произведённой мавхарном у псейо. Собственно, Винтерхальтер быстро вырезал нужный фрагмент видео и отправил в отдел по расследованию имущественных преступлений, пусть хоть немного свою зарплату отработают, найдут воришку.
 Анкета
Эрин Дата: Четверг, 07-Янв-2016, 04:24:06 | Сообщение # 448    
Сообщение отредактировал(а) Эрин - Четверг, 07-Янв-2016, 04:24:30

Клан Созвездия Волка
Ранг: Зрелый волк

Постов: 2278
Репутация: 274
Вес голоса: 5
374е сутки, Фельгейзе, утро.

- Тш, тш, без паники, - Дженнифер приложила палец к губам, осторожно отбирая свой рукав у Санемики. - Даже если он проститут, то какой-то неправильный. И до дела с ним явно не доходило. Ну смотри, мы — одеты, он — одет. Причём прилично одет. - шёпотом рассуждала Роуз, потирая переносицу. - Да и ладно, были бы мы просто одеты — так ведь ещё и в обуви! - рыжая глянула на свои ноги, будто желая убедиться в том, что туфли ей не почудились.
Исключая чудо-шкафчик, признаков «номера на час» у квартиры тоже особо не было. Конечно, рассуждать о том, как должны выглядеть подобные заведения, Джен могла исключительно теоретически, однако почему-то была уверена, что обстановка должна быть как минимум не такая... бытовушная.
- Секундочку! - вдруг осенило Дженнифер и она, развернувшись, тихонько прокралась на кухню. Осмотрелась бегло, заглянула в холодильник и вернулась, оставшись довольной увиденным. - Ставка на то, что это жилая квартира.
Нет, конечно, всё может быть, но холодильник с наличествующей в нём едой, да и в принципе полный набор бытовой техники в голове Роуз как-то не вязались с азулийкиной теорией о «борделе».
- Я думаю, что мы его тоже по пьяни подцепили, ну как бомжа, - предположила Дженни. - И теперь мы у него дома. - девушка потёрла шею, и вдруг скривилась. - Ну и извращенец он, выходит! Не думаю, что стоит бросать ребят наедине с ним.
Роуз попыталась растормошить Гама29, но лаккийца, кажется, не разбудил бы сейчас и взрыв. Тогда Дженнифер обошла кровати с другой стороны и осторожно тронула за плечо второго товарища.
- Айзек? Айзек, проснись!.. - тихо прошипела она, наклонившись к парню, так, чтобы не разбудить объект его объятий.

390е сутки, Фельгейзе, торговый центр «Интерплаза»

Молодой лейтенант предпринял самый верный в сложившейся ситуации шаг — решил вывести Йун из обезображенного взрывом здания с такими же обезображенными трупами. Сама она почему-то не была способна в данный момент не то что сделать это — вообще додуматься до каких-то самостоятельных действий.
Пока шли, танимийка цеплялась панически за куртку Финри, прижавшись к нему и закрыв глаза, чтобы лишний раз не смотреть на царящий вокруг ужас. К тому же, так идти было удобнее — нога, хоть и вправленная, всё же болела и подворачивалась.
Полицейский говорил что-то, но Йун его почти не слушала, думая лишь о том, как бы не упасть. И концентрироваться на этом было полезно — другие плохие мысли как-то пролетали мимо, и девушка окончательно перестала плакать и всхлипывать.
Когда вышли, стало как-то легче. Танимийка села на скамейку, вздохнула глубоко, запрокинула голову назад.
«Никогда больше не буду прогуливать межрасовую этику, никогда!» - мелькнула в голове полная отчаяния мысль.
Йун записала номер лейтенанта и участка, на всякий случай дала ему и свой — мало ли, вдруг понадобится от неё ещё что-то. Позволила сосканировать содержимое своего паспорта.

Личные данные
Имя: Йун Лу
Пол: Ж
Дата рождения: 4270г, 213е сутки
Место рождения: Скопление А4, система Гершеля, пл. Фельгейзе, район 3-1-С
Место жительства: Скопление А4, система Гершеля, пл. Фельгейзе, район 3-11-И, д. 34 кв. 76
Правовые данные
Допуск, уровень: I
Образование: неоконченное высшее, ранг 2
Последнее место работы: пл. Фельгейзе, район 3-11-Д, салон красоты «Йенвэкс»
Должность: стилист-парикмахер
Получена: 4287г, 15е сутки
Зарегистрированные нарушения: превышение скорости ТС — 7 штрафов.

Первоначальное желание было одно — УБРАТЬСЯ ПРОСТО УБРАТЬСЯ ОТСЮДА ПОДАЛЬШЕ, так что, услышь танимийка недавнее предложение лейтенанта о вызове такси — немедленно бы согласилась, но теперь, спустя несколько минут, придя в себя, Йун стала мыслить чуть спокойнее и чуть рациональнее.
- Голова кружится. М-мне бы к доктору. Вд-друг сотрясение? - голос ещё подрагивал от долгих рыданий. Танимийка высунула руку из-под пледа и указала пальчиком на один из медицинских шаттлов. - П-проводите, пожалуйста? Я од-дна не не могу, нога боль-лит.

Где-то в космосе, пиратское судно «Фалтэон»

Чтобы понять, что говорит Ева, Оуру вновь потребовался терминал Чилиги. Благо, та додумалась вовремя включить уже всем знакомую функцию. Узнав ответ гурталинши, Маринкош разочарованно надулся.
Очевидно, наивно было полагать, что тот, кто смыслит в кибернетических частях тел, смыслит и в кибернетических мозгах. Почему вообще в этом дурацком космосе так сложно найти того, кто разбирается в киборгах?! У-уф, давно ведь думал найти себе на постоянное место кибернетика, но нет же, чёрт возьми, лень. Да и попробуй отыскать среди пиратов стоящего! Хоть с какой планетарной клиники похищай, ей богу.
- Глаз ему делали ещё очень давно, так что я не уверена, что у меня есть его параметры... - задумчиво отозвалась Чилига, мотнув хвостом из стороны в сторону.
- Стационарньик в моэй кайутэ, папка 16-73, подраздэл 12-А, пароль ты знаэшь, - махнул рукой Князь, благо, всё ещё державший в руках терминал суранки. - <И ещё — принеси мой терминал, не с твоим же мне так ходить. И успокоительное. И бегом.> Й-ева, пошльи. Я готхов к процедурьэ, нэ будьэм трьать врэмьа.
Чилига фыркнула и подумала о том, что пора снимать босса с зависимости от волшебных таблеточек, подавляющих эмоции. Накачан успокоительным — камень, не накачан — хам. Саахшветы слишком неустойчивы к воздействию этого препарата.


It doesn't matter what you've heard,
Impossible is not a word,
It's just a reason for someone not to try.©
 Анкета
Призрак Дата: Четверг, 07-Янв-2016, 22:33:58 | Сообщение # 449    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
374е сутки, Фельгейзе

Дженнифер мнение Санемики о "притоне на одну ночь" не разделила. Послушав аргументы подруги против, азулийка с ней согласилась. Да, действительно, какой проститут спит с клиентами, будучи как сам в одежде, так и с "клиенток" даже ботинок не сняв? И в каком притоне в холодильнике есть запасы пищи?
— Ну, может и притащили, — Санемика разглядывала гуманоида с подозрением, явно написанным на ее лице. — Хм. Вроде человек, но в нем нет этого вашего розового оттенка от крови. Больной, что ли? Ох-ох, плохо. И бомж плохо, и больной плохо...
Как лишь недавно вышедшая в космические просторы со своей планеты, Санемика не могла с первого взгляда распознать псейо.
Дженнифер тем временем пыталась разбудить Айзека.
— Айзек? Айзек, проснись — девушка тронула Хоффмана за плечо.
Айзек, который последние минут десять пребывал в глубокой полудреме, и теперь снова был вырван в мир реальности, мученически застонал, перевернулся на живот, закрыл голову сверху подушкой.
— Ну рано же еще, рано! — со вселенской скорбью в голосе прогундел он из-под подушки.
— Еще немного, и поздно будет, — Санемика присоединилась к попыткам Дженнифер разбудить товарища. Напару им это удалось. Айзек отбросил подушку в сторону, сел на кровати, хмуро посмотрел на девушек из-под светлой спутанной челки. Поднял к лицу руку с терминалом, поинтересовался временем, закатил глаза и вздохнул.
— Говорю же, рано, — сонно проворчал он, — что вскочили-то? Пить хотите? Сейчас...
Айзек сполз с кровати, намереваясь направиться в сторону кухни, ставить чай гостям. Но гости его остановили.
— Подожди! — шепотом окликнула его Санемика. — Ты помнишь, что вчера было? Кто это с тобой в кровати спит? Мы сейчас в его доме? Мы его на улице подобрали?
— Ну нет, — Айзек недовольно дернул бровью. — Мы сейчас у меня дома. А этого товарища подселили ко мне совсем недавно. Помните, я упомянул его в кафе...? Знакомьтесь, Гэбриэл.
— А чьи... — Санемика хотела узнать, чьи штучки стоят там в ванной, но так и не набралась смелости на такой вопрос. Потрясла головой. — Нет, не важно.
На извращенца Айзек не походил. Скромный, глазки добрые... Вряд ли это его игрушки.
— Завтракать... — Айзек вдруг поморщился, потер рукой лоб. — Глупый вопрос про завтрак, да...?
Девушки закивали.
— Ну тогда пьем чай и потихоньку выдвигаемся на работу. От моего дома до участка не так-то и близко.
Санемика вдруг улыбнулась, немного нервно, немного смущенно.
— Джен...? Покажи ему наши вчерашние фотки. Пусть тоже знает, как веселился.

390е сутки, Фельгейзе, торговый центр «Интерплаза»

Ура. Все-таки дали свободу. Сняли данные с чипа, к сожалению, и, возможно, скоро еще вызовут в участок. Но сейчас можно идти.
Глупый коп напоследок выразил свое подозрение касательно личности допрашиваемого. Каи-Лир только глаза зло сощурил в ответ, но ничего не сказал. Увы, но такое отношение к себе он встречал не в первый раз. У мавхарна вообще сформировалось стойкое мнение, что всем зеленым просто в удовольствие издеваться над обществом. Без повода потребовать сканирование паспорта — да постоянно, ты же мавхарн, враг наш. Вдруг незарегестрированный?! Обыскать, когда есть повод для обыска — тоже обязательно обыщут, причем максимально унизительно, в какие только места не заглядывая. Сказать какую-нибудь гадость, что в голову пришла? Обязательно. А высказать свои необоснованные догадки? Ну, уж это тоже завсегда. Вот и сейчас, например, тоже.
То, что догадки копа были верны, ничуть не умаляло обиду Каи-Лира. Что, на лбу у него что ли написано, что не завязал он с воровством?
Каи-Лир собрался уже было уходить, но тут в шаттл другой полицейский привел молодую таними. Довольно симпотную деваху, к слову. Но что более важно, богатую деваху: наметанный глаз Каи-Лира сразу определил ценовую категорию браслетиков, брелочков, которыми девушка была обвешена. И категорию сумочки, продав которую, можно неделю жировать в хороших ресторанах. И внутри сумочки тоже наверняка есть что-то ценное. Рюшечки, стразики на сумочке... сумочка небольшая, на ремешке тонком, одета через плечо... да сорвать такую в толпе ничего не стоит.
Рассуждений много, оценок еще больше, а взгляд, направленный на сумку таними, только один, да и то вскользь. Жизнь научила, что никогда не надо сразу показывать объект своего интереса.
Вторая причина короткого взгляда: мавхарн в принципе мог это все увидеть только мельком. Сумочка и браслетики сверкнули всего на секунду, когда таними поправляла на себе пледик.
— БЕСТ.... — Каи-Лир осекся, когда увидел по реакции окружающих, что снова начал орать. — Бестолковые здесь совсем сидят врачи. Как не слышал ничего после взрыва, так и не слышу. Что с ребрами — сказать не могут. В больницу направляют. В больницу лучше сразу и пойти. Или домой. Дома и стены лечат, как люди говорят. Пойдем со мной, мазелька, а? Провожу до остановки шаттлов. Нечего здесь делать. Совсем нечего.
Таними вяло кивнула. Пребывая в состоянии шока, она была готова довериться любому незнакомцу, согласному увести ее из этого места.
— Вот и славненько, — Каи-Лир положил руку Йун на плечо (оставив при этом на ее пледе отпечаток своей грязной ладони) и вывел ее из медотсека. Девушка не сопротивлялась. Даже когда мавхарн убрал руку, она шла за ним сама. Точнее, попыталась идти: у нее сильно была повреждена нога. Мавхарну пришлось взять свою потенциальную жертву под локоть, чтобы та могла на него опереться.
Проходя мимо пострадавшего фонтана, Каи-Лир заметил вдруг кое-что, от чего его глаза радостно загорелись.
— О, моя шапочка!! — мавхарн нагнулся и поднял из кровавой лужи нечто, что назвать "шапочкой" можно было разве что спьяну. Сейчас это был насквозь мокрый блин с печально поникшим коротким козырьком, грязный и неприятно пахнущий. Но Каи-Лир, не смущаясь всего этого, тут же нацепил "шапочку" себе на голову. С "шапки" капала чужая кровь, смешанная, непонятного цвета. Одна такая кровавая дорожка прошла по лицу Каи-Лира; стали мокнуть и темнеть его волосы.
Когда парочка покинула место происшествия, то стала собирать на себе кучу любопытных взглядов. Даже Йун сейчас выглядела непрезентабельно, что уж говорить о Каи-Лире. А как от них пахло..! Непередаваемый микс из всевозможных сортов крови.
На остановке, конечно же, вокруг них сразу образовалось пустое место.
Йун почти не реагировала на происходящее. Сейчас забрать у нее сумку было проще, чем стащить ту конфетку из кармана псейо. Кстати, о конфетке. Каи-Лир вытащил из кармана уже побывавшую в употреблении карамельную палочку и сунул ее в рот, невзирая на налипшие на сладость ворсинки-мусоринки.
У мавхарна появился новый план. Более выгодный, чем кража сумочки.
— Как тебя звать-то, а? — Каи-Лир включил на терминале функцию распознавания речи, чтобы понять ответ таними, если он, конечно, будет. — И где живешь? На какой адрес мне шаттл искать?

...Фалтэон

— Пошли, — согласилась Ева, — только, Чили, выдай мне саахветшского обезболивающего. В моем медотсеке его совсем впритык, резервное количество на экстренный случай.
...через некоторое время Оур оказался в медотсеке "Хана". Небольшом, чистом, уютном. С картиной, висящей на самом видном месте, изображающей развешанные на подпорках потроха, которую Ева нарисовала не так давно пальцами попавшего к ней нейрийца.
— Локи, активация, — привычно бросила Ева. ИИ, распознав ее голос, разблокировал весь функционал медотсека. — Так, Оур, устраивайся-ка на кушеточке... ложись на спину, голову, повернув ухом вверх, сунь вот в тот круглый фиксатор. Любым ухом вверх.
Пока Оур устраивался, Ева облачилась в свой ярко-оранжевый халат, подготовила необходимые для операции инструменты.
— Лежи спокойно и не шевелись, — приказала Ева, внимательно проследив, чтобы эти слова Оур прочитал с терминала. Когда Князь кивнул, Ева ввела ему местное обезболивающее, полученное от Чилиги, позади ушных раковин, подождала несколько минут, пока оно подействует, и приступила к операции.
Оура начало штырить после окончания резекции барабанной перепонки из первого уха. Неприятная персональная реакция.
— Й-эваа. У Й-ээвы толстый хвост.
На это Ева не обратила внимание.
— Й-эва. Гдэ у Й-эвы льэшит прэсэрватив? Оур хочьэт сдэлат шарьык. Надуть ы лопнуть. Ыэээ.
Это Ева тоже пропустила мимо ушей. Но когда Оур стал что-то булькать, пуская слюни, и пытаться вертеть головой (вертеть из-за фиксатора получалось плохо, но даже малейшие смещения для такой точной операции были недопустимы), терпение гурталинши лопнуло.
Как уже мог убедиться попавший к ней вместе с нейри киборг, Ева — любительница радикальных и в какой-то степени даже экстремальных мер там, где простыми не обойдешься.
Так Оур получил в вену укол тройного наркоза. Даже для саахов это тяжелая доза, хотя к смерти почти никогда не приводящая.
Со спящим Оуром работать было одно удовольствие. Резекция, затем замена центральной зоны барабанной перепонки на синтетический аналог. Временная фиксация, пока имплант не приживется. Последний штрих - тампон с антибиотиком в ухо. Звучит просто, но такие хирургические манипуляции требуют большой точности и ловких движений рук хирурга.
На родной "Фалтэон" бессознательного Оура доставили гурталины с "Хана": просто донесли на руках.
— Пусть приходит ко мне наблюдаться каждый день, пока я здесь. Тампоны ему надо менять два раза в день, стоять они должны еще по крайней мере две недели. Оуру нельзя купаться с головой, потому что если вода попадет ему в ухо, будет очень плохо. Не в коем случае ему не орать и не сморкаться, иначе новая перепонка может "съехать", — по итогам работ проинструктировала Ева Чилигу. — У Оура могут быть шумы в ушах, может болеть голова, могут быть проблемы с координацией. В принципе, это допустимые осложнения. Если будут, то, скорее всего, вскоре пройдут сами. В ближайшую неделю я точно останусь здесь: уши, глаз... Скажи, есть еще что-то, чем я могу заняться в это время? И как у вас тут, на Фалтэоне, нынче развлекаются?



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Эрин Дата: Пятница, 08-Янв-2016, 02:06:53 | Сообщение # 450    

Клан Созвездия Волка
Ранг: Зрелый волк

Постов: 2278
Репутация: 274
Вес голоса: 5
374е сутки, Фельгейзе.

Общими усилиями разбудить Айзека всё-таки удалось. Прогресс в ситуации наблюдался положительный — Хоффман хотя бы знал, где они находятся, и место это было ничем иным, как его собственной (ну, не совсем собственной, но) квартирой, а «проститут» — всего лишь тем самым соседом, которого прошлым вечером касался разговор.
Кое-как удалось растолкать и Гама 29. Лаккиец необходимостью пробуждаться тоже был не очень доволен, но, кажется, последствия пьянки для него были куда мягче, чем для гуманоидной части компании.
Пока пили чай, Джен, по просьбе Санемики, показала двум остальным товарищам фотографии вчерашних приключений, рассказала, что бомжа зовут Бби и он их новый друг, и выказала надежду на то, что какая-нибудь уличная камера не засняла их пьяные безобразия.
- Ребята, ну может вы-то хоть что-нибудь помните? - мученически вопросила Джен, оглядывая разбуженных парней.
- Я помню... - подал голос Гам29, и рыжая устремила на него полный надежды взгляд, - ...как ты, Дженниферроуз, поймала птицу и засунула её в рюкзак аштена, спавшего на лавочке в парке.
Дженни поперхнулась чаем и посмотрела на лаккийца взглядом, полным смеси ужаса, растерянности, смущения и чувства того, что её предали.
- Л-ладно... ещё кто-нибудь?

390е сутки, Фельгейзе.

Будь ситуация иной и работа разума лучше, Йун бы не то, что не пошла бы вместе с этим субъектом — даже на три метра не подошла к нему. И причиной было бы не то, что он принадлежал к расе, которую в тот момент девушка даже опознать была не способна, или что он вообще был какой-то подозрительный, а то, во что он одет. Боги, да даже бомжи в этом веке приличней одеваются!
А уж когда он подобрал из кровавой лужи свою «шапочку», девушка только посмотрела полными ужаса глазами на процесс водружения этого отвратительного объекта на голову бледнокожего и по-страдальчески сдавленно пискнула. Но цепляться пальцами за руку «неожиданного спасителя» начала только крепче.
На остановке стало спокойнее. Тем лучше, чем дальше от ужасного места взрыва. От трупов, от запаха крови. Конечно, запах был всё ещё вместе с парочкой — в содержимом чужих тел они вывалялись достаточно, но, по крайней мере, здесь воняло не всё вокруг. Разрушений и луж крови тут тоже не было.
- Й-йун. Йун Лу. - таки ответила танимийка на вопрос парня, но для получения ответа ему пришлось подождать довольно продолжительное время. - 11-И, дом 34, девятнадцатый этаж. - адрес тоже был назван.
В шаттле Йун ехала, всё так же крепко держась за странного товарища по жуткому происшествию, которому без задней мысли назвала свой адрес, но даже имени не удосужилась спросить. Однако, одной непоняткой стало меньше:
- Никогда раньше не видела мавхарнов в живую... - тихо пробормотала Лу, снизу вверх глядя на своего провожатого. Всё-таки, спустя время, опознать его расу она смогла.
О том, как прошла поездка до дома, Йун судить не могла: время протекло как будто бы крайне медленно, но вместе с тем совершенно незаметно. Это было странное чувство. Но, по крайней мере, собственные мозги более-менее встали на место, в них снова появились самостоятельные мысли. Кусочки чужого разума, запутавшиеся в волосах девушки, к сожалению, себе такой роскоши позволить не могли.
Появившейся сознательности хватило для того, чтобы танимийка узнала свой квартал и даже заранее подготовилась выходить.
Ещё пара минут ковыляний на больной ноге — и перед глазами уже дверь условно родной квартиры. Полностью родной она стать ещё не успела — переезд состоялся всего три дня назад. Однако, в любом случае, добраться сюда было невероятным облегчением.
- Ну... спасибо, что проводил, - впервые за всё это время Лу, наконец, отпустила руку мавхарна и неловко шаркнула ножкой. Окинула «спасителя» взглядом. - Тебе бы не помешало помыться... А то выглядишь и пахнешь, как бомж.
И подумала, намётанным взглядом оценив одёжку товарища по несчастью: «И вправду, а не бомж ли ты часом? Выглядишь соответсвующе..» Однако, бомж, не бомж, но помог немало, а по танимийским, да и общим законам приличия за такое простого «спасибо» будет маловато.
- Может, зайдёшь? Воспользуешься моей ванной, разрешаю... Выпьем илри... И, э-эм... я тебя покормлю? Если хочешь.
Однокомнатная, но большая квартира встречала пустотой, широкой кроватью на возвышении, чёрным лаковым диваном, столом с проектором, набором красной кухонной мебели у одной стены и тремя башенками крупных пластиковых коробок — большая часть предметов домашнего обихода все ещё покоилась в упаковке со времени заезда, не было времени разобрать. Окно имелось всего одно, но это не мешало квартире быть залитой солнечным светом. Почему? Потому, что это «окошечко» занимало почти всю самую длинную стену, и помехой тому, чтобы солнце сделало из этого места парилку, был лишь соседний небоскрёб, удачно стоящий на траектории светила, но, тем не менее, не загораживающий вид на город целиком.
- Тебя самого-то хоть как зовут? - закрывая дверь за мавхарном, Йун наконец-то осознала ещё одно упущение.


It doesn't matter what you've heard,
Impossible is not a word,
It's just a reason for someone not to try.©
 Анкета
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Мир людей » С Третьей Космической
Страница 30 из 40«1228293031323940»
Поиск:
 
| Ёборотень 2006-2015 ;) | Используются технологии uCoz волк