[ Регистрация · Главная страница · Вход ]
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 28 из 93«1226272829309293»
Модератор форума: Призрак 
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
По небесной глади во врата ада.
ЙошЪ Дата: Четверг, 23-Авг-2012, 14:42:12 | Сообщение # 406    
Сообщение отредактировал(а) ЙохангА - Четверг, 23-Авг-2012, 14:46:39

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5713
Репутация: 1385
Вес голоса: 10
Рада не могла не заметить скользивший по её телу Иттриев взгляд. Обычно в таких случаях она сразу била в челюсть, или прибегала к более радикальным мерам, так как она терпеть не могла подобные похотливые взгляды. Она и в этот раз напряглась, сжалась на миг всем телом, словно пружина от захлестнувших её сознание воспоминаний, подходящих под ситуацию. На миг она ощутила очень старое чувство, закоренелое, давно сидящее глубоко в ней старой занозой — сильное, почти до боли в затылке отвращение к мужской фигуре. Не ко всем она испытывала подобные чувства, но к очень многим. К Иттрию она такого не ощущала, напротив, только таяла с каждым разом все сильнее от его взглядов, но старые рефлексы время о времени напоминали о себе.
Справившись с собой, Рада глубоко вдохнула и медленно выдохнула, спокойно взглянув на Иттрия, как раз задававшего вопросы.
- Сколько городов ты успела сменить? Где ты нашла Грога и откуда проистекает ваша с ним связь? Ну и главное, - Иттрий весело стрельнул глазами на опять чудящего Арма, - кто тебя научил так здорово стрелять из лука? - спросил воин. Рада изменилась в лице и качнула головой.
— Два из трёх. - тихо пробубнила она. — Ладно, я сама на это подписалась. Надеюсь, тебе можно доверять. Сколько я сменила городов? Я...м-м-м... - ведьма нахмурилась, пытаясь посчитать точное количество мест, в которых побывала, инстинктивно шевеля пальцами. — Много где, всего не упомню. Надолго задерживалась я только в трех местах: дома, в деревушке западнее от нее, там я прожила почти два года, и в северных лесах. Там я прибилась к шайке бродячих... - ведьма снова нахмурилась. — Я не знаю, они были не совсем разбойники. Среди этих людей были маги и лекари, цыгане, там была целая община. Они занимались грабежом, но никогда никого не убивали. После некоторой череды событий там, я покинула это место и с тех пор нигде не задерживалась надолго. - Рада замолчала, вспоминая большое лесное поселение, с шалашами на деревьях, земляными норами, предназначенными для жилья, обилием лошадей и скота, весёлым народом, любящим выпить и устроить шумный праздник. То было едва ли не самое светлое время её жизни, от теплых воспоминаний на душе стало солнечно и свободно.
— Грога я нашла почти мёртвым, во втором своем пристанище. - Рада перевела взгляд на пса, который озабоченный успехами Арма сидел рядом с ним и больше мешал, чем помогал, озабоченно гавкая и постоянно отбегая к мишени, или принося ему улетевшую сильно мимо стрелу.
— На рыночной площади, валяющегося в грязи, сильно раненого, избитого, без сознания я увидела мальчика, с виду лет пяти, не старше. Худого, в обносках, непонятно откуда взявшегося. Прохожие проходили мимо и каждый второй не упускал случая лишний раз пнуть его. У него были черные волосы и необычные глаза, янтарно-желтого цвета. Я не знаю историю его жизни, кто он, откуда, что с ним произошло, а сам он этого не помнит теперь. Тогда понятно было одно: он умрет, и не один лекарь ему не поможет. - Рада замолкла, вздохнув, не знаю как приступить к следующий части повествования, памятую, как болезненно Иттрий реагирует на подобные темы. — Есть одно очень древнее заклятие... - тихо начала она отведя взгляд. — Я когда-то прочитала о нём в одной из книг, что привез отец из плавания. Он привозил много книг, разных. Суть заклятия в том, чтобы разделить свою жизнь с кем-то другим, тем самым приняв на себя ровно половину его страданий. Я понятия не имела, получится у меня или нет, но я, кажется, вообще не думала тогда, что делаю. Пока я дотащила мальчика до своего...кгхм...подвала, он успел сменить не менее трех обликов, даже не придя в сознание. Тогда меня это не особенно удивляло. На момент проведения ритуала он уже был собакой, почти мёртвой. Я..м-м-м...вот... - Рада показала правую ладонь, с коротким белым шрамом поперек. — Тоже самое пришлось сделать с его лапой. Древние слова сами срывались с языка, клянусь, я понятия не имела что говорю. Но это сработало. Как сейчас помню.... - Рада оборвалась на полуслове, слегка задумчиво усмехнувшись. — в общем, с тех пор мы с ним были неразлучны. Сам он, к счастью, или сожалению, ничего не помнит. - закончив, Рада взглянула на пса, а затем вспомнив о чем-то, встревоженно положила руку Иттрию на плечо, заглянув ему в глаза.
— Только прошу тебя, не надо говорить об этом с Грогом. Он и так все знает, но...посмотри, как он счастлив, не нужно ему мешать.
— Рада! - донесся до слуха ведьмы голос Арма. — У меня кончились все стрелы. - обиженно прогудел он. У Рады сложилось ощущение, будто перед ней стоит пятилетний мальчуган, у которого только что отобрали конфету. Она засмеялась и посмотрела на крестьянина.
— Хватит на сегодня. Собирай стрелы и пойдём обратно. Догонишь?
— Да, идите. - с этими словами Арм с Грогом бросились собирать стрелы по округе, а ведьма с воином не спеша направились к деревне.
— Прежде чем я отвечу на третий вопрос, я задам свой, а то выходит как-то нечестно. А где вырос ты?


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Четверг, 23-Авг-2012, 16:39:06 | Сообщение # 407    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Рада не переставала удивлять. О существовании таких, как Грог, Иттрий до встречи с ним даже и не догадывался, но оказалось, что все гораздо сложнее, чем представлялось на первый взгляд. Пес, легко принимающий любой облик, когда-то был человеком. Что-то верно убивало его, но древнее заклятие позволило разделить эту участь со случайной прохожей, навсегда связав их души. На какие же еще повороты и сюрпризы горазда жизнь..?
— Только прошу тебя, не надо говорить об этом с Грогом. Он и так все знает, но...посмотри, как он счастлив, не нужно ему мешать. - в конце истории попросила Рада, заглянув воину в глаза.
- Не буду. - тихо ответил он.
Арм в это время обнаружил, что запас стрел у него иссяк, и пожаловался на это Раде, тем самым прервав разговор Рады и Иттрия, который оказался, вопреки представлениям последнего, чересчур личным. Вопрос про стрельбу из лука тоже оказался особенным, связанным с чем-то (или, наверное, кем-то) дорогим, раз Рада оставила его на самый конец, а в самом начале не хотела и вовсе на него отвечать.
Занятия с луком на сегодня окончились. Рада с Иттрием потихоньку пошли вперед, оставив Грога и Арма собирать стрелы на поляне.
— Прежде чем я отвечу на третий вопрос, я задам свой, а то выходит как-то нечестно. А где вырос ты? - поинтересовалась Рада.
- Это неинтересная история, - пожал плечами Иттрий, - я вырос здесь, в этом городе. Кем меня точно нельзя назвать, так это путешественником - других крупных городов я и не видел. Бывал разве что к ближайших селах, а уходить куда-нибудь дальше нужды никакой не было, в Столице было дел по горло, да и меня в общем-то все устраивало, никакого желания к смене обстановки не возникало. Желания повидать мир тоже не было. Вернее, были мысли пару раз, но я их сразу откидывал - для их существления пришлось бы слишком многим пожертвовать. Я всегда свято верил в то, что мое место - здесь.
Как-то незаметно простой вопрос вывел и Иттрия на нелегкую для него тему.
- А вот когда, ээ.. пришлось покинуть город, тогда я за полгода пропутешествовал больше, чем за всю свою жизнь. Небольшие города, поселения, деревни - и все в отдалении отсюда. Потом надоело скитаться, не было в этом никакого толку, и я вернулся ближе к родным местам и осел в той деревушке, где вы меня и нашли. Дальнейшее ты знаешь.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Четверг, 23-Авг-2012, 17:28:40 | Сообщение # 408    
Сообщение отредактировал(а) ЙохангА - Четверг, 23-Авг-2012, 21:58:13

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5713
Репутация: 1385
Вес голоса: 10
Выслушав ответ воина Рада даже расстроилась. Его повествование оказалось до обидного кратким и не несшим в себе ничего интересного, кроме того, о чем он говорит не стал. Ведьме казалось вполне справедливой система "откровенность за откровенность". Настаивать она тоже не хотела, с другой стороны, вдруг Иттрию это не понравится и он вспылит, а то и вовсе замкнется в себе намертво. Этого она точно не хотела.
— А почему пришлось покинуть город? - вкрадчиво спросила ведьма, осторожно глядя на Иттрия. — Я помню, что ты рассказывал, там, в лесу, но...Нет, подожди. Давай сперва я отвечу на третий вопрос, а потом ты решишь, хочешь ты говорить дальше или нет. Я в любом случае тебя пойму, но мне было бы интересно послушать твою историю. - говоря об этом Рада не лукавила. Обычно ей были совершенно безразличны человеческие судьбы, какая ей разница, кто и как жил. И так же как она не посягала на чужие тайны, не терпела посягательства и на свои. Но тут был случай особый, девушке от чего-то хотелось говорить с Иттрием и в свою очередь узнавать его глубже и и ближе. Это был вовсе не поддельный интерес, а самый настоящий.
— Его звали..точнее, его зовут Родмир. Он не любил своего имени, потому просил называть его Лисом. Его я встретила среди того лесного народа, он первый, кто отнесся ко мне с пониманием и не отверг. Он был магом, умел творить настоящие чудеса, мог камень превратить в розу, горсть листьев в стаю бабочек. Его магия была легкой, солнечной, глядя на него я не переставала восхищаться его способностью делать жизнь из ничего. - вспоминая, Рада захлёбывалась в эмоциях, бурно жестикулирую, пытаясь тем самым неосознанно показать весь масштаб силы парня, все её непонимание такого чуда и её безграничное удивление.
— Выходит, он был полной моей противоположностью. Там, где он проходил, вырастали молодые зеленые побеги, а после меня оставались только смерть и разруха. Но он никогда не покидал надежды отыскать во мне какую-то искру света, он... - ведьма вздохнула и нахмурилась, изображая на лице полное непонимание — ...он постоянно нёс какой-то бред и так свято верил в то, что я могу так же, как и он, что иногда меня посещала мысль, что он просто чокнутый. Сколько я не пыталась сделать что-то, как он велит, у меня ничего не выходило. Птенцы умирали у меня в руках, камни, из которых должны были расти цветы — рассыпались в песок. Я на какой-то миг даже поверила ему, но видимо он ошибался. Да только это всё равно его не останавливало, он всё равно продолжал убеждать меня в том, что я могу то, чего мне никогда не было дано. - Рада остановилась, повертела головой, сгоняя наваждение, протерла ладонью лицо, будто смахивая с него невидимую паутину.
— Извини, наверное, я говорю слишком много, и вообще этого говорить не стоит, но ты сам попросил, черт бы тебя побрал! - неизвестно из-за чего вспылила девушка повысив голос, обращаясь скорее не к Иттрию, а к самой себе. Немного успокоившись, она продолжила.
— В общем, это он меня всему научил. Нянчился со мной как с девочкой, будто я сама не могу за себя постоять. Он был одним из лучших лучников среди нас, и максимум своих знаний передал мне. Это оказалось не очень сложным, намного проще его уроков понимания мира и поиска света внутри себя. Он же рассказал мне всё, что знал о травах. В общем, он очень много для меня сделал, и..наверное, только с ним я могла чувствовать себя спокойно и ощущать такую...такое...это сложно объяснить, совершенно, черт возьми, не поддается словесному описанию! Это очень похоже на то, что сейчас есть между...а-а-э-м... - заговорившись, Рада повернулась к Иттрию, но поймав его взгляд резко прикусила язык, поймав себя на мысли что разболталась чересчур бурно и едва не сморозила лишнего. Девушка нервно сглотнула, некоторое время изучая лицо воина, а затем отвела взгляд.
— Ты, наверное, понимаешь. - смущенно бросила она. Некоторое время она молчала. После столь эмоциональной речи ощущение было странным. Даже дыхание было тяжелым, словно она только что пробежала стометровку, но зато внутри стало не в пример легче, словно с души скатились несколько огромных валунов.
— В общем, потом мне пришлось покинуть это место и больше мы никогда не виделись. И я не хочу туда возвращаться Так что насчет моего вопроса?


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Суббота, 25-Авг-2012, 02:21:13 | Сообщение # 409    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
— А почему пришлось покинуть город? - вкрадчиво спросила ведьма, осторожно глядя на Иттрия. — Я помню, что ты рассказывал, там, в лесу, но…
После этих слов Иттрий сбился с шага, но быстро взял себя в руки и последовал за Радой будто бы ни в чем ни бывало. Только губы были плотно сжаты.
Рада открылась ему, рассказала про Грога, обещала рассказать о чем-то важном и дорогом еще, и воин пообещал про себя ответить на любой ее следующий вопрос.
«Ну почему именно этот..?» - горько подумал он. Историю своего изгнания Иттрий считал не только очень болезненной, но и очень постыдной темой. Это ее он пытался залить столько времени – а сейчас ему предлагали рассказать ее вслух, пережить заново все во всех подробностях и, возможно, бесповоротно испортить мнение о себе.
Когда вспышка угасла и Иттрий смог снова замечать что-то из внешнего мира, Рада уже рассказывала о том первом человеке, кто понял ее и не отверг, описывала ту магию, к которой он был способен. Интонация девушки скакала, один раз она чуть не прервала свою историю, которая, очевидно, давалась ей совсем не просто. Рада описывала самые счастливые года ее жизни, однако причина того, что они закончились, осталась за гранью рассказа. Воображение тут же нарисовало Иттрию картину, как Рада смотрит своими черными-черными, затуманенными магией глазами на остатки поселения, и только тот юноша, что раньше понимал и поддерживал ее, пытается остановить ее от дальнейших разрушений.
Отогнав яркую, но не шибко правдоподобную картину, Иттрий положил руку на плечо Рады и остановился. Ведьма обернулась и посмотрела ему в глаза, ожидая ответа на свой последний вопрос.
- Я расскажу тебе, что произошло, - очень ровно, спокойно и безэмоционально сказал он, - это будет честно. А ты, если потом еще захочешь со мной говорить, когда-нибудь расскажи, почему пришлось уйти тебе, хорошо? Если сможешь, конечно.
В сердце неприятно закололо. Иттрий подошел к ближайшему дереву, прислонился к нему спиной, скрестил руки на груди и пару раз глубоко вдохнул, успокаиваясь.
- Ты первая, кто услышит этот рассказ от "нового меня", Рада, - вымученно улыбнувшись, начал Иттрий, - сзади тебя упавшее дерево, присядь лучше. Говорить буду много.
- Ты уже знаешь, что я был одним из королевских стражей, но не из тех, кто стоит у ворот. Помимо обычных отрядов существует три особенных, элитных, преданных лично Королю и его ближайшему окружению. В каждом отряде – по десять человек, не больше и не меньше. Эти отряды не патрулируют ночные улицы, не перетряхивают обозы купцов – им задачи ставят другие. Помощь политикам, правительственные дела, которые нельзя предавать огласке, а так же самые опасные или деликатные задания – вот это дела для них. В народе эти отряды называют «тайной стражей», «царскими гончими», ну или «тенями». Так вот, я был «тенью». Не буду рассказывать, как я выслужился, чтобы туда попасть, но меня взяли – и всего через три года я уже стоял во главе отряда. – начало далось Иттрию легко, тем более похвастаться своим особым положением, пусть и безнадежно утраченным, всегда приятно.
Но когда воин стал говорить дальше, его будто бы окутало тучей – серой, клубящейся, необозримо большой. Каких только эмоций не было в ней намешано – тоска, горечь, тепло, любовь, и до сих пор едва терпимая боль.
- Вся моя жизнь была связана с этим отрядом. Там была Адель – веселый огонек, задорный и непоседливый, и я не знаю никого, кто владел бы кинжалами лучше нее. Много лет она была моей самой близкой подругой, в какой-то момент даже больше, чем подругой, но… не срослось. На удивление окружающих, недолгие отношения не оттолкнули нас друг от друга, а наоборот, сплотили еще больше.
Там был Карен – мой младший брат, гордость военной академии, который попал в «тени» сразу после окончания ее, и по его личной просьбе – в мой отряд.
Риза, мастерица иллюзий и поэтесса-самородок, Нарк, тихий и незаметный, прекрасный разведчик – я могу рассказать и обо всех остальных членах отряда, среди них не было скучных или неприятных людей, но не буду так далеко уходить от темы, про каждого балладу сочинить можно.
Задания мы выполняли самые разнообразные. Поймать взбесившегося оборотня, разоблачить лже-посла из соседнего государства, сопроводить и оставить навсегда в лесах лидера воров… Вот и последнее задание поначалу показалось нам не сложнее прочих. На границе совершенно случайно поймали обоз, груженный рабами. Возница сразу раскусил пилюлю с ядом, и узнать от него ничего было нельзя. От рабов толку было немного, узнали только то, что они – не единственные такие. Их разум был бесповоротно нарушен сильными веществами, повредившие им память и замутнившими рассудок, но тем не менее название города-отправителя все-таки всплыло – один из несчастных все же смог припомнить настенные часы и центральную площадь с «фонтаном с собаками», что однозначно указывало на нашу Столицу. Дело запахло неприятно. Нашему отряду поручили найти и уничтожить логово работорговцев и всех его обитателей. Улик никаких не было. Я выделил в отряде три пары, остальные работали по одному, я в том числе. Каждая пара или одиночка стала работать над своим обликом и легендой. Мне, например, довелось побывать наемником-головорезом, не гнушающимся никакой работой. Рассосредоточившись, мы стали посещать самые неприятные места города и общаться с самыми гадкими людьми, потихоньку вливаясь в их коллектив, в надежде разнюхать сплетни о работорговстве. Месяц не было ничего – и я начал всерьез беспокоиться, но информация наконец появилась. Среди ночи ко мне домой ворвалась Лида, одна из моих «теней», мечница. Бесцеремонно вломившись в дом и разбудив меня и брата, Лида усадила нас за стол и с горящими глазами стала делиться информацией.
Оказалось, что работорговля ведется уже по меньшей мере год, и все проворачивается строго за пределами Столицы – здесь осторожные мерзавцы никого не продают, только набирают. Главного мерзавца кличут Мастером, и он – один из самых богатых в бандитских кругах людей, и при этом темная лошадка, о которой почти ничего не известно, и никто не видел ее лично. Но Мастер оказался не таким уж и мастером и сделал большой прокол. Хоть он и не являл свое тело народу, основной посредник у него был один и ходил безо всякой охраны. В эту ночь Лида его выследила и пошла за ним, надеясь, что он приведет к хозяину. Увы, слежка была обнаружена, и посредник неожиданно напал. Лида его без проблем одолела, скрутила, но – снова пилюля с ядом! При себе у посредника оказались письма, которые Лида нам и продемонстрировала. Письма однозначно выводили нас на кого-то из царских советников, но кого именно, можно было только догадываться.
Отряд вновь был собран, и действовали мы по-прежнему очень аккуратно, чтобы не спугнуть мерзавца. Неделя труда, и вот остались только двое подозреваемых. Казалось, еще немного – и дело в шляпе, и процесс действительно не застоялся. Подозрения все больше росли в сторону первого советника – мы в нужном месте находили бумаги, в нужное время слышали сплетни. Казалось, против первого советника все говорит однозначно, иди и бери – но что-то в этой истории мне не нравилось, то ли невероятное везение при поиске зацепок, то ли мне шептала интуиция, и я тянул до последнего. Карточный домик сомнений развалил Карен, который ворвался однажды ко мне сразу после своей смены с горящими, как огонь, глазами, и сказал, что он выследил место сборища работорговцев. Сказал, что нашел один полуразрушенный дом в самом поганом месте города, куда ездил наш советник и оставался там на пару часов, а потом оттуда выходили странные люди, в одном из которых Карен узнал известного преступника, которого давно никто не мог поймать за хвост.
Надо было все проверить. Развалюха, видимо, использовалась только для встреч, так как выглядела заброшенной. Там вполне могли остаться отлетевшие пуговицы с гербами, обрывки конвертов с печатками или еще что-нибудь интересное. Я послал туда Карена и Ризу, и они действительно отыскали кое-что ценное – оброненный кем-то клочок бумаги с местом и временем следующей встречи. Встреча планировалась через два дня и нигде иначе, как в усадьбе самого советника.
Описывая своему отряду тактику захвата (казалось бы – что стоит десятку лучших бойцов захватить ничего не подозревающую кучку бандитов?), я подписывал каждому смертный приговор.
В решающий час, когда надо было выходить из казарм и идти на штурм, ко мне подбежал мальчик-побегушник и сказал, что меня прямо сейчас, срочно, вызывает начальство. Такое периодически случалось, поэтому я передал командование Лиде и махнул отряду – мол, идите, а я вас догоню.
Крайне раздраженный несвоевременным вызовом, я направился к месту встречи, но только завернул за угол казармы, как моя голова будто бы взорвалась, свет померк, и все исчезло.
Очнулся я в каком-то темном помещении, привязанный к стулу полусырыми веревками, со связанными за спиной руками. Голова болела неимоверно. «Эй, смотри-ка, очухался!» - произнес хриплый голос. Я повернул голову на звук – туман из глаз потихоньку исчезал, зрение снова начало фокусироваться – и увидел двух незнакомых мне юношей. Им было вряд ли больше двадцати, но на вид оба казались крепкими. «Заткни ему рот. Он вроде как чароплет.» Тот, кому говорили, кивнул, достал из кармана носовой платок и грубо затолкал его мне в рот. Я дернулся, но путы держали. Парень отскочил от меня. «Может его снова по голове ударить?». «Не боись, никуда он не денется. А прибьешь нечаянно – тебя самого за него прибьют». Они потом трепались о чем-то малозначимом, а я тем временем оценивал обстановку. За меня хотят выкуп? Вряд ли, наша семья небогата. И не бедна, в общем, но не настолько, чтобы похищать «тень» прямо у самых казарм. Я без оружия, лишь кинжал в сапоге, а у моих сторожей – по мечу. И да – я еще связан. Неприятный расклад. Меня тогда больше беспокоила своя шкура, за отряд я не переживал – и вдевятером они преступников отловят и по земле раскатают. Я подумал о Ризе, вспомнил ее иллюзии и то, как люди корчились от насылаемых ею галлюцинаций – и почти совсем успокоился. В конце концов, и меня пока убивать не собирались.
Платок был гадким, меня от него чуть ли не вырвало, и после нескольких попыток я выплюнул его. Тут же подошел мой сторож, ударил меня по щеке и нагнулся, чтобы подобрать платок с пола.
В тот миг мозаика собралась, и когда последний кусочек встал на место, мой мир рухнул.
Глупые сторожи, так боявшиеся за мой рот. Магу в первую очередь надо связывать руки, что они и так сделали. Способностей у меня минимум, и для колдовства мне непременно нужны руки, одной лишь мыслью я не мог сотворить ничего, и сторожами был обезоружен. Теоретически.
Одежда и волосы обоих парней вспыхнули, словно факелы. Оба закричали, один повалился на землю, другой пытался сорвать с себя горящую одежду. Я вскочил со стула, вытащил у корчившегося на полу меч и прирезал обоих. Я бросил взгляд на веревки перед свои стулом – они не просто перегорели в некоторых местах, а они расплавились, растеклись вязкой лужей на полу. Вот уж действительно ярость открывает спящие резервы… Но тогда я не об этом думал. Тела еще горели, но мне было все равно. Я нагнулся, сорвал с шеи одного из юношей медальон, который так кстати выскользнул у него из-под рубашки и повис прямо перед моим носом, когда парень нагнулся за платком. Вещицу я сунул себе в карман и медленно вышел из комнаты, после – из дома.
На улицу уже опускались сумерки. Я провел в плену часа два. Мысль ударила, как молния: я еще могу успеть!
Я знал место, где оказался. Недалеко от казарм – вот наглецы! Так быстро, как только я мог из себя выжать, я побежал к казармам, взял из конюшни первую попавшуюся лошадь (кажется, лошадь Ризы) и, не жалея животное, во весь отпор погнал его к усадьбе советника. Минут через пятнадцать мы были на месте.
На верхнем этаже горел свет. Ниже – нет. Калитка плотно прикрыта. И полная тишина.
Я сам отправил свой отряд в ловушку.
Даже когда в коридоре, перед самым входом, я нашел тело Ризы, во мне еще где-то глубоко теплилась надежда, что все, что я придумал – только фантазии, глупые и фальшивые, и что здесь замешано что-то другое.
Риза лежала на животе, раскинув руки. Ее горло перерезали быстро и профессионально, напав сзади, тихо и незаметно, очевидно, зажав жертве рот.
Моя девочка всегда ходила замыкающей. Больше магов в отряде не было.
Следующее тело ждало меня на лестнице, идущей вниз. Я сбежал по ней и попал в богатый винный погреб. Ряды из бочек создавали что-то вроде лабиринта. Тишина и темнота, пустота и отчаяние. Я зажег над плечом огонек и двинулся, петляя, в противоположный конец комнаты, где должен был быть проход в темницу. Проход был, перегороженный полуопущенной решеткой, подвязанной цепью. Совсем недавно она разбила проходящий тут отряд на две части, и тех, кто остался по эту сторону, просто расстреляли сверху. Три тела, три моих друга. В каждом по несколько стрел. Я поднял глаза – как и во многих домах, сюда в погреб выходил маленький балкончик для обозрения богатств. С него и стрелял лучник. Это было верный ход - разбить отряд, всех сразу перестрелять бы не удалось, даже если лучников было бы двое – те стражи, кого оставили бы на последок, быстро сообразили бы в чем дело и скрылись за бочками. Ну, а среди оставшихся «теней» наверняка был бы и свой стрелок…
По темнице я шел, следуя по брызгам крови. Прирезать со спины оставшуюся троицу не удалось, и мои ребята собирались дорого продать свою жизнь. Они оттеснили нападавших по коридору в зал темницы, где и началось побоище. Алек пал первым, там, где оканчивался коридор – в его спине торчал глубоко ушедший внутрь кинжал. Видимо, тут предатель перестал таиться, зарезал Алека и бежал.
По залу были разбросаны тела, их отрубленные части, и везде – кровь, кровь, кровь. На полу лужами, на стенах разводами, на потолке брызгами. Ха! Чтобы прирезать сзади троих людей, мерзавцы оставили целую компанию, и столькие мертвы.
Неподвижные трупы - спасать уже некого. Опоздал. Опоздал…
Переворачивая тела, я искал знакомые лица. Адель я нашел первой. Когда я ее перевернул, что-то потянулось следом с пола. Я опустил глаза – живот моей милой, моей веселой, такой родной Ады был вспорот с самого низу и до груди, внутренности вываливались наружу. Она, наверное, недолго мучалась, ее добили – голова болталась на одной коже.
Я сидел перед ней на коленях, в полном ступоре, ничего не соображая, чувствуя только раздирающую и оглушающую боль. Не знаю, сколько бы я так просидел, если бы в тишине не раздался тихий хрип, сложившийся в мое имя. «Иттрий.» Я наклонил голову на звук, обернулся, и на четвереньках пополз к Лиде. Она неподвижно лежала на боку и смотрела на меня своими темными глазами. Лицо ей сводило судорогой, ей было мучительно больно. Первое, что бросилась мне в глаза – это короткая культя на месте ее правой руки, из которой все вытекала кровь. – Лида! – я снова вернулся в реальность, снял пояс с ближайшего из покойников и туго перетянул Лиде культу. «Поздно,» - совсем тихий голос. Я нагнулся, она коснулась дрожащими пальцами моей щеки, - «держись. Карен, он…» Рука безвольно опала, и Лида больше не двигалась. – Знаю, - шепнул я в пустоту, поднялся и медленно пошел обратно, к лестнице на верхний этаж – туда, наверх, где горел свет. По моим штанам стекала чужая кровь, в том числе – кровь моих друзей, и душа моя утекала вместе с ней. Я был холоден и решителен, как никогда.
Может, если бы я поспешил, то остались бы жить несколько совершенно посторонних мне людей. Когда я вошел в главную залу, Карен как раз медленно перерезал горло несчастному, захлебывающемуся в крови, ни в чем не повинному советнику. Рядом, привязанные к стульям, сидели его жена и старая служанка, обе – мертвые.
Карен был увлечен. Я достал кинжал и тихо подошел к брату сзади, приобнял его за плечи и вонзил кинжал прямо ему в сердце. Метил в сердце – от прикосновения к плечам Карен вздрогнул и попытался вывернуться, видимо, от этого кинжал пошел чуть в сторону. Брат еще был в сознании, когда, оборачиваясь, увидел своего убийцу. «Как ты..?» - слова, тихие как ветер, сорвались с его губ. Я молча показал ему медальон, снятый со сторожа. Круг из потемневшего серебра, с выпуклым замысловатым рисунком – змея скрывается в кусте из роз. Наша семейная ценность, реликвия, выполненная по наброску нашей прабабушки.
Дальше у меня в памяти зияет провал. Я не помню, ничего о том, как выбирался. Вообще ничего.
Следующее воспоминание – как меня отпаивает ледяной водой Рен, детектив дел королевских. Когда я пришел в себя и смог говорить, он очень обрадовался и сообщил мне, что женщина, которую я принес на себе, сейчас под глубоким наркозом, и за ее жизнь борются лучшие целители.
Лида выжила. Я рассказал все. В усадьбу поехали прямо с утра и почти поверили в мои слова – все было так, вот только тело Карена так и не нашли. Он как будто исчез, растворился. По моему требованию сразу же отправились вязать последнего подозреваемого, теперь очевидно сообщника Мастера – другого советника, внимание от которого старательно отводилось ложными уликами и выдуманными сплетнями. Советника не нашли, нашли его труп с пеной у рта. Что за пена? Правильно – пилюля с ядом.
Меня немедленно взяли под стражу. Велось расследование, но доказать мою вину никто не смог. Задействовали высшие ресурсы – по моему следу от самой казармы пошел маг-эмпат, но он подтвердил мои слова, и мне поверили. Отпустить просто так не могли – такого грандиозного провала еще никто не видывал. След работорговца потерян, государственный муж убит, вся моя команда мертва за исключением лишь одной женщины, которая выжила случайно, но покалечена так, что для «теней» потеряна. А виной всему этому – сидящий перед ними человек, по злой иронии судьбы единственный уцелевший, который сам отправил своих людей в ловушку. Злого умысла никто не видел, но слепоту мою простить не могли. О наказании ты уже знаешь. Вывернув меня на изнанку, они отпустили на все четыре стороны, настоятельно посоветовав в Столице больше не появляться. Пригрозили последствиями.
Да даже если бы и не так – я бы все равно не смог остаться в городе. Но вот я снова здесь… - Иттрий уже не ходил, он давно стоял, положив руку на березу и оперевшись на нее лбом. В первый раз с начала рассказа он поднял на Раду глаза.
- Я видел Лиду на одном из допросов. Она ничего не говорила, только плакала. Еще я знаю, что Карен выжил. Перед тем, как покинуть город, я зашел домой, заглянул в его комнату. Талисман брата еще горел – а должен был угаснуть вместе со смертью хозяина.
Сколько раз за время изгнания я мечтал о медленной и мучительной смерти для себя, о, сколько раз! Почему я не взял кинжал или не прыгнул в реку с камнем на шее – не знаю. Однажды до этого почти дошла, но смотря на лезвие, я увидел в отражении тот взгляд Лиды, когда она лежала на полу темницы, истекая кровью. Она боролась. И осталась.
А мне уйти не хватило храбрости.
Восемь человек, восемь моих друзей – все мертвы, и виноват в этом я. Мой гребаный просчет! Моя слепота! Если бы я был внимательнее, я бы заподозрил неладное намного раньше. Брат исчезал по ночам, а когда я спрашивал – только отшучивался. Теперь я знаю, что он ходил не девушку совращать. Большинство улик на советника находил именно он, и это тоже должно было броситься мне в глаза. Последнее время он был дерганым. И всегда любил деньги больше всего на свете. Подростком водился с плохими ребятами. Последние два факта – категорические запреты на вступление в «тени», но эти факты я сам же и помог ему скрыть. А ведь в детстве он был хорошим малым… Всегда подкармливал бродячих животных, помогал матери, чем мог. А потом она умерла, и воспитывать Карена стало некому – я в те годы учился в академии и домой приходил только на выходные. Наверное, стоило уйти и заняться его воспитанием. Или позже быть к нему внимательнее и заметить тот день, когда он вступил на кривую дорожку. Я бы все отдал…! И наша последняя встреча..! – в конце эмоции наконец хлынули рекой, и Иттрий задохнулся в своих словах. Непонятно было, о чем он жалеет больше – о том, что не добил предателя, или о том, что поднял кинжал на единственного родственника, на родного брата.
Иттрил запустил руку себе в волосы и пустыми глазами уставился на землю.
- Вот такая вышла история. За мной большая кровавая дорожка, Рада.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Пятница, 31-Авг-2012, 02:57:17 | Сообщение # 410    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5713
Репутация: 1385
Вес голоса: 10
Рада последовала совету Иттрия и присела на бревно поваленного дерева, попутно кивнув Арму, который было притормозил рядом, но быстро ощутив накалившуюся обстановку поспешил оставить Иттрия и Раду наедине. Тоже самое сделал и Грог. Сама ведьма чувствовала, как тяжело воину дается этот разговор, и уже заочно ощущала легкое волнение. Сердце отчего-то стучало быстрее, лоб горячил, а в висках стучало. Вместе с тем дыхание участилось, в общем, ведьма чувствовала себя словно первоклассница на своем самом первом в жизни первом сентября.
Она внимательно слушала Иттриеву повесть, неотрывно глядя на него и молчала, боялась издать даже звук. Вместе с тем девушка почти видела, как черная тоска изливается из души воина черной рекой, разливаясь вокруг, да так, что казалось, даже птицы умолкли, ветер притих и перестал шелестеть листьями, все вымерло вокруг от горечи и старых, давних а потому тяжелых втройне страданий.
Рада словно переместилась во времени и погрузилась в слова Иттрия целиком, без всякого остатка. Она видела его, несколько моложе. Это был несомненно он, да только глаза были другими. Такие же металлически-серые, но спокойно-мудрые, светлые, в которых время от времени вспыхивал азартный огонёк. Видела она так же всех, о ком Иттрий рассказывал. Вот девушка, невысокая, но на удивление статная, хрупкая, с длинными волнистыми волосами и лучезарными глазами. Это Адель, глядя на неё и представить невозможно, что такое хрупкое создание способно искусно убивать. Вот Карен, похож на Иттрия, но моложе, и какой-то совсем другой, совсем неуловимо, но все-таки другой. У него иные глаза, другая улыбка, он словно ртуть подвижный.
Рада видела все. Словно в фильме изображения проносились у нее перед глазами, захватывало дух, сердце стучало сильнее и тревожнее, иногда становилось страшно, а потом вновь отпускало. Слышались звоны клинков, крики, запах крови, и перед глазами встала жуткая картина. Девушка видела так же и лицо Иттрия, перекошенное от бессильной ярости и боли, слышала, как воют черти в его душе.
К концу рассказа к горлу подступил ком, а глаза защипало. Ведьма вынужденно схватилась рукой за шею, туго сглотнула и усилием воли уняла рвущуюся бурю чувств. Некоторое время она молчала, только безотрывно смотрела на воина. Она не знала что говорить, боялась, что испортит все любыми словами. К тому же, она сама находилась в таком смятении, будто за время рассказа пережила не меньше, чем иттрий за долгое время.
Всё же, она не жалела о своём вопросе. Ей нужно было это знать, иначе было просто невозможно. Девушка, поколебавшись, поднялась с бревна и тихой кошкой подошла к воину, взяв его ладонь в свою руку. Какое-то время она смотрела ему в глаза, наверное, первый раз так открыто, и так "нагло", в самую душу, не делаю тем самым причинить ему боль, а желая успокоить бушующее внутри море. Затем она отвела взгляд, повернула ладонь воина вверх внутренней частью и провела по ней пальцами.
— Я не знаю, что я могу сказать. Слова, наверное, тут совершенно бесполезны. Но, думаю, тебе важно знать, что хоть меня и напугала твоя история, но главным источником страха стал вовсе не ты. Ты вообще...ты не... - ведьма вздохнула, так и не закончив фразу. Слова давались тяжело, застревали в горле, даже голос звучал предательски тихо.
— Не знаю, что я могу сделать. Если что-то могу — скажи. Самым честным сейчас наверное будет рассказать мою историю. Если ты хочешь слушать.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Пятница, 31-Авг-2012, 04:08:49 | Сообщение # 411    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
От прикосновения Рады Иттрий вздрогнул. Рассказывая, воин снова будто бы перенесся в те времена и не замечал ничего вокруг - он снова видел лица своих мертвых товарищей, снова плавил на своих руках веревки, снова, оглушенный, сидел перед останками своего самого близкого человека, снова убивал своего брата.
На фоне его воспоминаний все же присутствовала Рада, но ее присутствие было незримым, эфимерным. Она как будто бы наблюдала за этим сверху, светлая и сопереживающая, и не будь ее рядом - Иттрий оказался бы в опасной близости к безумию, вспоминая вновь самые страшные моменты своей жизни во всех подробностях.
А сейчас Рада стояла рядом, держала его за руку и смотрела в глаза так, как не смотрела раньше никогда. В ответном взгляде Иттрия промелькнуло что-то, отличное от пустоты, горя или вины.
Иттрий уже вернулся в реальность, но все еще не мог понять, что принесла ему исповедь - чувство было странное, новое. Не облегчение, но и не новый камень. Странное чувство.
— Не знаю, что я могу сделать. Если что-то могу — скажи. - негромко сказала Рада. Видно было, как тяжело ей было что-то говорить.
- Ты уже все сделала. Ты не ушла. - еще тише отозвался Иттрий.
- Самым честным сейчас наверное будет рассказать мою историю. Если ты хочешь слушать. - продолжила ведьма.
Иттрий кивнул, аккуратно высвободил от Рады свою руку (сочувствие? после всего этого - как странно и неожиданно!) и, перемистившись к бревну, сел на место, ранее занимаемое Радой.
Тяжелые чувства потихоньку отходили назад. Рада приняла, Рада выслушала! Это приносило несказанное облегчение, и вместе с тем стойкое чувство, что сегодня самые большие барьеры должны быть смыты.
Тогда - тогда возможно все.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Пятница, 31-Авг-2012, 05:52:20 | Сообщение # 412    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5713
Репутация: 1385
Вес голоса: 10
Рада проводила Иттрия взглядом, сама присела на землю, не найдя себе места получше, и скрестила ноги. Она уже совсем не сомневалась в своей готовности выложиться перед этим человеком. Боялась немного, ибо такое ей приходилось делать впервые, но то, что она хочет сказать обо все сейчас, и именно Иттрию, она знала совершенно точно.
— Как прошло моё детство ты уже знаешь. Там не было ничего интересного, о чем стоило бы подробно рассказать, кроме момента, когда я впервые обнаружила в себе способность...гм..определенного рода. Из-за чего-то мы поругались с отцом, очень серьезно, кричали друг на друга, и ругались до тех пор пока я не разозлилась окончательно и в доме не повылетали все стекла, не побилась посуда, а сам отец от чего-то вдруг начал задыхаться. Я тогда перепугалась, бросилась к нему, мигом позабыв про злость и обиды, мне хотелось только одного — чтобы он жил. Тогда он выжил, наверное потому, что дар только пробудился и я вовремя смогла избавиться от злости. Но он, к сожалению, был первым и последним человеком, который сумел пережить приступ моей неконтролируемой ярости. С тех пор он меня побаивался и в конфликты не лез, а мне было неловко. Впрочем, до определенного момент такого со мной больше не повторялось. Хуже стало потом, после того, как отец пропал. Я начала бродяжничать. Где воровать, где работать, но приюта мне нигде не было, я вообще должна была умереть от голода в первой же подворотне, так, во всяком случае, считали практически все жители моего городка. Те, кто так не считал, просто не замечали сирот вроде меня, побирающихся на улицах. Но меня совершенно не устраивала такая перспектива, поэтому я и приняла решение покинуть это место и попытать счастье в другом городе. Проезжими обозами, где-то пешком, но я добралась до своего второго пристанища — большая деревня севернее от моего городка. Там оказалось еще хуже, но тогда я не могла и предположить этого. Меня не переставало удивлять человеческое безразличие, слепая жестокость и мелочность. Каждый, казалось, готов был топтать ближнего своего, дай только малейший повод. После того, как я нашла Грога, мне стало проще. Вместе нам было удобнее и безопаснее. Но даже он не мог уберечь меня от всего.
Ночью мы решили стащить немного овощей, чтобы прожить еще несколько дней, пока не подвернется что-то получше. Я залезла в амбар, Грог ждал снаружи. И тут мы попались. Совершенно глупо, я должна была учесть, что в этом амбаре меня уже видели, а значит, обязательно будут ждать. Так и случилось. Мне на голову накинули мешок и кинули в повозку, к уже связанному Грогу. Некоторое время нас куда-то везли, затем остановили повозку, кинули меня на землю и тогда сняли мешок. мы были где-то за деревней, часах в трех пути, у опушки густого леса. Грог вырвался из веревок, но был еще щенком, и его просто вырубили один раз ударив по голове. Их было двое мужчин, обои я знала в лицо, но никогда не имела с ними никаких контактов. То что они делали потом не поддается какому-то словесному описанию. Это было мерзко, очень больно, невозможно унизительно, и самое страшное, что никто не мог этого остановить. Даже если кто-то и проходил тогда мимо, наверняка просто закрыл на это глаза. Когда оба вдоволь поиздевались надо мной, некоторое время они обсуждали, что со мной делать дальше. Было принято решение задушить меня, чтобы не возникло каких-то проблем. И вот когда крепкие руки туго сжали мою шею, все повторилось вновь. Только тогда я больше всего на свете хотела их смерти. Самой мучительной, самой страшной. Мне не пришлось ничего делать, я лишь ощутила, как внутри разожглось пламя, а потом все словно погрузилось во тьму. Я не помнила себя, видела только, как корчатся от боли эти...эти... - Рада запнулась, не находя слов — Но мне так нравилось это! Я с невероятным удовольствием видела их страдания, слышала их смерть, их вопли в ушах раздавались пением райских птиц. Это словно была и не я, и одновременно именно я. Наверное, я могла остановить это, но мне категорически не хотелось этого делать, мной управляли только лишь ярость, обида, злость и очень жгучее и страшное желание убивать. Неудержимое желание.
Они умирали долго. Мучительно, страшно, будто сгорали изнутри. В результате остались лишь обугленные трупы. Только после этого я успокоилась и тогда по настоящему испугалась себя. Вспомнив все, вспомнив себя в тот момент, мне стало так страшно, я не знала, что с этим делать.
После этого мы с Грогом ушли в лес и скитались по нему не меньше двух недель. Все это время я пыталась разобраться в своем даре, но практически любое живое существо, попадающее под его действие погибало. Сколько не пыталась я остановить это, все было бесполезно. Даже когда я не хотела ничего этого, птицы умирали, камни рассыпались в песок, а трава сохла у меня под ногами. Мне стала противна собственная сущность, я так потерялась в себе, что потеряла последнюю волю. Не скоро после этого мы решились выйти к людям. Но и тогда...На пути у нас выросла деревня. Это был хороший шанс найти работу и наполнить желудок. Но с тех пор малейшая грубость ко мне оборачивалась очень плачевно для собеседника. В тот раз меня и заметил Родмир, он помог мне уйти от разъяренных крестьян, жаждущих справедливого суда. Он привел меня в свой дом, который я обрела впервые за долгое время. Снова. Там меня приняли с радушием, никто не пытался меня задеть, а если и пытался, то Родмир всегда успевал вовремя уладить конфликт. Помимо всего, чему он меня научил, он дал мне очень важную вещь — терпение. Но в тот раз даже оно меня не спасло.
С ним рядом мне было хорошо. Он заботился обо мне, всегда улыбался и никогда не унывал. Знал всю меня, любил долго смотреть мне в глаза, украдкой целовать в щеку пока я сплю и гладить по волосам. А я видела в нем целый мир, яркий и солнечный. Многие удивлялись странному выбору Лиса, от чего, мол, выбрал он такую нелюдимую да дикую, а он в ответ только улыбался и обнимал меня за плечи.
Самое страшное случилось потом. Я уже почти забыла обо всем, почти познала ту науку, которой пытался учить меня Лис, но то что произошло...Он поехал в деревню продавать шкуры. И там ему не повезло, его принёс Марк, избитого и с тяжелым ножевым ранением. В деревне кому-то просто не понравились бродячие торговцы и как результат...Его обокрали, ранили, избили и выкинули на дороге. Вот тогда у меня и спала пелена с глаз. Всё, о чем говорил Лис — было утопией. Люди так забавлялись, издеваясь на теми, кто слабее. Значит, нельзя быть слабее. Меня вновь словно обуял демон. Никакая сила не заставит меня мириться с тем, что кто-то посмел причинить боль тому, кто мне дорог. Ночью я пришла в деревню, такое испепеляющей ярости я до этого момента не испытывала никогда. Настолько сильно было во мне желание мести, что дома вспыхивали сами, только от моего взгляда. Я настоящим проклятием нависла в ту ночь над жителями этой деревни. Некоторые погибли сразу, некоторые умерли после. Жителей внезапно обуяла страшная болезнь, сжигающая человеческое тело изнутри. Выживших осталось немного.
Лис выжил. А очнувшись и узнав что произошло, впервые посмотрел на меня совсем по другому, с болью и разочарованием, будто я предала его. А мне было еще хуже. Только потом я поняла, сколько невинных жизней, сколько детей заставила обрекла на страдания. Но исправить ничего уже было нельзя.
От меня отвернулись все и это было справедливо. Меня просто боялись. Только Грог был рядом. Лис же, сколько не пытался показать себя прежним, но я видела и чувствовала, что все теперь по другому. И тогда я ушла. Сказала ему об этом заранее, он не хотел меня о тпуск4ать, все еще верил, что я могу что-то более, как он говорил, светлое, живое. Хотя и не был уже так уверен в своих словах.
Потом начались странствия, долгие, где-то мне улыбалась удача, где-то нет. Но людей с тех пор я старалась избегать, чтобы только не повторилось тоже самое. Иногда люди случались слишком назойливые, сами будто бы ищущие смерти от моей руки. И, конечно, получали её, каждый раз, даже когда мне этого не хотелось. - Рада тяжело вздохнула и замолчала, переосмысливая все сказанное. Она попыталась представить, как отреагировала бы сама на подобные откровения и результат её не обрадовал. Потому больше всего сейчас она боялась ответа воина, но уже была готова к чему угодно. Даже к тому, что сейчас Иттрий молча снесет её мечом голову. В какой-то степени ей даже хотелось этого, вместе с всплывшими воспоминаниями из глубин поднялись и отвращение, и страх, и ненависть к собственной сущности, желание найти себе место, но отсутствие возможности. Предполагая подобный исход, Рада даже поджала под себя колени и немного склонила голову.
— Я очень боюсь себя, Иттрий. Но больше всего я боюсь того, что могу сделать с тобой, или Грогом. Больше мне рассказывать нечего.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Пятница, 31-Авг-2012, 23:43:46 | Сообщение # 413    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Слушая Раду, Иттрий в который раз убеждался, что судьба не знает справедлиовсти. Когда ведьма рассказывала о чудовищной природе своей магии, Иттрий вспомнил их разговор у костра, когда Йондум наварил супа из галлюциногенных грибов. Тогда Рада тоже говорила о своей силе - о том, как люди и звери вокруг нее умирали, и о том, что она каждый день себя за это проклинала. Но если тогда рассказ девушки был бурным, и воспринимался куда проще, то сейчас Рада говорила вдумчиво, и за каждой деталью повествования угадывалась гамма чувств, в которые Иттрий погрузился.
В голове воина сложился четкий образ - Рада в полуистлевшей одежде идет по сухой, бесплодной, буровато-серой земле, на которой не растет ничего живого. Почва давно не видела воды и растрескалась на крупные блоки, по которым аккуратно, просчитывая каждый шаг, ступает девушка. Но в один момент под ногу ведьмы попадает сухая веточка, рассыпается в прах с сухим треском, и Рада от этого звука вздрагивает, а в ее глазах появляется страх.
Иттрию стало так жаль Раду, так жаль, что она даже слова сказать смог, боясь, как бы это не задело и не уязвило гордую девушку.
В истории были не только жалостливые моменты. Когда Рада рассказывала о двух мужчинах, что издевались над ней, Иттрий сжал руки в кулаки и почувствовал в себе порыв кого-нибудь убить. Желательно - кого-нибудь подобного, ну а с этими Рада и сама разобралась. Однако нельзя было не признать, что кое-что в характере девушки это происшествие объясняло.
Нашло в истории место и для светлого пятна, Родмира. Только, увы, к концу поблекло и оно.
Закончив говорить, Рада сжалась и выговорила:
— Я очень боюсь себя, Иттрий. Но больше всего я боюсь того, что могу сделать с тобой, или Грогом. Больше мне рассказывать нечего.
Иттрий всегда терялся, когда надо было выразить свое сочувствие, да в общем-то и многие другие эмоции, но сейчас слова пришли сами, искренне, от сердца.
Воин встал с бревна и сел на землю напртив Рады, легонько коснулся ее плеча, заглянул в ее прекрасные, но сейчас такие потерянные карие глаза.
- Не бойся за меня и за Грога, Рада. Ведь наши жизни без тебя - ничто.
Пока звучали откровения, время летело быстро, и вот уже сумерки укутали землю, деверья, а заодно и Иттрия с Радой, подчеркивая интимность момента.
- Все это и ужасно, и безумно сложно.., - негромко продолжил Иттрий, уже не так уверенно, - но к каждому горю, к каждому камню на спине существует противовес. Необязательно искать его в одиночестве, и не надо прекращать бороться даже после жестоких ударов. А может, с этим надо не бороться, надо наоборот - принять, изучить и лишь тогда понять... Впрочем, наверняка ты это уже слышала.
Иттрию казалось, что он говорит ужасные банальности, и что Раде что-то подобное уже говорили тысячу раз, ну может и не тысячу, но по крайней мере от Родмира она наверняка уже такое слышала. Смешавшись, Иттрий поднял голову и устремил взгляд на темнеющее небо, где только-только начали появляться звезды.
Все события из внешнего мира разом стали казаться воину жалкими и незначительными.
- И что же нам теперь делать...? - прошептал воин, не обращаясь ни кому конкретно, но в то же самое время и ко всем сразу - к себе, к Раде, ко Вселенной.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Суббота, 01-Сен-2012, 01:40:31 | Сообщение # 414    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5713
Репутация: 1385
Вес голоса: 10
Рада долго не решалась поднять взгляд. Ей казалось, что прошла минимум вечность пока Иттрий подошел к ней. Молчание воина было тяжелым, очень мучительным. Но после он просто коснулся её плеча, от чего девушка вздрогнула и подняла глаза, встретившись со взглядом Иттрия. И в этих глазах сейчас она нашла своё успокоение. Всё читалось там, в глубине этих серых омутов, Раде не нужны были никакие слова, они всегда выходили нелепо, в такие моменты вообще можно было обходиться тишиной, общаясь только глазами.
От слова Иттрия о том, что жизнь близких ей существ без неё ничего не значит ведьма нервно усмехнулась. А её жизнь без них что-то значит? Ей и представить было страшно, что будет с ней, если Грог или Иттрий вдруг погибнут, или просто исчезнут. Понятно было, что в случае с Грогом вместе с ним погибнет и она, но даже если откинуть заклятие, о котором она и не думала никогда, то потеря такого важного друга будет для нее губительной. А если вместе с Грогом она потеряет еще и Иттрия, то очень сомнительно, что вообще сможет продолжать дальнейшее существование. Без смысла, без родного, близкого, любимого. Словно безликий призрак, утративший всякую веру и волю к жизни.
От этих мыслей Раде стало вдруг так страшно, что она едва сдержалась чтобы не вцепиться в Иттрия, прижаться к нему и не отпускать никогда, лишь бы только он никуда не исчезал.
От сеанса откровений Раде в какой-то мере стало легче. По крайней мере теперь у нее не было тайн перед кем-то еще, кроме Грога. Было, правда, немного боязно, что все это потом обернется плохой шуткой против неё же, но ведьма была почти уверена, что потом это пройдет.
- И что же нам теперь делать...? - тихо прошептал Иттрий, обращаясь не то к Раде, не то к самому себе. Ведьма облизала сухие губы. Говорить было все так же сложно, её смутно раздражало это состояние, словно она боится чего-то. По девушке было видно, что все, что она хочет сказать, она сейчас проговаривает внутри, и то склоняет голову, то делает непроизвольные жесты руками, но никак не может дать выхода словам.
— Это может совершенно глупо звучать - со скрипом начала она — Но мне кажется, нам просто нужно быть..м-м-м..вместе. Проще тащить крест, когда кто-то помогает. У нас с тобой крестов хватает. - Рада осторожно взглянула на воина, даже не ожидая ответа. Рядом послышался тихий шорох и тихонько заскулил пёс. Ведьма перевела взгляд.
— Грог! - интересно, сколько пёс слышал или видел. Впрочем, её это не пугало. Это был Грог, в конце концов.
— Вы тут что-то долго. Если помешал — простите, но я хотел спросить, мы в лес поедем?


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Суббота, 01-Сен-2012, 02:25:24 | Сообщение # 415    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
— Это может совершенно глупо звучать, - произнесла Рада, — Но мне кажется, нам просто нужно быть..м-м-м..вместе. Проще тащить крест, когда кто-то помогает. У нас с тобой крестов хватает.
Рада не ждала ответа, но ответ получила. После этих слов Иттрий просто улыбнулся. Совершенно по-человечески, тепло и открыто, без малейших ноток натяжения и принуждения. Первый раз с тех злополучных событий, о которых он только что поведал Раде.
- А мы и так вместе, - просто сказал Иттрий.
Тут послышался тихий скулеж, и к Раде и Иттрию вышел Грог. Воин был почти уверен, что пес успел здесь хорошенько погреть уши, но его это нисколько не волновало - он давно воспринимал Грога как продолжение Рады или что-то в этом духе.
- Точно, мы хотели в лес, - кивнул Иттрий, - только давайте сначала зайдем домой. Идти в местные леса без оружия - это значит с большой веротностью дать повод нашим знакомым говорить о нас: "они жили мало, не сказать чтобы счастливо, но зато умерли в один день". И одеться, наверное, будет не лишним.
Иттрий поднялся с земли и пристально посмотрел на Грога. Все-таки один вопрос задать было интересно.
- Чисто из любопытства, Грог. Давно ты тут нас ждал?



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Суббота, 01-Сен-2012, 02:49:28 | Сообщение # 416    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5713
Репутация: 1385
Вес голоса: 10
Грог навострил уши, словно увидел зайца, затем опустил их и прижал. Перетоптался лапами на земле, то поджимал хвост, то вилял им.
— Я? Я..ну-у-у..я-я вообще только что пришел. Вот буквально минуту назад. А до этого я был в деревне. - сбивчиво ответил пёс, стыдливо полуприсев на задние лапы. Рада с лёгкой укоризной посмотрела на пса и слегка улыбнулась, вскользь потрепав его за ухом. Вот уж кого, а Грога бояться точно не стоило. Да и чего бояться? Пёс и так всё это знал. Рада хоть и не любила жаловаться, но Грог сам все видел, а иногда, очень редко, ведьма говорила с псом, просто для того, чтобы немного выплеснуть накопившуюся внутри тяжесть. В такие минуты пёс сидел с ней рядом, ластился, слушал её и очень тонко чувствовал все, что чувствует подруга. И от того Грогу хотелось выть, такое для него было самым страшным, страшнее слов "плохая собака". В любом случае, лучше Грога Раду не знал никто, и только перед ним она могла быть самой собой. И конечно пёс был рад, что его компанию, кажется, разбавил еще один кандидат.
Идея прихватить оружия и переодеться была знатной, черт его знает, какие чудеса водятся в местном лесу. Только вот во что переодеваться было пока не совсем понятно, у Рады-то ничего кроме её барахла не было. Ну да это было не столь важно.
Вскоре все трое вернулись обратно к дому. Пока шли, Рада молчала, прокручивая в памяти недавний разговор. И от воспоминаний этих становилось тепло.
У амбара путники наткнулись на спящего в одном ботинке Арма.
— Слава богу, пришли. Я уж думал идти вас искать. В общем, ужин в амбаре, а я спать. - пролепетал измотавшийся за день крестьянин и поплелся в дом. Рада решила не брать лук, в темноте шанс попасть в цель был невелик, потому она пришла к выводу, что правильнее всего будет иметь при себе кинжал. Он в любом случае пригодился бы. Перекинув сумку через плечо, девушка вопросительно посмотрела га пса. Тот не заставил себя ждать, в миг обернулся конём и прилег на землю, давая ведьме возможность легко забраться себе на спину, памятуя о раненой ноге.
Уже сидя верхом на пока лежащим на земле Гроге, Рада хлопнула коня по крупу.
— Запрыгивай. - пригласила она воина.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Суббота, 01-Сен-2012, 19:11:15 | Сообщение # 417    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Дорога к дому прошла в тишине, и это было к лучшему - и Иттрию, и Раде надо было обдумать разговор.
Иттрий проводил Раду до амбара, а сам вернулся к телеге, где лежали его вещи. С радостью обнаружив, что на его сумку за все время никто не покушался, воин вытащил оттуда слегка смятый плащ, встряхнул его (откуда-то выпали несколько пожухлых листочков - и Иттрий с усмешкой вспомнил ту ночь у костра, после супа из грибов, и последующее утро, когда Рада, смущенная своим откровением, небрежно швырнула укрывающий ее ночью плащ обратно Иттрию).
В повозке было темно, и если найти свою сумку на ее месте было несложно, то с неизвестно где валявшимся мечом ситуация была иная. Не думая, Иттрий щелкнул пальцами, потом еще раз. Опомнившись, воин бросил сквозь зубы ругательство - рассказанная вслух история снова отбросила его назад, в те времена, когда от щелчков его пальцев еще мог загореться огонек.
Нащупать меч все-таки удалось. Приладив его к поясу, Иттрий вернулся к амбару, где его уже ждали Рада и Грог в облике коня.
- Э-эх, где там моя Мышка, - вздохнул Иттрий, вспомнив о лошадке, которую он успел приручить, но покататься верхом - еще нет. Каурая лошадка, по недоумению ставшая "Мышкой", осталась в центре города, на попечении Хельги и прочих.
Воин запрыгнул, куда ему указывали, и сразу почувствовал себя довольно неудобно. Кататься на лошади позади кого-то ему еще не приходилось. До тех пор, пока Грог не рванул вперед, Иттрий не знал, куда деть руки, но после первых же прыжков ему пришлось обхватить Радину талию, чтобы не свалиться.
Нельзя сказать, что такая езда доставила Иттрию большое удовольствие - хвататься за Раду было неловко, положение непривычное, да еще и меч на поясе дергался и периодически бряцал, и Иттрий всерьез опасался его потерять, но этого к счастью не случилось.
Но наконец скачка кончилась, Грог остановился, и Иттрий первым с него спрыгнул. Вокруг было темно, свет пробирался сквозь скроны деревьев довольно скупо, и его хватало только на то, чтобы не врезаться в деревья.
- Хм-м.. Ну и как мы будем искать этот Полуночник? - задумчиво спросил Иттрий, - вот было бы здорово, если бы он светился в темноте, попискивал или что-то вроде этого...



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Суббота, 01-Сен-2012, 20:02:33 | Сообщение # 418    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5713
Репутация: 1385
Вес голоса: 10
После того, как Иттрий занял свое место, Грог несколько тяжело, как все массивные лошади, поднялся с земли преодолев желание отряхнуться и широким ходом пошлепал в лес, взяв рысью. Грогу не особенно любо было обличье коня. Оно было какое-то неудобное во всех отношениях: ни спину зубами почесать, ни ухо лапой, ни присесть толком. Только и приходилось, что обтирать мордой деревья. Как-то раз пёс пытался почесать задним копытом ухо. Сделать это ему все-таки удалось, но выглядело это так комично и отняло столько сил, что больше Грог решил не рисковать.
С другой стороны, метаморф любил пробовать себя в новых воплощениях, хоть и менял их достаточно редко. Было, конечно, понятно, что конь с собачьими повадками — это слишком сюрреалистично выглядит, а потому приходилось подавлять желания высунуть язык, погавкать, и все в таком духе. Вспоминая поведение лошадей похожих на него, у Грога в памяти всплыли запряженные в карету высоченные светло-серые першероны. Они были украшены перьями и всевозможными ленточками, вышагивали чинно, высоко поднимая ноги и громко цокая копытами. Сейчас Грог решил скопировать именно их, и подобравшись, принялся высоко задирать ноги и широко выкидывать шаг, имитируя каретный ход. Опомнился он тогда, когда Рада, которой изрядно надоело трястись и стучаться о спину коня ущипнула его за ухо. Тогда Грог успокоился и прекратил свои забавы.
Не смотря на то, что ход у Грога был достаточно мягким, когда он не дурачился, сидеть на нем вдвоем оказалось не совсем удобным. Рада могла только сочувствовать Иттрию, ругая себя за эту идиотскую идею. В конце концов, во дворе у Арма стол еще серый Самарканд, которого вполне можно было использовать.
Едва заехав в лес, Грог остановился и не успел опуститься на передние ноги, как Иттрий уже спрыгнул с него. Рада так же освободила спину коня и Грог сумел наконец с облегчением принять свой привычный облик.
- Хм-м.. Ну и как мы будем искать этот Полуночник? - задумчиво спросил Иттрий, - вот было бы здорово, если бы он светился в темноте, попискивал или что-то вроде этого...
Рада покачала головой.
— Ничего такого он, увы, не делает. Это темно-фиолетовые мелкие цветы, растущие в сырых низинах. Наиболее вероятно, что прячутся они под поваленными деревьями. Осталось только отыскать дерево. Дело-то за малым. - оптимистично изрекла ведьма и двинулась на поиски.
— Сразу тебя предупрежу, что растение очень деликатное во всех отношениях. Если отыщешь, сам не срывай, позови меня. Имей в виду, что оно хоть и сильное, но имеет некоторый наркотический эффект, и тем это непредсказуемо каждый раз, что однозначного результата от применения не бывает. Всегда что-то новое, но помутнение рассудка на некоторый срок гарантированно. Произойти может что угодно: возможно ты просто забудешься сном и тебе будут сниться красочные сны, а может быть, ты увидишь собственную казнь словно наяву, или возомнишь себя тигром. Всё возможно.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Воскресенье, 02-Сен-2012, 23:16:16 | Сообщение # 419    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Иттрий внимательно выслушал рассказ Рады о Полуночнике. Отыскать заветный цветочек казалось делом вовсе не простым. Факт того, что он может возбудить галлюцинацию, показался воину одновременно и неприятным, и в то же время болезненно-интересным.
- Побочный эффект ясен, - кивнул воин, - хочу спросить, что за снадобья варят из этого своенравного цветочка?
Мало-помалу очертания деревьев вокруг начали прорисовываться - глаза медленно, но верно привыкали к темноте. Лес оказался не редким, но и не густым, довольно кряжистым. Преобладали старые замшелые деревья, мертвых тоже было немало.
- Не думаю, что с поиском поваленных деревьев будет проблема, - заметил Иттрий, - а вот насчет Полуночника совсем не уверен.
Стволы не то чтобы везде валялись, но присутствовали. Иттрий подошел к ближайшему, присел и заглянул под него, но нашел только гроздь маленьких белых грибочков, предположительно - поганок. Воин встал и перевернул ногой ствол. На том месте, где он лежал раньше, остались только ошметки коры, да мелкие черные влаголюбивые насекомые, мокрицы и прочие, хлынули во все стороны. Иттрий подумал, что будь под стволом в какой-нибудь ямкн искомые цветочки, им бы не поздоровилось, и воин решил обращаться со стволами аккуратнее.
Под вторым стволом ничего интесного не было, под третьим тоже, зато четвертый Иттрия заинтересовал.
- Рада! - позвал он, сидя на карачках перед деревом, - тут что-то есть. Не Полуночник, увы, но...
На нижней части ствола был небольшой, размером с монету участок, где выросло что-то. Россыпь маленьких горошинок (грибов?), которые в темноте тускло светились красноватым цветом.
- Все же что-то светится! - хмыкнул Иттрий. В ботанике он был несведущ, но на любительский взгляд мерцающая россыпь показалась ему красивой и необычной.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Понедельник, 03-Сен-2012, 01:51:44 | Сообщение # 420    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5713
Репутация: 1385
Вес голоса: 10
Рада сосредоточенно, напрягая зрение, вглядывалась в черноту ночного леса. Не смотря на то, что находиться в довольно густом лесу ночью и было страшно, но вместе с тем как-то неуловимо очаровательно. Погода была немного прохладной, но холодно не было, лес жил, потрескивал ветками, шелестел листвой деревьев, изредка издавал короткие птичьи трели. А если поднять глаза, то можно было увидеть глубокого, темно-синего цвета небо с частой россыпью мелких,сверкающих звезд на нём.
Раде удалось отыскать одно поваленное дерево, но искомого растения под ним, увы, не оказалось. Ну да поиски только начались.
— Полуночник нельзя варить, он просто замачивается в воде и подкрепляется заговором. Затем следует только применение получившегося снадобья. Свойства исключительно целебные, зато невероятные в своей чудодейственности.
Некоторое время еще девушка продолжала поиски, пока до слуха ведьмы не донесся зов воина, который находился неподалеку. Аккуратно, ощупывая ногой землю, чтобы избежать ям и не беспокоить раненую ногу, девушка направилась к воина и склонилась над находкой. С минуту она пристально разглядывала светящиеся горошины, затем коснулась их пальцами и сразу же отдернула руку. Горошины в ответ на прикосновение замерцали ярче.
— Очень интересно. - задумчиво сказала ведьма. — Это похоже Драконьи слёзы, я когда-то читала о них. Они появляются всегда на том месте, где пролилась кровь убитого дракона. Живут совсем недолго, лишь до тех пор, пока рептилия не испустит последний вздох. Найти их — невероятная удача. Если успеть их сорвать, то они померкнут, затвердеют, и станут похожи на обычные ягоды. Когда-то из Драконьих слёз варили великолепные яды, без вкуса и запаха, убивающие быстро и безболезненно. Так же есть поверье, что накормив этими плодами погибающего, можно вернуть его к жизни, даже если ничто уже не сможет ему помочь. Меня смущает только одно. Плоды все еще светятся, значит, дракон, из чьей крови они появились, еще жив и должен быть где-то неподалеку.
Только закончив говорить это, девушка услышала невдалеке озабоченный лай Грога, явно зовущего Иттрия с Радой. Не долго думая, ведьма направилась на звук сквозь деревья, стараясь не врезаться в темноте в ствол. Шагая в темноте, Рада оступилась и упала на колено. Рукой она ощутила взрытую землю, словно кто-то массивный совсем недавно прополз тут.
Рада поднялась и забралась на невысокий холм и сразу же на спуске увидела массивного ящера, лежащего на земле. Еще поднимаясь она слышала его дыхание, а теперь видела, как тяжело вздымаются его бока. Ведьма подошла ближе, и заметила, что одно крыло дракона сломано, второе порвано и истыкано стрелами, а в шее и в боку у него торчат гарпуны. То, что дракон не был диким свидетельствовала надетая на него сбруя, такая как своеобразное седло и намордник с цепным поводом.
— Иттрий! - позвала Рада, сама склоняясь над рептилией. Ящер следил за ней желтым глазом, хрипло дыша. Когда девушка коснулась гарпуна, ящер взревел и махнул лапой.
— Рада, тут человек. - возник рядом с хозяйкой Грог. Действительно, неподалеку от дракона лежало на земле человеческое тело. Подойдя ближе, ведьма увидела девушку, с разбитой головой и лицом залитым кровью. Волосы девушки были длинными, сама фигура хрупкая и миниатюрная, можно было решить, что она еще совсем подросток, не старше Натали, но черт лица в темноте было не разглядеть.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
Страница 28 из 93«1226272829309293»
Поиск:
 
| Ёборотень 2006-2015 ;) | Используются технологии uCoz волк