[ Регистрация · Главная страница · Вход ]
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 76 из 93«1274757677789293»
Модератор форума: Призрак 
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
По небесной глади во врата ада.
ЙошЪ Дата: Понедельник, 13-Янв-2014, 21:31:36 | Сообщение # 1126    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Понедельник, 13-Янв-2014, 23:21:18

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Рада хищно улыбнулась и обеими руками схватилась за шейный платок, сразу потянув его на себя. Притянув Иттрия к себе, она, в отместку за палец, мягко, но ощутимо укусила его за нижнюю губу, и в порыве тихо зарычала, как крупная кошка, поймавшая добычу. Не отпуская платка и не разжимая зубов, ведьма сперва избавила воина одной рукой от пиджака (благо, он сам был не прочь избавиться от него), а после ловко закинула ногу Иттрию на поясницу и перевернулась вместе с ним. Оказавшись сверху, тут же перешла от укусов к поцелуям, в то время как руки нервно рвали на груди рубашку, добирались до ремня на брюках и дальше. Немного прошло времени, и воин уже был таким же обнажённым, как и ведьма. Рада продолжала сжимать платок, восседая сверху, только теперь она опустила руку под голову мужа и потянула платок так, чтобы он сдавил горло и перекрыл кислород. Чувство было звериное, но безумно упоительное. Ощущать власть в своих руках, зная, что чья-то жизнь отдана тебе добровольно. Неимоверно!
Рада снова улыбнулась и, не сдержавшись, набросилась на Иттрия, продолжая сжимать платок. Она царапала ему грудь, перемежая пытку с поцелуями, прикусывала за ухо, а пару раз с такой силой вцепилась в плечо, будто бы собиралась вырвать кусок плоти. Как только мысль о плоти посетила её голову, ведьма ощутила острое, но безумное желание. Впрочем, сейчас обоими двигали одни инстинкты, так что размышлять и анализировать было не с руки.
Нужный предмет отыскался быстро, в стене, под самым потолком, торчала обломанная шляпка гвоздя, один край которого был острым. Рада прижала ладонь к шляпке и резко дернула вниз, а потом сразу ещё раз. Боль была несильная, но неприятная, а из разорванной кожи сразу выступила кровь. Девушка тут же накрыла ладонью лицо воина, и он коснулся языком рассечения. Рада убрала ладонь, полюбовалась перемазанным в крови лицом мужа, провела языком от подбородка вверх по щеке, собирая свежие капли, и облизнула губы. Всё это время она не забывала держать свободную руку "на пульсе". Отвлеклась только раз, потянувшись к шляпке гвоздя, а когда вернула руку на место, вожделенная мышца оказалась так же перемазана в крови, и это было очень соблазнительно. Спустившись ниже, Рада как голодная собака на кость накинулась на гвоздь программы, с тихим стоном будто бы намереваясь через него выпить всего Иттрия. Вторую руку она держала на груди мужчины. Длилось это недолго. Воин часто задышал, и вскоре схватил Радину руку, потянул на себя, впился в губы сумасшедшим поцелуем заваливая на спину и меняя положение, и промедления, резко совершил очень логичное действие.
Секс вышел как никогда бурным, горячим. С Радиной ладони стекала кровь, к которой примешалась и кровь со спины Иттрия — Рада на пике блаженства так впилась в неё когтями, что оставила три длинные царапины. Закончили в унисон, отдышались, и нырнули в баньку, к бочке с водой, отмыться. Пора было и двери отворять, пока друзья на улице не околели.

Ладонь быстро зажила. Когда вся компания уже сутки как находилась в пути на ладони остался только едва заметный розовый след. Стараниями Алонсона Рейн быстро шёл на поправку, и спустя несколько дней после свадьбы уже мог держаться в седле. Старик дал ценные указания и целый набор всяких склянок для волчонка и всей компании, на случай неприятной ситуации. распрощались тепло, долго благодарили волхва за гостеприимство, обещали постараться ещё когда-то заглянуть в гости.
— Я, если будет надо, сам вас отыщу. - загадочно ответил Алонсон.
Юлар тоже отправился в путь вместе с компанией. Коня для него отыскали в деревне, выкупили у того же Рыжего, с бакенбардами. Конь добротный оказался, игреневой масти.
— Поедешь с нами, Юлар? - Иттрий, Рада и Юлар сидели за лачугой на оставшейся от торжества скамье. Парень чудовищно к себе располагал и вызывал доверие, думать о его вербовке пришлось недолго. К тому же, Юлар был отличным бойцом.
— Имей в виду, будет тяжело. Нас могут убить, или ранить. Придётся отбиваться от полчища врагов. Учитывая наше положение... - подхватил Иттрий. Юлар молчал. Потом вздохнул, лукаво улыбнулся, хлопнул иттрия по плечу и пошёл собирать вещи.
На сутки пришлось задержаться в деревне. Лошади были живы, и это всё, что можно было о них сказать. Кажется, с момента исчезновения компании их так никто ни разу и не почистил. Пришлось с каждой провозиться не один час. Пока Ямерт расчищал копыта, подгонял подковы, остальные чистили лошадиную шкуру и приводили зверя в презентабельный вид.
Утром следующего дня выехали, и в средине дня уже пробирались по узкой тропе вдоль поля, слегка укрытого снегом. Холода становились всё злее, наступил декабрь, и снега падало с неба всё больше. тем не менее, денёк хороший был. Небо чистое, с солнышком, ветра нет, только морозно, от чего щёки слегка пощипывает.
— Что-то конь у меня нервничает. - вдруг сдавленно сказал Ямерт. Пегий и правда вёл себя нервно, то и дело гарцевал и норовил сорваться в галоп, вскидывал голову и сдавленно хрипел.
— Дурачится. Повод подбери, построже с ним. И расслабься, а то свалишься. - посоветовала ведьма, глядя на перекошенное лицо оборотня. Он не привык к таким выкидонам, сжался весь, скрючился, и вцепился в повод.
— Поможет?
— Да. - кивнула ведьма.
— Нет, не поможет. - отозвался Грог и зарычал. Сразу стало ясно, отчего нервничал конь. По снегу широкими прыжками, прямо на Ямерта неслась неизвестная тварь. Больше всего она смахивала на огромную крысу, но с тупой мордой и огромными зубами. Пегий тревожно заржал и встал на дыбы, оборотень свалился, приложившись спиной. Тварь в одну минуту расправилась с конём, порвав ему горло, и уже нацелилась на ногу Мышке, но была сбита с ног Грогом.
— Да она не одинока. - Рада видела ещё двух таких же тварей, мчащихся через поле, и уже доставала лук, тревожно косясь на Грога и привычно ожидая боли, если псу достанется.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Вторник, 14-Янв-2014, 01:49:33 | Сообщение # 1127    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Мышка здорово испугалась, когда крысоподобная тварь рванула к ней под ноги. Лошадь резко вильнула в сторону, едва не сбив при этом Грога, и пожелала убежать куда-нибудь как можно дальше и как можно быстрее. Иттрию удалось осадить Мышку, она перестала паниковать, но все она равно вела себя нервно, подпрыгивала на месте. Буквально через несколько секунд лошадь засекла еще одну тварь, бегущую ей навстречу по дороге. Ой, страшно!! Надо прыгнуть повыше. Ай, хозяин, больно так ногами тыкать. Поняла, вперед так вперед.
Взбудораженная Мышка рванула вперед, навстречу химере. Иттрий не давал ей никуда свернуть ни на сантиметр, коротко подобрав повод и жестко контролируя свою лошадь ногами. Как стрела, Мышка промчалась по дороге, и химере, что попала ей под копыта, очень не поздоровилось. Слушаясь всадника, Мышка потопталась немного по твари, но самой лошади это совершенно не нравилось, она становилась все менее управляемой. Иттрий чувствовал, что вот уже совсем недалек тот момент, когда Мышка, обладающая "прекрасным" нравом, его сбросит. Воин предпочел спрыгнуть сам. Мышка немедленно рванула в поля. За ней тут же рванула Тиша, утаскивая на далекую прогулку Миру. Мира визжала, но больше для порядка, к бешеным скачкам своей лошади она уже начала привыкать.
Возможно, в данной ситуации это было и к лучшему. Очень скоро компания обнаружила, что враг кругом очень нехороший.
Две-три крысоподобные химеры бегали вокруг лошадей, не давая им разбегаться в стороны. Они цапали коней за ноги, но по каким-то причинам ни на кого всерьез не нападали, а постоянно перемещались. Догнать и убить такую юркую тварь было практически невозможно. Только Юлар прикончил одну, воткнув ей лезвие шеста в голову, когда она пробегала мимо его лошади.
Удерживать путников химерам пришлось совсем недолго. Уже через минуту-другую с обоих сторон дороги подтянулись основные вражеские силы.
— Ак-ак-вааш! — мужской голос звучал громко, но еще громче прозвучал щелчок пальцев. Восседающей на высоком вороном жеребце мужчина в возрасте, очень сухой, с длинной седеющей бородой и косой до пояса дал крысоподобным химерам отдохнуть. Их услуги больше не требовались. Шипящие слова, щелчок пальцев — и оставшиеся лошади путников, сходя с ума от ужаса, погрузились в землю по колени. Их туда как будто бы засосало, с пугающей неторопливостью и неотвратимостью.
Иттрий оказался в стороне от основной людской массы и уже успел обагрить свой меч кровью химеры, которая, бросив пасти лошадей, решила отведать человеченки. Именно Иттрия решил устранить друид сразу после того, как обездвижел лошадей. Он развел руки в стороны, слепил из воздуха большой огненный шар и бросил его в Иттрия. С большой скоростью тот помчался в воина. По всем законам, быть бы Иттрию через секунду-другую черной головешкой, но сам Иттрий так не думал, наверное единственный из всех, кто наблюдал сцену. Нехорошо усмехнувшись, Иттрий подставил файерболу свой меч и продемонстрировал всем, зачем его оружие исписано рунами. Огонь, принятый на лезвие, так и остался на лезвии вопреки всей логике. Руны на мече Иттрия вспыхнули ярко-голубым светом, покрыв вязью все лезвие. Иттрий наклонил лезвие меча и толкнул его от себя, направляя файербол обратно в того, кто его послал. Друид оказался к этому совершенно не готов. Полет файербола туда и обратно занял меньше десяти секунд, и закончился тем, что врезался в своего создателя. Друид завопил, объятый пламенем, его волосы и борода исчезли моментально, а кожа будто бы начала стекать с черепа. Жеребец сбросил со своей спины этот факел, наподдал по его черепу копытом, обрывая последний вопль, и рванулся прочь, через поле, куда глаза глядят.
Увы, но как и можно было ожидать, со смертью друида магия, удерживающая лошадей, не развеялась.
Иттрий опустил меч. Светящиеся руны угасали на глазах.

На другом участке дороги, где оставалась основная часть компании, тем временем, тоже было очень жарко, но уже в фигуральном смысле. Подоспели истинные чудовища. Очень большие, весом, наверное, в несколько центнеров, с приземистым крокодильим телом. Только ноги были не крокодильи, а длинные, прямые, и с длинными когтями, что представляли собой не менее грозное оружие, чем зубы. Таких тварей было две, и двигались они рядышком, синхронно, так что подступиться к одной из них сбоку или сзади было очень плохой идеей.
— Э... Стрелять по глазам? — высказала Лилия. Знахарка сейчас очень и очень пожалела, что так и не прикупила себе миниатюрный вариант арбалета. Лилия начала отступать назад, медленно, это поле боя было явно не для нее. Но кое-что она сделать планировала, а именно залезть в сумку и достать оттуда настой от лишаев. Очень хороший, действенный. Правда, с одной неприятной особенностью: он очень жгучий. Лилия никогда не прописывала его любителям выпить: принять настойку внутрь, или потереть перемазанными ей руками глаза, соответственно значило либо умереть в муках, либо в муках жить слепым.
Лошадь, казалось, пребывала в состоянии каталепсии, и сделала вид, что вообще не замечает, как Лилия спешно перерывает сумку у нее на боку в поисках противолишайной настойки.
— Оставаться одной не советую. — Иттрий, спешащий на помощь остальным, как раз пробегал мимо плененных лошадок и Лилии. Он ухватил знахарку за локоть. — Держись близко.
— Погоди-погоди... — пробормотала Лилия, перелопачивая сумку. Иттрий рядом с ума сходил от нетерпения. — Ага, нашла!!
Зажав пузырек в руке, Лилия побежала за Иттрием. А там уже вовсю кипела возня с крокодилоподобными существами. И не только с ними. На полянку нахлынули какие-то маленькие твари, похожие на пушистых лягушек, и кто-то уже успел отведать, как больно они кусаются. Укус жегся — возможно, ядовитый. Но с лягушками хотя бы было понятно, что делать: завидев, топтать ногами.

Чуть в стороне ото всех стояли Рейнгольд и Руника. Женщина крепко держала парня за локоть и не пускала его в общую бучу.
— Отстань от меня! — злобно выкрикнул Рейнгольд, сверкая на Рунику уже обоими целыми глазами. Он пытался вырваться, но сил ему не хватало, Руника тоже знала кое-какие методы удержания людей.
— Остынь, Рейн! Ты еще слаб, тебя же моментально убьют! — попыталась воззвать к его разуму Руна.
Но Рейну, вопреки ее ожиданиям, в бой совсем не хотелось. Просто ему было страшно, и он считал, что в данном случае у него нет другого выбора, кроме как все-таки идти на подмогу.
— Дура! — огрызнулся Рейн, дергаясь. — меня убьют, если я останусь человеком. Ну же, ну же, пусти меня!! Хочешь, чтобы я прямо вот здесь, на тебе перекинулся? А ну пусти!!!
Рейн со всей силы припечатал Рунику каблуком сапога по ноге. Женщина вскрикнула и выпустила мальчика. Тот бросился к компании, на бегу срывая с себя одежду.
— Ты еще увидишь... — крикнул Рейн, оборачиваясь к Рунике. Глаза у волчонка расширились от ужаса, и он закричал: — Руна!! Сзади!!
Руника обернулась. Она попробовала убежать, но было уже поздно. Женщина не отрывала взгляда от своей смерти. Шикарный белый тигр оторвал от земли пушистые лапы, изогнул дугой спину, и для Руники он будто бы не прыгал, а летел к ней, протягивая к ней лапы.
Туша весом почти полтонны смела, или правильнее будет сказать, смяла Рунику на землю. Тигриные когти прошили женщине плечи со стороны спины, а зубы вонзились в горло. Тигр дернул головой, и вверх полетели куски из разорванного Руникиного горла.
Сзади тигра щелкнул хлыст. Тигр поднял окровавленную морду, перешагнул Рунику и внимательно, по-человечьи посмотрел на компанию, что была увлечена крокодилами.
— Ну обернитесь же! Помогите! Уходите! — завопил Рейн непонятно что, лишь бы на тигра обратили внимание.
Проигноривать такой крик души было сложно даже тому, кто был по уши занятым тем, чтобы не подпустить крокодилов на расстояние укуса и попытками как-то устранить их. Иттрию, например. Он был уже на фронтовой линии и вместе с Юларом отгонял химер от остальных. Оружия крокодилы побаивались, прямо под него не лезли, от выпадов отскакивали, но ясно было, что долго так продолжиться не будет.
Увидев тигра с кровавой мордой, распростертую на земле Рунику, Иттрий на секунду подвис. Ему очень хотелось броситься к своей подруге. Кому-то, возможно ему, еще стоило бы позаботиться о тигре. Но сзади еще напирали крокодилы.
— Руна. — выдохнул он. Лилия сильно толкнула Иттрия в плечо, приводя его в чувство. Толкнула намеренно, но по пути, спеша к тигру, намереваясь его встретить.
Кто-то же должен был это сделать.
При ближайшем рассмотрении оказалось, что кидать склянку с малюсенькие, защищенные костными наростами глаза крокодилов — идея плохая. А вот тигриная морда — другое дело. Только вот для этого надо было приблизиться к нему на смертельно близкое расстояние.
Лилия замерла в нерешительности. Иттрий и Юлар были прочно связаны с крокодилами, но сейчас срочно нужен был кто-то, кто мог бы приблизиться к тигру близко и не быть моментально разорванным. Кто-то с мечом. Или кто-то тоже очень большой и сильный.
Тигр совсем недолго стоял над Руникой и наблюдал за новыми жертвами. Обзор зверю сковывали лошади, и на пути мешали. Недолго думая, тигр пошел к обездвиженным лошадям, перешел в рысцу...
— Грог! — завопила Лилия, глядя на приближающуюся полосатую морду. Грог. Вот, наверное, кто только мог помочь с тигром.
Тигр прыгнул на круп ближайшей лошади, несколькими укусами лишил ее головы и был готов двигаться дальше, уже на людей, вероятно, в первую очередь на Лилию. Она была ближе всех.

Едва тигр прыгнул на лошадь, как Рейнгольд бросился к Рунике. Женщина была жива последние секунды.
— Прости меня, пожалуйста, Руна! — Рейн не замечал, как по его лицу бегут слезы. Это было неожиданно больно, когда знакомый человек умирает на глазах, хороший человек. И очень больно было, что последние слова, сказанные ему, были грубые и несправедливые.
Руна дернулась, попыталась перевести взгляд на Рейна. Удивительно, но женщине совсем не было больно. Не было и холодно, не было и страшно. Наконец, глаза послушались, и женщина увидела лицо волчонка над собой, искаженное горем. Руника попыталась что-то сказать, но вместо слов у нее из горла плюнула кровь. В который раз.
Лицо Рейнгольда стало теряться, и вскоре растворилось совсем в черноте зимнего неба. Глаза Руники остекленели, тело обмякло, и для нее все закончилось.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Среда, 15-Янв-2014, 13:33:39 | Сообщение # 1128    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Четверг, 16-Янв-2014, 03:24:25

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Грог ввязываться в драку не стал. Пока. Первую химеру он просто сшиб ног, отгоняя от Мышки, и тут же отскочил обратно, готовый к нападению. Но и химера не стала нападать, принялась ходить кругами вместе с сородичами, злобно щёлкать зубами, приняв на себя роль пастуха. До тех пор, пока не появился хозяин и не прокричал что-то грозное.
Сэф нервничал и бил копытом. Бил, слава богам, прицельно, и нехило приложил одну из тварей по черепу, пока не ушел в землю по коленный сустав. Раде пришлось спрыгнуть, держа лук на изготовке. Оставаться верхом всё равно было бы опаснее, рано или поздно конь бы обязательно вскинулся, и кончилось бы это, с большой вероятностью, плохо для обоих.
С момента, как всадники оказались на земле и отошли дальше от лошадей, дело повернулось очень круто. Химеры тут же бросились в атаку, и их взяли на себя Грог, Ямерт и Юлар. Оборотень, поскольку был безоружен, дрался с химерой голыми руками, рискуя лишиться оных. Тварь была ловкой, быстрой, юркой, как кошка, кузнец не мог похвастаться тем же. Зато они мог похвастаться бычьей силой. В один момент, когда тварь прыгнула ему на грудь, он перехватил её за загривок, поднял повыше, и резко опустил вниз, ударив о колено. Послышался отчётливый хруст костей, и химера издала высокий, визжащий звук. Добил её уже Юлар, мимоходом вонзив лезвие в её шею. Грог расправился с последней химерой, просто вдарив медвежьей лапой пару раз по голове так, что морда свернулась в сторону. Тем мене менее, крысоподобные твари были только лёгким аперитивом. Когда Ямерт опомнился, Рада уже выпускала стрелу за стрелой в крокодилоподобное чудище, и чертыхалась так, что слышала вся округа. Метательные ножи и стрелы отскакивали от бронированной шкуры крокодилов, не причиняя им никакого вреда. Радовало только, что нападать они пока не торопились, но никто из присутствующих на этот счёт не обольщался.
Под ногой у Ямерта что-то квакнуло и хрюкнуло — мерзкая мохнатая лягушка издала печальный предсмертный квак и растеклась по земле липкой чёрной жижей. В основном с ними сейчас и боролся Грог, попавший в самую гущу. Удобнее всего было топтать тварей копытами, чем он и занимался.
Ямерт, Юлар и Рада пока только и делали, что не подпускали двух чудищ - близнецов близко, пока они, синхронно рыкнув, пугающе стремительно не развернулись, пригнулись, и неожиданно атаковали хвостом.
— Вверх! - громко завопил Юлар и схватил Раду за руку. В последний момент ведьма сделала прыжок и осталась цела, а вот Ямерту повезло меньше, он прыгнуть не успел и, сбитый с ног, снова оказался на земле. Крокодилы перешли в активное наступление, пока продолжая то и дело поворачиваться и атаковать тяжёлым хвостом. Юлар тут же попятился, утаскивая за собой ведьму, которую продолжал держать за руку. Время от времени он командовал то пригнуться, то подпрыгнуть, в зависимости от стиля атаки: лапой или хвостом. Лапы хоть и были короткими, но крепкие когти на них едва уступали в длине Радиному кинжалу. Оставалось надеяться, что больше никакого разнообразия атак не предвидится. Однако и отпрыгивать вечно нельзя было.
— Ты видишь? - спросил провидец у ведьмы.
— Что? - ответила она и без команды подпрыгнула.
— На спине, между пластин.
Рада постаралась присмотреться. В самом деле, на спине, почти на самой холке пластины расходились и оголяли розовые переплетения нервов.
— Стоит рискнуть, - кивнула девушка, — только как?
— Отойди за меня, приготовься. Я дам знать.
Рада послушно отступила за спину Юлара, приготовив стрелу.

Ямерт первое время, не успевая подняться, просто отползал, пока в какой-то момент ему не прилетело хвостом по виску. Фактически, только коснулось, но ощущение было такое, словно колоколом огрело. От удара оборотень откатился в сторону и перестал быть интересен крокодилам, их больше интересовали две скачущие фигуры. Когда кузнец собрал рассудок в кулак, твари были уже впереди, и он почти одновременно с Радой заметил на спине химеры уязвимое место. Мысленно извинившись перед барышнями за неудобство, парень сильнейшим усилием воли выпустил когти и клыки, и с рыком бросился на спину чудищу.
— Рада! - Юлар пригнулся и откатился в сторону. Судя по тому, что делало чудище, оно собиралось на манер шара сбить противников с ног. Момент был очень удачным: химера подогнула голову под передние лапы, поджала хвост и прямо перед глазами возникла заветная ниша между пластин. Рада спустила тетиву. Стрела вошла глубоко, в самый центр, и едва собравшийся в шар крокодил, взревел, принял положение лёжа. Подоспевший Юлар всадил вдогонку к стреле лезвие, которое ушло на всю длину. Чудище вздрогнуло и затихло.
— А с этим что? - спросила ведьма провидца, но, как оказалось, беспокоиться не стоило. Рада едва заметила, как амулет на шее потяжелел, в пылу боя забыв обо всём. Из-за головы твари вырос Ямерт, который уже по локоть опустил когтистую руку в мягкое как масло естество.

— Грог! - вопль Лилии раздался в лошадиных ушах и мигом привлёк внимание куда нужно. Опасный хищник, рыча, медленно, но неотвратимо приближался к знахарке на мягких, полусогнутых лапах. Грог сделал рывок и раскидывая остатки пушистых жаб рванул наперерез тигру. Белый угрожающе зарычал и обнажил большие жёлтые зубы, когда на пути к его добыче возник чёрный тигр. Противник хлестал себя хвостом по бокам, жёлтые глаза сверкали на морде. Хищники сцепились, встав на задние лапы и выпустив когти. Первым ударом белый располосовал Грогу плечо, а Грог, в свою очередь, порвал ему ухо. Коготь удачно зацепился за самый кончик, и когда тигр рванулся, сам довершил начатое. Большими пушистыми лапами противники то и дело наносили друг другу удары, не подпуская к телу клыки. Грог отпрыгнул назад и прижался к земле, ожидая нападения, и когда белый рванулся вперёд, подпрыгнул, пропуская под собой противника, и приземлился как раз на полосатую спину, сразу же вонзив клыки в спину и вонзив когти глубоко в плоть. Резко двинув задней лапой Грог сильно оцарапал шею белому и был сброшен на землю. Белый рухнул на Грога, но уже на нападал. В боку торчала Радина стрела, которую она, морщась от боли, выпустила секундой раньше.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Четверг, 16-Янв-2014, 01:49:36 | Сообщение # 1129    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Прыгать через крокодилий хвост по команде Юлара было... странно, но Иттрий соврал бы, если бы сказал, что ему не понравилось. Твари били то хвостом, то лапами, но в целом осторожничали, понимали, что такое меч и шест с лезвиями, и потому близко к людям не совались, пытались бить издалека. Однако прыжки и отгонки никаких плодов не приносили. К счастью, Юлар скоро высмотрел слабое химерье место на загривке, и в короткий промежуток времени обе твари оказались уничтожены: одна Радой, вторая Ямертом.
Если Рада в пылу боя не почувствовала пробуждение оборотня Ямерта, то по Лилии оно прокатилось отдачей. Знахарке почувствовала, как будто через нее прорвался огромный черный шар. Нельзя сказать, что это было больно, но очень неожиданно. Лилия аж подпрыгнула на месте, выронила противолишайную склянку, и та бесславно разбилась на камне, забрызгав Лилину ногу. Неповрежденную кожу раствор не жег, но вонь от него была просто отвратительная, удушливая, и она довольно скоро расползлась по всему полю боя.
Грог подоспел очень вовремя. Трансформировавшись в черного тигра, он сцепился с белым. Тигры дрались, стоя на задних лапах, рвали друг друга когтями, и было бы это очень красиво, если бы ни было так жутко. Но вот Грог отпрыгнул назад, хитрым маневром оказался на спине белого тигра и запустил ему зубы и когти глубоко в шкуру. Но белый тигр будто бы не заметил этого, он тряхнул спиной, сбросил на землю Грога, и... упал на него сам. Рада, улучив подходящий момент, загнала стрелу в бок белого тигра. Прикончить поверженного противника Грогу теперь уже ничего не стоило. Закончив это дело, Грог поднял морду от горла противника, но внезапно пошатнулся, впрочем, быстро восстановив равновесие. Черный тигр яростно хлестанул себя хвостом по боку, поднял на людей злые глаза... он уже не был Грогом в полном смысле слова.

А девочка, что сидела под кустом в чистом поле на некотором отдалении от боя, никем пока не замеченная, осваивалась в новой шкуре. Лиего, ее белого тигра, убили, но взамен преподнесли шикарный подарок. О, у врагов был метаморф, и надо же ему принять именно тигриный облик! Девочка с самого рождения имела особую связь с этими, и только этими животными. Она могла брать их под контроль, абсолютный и жесткий, как сейчас, или же мягкий и ненавязчивый — как поступала обычно с Лиего. Смотря на мир тигриными глазами, девочка все равно в то же время оставалось девочкой. Мир для нее как будто бы раздваивался. В этом она походила на Юлара: юноша во время боя тоже жил в двух мирах сразу.
Нового тигра надо было опробовать. Грог поднял одну переднюю лапу, потом вторую, сделал пару шагов вперед, широко раскрыл рот и умильно чихнув, набравшись вонючих лечебных ароматов.
— Грог? — позвала своего друга Рада. Ведьма первая поняла, что что-то здесь не так.
Вторым допер Юлар. Он-то знал, что где-то здесь прячется девочка-контроллер. Теперь Грог был опасен, смертельно опасен. А Юлар должен был довести всю группу до Короля в целости и сохранности (всю! А одну даму, кажется, уже потерял!). Как ни жаль было пса, но...
Грог изучал Раду, что позвала его, склонив черную морду набок. Недолго это длилось. Подобравшись для прыжка, Грог свирепо стрельнул глазами, ощетинился, совершенно явно выражая намерение напасть на ведьму. Юлар, перехватив шест в боевую позицию, бросился вперед, на хищника, но уже через секунду покатился по земле, сбитый Иттрием.
— Не вздумай! — коротко бросил воин, вместо Юлара преграждая путь тигру. — убьешь его — убьешь Раду.
Уоу. Этого Юлар не знал. Впрочем, Грога он убивать не собирался, хотел сильно его истрепать, чтобы девочка была вынуждена отпустить бесполезное тело. Не успел еще разобраться, что и так мог бы убить беременную Раду.
— Грог, что ты творишь? Ты узнаешь меня? — Иттрий заговорил с тигром, не опуская, впрочем, оружие. Только вот как его применять? Ведь ранить Грога — значит ранить Раду. Если Грог нападет, то убьет любого. Убегать некуда, лошади связаны колдовством. Да что тут вообще за чертовщина происходит?! Что не так с Грогом, что за гнусная магия?
А тигру вполне подходила и новая цель заместо Рады. Черный снова подобрался, да и пустился бегом на воина.
— Грог, стой! — гаркнул Иттрий. Оружие он опустил, выкинул руку навстречу тигру, будто бы пытался так от него защититься.
В последние шаги тигра зашатало. Как безумный, он прыгнул сначала в одну сторону, потом в другую, по-лошадиному взвился на дыбы...
А Грог, по сути, и был необъезженной лошадью. Девочка до крови закусила нижнюю губу. Новый тигр пока сопротивлялся, и не давал полностью завладеть им. На полное укрощение нового зверя девочке обычно было нужно не более десяти минут, и она начала отсчет сейчас.
Черный тигр завыл, заметался по поляне. Он катался по земле, взрывал ее когтями, обдирал о камни свою шкуру, и вой его походил на плач. О, девочка умела наказывать непослушных животных.
Когда Рада начала заваливаться набок, чувствуя то же самое, Рейн успел подхватить ее. Но он еще был слишком слаб, чтобы удерживать ведьму, и потому лишь обеспечил ей мягкое и медленное падение. Когда девушка начала дергаться, Рейн крепко сжал ее руки, но помогало слабо: Рада сейчас была в принципе его сильнее, а уж под такой болью...
— Кто-нибудь, черт побери, объяснит, что тут происходит?! — Иттрий подоспел к Раде, взял ее у Рейна. У воина сдерживать конвульсии ведьмы получалось хорошо, но самому ему страшно было от того, что ситуация совершенно непонятная, непонятно что делать, как помочь любимой жене, как разобраться с напастью Грога, как освободить друга. И что, если Грог снова попытается напасть?
— Тут недалеко есть еще человек. — хмуро сказал Юлар, вставая с земли. Он уже долго дрался, и дар мог использовать с большим трудом, однако сейчас пришлось. Выходило, что в ближайшие минут пять Грог так бы и катался по земле, потом затих бы, а потом... а потом способности молчали, но и так было понятно, что Грог бы начал нападать. В общем, пять минут еще точно было, так что Юлар позволил себе прояснить ситуацию и начать действовать не моментально. — он контролировал белого тигра, потом перешел в Грога. Я вижу, что если мы в ближайшие пять минут не поспешим, то Грог станет послушной марионеткой, а от нас клочки по закоулочкам полетят. Так-так... А ну-ка, быстро разбежались все в разные стороны в поле! Найдете человека — убивайте его, каким бы невинным он вам не казался. А он и должен выглядеть невинным. Зачем человеку оружие, если у него есть ручной тигр?
Юлару верили уже безоговорочно. Раз он сказал, что пять минут Грог еще будет кататься по земле, значит, так и будет. О его клыках можно пока не думать, стоит лучше поискать засевшего в кустах контролера.
Ямерт, Юлар, Рейнгольд и Лилия рассыпались на четыре разные стороны. Девочка была слишком поглощена издевательствами над Грогом, и заметила, что ее разыскивают, слишком поздно. Она резко дернулась вниз, и совершенно зря. Резкое движение привлекло внимание Юлара, что шел как раз примерно в нужном направлении, доверившемуся своей прекрасной, подкрепленной даром интуиции.
— Я заблудилась, дяденька... — девочка залопотала, хлопая ресницами. Ей было лет четырнадцать, и на вид она — сама невинность. Девочка прекрасно знала о своем виде, умела вызывать жалость, и порою благодаря этому избегала очень плохих ситуаций. В этот раз, впрочем, не на того нарвалась.
— Я знаю, кто ты. — Юлар вздохнул, щелкнул лезвиями, и девочки не стало. Жалко было убивать такой ценный кадр, но если уж правительство пишет "расходный материал", то ничего не попишешь. Целостность Рады и Иттрия намного приоритетнее даже обладательницы таких редких способностей.

Вместе с последних стуком сердца девочки оборвались муки Грога и Рады.
Рада обмякла на руках у Иттрия. Воин отпустил ее руки, обнял за плечи, внимательно всмотрелся в родные карие глаза:
— Ты как?
И посмотрел на Грога, что тоже лежал на земле, вяло суча лапами.
— Грог, ты с нами? — сердце чувствовало, что да, хотя кое-какие опасения разум еще и оставлял. Но очень хотелось обнять бедную, настрадавшуюся Грогову морду.
Вернулись Ямерт, Юлар, Рейн и Лилия. Стали подсчитывать потери, ранения.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Четверг, 16-Янв-2014, 03:21:58 | Сообщение # 1130    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Четверг, 16-Янв-2014, 04:56:09

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Когда Грог добил белого тигра, Рада осмотрелась и облегчённо выдохнула. Кажется, врагов больше не оставалось, если только прямо сейчас из кустов не явится сотенное подкрепление. Тогда им точно конец. Но подкрепление не явилось. Явилось что похуже.
Грог поднял окровавленную морду, рыкнул, хлестнул себя хвостом по бокам...Да и вообще вёл себя странно.
В сознании метаморфа на секунду полыхнула яркая вспышка света, а после он взглянул на мир по-новому. Как будто кто-то изнутри его головы смотрел через его глаза вместе с ним, и нежным, но властным голосом говорил, что делать. Грог ощутил, как теряет волю и готов на всё, чтобы исполнить приказание.
— Грог? - позвала Рада, и только раз заглянув в глаза друга, сразу поняла, что с ним. Разбираться в причинах резкого помутнения рассудка не было времени, тигр недвусмысленно подбирался к жертве, готовясь к прыжку. И ситуация совершенно патовая. Грога нельзя даже серьёзно ранить, это будет означать самоубийство, и к телу Руны прибавятся ещё два. Взывать же к благоразумию было ещё более бесполезно. Сомнительно, что метаморф просто съехал с катушек и наконец решил отведать человечинки, а заодно отплатить ведьме за все обиды. Скорее всего, кто-то управлял его рассудком, а значит, не все враги ещё были повержены.
Размышлять времени не было. Ведьма попятилась назад, с ужасом смотря на тигра, пока перед ней сперва не возник Юлар, а затем Иттрий.
— Грог, стой! - грозно крикнул воин и вытянул вперёд руку. Тигр на секунду замер, мазнул себя лапой по глазам, словно смахивая липкую паутину. И в следующий же миг Рада ощутила такую адскую боль, что сознание заволокло тьмой. Ведьма захрипела, мгновенно потеряв волю и способность контролировать тело, закатила глаза и, стараниями Рейна, медленно осела на землю, тут же забившись в судорогах. Тело трясло мелкой дрожью, пальцы рыли почву, а все мысли из головы исчезли. Осталась только жуткая агония, которая с каждой секундой выпивала жизнь по капле. Дышать было больно, словно воздух был раскалён до предела, температура резко возросла и сердце колотилось как сумасшедшее.
С Грогом происходило равно тоже самое. Тигр катался по земле и неистово выл, будто мечтая вылезти из шкуры, которая причиняет ему столько боли.
А потом всё кончилось. Резко отпустило, и мир стал снова появляться перед глазами мелкими островками. Рада не сразу смогла сообразить, что лежит на земле, а рядом находится Иттрий, сжимающий её руки. Голова раскалывалась, в руках ещё жил остаточный тремор, но и он проходил.
— Ты как? - послышался мягкий, знакомый голос мужа.
— Как...как.., - попыталась ответить ведьма, но так и не смогла выдавить сквозь тяжёлое дыхание ничего путного. Она с трудом подняла руку и коснулась ладони Иттрия — всё в порядке.
— Грог, ты с нами? - тигр, оставшийся пока лежать на боку, вяло махнул хвостом. Сил не было даже на то. чтобы просто сменить форму на более привычную.
— Эй! - голос Арма раздался неожиданно и едва ли не с противоположного конца поля. Арм рванул за Тишей сразу, как та вздумала скрыться с поля боя, унося на себе графиню, и теперь вёл кобылу под уздцы. Сразу за Тишей тянулась Мышка, повод которой Мира держала в руке. Мышка то и дело кидала задом и недовольно взвизгивала, отгоняя увязавшегося за кобылами чёрного вражеского жеребца. Кажется, графиня с крестьянином отделались только стрессом.
У Ямерта был разбит висок и из раны на лицо стекала кровь. Рана была небольшой, но глубокой. Голова раскалывалась и оборотня слегка подташнивало. Только сотрясения не хватало. Кроме того рубаха на груди порвалась и оголяла большую царапину, оставленную химерой. Ладонь Иттрия покраснела и покрылась волдырями от укуса ядовитой твари, который он, видимо, даже не заметил. Теперь место укуса жгло и чесалось. У Рады было разорвано плечо тремя длинными царапинами. Не так страшно, как след, что оставил на ноге "дьяволёнок", можно будет обойтись без швов, но всё-равно неприятно. Ранения Грога были аналогичными.
Рада более-менее пришла в себя и осмотрела поле боя.
— Слушайте, - тихо сказал она, глядя в сторону лошадей, — с этими рейдами мы лошадей не напасёмся.
Арм опустился на колени рядом с Руникой, даже не пытаясь сдерживать рыдания.
— Мы похороним её? - спросил он, громко всхлипывая носом, — У неё дочка осталась. Маленькая дочка.
Рада перевела взгляд и только сейчас до неё дошла весть, что Руника мертва. Моментально вспомнились Карст и Дакота. Они, пожалуй, не были частью сформировавшегося сейчас отряда, но они были его началом.
Ведьма потянулась вперёд, опустила руку на глаза женщины, и, что-то тихо прошептав, провела ладонью вниз, закрывая веки. Навсегда. А после наклонилась и коснулась белыми губами холодного лба.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Четверг, 16-Янв-2014, 22:34:01 | Сообщение # 1131    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
После боя компания занялась уже рутинной для нее работой. Привал решили устроить прямо здесь, среди поля, совершенно не опасаясь нового нападения — уж слишком была мала такая вероятность. К тому же, если еще какая беда все-таки будет на подходе, то и заметить ее можно будет издалека.
Развели костер, и в свете его Лилия и Рада стали оказывать пострадавшим медицинскую помощь. Серьезно никто не был ранен, только Ямерт поначалу вызывал опасения, но вскоре выяснилось, что сотрясение мозга он, вероятнее всего, все же избежал, или отделался совсем легким.
Юлар, почти не пострадавший, и помогающая ему по мере своих сил Мира пока откапывали из земли лошадиные ноги. Дело было очень непростое, ведь надо было ухитриться при раскопках не повредить такие важные и ценные лошадиные части тела. Позже начинателям-энтузиастам начали помогать и подлеченные члены команды. Справиться удалось за час.
Только когда было покончено со всей рутиной, Иттрий заставил себя подойти к Рунике. Он оттягивал этот момент до последнего, не хотел верить в произошедшее.
Глаза Руне уже кто-то закрыл. Арм, или Рада, или Рейн — они уже прощались с женщиной. Теперь настал черед Иттрия. Руки Руны были совсем холодными, но в груди ее сохранилось тепло. Тела остывают медленно. Иттрий поправил ее сбившуюся куртку, потом прикрыл свои глаза и просидел на корточках рядом с телом около получаса, вспоминая моменты прошлого, ведя мысленные диалоги с Руникой, и извиняясь, бесконечно извиняясь перед ней. Конечно, Иттрий винил в произошедшем себя, ведь именно из-за него Руника оказалась втянутой во все это дерьмо. В Столице на каком-то совете решили, что эта женщина ему дорога, и решили использовать ее в качестве рычага давления. Что же, они были правы, и надавить получилось, только план все равно сорвался. Но конец все равно оказался трагическим, Руника была убита, и ее маленькая дочка больше никогда не увидит маму, что так мечтала вернуться домой к ней.
Иттрий почувствовал жгучую ненависть, примерно такую же, когда увидел Раду, израненную гнусным карликом. Но тогдашним обидчиком воздалось по заслугам, а нынешние сейчас сидели где-нибудь перед камином, пили дорогое вино, вели светские беседы и предлагали друг другу экзотические яства. Или лежали на широких кроватях, опять же у камина, и трахались с шикарными любовницами. Или покачивались в кресле-качалке, в своем собственном доме, и не зная забот, читали книги. В общем, делали то, чего лишили Иттрия, Раду и всех сопутствующих с ними товарищей — наслаждались жизнью и чувствовали себя вправе. Ни к чему конкретному, просто вправе.
В этот момент у Иттрия первый раз в голове появилось яркое желание своими собственными руками задушить Короля и всех его советников, убивать их медленно, и получать от этого наслаждение. Почему он убегает? Почему не хочет выжечь из родного города всю проказу?
Рада. Рада беременна. Никаких диверсий. Сейчас важна только семья, а погнавшись за местью, можно потерять все.
Иттрий склонился над лицом Руники, намереваясь подарить ей последний поцелуй. Совершенно машинально воин потянулся к губам бывшей возлюбленной, но в последние мгновения опомнился, и поцеловал Руникин лоб, мысленно прощаясь с ней и обещая, что не забудет никогда.
И еще кое-что. Обследовав запястья Руники, Иттрий нашел плетеный кожаный браслет, снял его и спрятал в кармане. Если когда-нибудь будет возможность увидеть дочку Руники, то он непременно отдаст ей это.
— Мы разведем большой костер. — Иттрий, вернувшись к товарищам, ответил на Армов вопрос о похоронах с большим опозданием.
Хворост да дрова собирали долго, их надо было набрать очень много. Потом сложили погребальный костер, положили на середину тело Руники, и Иттрий поджег растопку. Огонь поначалу был вялый, но потом разросся по всей требуемой площади, взметнулся к небу, сыпля искрами.
Человеческое тело горит долго. Рунику провожали до рассвета. Думали ли люди вокруг о том, что у нее осталась дочка, или жалели саму женщину, или оплакивали свою собственную потерю? За время похорон не было проронено ни слова.
Как только погас огонь, оставив за собой лишь пепел, компания собрала вещи, нагрузила лошадей и отправилась в путь дальше.

...Спустя полтора месяца.
Конец января.


Зима вошла в полную силу. На улице уже не первую неделю стоял сильный мороз, что сильно осложняло длительные переходы. Однако маршрут проходил по пустынному району, и несколько ночевок посреди леса были неизбежны. Сегодня как раз была одна из них.
Большая часть компании еще спала в своих белых палатках, что прекрасно пряталась в окружающем ландшафте. Цвет был выбран специально, чтобы иметь возможность затаиться зимой, и чтобы издалека никто не заметил стоянку. Но на компанию уже очень давно никто не нападал, даже волки лесные, и люди потихоньку начали расслабляться. Так, например, уже никто не задумывался, стоит ли разводить большой костер. Вопрос уже не стоял, все мерзли, но о минимальных мерах безопасности все-таки не забывали: разводили наименее дымный костер, чтобы не так издалека видать было.
Костер, кстати, за ночь потух. Юлар, чей сон был большой проблемой, ухитрился совершенно неожиданно для себя к утру провалиться в дрёму и позорно проспать конец своего дежурства. Теперь юноша носился по лагерю с дровами, переделывал костер, все щелкал огнивом, осыпая дрова искрами, но огонь все никак не хотел поселяться на остывшем кострище.
"Да что же это такое?!" — горестно думал Юлар, в сотый раз ударяя камнем о камень. Искры полетели, но огонь не родился. Опять.
— Давай помогу. — послышался сзади мужской голос. Юлар, решив, что хуже все равно не будет, покорно отдал огниво в руки Ямерту.
Ямерт прицелился, с силой ударил камнем о камень, осыпав бересту и хворост на разжиг целым градом искр. И — о чудо! — по веткам заплясал веселый огонек.
— Учись, пока я жив. — Ямерт хлопнул Юлара по плечу, а сам пошел дальше, по уже намеченному маршруту. Как раз к палатке Рады и Иттрия. Было бы очень хорошо, если бы вместо Иттрия там сейчас сидела Лилия, но уж как есть. Ладно, для начала можно с Радой поговорить, а потом уже и с Лилией.
Ямерт потеребил амулет, что еще висел на его шее. Его существование уже начинало тяготить. Не пора ли кончиться проверке?
А меж тем старый состав компании уже обсудил этот вопрос, пока Ямерт где-то гулял, и было решено практически единогласно покончить с проверкой и официально поздравить Ямерта с переводом в круг доверия. "Практически единогласно" — из-за Рейнгольда, который воздержался, и вообще за все обсуждение не проронил ни слова. Волчонок не был уверен в чем, но Ямерт ему не нравился, и чувствовал, что это по крайней мере отчасти взаимно.
Осталось только сообщить радостную новость конца проверки Ямерту и провести ритуал.

— Кар-рр. — на плечо к Ямерту сел черный ворон. За время странствий стараниями Рейнгольда Эдгар выучил еще одно слово, и продемонстрировал сейчас свой пополнившийся словарный запас:
— Письмо.
Потоптавшись на плече у Ямерта когтистыми лапками, Эдгар перелетел к своему хозяину. Юлар ласково погладил птица по перышкам, отвязал от его лапы письмо, посмотрел на печать и улыбнулся. Это от Адды. Очень радостно, что сестра написала, Юлар очень скучал по ней. Но с другой стороны и тревожно: юноша давно не получал никаких вестей от Короля. Сам-то он исправно писал и отправлял доносы, но пока ничего не получал обратно.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Пятница, 17-Янв-2014, 01:39:22 | Сообщение # 1132    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Пятница, 17-Янв-2014, 02:23:39

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
В палатке оказалась одна Рада. Она только проснулась, была сонной и растрёпанной. Иттрий проснулся раньше и, судя по отсутствию меча, сейчас разогревался где-то в лесу.
— Утро доброе? - спросил оборотень, заглядывая внутрь, и не решаясь войти без разрешения. Рада чуть кивнула и подвинулась.
— Пока, кажется, доброе - хриплым с недосыпа голосом ответила она.
— Что-то ты хмурая. - ухмыльнулся оборотень, протягивая ведьме расчёску, которую она с благодарной улыбкой приняла.
— Всю ночь толкался. Спать не давал. - коротко пояснила она.
Впервые шевеление в своей утробе ведьма ощутила недели три назад. Она просто ехала верхом, слава богу просто шагом, как в животе кто-то толкнулся. А потом ещё раз. И ещё. Рада так испугалась, что резко натянула повод, и возмущённый Сэф едва не встал на свечку. Вытаращив от ужаса глаза ведьма так и сидела на коне держа руку на животе, пока её не заметил Иттрий, и, взволнованный её положением, не подъехал ближе. Ведьма и правда выглядела так, будто родит вот-вот, и родит крокодила как минимум.
— Рада, что случилось? - взволнованно спросил воин, переводя взгляд то на бледное лицо жены, то на её живот. Рада молча вцепилась в его ладонь и поместила её туда, где только что возлежала её собственная, на живот. Туда, где толкался их ребёнок. Иттрий тогда улыбнулся. Так растерянно, но искренне, и это успокоило будущую мать.
С тех пор чадо внутри время от времени подавало признаки жизни. И, честно сказать, это было хорошо, потому что тогда ведьма точно могла знать, что не носит внутри себя мертвеца. А это, учитывая её образ жизни, совсем не подходящий беременной женщине, плюс шок пережитый в начале декабря, было более чем вероятно.
А ещё с тех пор, как чадо начало активно заявлять о своём существовании, в Раде будто бы что-то поменялось. Она не забывала учения старика, старалась больше времени уделять его урокам, пусть и не всегда удавалось. Иной раз ей помогал Юлар. Провидец вообще оказался кладезем разнообразных знаний в этом вопросе, и успешно заменял Алонсона. Иногда он целые часы проводил вместе с ведьмой, пытаясь вместе с ней добиться желаемого результата.
И вот однажды случилось истинное чудо. Рада даже не могла точно ответить, что именно вдруг поменялось, она только как всегда пыталась услышать саму себя. Но на вытянутой ладони ощутился холодок и лёгкое покалывание, а когда ведьма открыла глаза, то увидела, что вверх тянется совсем крошечный, но вполне настоящий вихрь. Позднее она проделывала этот же трюк снова, но с каждым разом выходило всё проще и проще.
— Ничего, ты сильная волчица. - приободрил Ямерт и оба улыбнулись такому сравнению. Все в компании уже привыкли к тому, что иногда оборотень прибегает к привычной ему волчьей терминологии, и иной раз это можно было принять за комплимент.
— Вообще-то я пришёл поговорить, - чуть потупив взгляд начал оборотень. Он, впрочем, давно был уверен в своём праве на свободу, но за прошедшие месяцы насмотрелся такого, что тонко чувствовал атмосферу опасности, постоянно висящую над головами каждого из компании, и потому прекрасно понимал все их опасения, — Не пора ли уже...? - оборотень достал из под рубахи шнурок с амулетом и покачал им перед ведьминым носом.
— Я истосковался, - честно признался он, — Отпустите меня хотя бы на полдня.
Рада заглянула бедному кузнецу в просящие, как пса, глаза, сама сняла с его шеи амулет, затем свой, и с треском сломала кору.
— Иди. Только вернись до того, как мы двинемся дальше.
— А Лилия?
— Сняла ещё вчера. Иди. - кузнец широко улыбнулся так, как улыбаются счастливые дети, которым дали наконец-то вожделенную конфету. Он бы по-дружески обнял Раду, но исключительно по моральным принципам не мог себе этого позволить, поэтому просто благодарно хлопнул её по плечу, снял куртку, рубаху и сапоги, оставив их в палатке, и пополз к выходу.
— Как вернёшься, найди меня, Иттрия и Лилию. Разговор будет.
Два часа Ямерт просто носился по лесу, недалеко от лагеря. Чистил шкуру в снегу, гонял зайца, не имея цели его поймать. Пару раз совал нос к костру, показать себя-волка и проверить, на месте ли ещё все. В зверином облике кузнец был неуловимо похож на свою человеческую ипостась. Во-первых, его выдавал шрам на морде, белой ниткой пересекающий щеку и путающейся в шерсти. Шерсть, кстати, была чёрная, густая и жёсткая, а глаза ярко сверкали жёлтым огнём. Волк был очень крупный, едва ли не крупнее Грога в волчьем облике. Да и отличались они, при близком рассмотрении, сильно.
Ещё утром решено было на день остаться на прежнем месте. Метель успокоилась, а Рада чувствовала себя дурно. Было стыдно, что из-за неё стоит вся компания, но, в конце концов, устали все, и день отдыха себе можно было позволить.
Ямерт вернулся ближе к вечеру. Сперва натянул сапоги, рубаху, свитер и куртку, затем снова скрылся и принёс прирезанного им же кабана. Ужин обещал быть сытным.
А за ужином был долгий разговор, который прошёл легко. Оборотень и так уже много о чём догадывался сам, и многие вещи не нужно было объяснять. Никто и не думал, что оборотень вдруг отречётся от похода, если пробыл в нём уже столько времени. Он этого и не сделал.
— Хворост кончается. - сказала ведьма и поднялась с нагретого бревна. Ямерт тут же поднялся за ней.
— Сиди, я сам принесу.
Рада с благодарностью и лёгким укором взглянула на него, и села на место, поближе к воину, сунув озябшие руки ему запазуху.
Кузнец знал куда идти, даже в темноте. Лес он чувствовал хорошо, и за день успел изучить местность. Теперь он направлялся в заросли сухой от зимних холодов осины и берёзы, там можно было обломать много годных веток. На обратном пути он встретил неожиданного товарища.
Юлар стоял к нему спиной, заканчивал привязывать к лапе Эдгара письмо. Погладил птицу по крыльям, махнул рукой, и ворон взлетел вверх. Юлар обернулся и заметил случайного свидетеля. Ямерт внимательным взглядом провожал птицу.
— Кажется, твой отец живёт на севере? - спросил он. Все в компании были уверены, что письма провидец пишет только отцу, который, по его же словам, жил на севере. Но Эдгар улетел на юг. Как раз в той стороне находилась Столица.
— Это сокурснику письмо. Он живёт на юге. - ответил Юлар и пошёл к лагерю. Ямерт с прищуром взглянул на его спину и отправился за ним.
Никому и ничего он так и не сказал. Если у него и были подозрения, то никаких оснований для их существования, а тем более для обвинения не было, а Юлар был на хорошем счету. И Ямерт не любил голословного суда. А потому просто оставил как есть, пообещав потщательнее следить за парнем. Конечно, Юлао не мог этого не заметить, и уже на следующий день отправил в Столицу новое письмо.

В столице...
"Нужно убрать одного. Оборотень. Высокий мужчина со шрамом. Я был неосторожен и теперь он что-то подозревает.
Юлар"

Письмо было совсем короткое. Принесла его неизвестная птица, Эдгар прилетел ещё вчера. Птица была магическая, слепленная простым заклинанием, которое заключалось в небольшой деревянный амулет. Подарок сестры на экстренный случай.
Зилах уже обо всё доложил начальству и получил нужные указания. И ответ был уже написан.

Февраль

В первых числах прилетел Эдгар. Провидец прочёл письмо, чему-то поулыбался и привычно сжёг его подальше от чужих глаз. Осталось немного.
Прошёл ещё десяток дней, компания вновь нашла себе пристанище и устроилась на ночлег в добром лесу. Пару дней назад скромно отпраздновали Радин "четвертвек", о котором сама она вспомнила только утром, когда Иттрий ей об этом недвусмысленно напомнил. Подарок вышел символичным, но оттого не менее приятным. Воин подарил Раде целый букет шикарных еловых веток припорошенных снегом. А кроме того, заранее прознав о том, что Ямерт умелец резать по дереву, вместе с ним смастерил красивую подвеску с узором. Узор сам по себе ничего на значил, и подвеска была незавершённой, не покрытой лаком и не ошкуренной, но всё равно приятной в качестве подарка. От остальных досталась порция улыбок, объятий и дружеских поцелуев с поздравлениями, что тоже было дорого.
Ямерт сидел на часах у костра. Один, остальные спали. Кто по доброй воле, кто по настоянию упрямого оборотня. Только Юлар не спал. Он сидел в палатке и наблюдал за спиной кузнеца. Сегодня ближе к утру за ним должны прийти. Задача была только усыпить бдительность оборотня, но Юлар и это уже продумал.
В кружку он вылил личные остатки крепкого земляничного грога, а после добавил травяной настойки. Настойкой с ним поделился Алонсон, пообещав, что с ней провидец будет спать как ребёнок. Пару раз хитрец уже пробовал её в действии, и убеждался в том, что волхв не обманул. Особенная прелесть настойки заключалась в том, что она почти не имела запаха, только лёгкий травяной дух, который перебивался сильным ароматом земляники, из которой был сварен грог.
— Зябко сегодня. - Юлар присел рядом с оборотнем, глядя в костёр.
— Да, не тепло. Просто январские морозы. - оборотень и правда озяб, хоть и был тепло одет.
— Держи, это согреет. Я уже выпил немного, ты не брезгливый?
Ямерт взял кружку, повертел её в руках. Она и правда пахла Юларом, а напиток в ней земляникой. Подумав, кузнец сделал глоток, а потом ещё два, пока напиток не кончился.
— Спасибо.
У костра двое просидели ещё с полчаса, болтая ни о чём. А потом провидец пошёл спать. Так сладко он не спал, кажется, никогда.
Предатель понимал, что ни одно снотворное в малой дозе не скосит оборотня. Но Алонсонова настойка была непроста, и если Ямерт и не уснул бы, то бдительность его усыпить удалось. Именно поэтому он и не услышал, и не учуял приближение чужака со спины. Только резкий удар по затылку и веки сразу потяжелели и опустились.
Трое мужчин погрузили оборотня на его же коня (Юлар, как и было ему сказано, специально до этого перевязал его в стороне от остальных) и поспешили скрыться. Последний задержался, возвёл очи к небу и попросил его чуть присыпать снегом почву, чтобы скрыть следы. Небо с охотой согласилось, и сильный снегопад в полчаса уничтожил все улики. Вещей брать не стали, только в сумку кузнеца подложили ложное письмо с государственной печатью и соответствующими указаниями.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Пятница, 17-Янв-2014, 03:16:10 | Сообщение # 1133    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Сильная метель завывала всю ночь, ветки хлестали о поставленные под деревья палатки, сверху стукались комья снега, и заснуть в таких условиях было довольно тяжело, потому утро у компании наступило довольно поздно. Первым проснулся Рейнгольд, пожелал позавтракать, и был крайне опечален, что едой еще никто не озаботился. Как же так, по распорядку уже пора сидеть вокруг костра и есть, почему же эти странные людишки до сих пор спят?
— Подъем!! — во всю силу своих юношеских легких заорал Рейнгольд. С ближайшего дерева в панике слетели птицы. — Уууутро настало, зааавтракать пора!!
За долгое время странствий Раде, Иттрию и Лилии удалось приучить волчонка к минимальной хозяйственной работе. Вот и сейчас он решил воспользоваться навыками и сготовить что-нибудь сам, пока его товарищи-засони потягиваются, почесываются, ворчат да приводят себя в порядок перед выходом на свет божий.
Рейн подвесил над костром большой кан и начал растапливать в нем снег. Когда воды стало достаточно, волчонок засыпал туда нужное количество гречки, подсолил ее на свой вкус и уселся на бревнышке, наблюдая, как готовится кашка.
"Кашка." — ехидно подумал Рейн, вспоминая о любви Рады к этому блюду. Самому волчонку это блюдо нравилось не меньше прочих.
Мало-помалу все собрались вокруг костра. Ну, почти все. Когда Рейн раскладывал по тарелкам свое варево, которое вроде бы даже получилось хорошо проваренным и не подгоревшим, то он заметил отсутствие Ямерта.
— Эй, а наш кривомордый сегодня поспать подольше решил? — поинтересовался Рейнгольд. — ну так скажите ему потом, что его порцию съел я с большим аппетитом.
Рейн мог.
— Да он вообще-то сегодня на часах стоял. — заговорила Лилия с сомнением в голосе. Действительно, где же Ямерт? Не мог же он бросить пост и уйти гулять, да надолго. Рейн-то уже не меньше получаса вокруг костра бегает, но никакого Ямерта тут не видел. Как бы не случилось какой беды.
Рейнгольд почесал в затылке. Да, что-то он как-то не подумал о том, почему это он первый встал и прыгает по лагерю, а у костра никто не дежурит. Часто в последнее время компания ночевала в домах, а не на улице, и это сказывалось.
— Его в палатке не было? — Арм и Юлар, переглянувшись, отрицательно покачали головами.
У Лилии сердце сжалось в предчувствии дурного. Сложно оборотня обидеть, но всякое бывает... не провалился же Ямерт под землю, на самом деле.
— Грог, ты след не возьмешь тут? — поинтересовалась Лилия на всякий случай. Грог потер лапой нос, побродил вокруг костра, но ничего не нашел. Снег уничтожил улики так же, как в тот день, когда пропал Рейнгольд.
— Он давно ушел. — вынес свой вердикт пес, — часа три как точно. Вообще ни малейшего следа.
Взгляд Юлара затуманился. Он смотрел будущее, выполняя свои прямые обязанности в группе.
— Ямерт сам не вернется. — юноша нахмурился. — Я вообще его не вижу в ближайшем будущем. Что-то случилось.
Каша была забыта. Остался уплетать ее только Рейн, но, насытив утробу, он тоже присоединился к поискам. Прочесывали близлежащий лес, окрикивали Ямерта по по имени, но все было тщетно.
Самое очевидное обнаружили далеко не сразу, наверное потому, что никому и в голову не могла прийти мысль о Ямертом предательстве. По крайней мере, серьезная мысль.
— Его лошадь пропала. — голос Миры подрагивал, а слова звучали как приговор.
Слова "побег", "предательство" призраками повисли в воздухе.
— Юлар? — Иттрий повернулся к провидцу, надеясь, что его дар что-то прояснит.
Юлар виновато пожал плечами.
— Я вижу только свое будущее. — сказал он, — и Ямерта в нем нет.
Повисла тишина.
— Мы должны осмотреть его вещи. — ледяным голосом сказал Иттрий. Он не судил сгоряча, не записал еще Ямерта в предатели, но желал как можно скорее прояснить ситуацию. Обыск мог много о чем сказать.
— Нет, подожди! — прошептала Лилия, как смерть, бледная. Она ухватила Иттрия за локоть, не пуская его. — Это... не может быть правдой. А мы... не должны лазить по чужим вещам.
Иттрий дернул рукой, высвобождаясь из хватки, и быстрым шагом направился к палатке Ямерта. Многие товарищи последовали за ним.
Юлар внутренне пел. Все проходило чисто и гладко, без малейшего зазора. Даже подсказывать никому не приходилось, ни про лошадь, ни про вещи. Не хотелось лишний раз светиться, и не пришлось.
С профессиональными грубостью и четкостью, как досмотрщик у королевского дворца, Иттрий стал разбираться в Ямертовой сумке, что-то выкладывая на постель. И очень скоро нашлось кое-что...
— Королевская печать. — голос Иттрия упал по холодности до абсолютного нуля. О, эту печать он признал сразу. Подлинная. Уже сорванная. Воин раскрыл конверт, вытащил письмо, пробежался по нему глазами, брезгливо свернул, как было, и предложил на просмотр желающим.
— Письмо относительно свежее, судя по дате. — сказал воин о прочитанном. — около двух недель прошло. Да... Ямерт уже гулял без амулета. Тут написано о том, чтобы он снабжал Совет информацией. И еще некоторые поручения. Предложения засады.
Покопавшись еще в сумке Ямерта, Иттрий нашел за подкладкой смятые листы: досье на себя, на Раду, на Лилию, на Юлара и на всех остальных. Подробные, с портретами.
— Они даже знают, что ты беременна. — мрачно молвил воин, глядя на Радин листок. Информация про группу была пугающе подробной. — они писали все это для своих агентов, выверяли каждый пункт у Ямерта. Вон, тут несколько вопросительных знаков напротив некоторых пунктов.
Лилия чувствовала себя так, будто ее кувалдой по голове ударило. В ушах звенело, разум как будто застыл. Под гнетом таких улик невозможно было отрицать, что Ямерт действительно предатель. Только вот почему он уехал, бросив такие важные улики? Неужто думал, что его сумка непрекосновенная? Или...
— Нам надо СРОЧНО убираться отсюда. Менять маршрут. Драть ноги. — распорядился Иттрий.
...Или Ямерт уже знал, что компания никуда не уйдет, и что уже совершенно все равно, посчитают его предателем или нет. Все равно не уйдут. Сколько там предел Юларовых способностей, меньше часа? Это время еще будет спокойным, раз провидец ничего не видел, а потом уже кто знает.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Пятница, 17-Янв-2014, 05:27:37 | Сообщение # 1134    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Пятница, 17-Янв-2014, 06:50:16

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Ямерт очнулся, как мешок перекинутый через седло своего коня, на приличном отдалении от последнего места гнездования. Первое, что он почувствовал, это сковывающий шею ошейник. Он был широкий и тугой, снаружи его обтягивала чёрная кожа, кажется, какого-то магического зверя, а к шее прилегал холодный металл. Ошейник так же имел пару неприятных дополнений: у самого горла было кольцо, от которого тянулась крепкая цепь. Металл, явно магического происхождения, жутко жёгся, кроме того при каждом движении шею кололи маленькие, но острые шипы. Ямерта, как опасного пса, заковали в строгач. Его назначение он сразу понял, но для порядка попытался хотя бы частично трансформироваться, хоть когти выпустить. Черта с два. Ошейник явно был куда сильнее ведьминых амулетов, и с лёгкостью сдерживал любой, даже самый сильный порыв.
Запястья, крепко стянутые тонкой, но очень прочной цепью того же материала, ныли. Металл медленно, но верно разъедал кожу, обещая оставить вечный след после себя, как клеймо.
То, что он в плену, кузнец тоже понял сразу. И куда его волокут, в том числе. Но почему только он? Или королевские гончие сочли его самым опасным противником короны? Очень сомнительно. Королю больше всего нужны были Рада и Иттрий, это было очевидно. Остальные, в той или иной степени, тоже, конечно, но основными врагами являлись молодожёны, они лично Дереку наступили на больную мозоль. И вообще, если бы не они, то не было бы сейчас никаких проблем, это наверняка.
Вопросов задавать оборотень благоразумно не стал. Одна мысль всё равно была, единственная, которая могла появиться. Только на одного человека Ямерт мог свалить своё настоящее положение, на Юлара. Вопрос, почему не повязали сразу всю компанию, оставался открытым. Ещё не всю информацию собрали? Если так, то удар врага по друзьям будет очень серьёзным, иначе бы, со своим шпионом в отряде, их уже давно бы схватили. Вероятно, Дерек готовил особенно сладкую месть каждому.
От глаз бандитов не укрылось то, что оборотень очнулся. Без лишних слов его скинули с коня на снег, и дальше заставляли проделывать весь путь пешком. Цепь не давала возможности куда-то деться. А чтобы лишить оборотня возможности кусаться и изрыгать лишние слова, в зубы ему вставили что-то очень похожее на лошадиный пелям, и кожаным ремнём затянули на затылке.
Весь путь до столицы верхом занимал лишком много времени. Спустя сутки пути маг подготовил телепорт. Подготовка отняла много времени и сил. Одно дело перенести себя самого, совсем другое — четверых человек и столько же лошадей.
Измотанного оборотня бросили в темницу, оставив ошейник на месте. Принесли еды — мерзкую, дурно пахнущую жидкую массу в миске, которую, бросив, расплескали по всему полу. Стражники откровенно забавлялись, дергали оборотня за цепь и заставляли слизывать кушанье. Ямерт переносил всё стойко, с каменным лицом, не проронив ни слова. Он ждал. Ждал, что будет дальше. И это ожидание страшило его больше любых издевательств.
Пленника оставили в покое ненадолго. Уже через час дверь темницы отворилась, и на пороге возникла женщина. Она была молода, стройна. Нельзя было сказать, что красива, но вполне симпатичная. Длинные русые волосы спадали с плеч вниз до локтя, фигурка хрупкая, сама невысокая, ладная. Тонкие брови высоко расположились и придавали лицу хищности. Кожа была белая, только рассыпь мелких родинок на шее. Глаза голубые, почти прозрачные. От них веяло холодом, злостью, жестокостью. Одета она была в исключительно мужскую одежду, но выглядела в ней на удивление женственно. Даже не смотря на высокие и грубые краги на руках. На поясе, свёрнутая кольцом, висела грубая плеть из коричневой кожи.
Женщина стояла в дверях темницы и с интересом изучала оборотня.
— Ух ты, хорошенький, - улыбнувшись, сказала она тоном, которым маленькая девочка восторгается щенку, — Всё готово?
— Да, госпожа. - за спиной госпожи угадывался стражник. Или даже не один.
— Отлично. Я сама его отведу. Поторопите Крейга.
— Он опасен, госпожа.
Ответа не последовало. Она только повернула и чуть наклонила голову, вскинула брови. Стражник более не возражал.
Нарочито медленной походкой, заложив руки за спину, госпожа вошла внутрь и с улыбкой на лице подошла к оборотню. Наклонилась и твёрдо взглянула ему в глаза. Ямерт ответил тем же.
— Не страшно? - спросила она.
— Нет, - честно ответил оборотень. Он искренне не понимал, почему должен бояться это хрупкое создание. — А тебе?
Гостья улыбнулась, широко, и как-то нехорошо.
— Шелин, - девушка протянула кузнецу руку, — А ты, кажется, Ямерт. Будем знакомы?
— Будем. - ответил мужчина, но руки не подал.
— Что, правила хорошего тона тебе неизвестны?
— Пожимать руку женщине? Кажется, это противоречит известным мне правилам хорошего тона.
— Мою руку тебе лучше пожать, зверь. - ласково предупредила Шелин. Ямерт всмотрелся в её холодные глаза, в которых ничего нельзя было скрыть. Он протянул руку, Шелин коснулась её ладонью, а потом, схватив ошейник у самого горла, резко дёрнула на себя, перехватив цепь. Ямерт упал на пол лицом, неприятно ободрав подбородок и услышал счастливый смех новой знакомой. Что говорить, он этого рано или поздно ожидал. И знал, что это не конец.
Шелин снова дёрнула за цепь.
— Ко мне, зверь. Иди за мной. - приказала она и пошла вперёд. Оборотень попытался встать на ноги, но сапог на его спине вернул его обратно на колени.
— Разве звери ходят на двух лапах? - капризно спросила госпожа, наклоняясь, - Ну, скажи, ходят? Кто-то видел, чтобы звери ходили на двух лапах? - последняя фраза прозвучала громко, на всю темницу. Стражники замычали и замотали головами, даже не скрывая злорадные улыбки.
— Вот видишь, не ходят. - констатировала Шелин, печально надув губы.
— Ходят, - выплюнул оборотень, — например, медведи.
Женщина на секунду задумалась.
— Да, ты прав...Но ведь ты не медведь! Ты грязная, отвратительная шавка. Вперёд! Как ходят шавки?
Цепь снова дёрнулась и оборотень послушно пополз на четвереньках за своей мучительницей. А она небрежно несла цепь в руке, то и дело помыкая "пёсика" и явно гордилась этим. Не переставала хвалить его и похлопывать по голове, называя "хорошим зверем". Играла бы ещё долго, но нельзя. Важное дела впереди.

Оборотень уже второй час находился в самой жуткой комнате, в которой ему когда-то приходилось бывать. Крейг оказался угрюмым здоровяком с бельмом на правом глазу. К лысеющей голове прилипли темные, жирные волосы, которые при желании можно было пересчитать с точность до волоска, управившись за пять минут. Губа у Крейга была заячья, нос большой, а лицо в рытвинах. Примерно так Ямерт всегда и представлял себе любого садиста, занимающегося пытками заключённых. Образ успешно дополнял заляпанный засохшей кровью фартук.
От стен тянулись цепи, сходившиеся в середине комнаты. К ним и был прикован оборотень. Рубаха была разорвана на спине, а спина уже вся залита кровью и исполосована глубокими следами от плети. Нос сломан, лицо разбито кулачищами Крейга, и изо рта тянулась кровавая слюна.
Плеть снова засвистела и ужалила исстрадавшуюся спину. Кровь брызнула в стороны, Ямерт дёрнулся, зазвенев цепями, и сжал кулаки. Шелин стряхнула капли крови с жала, свернула плеть и, удовлетворённая повесила на пояс.
Пытка была какой-то бессмысленной, будто бы просто ради развлечения. Никаких вопросов оборотню пока не задавали, и он было решил, что его просто замучают до смерти, и так оставят. Нельзя сказать, что он был этому не рад. Но госпожа подошла к нему совсем близко и властным движением схватила подбородок и подняла вверх.
— Ты готов говорить? - спросила она.
— Что?
— Всё. - улыбнулась женщина и кивнула палачу. Он Отстегнул Ямерта от цепей и потащил вглубь помещения. Там с потолка свисали ещё одни кандалы, имеющие иное предназначение. Руки завели за спину и замок снова щелкнул на запястьях. Заскрипел механизм и цепи медленно стали подтягиваться вверх, к потолку.
— Давай, расскажи мне всё-всё. Ты же хороший зверь. - снова так же ласково запела госпожа, с удовольствием наблюдая, как расширяются от боли зрачки пленника, и как меняется его лицо по мере того, как высоко поднималась цепь.
— Что же ты хочешь узнать? - с трудом спросил оборотень. Пальцы ног уже с трудом доставали до пола, а суставы рук вот-вот не выдержат, — Я могу поведать тебе о том, как закаляется сталь. Хочешь?
Кузнец издал протяжный стон. Суставы хрустнули и сдали. Боль была невыносимой, и продолжала нарастать.
— Не-е-ет, что мне твои железки, - надув губы обиделась Шелин, — Ты мне о Раде с Иттрием расскажи. И про Арма, и про Рейнгольда. И про Лилию не забудь! Давай, мне не терпится узнать, ужасно интересно!
— Ох, ты знаешь, - парень от боли то и дело морщился, тяжело дышал, стискивая зубы, — не хотел бы тебя огорчать, но, кажется, я всё забыл. Меня так приложили по голове, что я даже не помню, как меня зовут. Извини.
Шелин громко рассмеялась, махнув рукой Крейгу. Примерно такого ответа она и ожидала. Глупо было надеяться, что оборотень так просто расколется.

Ямерт был, по большому счёту, никому не нужен. Зачем, если в отряде есть свой человек, который исправно сливает всю информацию в руки врагов? Но он был частью этого проклятого отряда, а значит и причинять ему страдания было приятно втройне. В конце концов всё, что было нужно, после долгих пыток, из оборотня вытянули с помощью сильного придворного телепата. Измученного оборотня привели в сознание, после чего в него сразу проник кто-то посторонний, вытянул оттуда всё, что было нужно, а в качестве подарка внушил кузнецу воспоминание о том, как она сам, своими губами выдал всё, что знал. Об этом он вспомнит потом, и проживёт с этим знанием до конца своей никчёмной жизни. И подыхать в яме он будет уверенный в том, что предал людей, которыми поклялся верностью.
Оборотню в горло влили какую-то приторно-сладкую пакость, рывком сняли ошейник, напоследок лишили сознания, ударив по голове (пленник и так едва-едва находился в рассудке, удар потребовался совсем лёгкий) и выкинули за городские стены в яму, как мусор. Сдохнет сам, или собаки разорвут. Он и так был едва жив.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Воскресенье, 19-Янв-2014, 03:24:27 | Сообщение # 1135    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
К тому времени, как Ямерта вышвырнули в яму, Иттрий увел своих товарищей далеко от места злополучной стоянки. С отходом тянуть не стали, совсем наоборот: команда, как ветер ураганный, смела все вещи, погрузила их и себя на лошадей, да и отправилась вперед с максимальной скоростью, которая только была возможна.
Впереди были нелегкие дни. Прямой путь на север, через разбросанные среди простор деревушки, был заказан. К сожалению, Ямерту в последнее время доверяли слишком много, и оборотень был прекрасно ознакомлен с планами грядущих переходов. В каждом из намеченном пункте теперь могла находиться тщательно заготовленная засада, из которой уже не факт, что получится выбраться.
Логичнее всего было бы уйти на запад, обогнуть Столицу еще большим крюком, следуя к намеченной цели, но подобного изменения маршрута наверняка ждали и королевские прихвостни. Решено было прижаться к востоку, приблизившись на вполне осязаемое расстояние к Столице, далее снова соблюдать северную тенденцию, и идти по неприятным в зимние времена, совершенно пустынным местам. Здесь не было раскатанных дорог, в лучшем случае были только полупроходимые лесные тропки. Никакого жилья на большие расстояния вокруг, разве что только случайные домики лесников, травников да подобных им людей, предпочитающих отдаленный от городов образ жизни. Одну такую избушку встретила компания спустя неделю мытарства, и она была как манна небесная. Ночевать на улице было очень неприятно, просто-напросто опасно как минимум для здоровья, тем более что о больших кострах теперь и речи не было. Раскладывали только очень умеренные, маленькие кострища, и грелись больше друг о друга. У всех этих неприятностей, была, однако, обратная сторона: ищи-свищи ветра в поле, ищи-свищи группу людей в пустом, заснеженном лесу.
В гостях у лесного отшельника состоялись последние обсуждения о том, что же делать дальше, куда идти. Север, конечно, большой, районы там простираются не шибко заселенные, и, если оторваться от преследования, то пройти незамеченными в намеченном ранее направлении вполне удастся. Вставала только одна проблема: холод. Тяжело было даже Рейнгольду, что мог одеваться в волчью шкуру, что уж говорить о беременной на солидных сроках Раде, которой были нужны тепло и покой, как никому другому. При девушке и Грог постоянной грелкой служил, и Рейнгольд даже частенько к ней прижимал свой теплый волчий бок, но все равно этого было недостаточно.
Выход, казалось, был один: узнать у отшельника о какой-нибудь малюсенькой, богом забытой деревушке, каким-то образом остаться там и переждать суровый февраль. Надеяться, что к концу его - к началу марта морозы стихнут, и можно будет продолжить путь дальше. Оставаться долго на одном месте было очень, очень опасно, но другого выбора сейчас не было.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Воскресенье, 19-Янв-2014, 14:12:15 | Сообщение # 1136    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Воскресенье, 19-Янв-2014, 22:21:46

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Ранее у городских стен...

Холодно. Всё тело замерзло, и невозможно понять, от чего оно болит больше: от жгучего мороза, или от увечий. Сознание проталкивалось с трудом, неистово боролось с истощённостью и бессилием. И вместе с сознанием приходила боль. И холод.
Темно. И тихо. Не слышно ничего вокруг, и в то же время невыносимо громко звенит в ушах мучительная тишина, слышно, как с шелестом на землю оседает пушистый снег.
"В Аду падает снег?"
Первая же мысль в голове звучит так громко, и что-то внутри стучит, стремится расколоть череп пополам. Тихий хрип вырывается из горла и глаза открываются. В ту же секунду по обонянию ударяет резкий запах гнили и мертвечины. Мерзкий, сладковатый запах разложения, свежего, и очень древнего, съевшего труп до кости.
"Мой труп?"
Нет. Это дохлая гончая, на которой лежит голова. Кажется, рядом ещё одна, и ещё. Их тела закостенели и застыли на морозе, истратили всё тепло. Но среди горы мусора и мёртвых туш лежит ещё одно тело. В нём ещё есть остатки тепла, и что-то внутри отчаянно борется за крохи жизни.
А над головой холодное зимнее небо. Далёкая россыпь невероятно ярких звёзд, и медленно плывущая между ними туча.
"Я жив."
Жив. Невозможным образом, но жив. Едва-едва, но горячая волчья кровь даёт о себе знать, и, если Ямерт не прочь сгнить в этой канаве вместе с псами, то волк на это не согласен.
Раны на спине засохли, и малейшее шевеление вызвало режущую боль. Ладони сожжены до кости жутким приспособлением: стальной парой перчаток, раскалённой до красна. Меньше всего, кажется, болит лицо, хотя всё опухло, в синяках и кровоподтёках. Ниже колена ноги уже невозможно почувствовать. Наверняка ступни отморожены, если не больше. Холод будто бы пробрался в самые кости и поселился там. Холод притупляет боль, но безжалостно кусает кожу.
Тошнит. К горлу подкатывает липкая масса и изливается сквозь приоткрытый рот. На языке остаётся противный, приторно-сладкий привкус влитой ранее в глотку пакости. Яд? Как глупо пытаться отравить оборотня.
Пришлось долго собирать по капле силы, просто чтобы суметь подняться и выбраться из ямы. А куда идти дальше? Почти раздетым, по снегу босыми ногами, искалеченным и почти неживым. Но разум молчит, есть только сильнейший волчий инстинкт. Выжить. Выжить не смотря ни на что.
Ипостась не сменить, это слишком больно, слишком сложно сейчас, сил едва хватает на то, чтобы еле переставлять ноги и держать остатки сознания в кулаке.
Впереди лес. Глаза почти не разбирают дороги, ноги заплетаются и Ямерт то и дело падает в снег, несколько минут лежит в нём, а после с трудом поднимается и идёт дальше.
А в лесу как-будто теплее. Или, может быть, он уже так замёрз, что не чувствует ничего. Но продолжает идти дальше. Не имея ни пути, ни цели, но отчаянно цепляясь за жизнь и продолжая путь. До тех пор, пока силы вновь не покидают тело и оно оседает среди деревьев.
Хруст снега, нервное лошадиное фырканье, тихий девичий вздох и из рук выпадает вязанка хвороста. Перед глазами на миг мелькает лошадиная морда и окончательно исчезает в темноте.

Днём позже...

Холод больше не ощущается. Обоняние щекочет тёплый запах чего-то мятного. Кто-то аккуратно приподнимает голову, надавливает пальцем на подбородок и вливает в горло лёгкий снотворный настой.
— Папа, он живой? - нежный, перепуганный голов девочки, ещё совсем ребёнка. Воображение услужливо рисует тёмноволосую, худую, скрюченную как крюк девчушку с чумазым лицом.
— Живой, Халька, живой. Идём, пускай спит. - а это, наверное, голос отца. Или даже деда, голос звучит совсем не молодой, но льётся мягко, покровительственно, и в нём чувствуется переживание. Но это уже неважно. На уставшую голову наконец снисходит спасительный сон, мягко, как паук жертву, обволакивая всё тело и утаскивая с собой в страну снов.
Плохих снов. Страну кошмаров. Или это и не сон вовсе, а жуткое, поселившееся в сознании кошмаром, воспоминание?
Ямерт видит человека. Он подвешен к самому потолку вверх ногами, руки его связаны, а голова скрылась в бадье с водой. Вот цепи подтягиваются, и оборотень видит своё лицо. А рядом с собой он видит женщину. Она гладит его по щеке, улыбается. А с его лица вниз капает кровь из разбитых губ и сломанного носа. В бадью с водой его больше не отпускают. Видно, как замученный человек едва шевелит губами, и его опускают на пол. Когда он оказывается внизу, Шелин садится верхом на его грудь и наклоняется ниже, чтобы услышать то, что он говорит. А говорит он то, чего ему нельзя говорить ни в коем случае.
Вспышка, и в утреннем тумане Ямерт видит виселицу. С тихим скрипом на ней раскачиваются в петлях пять тел, а шестое, собачье, валяется внизу, такое же бездыханное.
"Предатель!" — звучит в голове отчётливо страшное слово.
Кто-то касается ладони кузнеца и он резко открывает глаза. Первое, что он видит — низкий деревянный потолок. Переводит взгляд и видит: на его кровати сидит рыжая девочка, не старше двенадцати лет. Это она касается его ладони.
— Наконец-то ты очнулся.
— Где я? - голос как не свой, звучит сипло, будто горло забито сырой землёй.
— У нас дома. Я нашла тебя в лесу, утром, когда собирала хворост. Думала, ты мёртвый. А ты выжил. Заживает на тебе быстро, как на собаке. Но встанешь ещё не скоро.
Ямерт поднял к лицу ладони. Перебинтованы. Приподнялся на худой подушке. Корпус тоже в бинтах. Они тугие, на спине ощущается жирная мазь.
— Что с тобой случилось? - любопытно спросила девочка, между делом поднося ко рту оборотня деревянную ложку с лёгким травяным настоем.
— Давно я здесь?
— Уже четвёртый день как. Так что с тобой стряслось? У тебя есть друзья?
Ямерт молчит. Он вспоминает свой сон, и понимает, что никакой это не сон. В памяти чётко всплывает эпизод, в котором он сам же выкладывает врагам всю информацию о товарищах.
"Я убил их...".
— Нужно было оставить меня в лесу.
Девочка молча наблюдает за изменившимся лицом незнакомого мужчины, смотрит, как он отворачивается к стенке и спина его беззвучно вздрагивает.
— Папа, - шёпотом говорит она появившемуся на пороге комнаты мужчине, — он, кажется, плачет.
— Ничего, маленькая, оставь его. Ему больно.
Мужчина тихо уводит дочь из комнаты и прикрывает за собой дверь.

Конец февраля...

В последних числах февраля, когда морозы стали менее лютыми, друзья покинули своё затянувшееся пристанище и выдвинулись в путь. Не смотря на то, что погода благоприятствовала, остановки приходилось делать чаще, чем ранее. Иной раз компания останавливалась на короткий привал посреди дня, рискуя собственными жизнями. Причиной тому была Радина беременность. Ведьме уже тяжко становилось нести ощутимый живот на себе, она намного быстрее уставала, и, хоть и старалась молчать, Лилия, Арм, Иттрий, Грог — все внимательно следили за ней и принимали решения о темпе перехода и частоте привалов.
Пока пережидали последний день зимы, даром время не теряли. В свете последних событий стоило озаботиться о безопасности. Не смотря на меры предосторожности, напасть могли в любой момент откуда угодно, а кроме оружия у друзей, фактически ничего не было. не считая набора зелий довольно бестолкового в битве назначения. Посовещавшись, приняли решение обогатить запасы магических напитков, чем и занялись Лилия с Радой.
Ингредиентов было не так уж много, стоило сделать правильный выбор. После тщательного взвешивания приняли решения сварить три зелья: ускоряющее, поглощающее магию и, самое сложное, на время лишающее плоти, делающее живой объект призраком, неуязвимым для любой магический или не магической атаки.
С первыми двумя зельями справились относительно легко и быстро, уложившись в пять дней. А вот последнее пришлось варить долго, внимательно, несколько суток подряд дежурить у котла и ни в коем случае не упускать нужный момент, чтобы влить ингредиент. Для этого варева собрали из сумок самые драгоценный ингредиенты, а кое-что пришлось собирать в округе, как, к примеру, птичьи глаза. Отыскать их оказалось не так-то просто.
Сюда же пошла и приличная доля из подарка Алонсона. Так или иначе, зелье было готово, хоть и далось очень утомительно, и вышло его совсем немного, кому-то на один раз.
Зато на самом дне сумки Рада отыскала памятную заячью лапку, давний трофей. С тех пор так она его в руки и не брала, а теперь решила попробовать его зарядить, тем более, что и самоконтролем у неё стало получше. Весь февраль ведьма не выпускала лапку из рук, откладывая лишь ненадолго, но даже на ночь сжимала её в руке. Иногда она целенаправленно часы проводила над амулетом, заражая его, и пытаясь почувствовать этот процесс. Получалось не всегда, и плохо, но получалось. Рада убрала лапку недалеко в карман только когда путники тронулись в путь.
Местность была пустынной. Несколько дней на пути не встречалось даже паршивого села, где, в тёплом доме, можно было бы выспаться. Только бесконечное поле и редкие перелески.
На третий день пути во время очередного привала друзья обратились к карте. Деревня обнаружилась в двух сутках пути, но чуть в стороне от намеченного маршрута. Впрочем, не критично. Критично было не зайти на постой — припасы были на исходе, и не пополнить их означало обречь себя на голодную смерть.
В тот же вечер Юлар передал сообщение Зилаху. Он уже не использовал Эдгара, столица была слишком далеко. С одним из последних писем провидец получил магический амулет, сделанный специально придворным телепатом. С помощью этого амулета шпион мог в любой момент указать своё местоположение и передать короткую информацию. В крайнем случае, телепат вторгался в его сознание и считывал нужное.
Так случилось и теперь. Как только информация поступила к телепату, он тут же доложил обо всём Зилаху.
Эльф с отрядом давно были в пути и аккуратно преследовали компанию, держась на отдалении примерно в сутки пути. Наученные горьким опытом проигрышей, враги изменили тактику: теперь они отказались от спонтанных атак, но держали друзей максимально в поле зрения. Это позволило бы определить момент, когда отряд оказался бы более уязвим, и устроить засаду.
На этот раз Зилах сам отправился на облаву, поняв, наконец, простую истину: хочешь что-то сделать хорошо — сделай это сам.
Телепорт готовили трое магов, и враги были в нужной деревне уже за сутки до прибытия в неё компании. Кроме стандартного набора лучников и мечников, которых друзья щёлкали как семечки, при себе шпионы имели набор разнообразной силы амулетов, ошейник от оборотня, магические цепи. Народу было немного, на этот раз решили брать магией, а не количеством душ.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Понедельник, 20-Янв-2014, 01:12:00 | Сообщение # 1137    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Утро начиналось совсем по-обычному.
— Иди уж, поспи. Часа два у тебя есть, это лучше, чем ничего. — добродушно сказала Лилия, запуская половник в котел и пробуя на вкус варево.
— Ага, и завтрак пропустить? — Иттрий хотел ответить шутливо, но получилось мрачно. Воин вообще стал более молчаливым, более усталым в последнее время. Недели выдались нелегкие: надо было постоянно быть начеку, в мелочах выверять едва ли не каждый шаг, следить внимательно за всеми чужаками, да и даже в лесу дремучем едва ли не спать в обнимку с мечом, просыпаясь от каждого шороха. Бытовых сложностей тоже было предостаточно: надо было очень внимательно относиться к Раде, следить и за ней, поскольку горделивая ведьма молчала, когда ей что-то начинало быть в тягость. Надо было вырывать время для того, чтобы заниматься с Рейнгольдом. Даже с едой и то были проблемы: запасы истощались, охота зимой шла чуть лучше, чем очень плохо, так что постоянно приходилось закупаться в проезжих деревушках, которые могли поставить на продажу совсем немного съестного, у них и на себя было его немного.
Вот и сейчас, даже в конце дежурства, важная работа. Иттрий уже не первый час сидел над картой, соображая, как же лучше идти дальше, намеченный сутки назад маршрут был далеко не идеален. В сутках пути находится очередная маленькая деревенька, куда надо непременно зайти, пополнить запасы. Это все хорошо, но сильно смущало наличие некого Выселка совсем рядом от деревушки. Судя по карте, этот Выселок был крупным селом, через него проходило множество путей. Ранее планировалось обойти его стороной, но сейчас, из-за нехватки запасов, требовалось подойти едва ли не под стены, расстояние от деревушки до Выселка было таким, что его шагом можно преодолеть меньше, чем за час. С такой близостью к городу в деревушке наверняка висели "преступные портреты", там мог сидеть королевский агент, да и просто могло быть слишком много проезжего народу, который явно обратит внимание на большую странную компанию, и кто знает, не отправится ли в Столицу письмо с доносом...
Но другой деревушки поблизости просто не было. Тупик.
Иттрий нервно постучал по деревне грифелем. Маленькая точка, даже название твое на карту не влезло, но сколько же от тебя проблем...
— Что, город свой воздвигаешь? Бесполезно, он от этой тыкотни среди лесов не вырастет. — насмешливо протянул Рейнгольд, который прогуливался вокруг костра, втягивал носом аромат от котла, да поглядывал, что вокруг интересного делается.
— С добрым утром, Рейн. Надо говорить "с добрым утром". — рассеянно отозвался Иттрий, сворачивая карту. Все равно бесполезно, ничего нового он там точно уже не увидит. И все-таки нет другого выбора, кроме как идти в это место повышенной опасности. Все, что можно сделать — это только сократить время пребывания там. Прийти под ночь, провести ее в каком-нибудь доме, а с самого раннего утра отправиться в путь дальше. И не посещать никаких людных мест вроде таверн, лучше найти одинокую старушку, что в дом чужих людей за звонкую монету пустит. У нее же и вызнать, кто может продать нужное количество продуктов, и тихо-мирно обстряпать это дело с утра спозаранку.
Найти бы еще эту бабку с первых домов трех. Юлар..?
Лилия помахала рукой перед застывшим взглядом Иттрия, отвлекая его от всех, как одной, заводящих в тупик мыслей, и вручила ему тарелку со щами. Все уже собрались за костром, завтрак начался.
Вообще наличие провидца среди друзей здорово облегчало жизнь. Иттрий кинул оценивающий взгляд на такового. Юлар, почувствовав его, поднял глаза на Иттрия и по-солнечному ему улыбнулся.
— Да, не думаю, что с нахождением подходящего дома будут проблемы. — ответил Юлар, упреждая вопрос. — с первого раза найдем какого-нибудь тихоню, у него перекантуемся, утром уедем. Комар носа не подточит.
Звучало хорошо, но все равно Иттрию все это не нравилось. Наверное, сказывалось нервное напряжение за последние недели, потому и сейчас удается видеть проблем и подвохов больше, чем есть на самом деле.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Понедельник, 20-Янв-2014, 10:58:42 | Сообщение # 1138    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
— Юларчик, можешь так же? - Арм поровнялся с Юларовой лошадью горделиво подняв подбородок. Парень ехал рысью разведя руки в стороны и легко удерживаясь в седле. Раньше у него это так просто не получалось, а тут он уже целых двадцать минут ехал без повода, а конь послушно топал за сородичами.
— Могу, - ответил провидец слегка удивлённо, — Я и лучше могу. Гляди-ка! - парень причмокнул мерину и поднял его в неторопливый галоп, после чего завел руки за спину и победно посмотрел на Арма. Крестьянин коварно улыбнулся и запустил в провидца заранее подготовленным снежком. Комок полетел быстро и очень неудачно, прямо лошади в глаз. Лошадь испугалась, отпрыгнула в сторону и тревожно всхрапнула. Юлар поспешно набирал повод, но не успел, Арм совершил вторую ошибку. Надеясь только успокоить животное он, сам испугавшись, резко взмахнул руками перед самой мордой коня, в попытках схватиться за налобный ремень. Тонкая психика коня не выдержала и он, решив, что с него хватит, решительно рванул вперёд, сразу же опустив голову. Повод тут же выскользнул из рук и скатился с шеи, а лошадь вознамерилась во что бы то ни стало скинуть с себя всадника. И это у неё получилось. Частично. На третьем же высоком и неожиданном прыжке Юлар завалился на бок, но как на зло нога застряла в стремени, и он покатился по снегу за взбесившимся конём, отчаянно пытаясь подтянуться и высвободить ногу, но снова не успел.
Юлар заранее зажмурился, уже зная, что будет дальше. Удар, сильная боль в ноге, и конь мчится дальше один, а провидец лежит на снегу у дерева сыгравшего с ним такую злую шутку и ощущает невыносимо сильную боль в правой ноге.
Арм так и застыл на кон6е, зажав рот рукой и осознавая, что натворил. И что его теперь ждёт. Недобрые взгляды товарищей не обещали ничего хорошего.

— Очень больно, это очень больно. - постоянно повторял провидец, шипя от боли.
— Я в курсе, Юлар, потерпи, сейчас полегчает. - нервно отозвалась Рада, которая сейчас цацкалась с его ногой. Точнее, пока только осматривала. Пришлось разрезать штанину и обнаружить так торчащий из разорванный кожи обломок кости.
— Открытый. - констатировала она и вздохнула, сунув провидцу в зубы склянку с обезболивающим зельем. Оставалось его совсем немного, и вряд ли бы оно совсем устранило боль, но хоть снизило бы.
Лилия тоже особенно помочь не могла, травма была слишком серьёзной. Знахарка, конечно, чуть помогла ускорить регенерацию, но всё равно было видно, что наступать на ногу провидец сможет очень нескоро. Наложили шину, зафиксировали ногу и обмотали от обморожения свободными тёплыми тряпками и платками. И больше ничем помочь было нельзя.
— Придётся хотя бы сутки переждать. - сказала Рада, закончив, но Юлар тут же встрял.
— Нет, ждать нельзя. Мы и так как на ладони. Помогите мне забраться верхом и я поеду.
Ведьма взглянула на него как на чокнутого. Никакие аргументы и уговоры на Юлара не действовали, он даже впервые проявил себя раздражительным и слегка огрызнулся, устав убеждать всех в том. что на лошади он усидит. На деле же провидцу нужно было любой ценой привести компанию в деревню сегодня.
Провидца усадили верхом. Ехал он впереди, задавая темп, на который все ориентировались.
Арма никто ругать не стал. И это было ужаснее всего. Он предпочёл бы, чтобы ему разбили лицо, а не просто молча игнорировали, будто бы он перестал существовать.

Деревня была не самой большой. Был в ней и переулок, заканчивающийся тупиком и с густой растительностью вокруг. Отряд Зилаха уже был тут. В округе было всего три дома, из которых предварительно выпроводили всех жителей к родственникам и друзьям, чтобы не мешались. Сам Эльф сидел за столом в одном из домов и задумчиво разглядывал лук. А лук у него был отменный. Тонкая эльфийская работа, крепкая, но в то же время гибкая конструкция, прочная тетива и тугим натяжением. В колчане лежали стрелы с красным оперением. Это обычные. добротные стрелы. Часть из них имела чёрное оперение, эти стрелы имели зазубренный наконечник, обладающий куда сильнейшим фактором поражения и очень неприятным процессом извлечения.
Дверь скрипнула.
— На подходе, скоро будут.
— Юлар с ними?
— Да. Но, кажется, он ранен. Что-то с ногой.
Зилах угрюмо постучал по столу пальцами. Минус одна очень важная фигура. Ну, что ж, главное. чтобы Юлар привёл компанию куда нужно.
— По местам. Вы трое остаётесь тут.
Шпионы заняли свои места. Маги остались в доме, а прочие попрятались среди деревьев. Эльф забрался на высокий тополь и затих в засаде, поглаживая оперение стрел.

— Туда. - Юлар махнул рукой и повёл друзей через деревню в нужный переулок. Коня он остановил у одного из самых неприметных домов.
— Сюда. Нас пустят. - сказал он.
Иттрий спрыгнул с коня и поднялся на крыльцо, постучал в дверь. Открыл ему молодой человек в очень не деревенских одеждах. Человек держал руки перед собой и что-то шептал, не отрывая взгляда от воина. Иттрий всё сразу понял.
— Все назад! - крикнул он и прыгнул в сторону от растущего ледяного шара из рук мага. Шар обжёг его холодным огнём, но своей прямой задачи не выполнил. Маг принялся кастовать новое заклинание.
Тем временем путь к отступлению был отрезан словно из под земли появившимися мечниками, которые тут же принялись прижимать компанию к тупику. Враги моментально заключили друзей в кольцо, не давая сделать манёвр. Тут же обнаружилось ещё два мага. Втроём они составляли идеальный треугольник, подстраховывая своих воинов. Была хороша чья-то идея просто перетоптать кольцо врагов лошадьми, но те словно оцепенели не не двигались с места. Рада заметила, как один из магов мерзко ухмыляется, легко сдерживая животных на месте. Пущенный в него метательный нож отскочил от невидимого щита. Значит, и стрелы бесполезны. Дело было очень плохо.
Враги наступали медленно, не торопясь, великодушно давая право первого удара своим противникам. Друзья сомкнулись в кольцо спина к спине, приготовив оружие и перебирая в голове возможные варианты прорыва.
— Чёртовы маги, - сплюнул провидец в сердцах, — Они меня сбили. Простите, я не знал, что след ложный.
— Рада, нужно их убрать, - сказал Грог имея в виду именно магов.
— Интересно, как.
— Ты ведьма, ты и думай, - ответил пёс тоже не рискуя бросаться в атаку.
"Зелья" - мелькнула в голове мысль и ведьма тут же полезла в сумку. Отыскав нужную склянку она сунула её Рейнгольду.
— Пей сейчас же.
Вторую склянку она приготовила для Грога. Ведьма откинула пробку и начала вливать зелье псу в горло. Заметив это, враги перестали ждать и бросились в атаку.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Понедельник, 20-Янв-2014, 18:49:44 | Сообщение # 1139    
Сообщение отредактировал(а) Призрак - Среда, 22-Янв-2014, 14:11:19

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
— Как толстеешь с каждым днем, так и нравом дурнеешь. — огрызнулся Рейнгольд на приказательный тон Рады, но зелье выпил, понимал, что совсем не время было выпендриваться. Ох как не хотелось этого делать Рейнгольду, он-то знал, что за зелье дает ему Рада, и прекрасно видел, из чего ведьмы готовили всякие свои варева. В состав входили не только травы, да даже и те были не все безобидными на вид.
Зелье скользнуло по горлу, слизкое, как сопливый комок. Вот гадость же. Рейн поморщился.
— Нуяпшел. — сказав это, волчонок побежал на одного из магов. Рейн двигался так быстро, что даже глазом за ним уследить было сложно: вот он сидел на коне за Радой, потом превратился в стремительный смазанный силуэт, и вот уже стоит за спиной у мага, а измененная конечность, не волчья лапа и не человеческая рука, разрывает мужчине горло. Маг схватился за шею, пытаясь зажать рану, захрипел, и стал оседать на землю.
— Вали его!! — зарычал маг с рыжими волосами, что неудачно запустил в Иттрия ледяной шар. Новый такой полетел в Рейнгольда, и еще один огненный — от последнего из трех магов. Но куда там. Рейна уже на месте не было.
Вообще, это была прекрасная идея напоить оборотня ускоряющим зельем: только Рейн со своими звериными инстинктами мог успевать координировать свои действия в резко ускорившемся теле, наполовину отключив мозг и следуя за чувствами. Окружающие вовсе не казались Рейну тормознутыми, медленными. Они вообще никакими ему не казались, Рейну было не до них. Волчонок сам себе казался обезумевшим, бешеным комком злости, и все его силы уходили только на то, чтобы разобраться в мелькающих перед ним образах: зрительных, звуковых, осязательных, и на то, чтобы вовремя и корректно отреагировать на каждое происходящее новое событие. Вот, например, заметить два магических шара и уклониться от них. Более того, Рейн не просто уклонился, а с максимальной пользой. Зелье имело очень короткую продолжительность действия, и волчонок использовал недолгосрочный эффект по максимуму. Снова смазавшись для окружающих в нечеткий рой, Рейн вновь возник за спиной лучника, уже с когтями в его горле.
Действие на поляне ограничивалось не одними сверхскоростными передвижениями Рейнгольда. Примерно в то же время, как спрыгнул с Сэфа волчонок, стрелой помчался вперед Грог. Его силуэт мерцал в воздухе, то появлялся, то исчезал. Стрелки сконцентрировались именно на нем. В Грога полетели по крайней мере три металлических болта, штук пять стрел, но все они прошли сквозь пса и бесславно продырявили землю. Грог же бежал вперед, прыгнул на ближайших недругов. Их мечи, стрелы проходили сквозь пса, но зубы Грога всегда находили цель. Это нельзя было назвать битвой, это была резня.
Рада, долив зелье Грогу в пасть, тут же наклонилась в сторону и соскользнула с коня. Очень вовремя: над ее головой просвистел снаряд. Неловко шмякнувшись на землю (живот уже мешал очень сильно), ведьма отползла назад, вынула из кармана пузырек, зубами сорвала крышку и выпила содержимое.
Вслед за Радой как можно скорее и другие покинули лошадиные спины, на которых люди были прекрасными мишенями, лишенными даже минимальной маневренности.
Оставшиеся маги нарушили строй. Они метнулись друг к другу, встали спиной друг к другу, и мгновенно заручились окружением мечников, что только впереди просвет для магии оставляли. Рыжий начал плести заклинание, еще когда Грог не ринулся в бой, а закончил, когда пес уже продемонстрировал, что за зелье он выпил. Второй маг все это время был на защите: он был готов поставить щит от стрелы, или же так прожарить Рейна или Грога, что их зелье продержалось бы недолго. "Прожарить", впрочем, было действием только на крайний случай: пока звери перемещались среди мечников, были бы спалены дотла и мечники. Так что изливать свой фонтан маг мог только, когда возникнет прямая угроза ему самому или его коллеге, как самым важным членам команды, или же когда Рейн или Грог окажутся в стороне от всех.
Закончив, Рыжий раскрыл ладони в сторону лошадей и людей, что находились рядом с ними. Воздух прорезала толстая, едва ли не полуметровая струя воды, и со скоростью стрелы полетела в центр пристанища. Капли, что отлетали от основного потока, мгновенно превращались в льдины, и не оставляло сомнения, что будет, если такая струя пронзит живого человека.
Но Иттрий видел приготовления мага и был готов. Водяной поток встретил на своем пути меч, что тут же покрылся ярко-голубой рунной вязью по лезвию. Он разбивался о металл, разлетаясь льдинами по сторонам, но ни одна из льдин не могла перейти границу лезвия.
Пока Иттрий сдерживал водную стихию, создавая собой живой щит от магии, Рада могла начать обстрел противника. В круг метров десяти в диаметре вокруг магов целиться было бесполезно: там стрелы встречали невидимую преграду, зависали в воздухе и падали на землю. А вот проредить мечников, что стояли в отдалении от магов, вполне было можно.
Лилия, укрывающаяся за свалившимся с коня вещевым мешком, использовала одно очень полезное зелье, сваренное про запас. Она разбила о камень склянку с молочно-белой жидкостью, и оттуда стал расползаться густой туман, укрывая группу от вражеских стрел. Да, это работало и в другую сторону: стрелять Раде стало сложнее. Но с учетом численного перевеса вражеских стрелков, это было оправданной мерой.
А маги меж тем уже были осведомлены о свойствах меча Иттрия. Водно-ледяная струя была своего рода провокацией, проверкой. Уже через полминуты маги поняли, как действуют руны, и Рыжий резко прервал свой поток.
Иттрий перевел меч в диагональное положение, готовый к новым атакам. Руны стали медленно гаснуть.
Рыжий наугад пустил в воина тройное лезвие. Раз-два-три — Иттрий отбил их. Это было просто, надо было только идти за мечом, он сам чувствовал магию. Еще три воссозданных из воздуха кинжала, несколько файерболов, что были отправлены в мечников, ледяные шипы... А маг-на-защите в это время плел свое заклинание. Когда время подошло, он спустил его с пальцев, и оно сорвалось с них полотном паутины. Иттрий привычным жестом поймал паутину... но она никуда не расползалась. Она разрасталась, пытаясь оплести воина. Заклинания такого типа рассеять или отразить было невозможно теперь. Меч работал прямо по программе, выписанной на нем рунами, и Иттрий, лишенный магической силы, абсолютно никак не мог повлиять на нее, изменить, подкорректировать, что раньше он делал всегда, ибо с поправкой на ситуацию всегда выходило намного эффективнее.
Паутина все нарастала. Иттрий, быстро вращая кистями, пытался накрутить ее на меч, чтобы она хотя бы не распространилась далее него. Руны горели все ярче, стали просвечивать сквозь белое пелено, наконец, стали физически жечь глаза. И не только глаза. Иттрий закричал, выронил меч.
"Почему у меня всегда страдают руки?!" — отчаянно подумал он, не желая даже смотреть, что стало с ладонями. Хватает ощущения дикой боли, резкого запаха паленой плоти и плохо слушающихся пальцев.
Иттрий увидел, как с пальцев Рыжего слетает новый ледяной комок, а секундой позже почувствовал, как кто-то сзади обхватывает его рукой за шею. Воин резко дернулся, как раз подлетел ледяной шар... больно ударил в грудь, но больше ничего не сделал плохого.
Лилия, стоящая сзади Иттрия, погладила заячью лапку.
— Давай-ка назад. — знахарка утащила воина под покров спасительного тумана.
Судя по крикам с той стороны, Грог и Рейн действовали очень эффективно.
Стянув зубами уже бесполезные ошметки перчаток, Иттрий оценил-таки урон. С левой рукой было совсем плохо, даже боль в самой опаленной части не чувствовалась, но правая была прожжена не так сильно и как-то слушалась. Воин вытянул из сапога кинжал, пальцами, подкинул и перехватил в удобное для метания положение. Первую секунду холодный металл был даже приятен, во вторую стал жечь не хуже огня. Но в целом, управлять движениями можно было довольно четко, и шансы не промазать по не слишком сложной цели были высоки.
— Давай сюда. — Лилия потянула руки к Иттрию. Иттрий просто показал знахарке ладони.
— Не получится залечить это быстро. — и отправился к Раде, на огневой рубеж, где туман был не таким густым, и где девушка вела стрельбу, укрываясь за натасканным из вещей подобием укрытия.
— Они не держат щит все время, это сильно изматывает. Но они видят, когда ты готова стрелять, и выверяют момент для защиты. — шепнул Иттрий Раде, находясь за ее спиной. Он старался пока не показываться из тумана, по крайней мере явно. — давай, Рада, попробуй обстрелять магов. Приучи их к определенному темпу, а потом вступлю в игру я, сразу после твоего очередного выстрела. Они знают, что второго стрелка у нас в компании нет, так что... это может сработать.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Среда, 22-Янв-2014, 18:54:51 | Сообщение # 1140    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Стычка вышла очень необычной. Враги явно не ожидали, что у компании припрятан в рукаве козырь в виде магических зелий. Почему Юлар не предупредил? Не придал значения, не успел, или просто не знал? Нет, не мог ни знать. Впрочем, за это с него ещё следует спросить. Залах пока не высовывался и не вмешивался, но внимательно следил за происходящим. Эльфу впервые пришлось видеть этих людей в действии, и так близко. И сразу становилось ясно, почему никогда не выходило взять их нахрапом. Даже сейчас, когда на стороне врагов был численный и силовой перевес, они скорее сдавали позиции, чем укрепляли их.
Каждый знал своё место, каждый занимался своим делом, делал, что мог. Кто в битве не участвовал, не мешал остальным, как, к примеру, Юная графиня. Она забилась среди лошадиных ног под защитой Юлара и Арма.
А Арм и Юлар о чём-то быстро, но тихо совещались. Провидец всё ещё продолжал исполнять свою роль, и для порядка должен был хоть сделать вид, что отбивается от врагов со всеми остальными. тем более, что Арм не прекращая ныл и рвался в бой. Благодаря Юларовым тренировкам крестьянин стал чуть крепче, и теперь понимал ценность собственного тела, стал его чувствовать. И вместе с тем поменялся немного он сам. Ему было так же страшно, но чувство ответственности ощущалось сильнее.
Пока Грог и Рейн рвали мечников, рада, укрывшись за импровизированной баррикадой, пыталась пробить брешь в обороне магов. Она то и дело высовывалась и выпускала стрелу, но каждый раз маги успевали выставить блок, а то и ответить. Одно такое заклинание ведьма уже словила, и тут же вознесла хвалу богам за сваренное зелье. Ведьму ударило в грудь, пошатнуло, а потом по телу словно разлилось что-то горячее. И это всё. Когда она снова показалось из-за наваленных сумок, маг очень удивился.
Подоспел Иттрий, и выдал ценный совет. Рада мельком взглянула на него и горестно сморщилась, заметив его обожжённые руки, в которых он ещё и умудрялся удерживать кинжал. Но рассусоливать времени не было, его ранами она займётся, по обыкновению, позже. А пока она сменила тактику и начала считать по себя.
"Раз, два, три.." - и появлялась в поле зрения, выпускала стрелу, а после снова скрывалась. Сказать, что эта скачка её доконала — ничего не сказать. Попробуй так поприседай с таким-то пузом. Ведьма тяжело дышала, колени предательски подрагивали, но продолжала даже не думая жаловаться или останавливаться.
Иттрий оказался прав. В какой-то момент Рада заметила, что губы одного из магов шевелятся, и он уже не глядя выставляет щит. Значит, считал вместе с ней, а сам был занят тем, что пытался обезвредить Грога. Действие зелья уже начало заканчиваться, и маг пока бестолково палил в него мелкими боевыми заклинаниями, пытаясь сбить с ног, но промахивался — пёс каждый раз успевал ускользнуть.
Рада вернулась на своё место и кивнула Иттрию. Ещё два раза...
Юлар тоже заметил ведьмин манёвр, и за ухо притянул Арма к себе. Крестьянин закивал, и подсадил провидца верхом, быстро закинув его на манер мешка. Юлар сразу стал открыт, но времени ему было нужно немного.
Арм бросился на колени и принялся загребать голыми руками снег, скатывая из него тугие шары.
— Эй! - окликнул парень мага и как только тот обернулся с размаху зарядил в него снежком, и сразу же вторым. Да что там, Арм обрушил на несчастного целую лавину, а тот, от неожиданности, не сразу среагировал и теперь счищал снег с лица. Юлар замахнулся.
Шест был плохо предназначен для метания, всё-таки не копьё, и таким образом его приходилось использовать впервые, но сработало отлично. Маг не успел ничего понять, как его живот пронзило лезвие. Как только он осел на землю, лошади ту же захрапели и дёрнцлись вперёд, но были сдержаны Мирой и Армом.
Практически одновременно с этим событием произошло ещё два. Спустя секунду после того, как в первого мага угодил шест, во второго вонзился Иттриев нож, а следом стрела, поставив точку на колдовстве и жизни молодого человека. А спустя ещё секунду послышался жуткий собачий визг.
Иттрий обернулся и посмотрел на Грога, и его в ту же минуту пронзил острый ужас. Просвистела ещё одна стрела, но попала мимо цели, хоть и была к ней очень близка. У рады из спины, в районе правого лёгкого, торчала стрела с чёрным оперением. Вошла она, даже на первый взгляд, глубоко и нехорошо, девушка быстро начала бледнеть и задыхаться.
Не пришлось даже никому командовать. Грога подхватил Арм, пыхтя от тяжести. Метаморф непривычно медленно менял форму на кошачью, более компактную, тратя остатки сил. Раду подхватили Лилия и Иттрий. Но когда они пытались поднять ведьма на коня, ещё две стрелы просвистели в воздухе и одна угодила в лошадь. Иттрий понял, что уйти им не дадут и повернулся к Юлару.
— Там, - показал провидец пальцем на высокий тополь, — скорее.
Иттрий осмотрелся. Лезть вверх было глупо, но врага он уже видел, Зилах и не слишком-то уже скрывался. И воин едва ли не впервые в жизни поступил по наитию. и слегка безумно: он схватил с земли удачно подвернувшийся под ногу обледеневший камень с острым краем, разбежался, а когда подошёл к дереву на приемлемое расстояние, с ненавистным воплем швырнул камень во врага. Возвращаясь к лошади, садясь верхом и придерживая перед собой ведьму на седле, по треску веток и полному боли стону он определил, что камень свою цель отыскал.
Уцелевших мечников и лучников, рискнувших перекрыть путь, снесли лошадьми.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
Страница 76 из 93«1274757677789293»
Поиск:
 
| Ёборотень 2006-2015 ;) | Используются технологии uCoz волк