[ Регистрация · Главная страница · Вход ]
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 80 из 93«1278798081829293»
Модератор форума: Призрак 
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
По небесной глади во врата ада.
ЙошЪ Дата: Вторник, 04-Мар-2014, 21:13:03 | Сообщение # 1186    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Не смотря на то, что не далее минуты назад Сийрин касался её груди, его прикосновение к руке Раде не понравилось. Она этого совсем никак не показала, но остро взглянула на орка. Благо. тот быстро убрал руку. Ведьма послушалась, и оставила шнуровку в покое, натянув простыню до самой шеи.
— Наверное, лучше бы он тут оставался, — проговорил он и попросил Раду: — ему не стоит заходить в комнату напротив. Там староста.
— Грог умный и самостоятельный. Разберётся и никому не помешает, не беспокойся об этом. Спасибо.
Сийрин вышел, а вместо него в комнату вошёл Иттрий. Ведьма была рада его появлению, и мягко улыбнулась, встречая его. Повернулась на бок, спина уже затекла от долгого лежания только на ней.
— Ну как ты? - спросил воин.
— Не думала, что когда-то скажу это, но тебе меня пока лучше не целовать. - Рада тоже отлично понимала, что Иттрию не то что целоваться, находиться рядом с ней долго было нельзя. Но отказать себе в таком удовольствии было сложно.
— Немного лучше. Сийрин, кажется, отлично знает своё дело. Настолько, что когда я поправлюсь, даже поможет нам немного заработать. Я потом тебе всё подробно расскажу, а сейчас скажи мне вот что: Грог ведь чувствует себя хорошо?
От процедур Раду разморило и клонило в сон, но мысль, что жизни её и Грога больше не связаны проклятием, билась в висках дано, и окрепла после того. как пёс появился в комнате. Ощущение было странное. Рада словно освободилась от чего-то тяготеющего, перестала ощущать Грога. И так же сложно было разобраться, стоит ли этому радоваться, или наоборот, грустить. Потому что теперь Грог может начать вести самостоятельную жизнь и покинуть её. Ведьма вполне допускала такой вариант, и ей этого очень не хотелось.

***

Ямерт услышал шаги за своей спиной, и почуял человека. Запах был знакомый, но прежде чем он успел его разобрать, обернулся, и в ту же секунду на него налетела женщина. Она обнимала его за шею, целовала в небритые щёки, а по щекам её текли слёзы то ли счастья, то ли горя. Первые секунды кузнец ничего не понимал. Кто эта женщина и что она делает? Откуда она его знает, и знает ли на самом деле? Может, обозналась? Но близость её тела била по обонянию до боли знакомым запахом. Запахом, от которого душу затянуло чёрной пеленой и внутри что-то заболело.
"Лилия!"
Имя с губ так и не сорвалось. Ямерт за короткое время успел испытать изумление, страх, отчаяние, нестерпимое желание удариться головой в крепкий ствол дерева и изгнать мучительное введение. Вскоре они сумел прийти в себя, крепко, но мягко, чтобы не сделать больно, сжал запястья Лилии и с усилием отстранил женщину на себя. Мельком он взглянул на неё, но тут же отвел глаза, не желая встречаться с ней взглядом. Желание было только одно: убежать куда-то, где ни она, ни кто бы то ни было его не найдёт. Оборотень развернулся, но женщина схватила его за руку.
— Подожди, — резко сказала она, обошла Ямерта, твердо заглянула в его темные глаза. — Ямерт, нас всех обманули. Меня, тебя, наших друзей. Я знаю теперь, что тебя опоили зельем, насильно вытащили из головы воспоминания, а потом внушили тебе, будто ты сам, собственным языком, выложил о нас все, что знал. Ты не выкладывал, Ямерт. А мы... будь прокляты, что считали тебя предателем.
"Подожди" прозвучало так твёрдо, что оборотень поневоле подчинился и вынужден был слушать. Но то. что говорила знахарка, было неправдой. Он отлично помнил, как сам выложил всё, что знал, и груз вины за гибель друзей уже много лет полностью лежал мёртвым грузом на его плечах. И лежал там справедливо. Мужчина обернулся, и теперь взглянул на старую знакомую, избегал только встречи с глазами. Она изменилась. Если бы не знакомый запах, который не менялся ни у одного живого существа годами, он бы с трудом узнал её. Знахарка стала как-будто старше, но нисколько не потеряла былой привлекательности. Волосы стали короче, и теперь свободно спадали вниз, не стянутые в косу. На лбу покоилась неровная, тяжёлая чёлка. В целом, зная прежнюю Лилию, можно было решить, что она слегка обезумела, раз довела свой внешний вид до такого состояния. Но при внимательном рассмотрен6ии было видно, что вся эта "дикость" и небрежность придают ей определённый шарм, женственность. Если бы оборотень не находился в таком смятении, он бы про себя обязательно отметил, что такая Лилия нравится ему больше прежней. Она была понятней.
— Я безумно рад, что ты жива, - наконец сказал он, — Я был уверен, что погибли все. Но ты ошибаешься. Я действительно предал вас. Не хотел этого делать, но мне не хватило сил, или...Это не важно, Лилия. Лучше оставь меня.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Среда, 05-Мар-2014, 22:33:19 | Сообщение # 1187    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
— Заработать? — Иттрий хмыкнул, — Быстро вы общий язык нашли. Травничество-зельеварение? Ну что же, отлично, деньги нам точно не помешают. Если вдруг вашей лавочке понадобится низкоквалифицированная помощь, то зовите.
Иттрий сам уже думал, когда стоял на крыльце, что надо найти какую-нибудь работу. Рейн немного слукавил: с деньгами было не "очень плохо", а "откровенно катастрофически". У них на двоих с Июлем нашлись лишь три жалкие медные монетки, на которые можно только одну булку купить.
Целителю нечем платить. Что говорить, когда он напомнит об оплате? "Возьмите мою печень!"? А еще же надо еды раздобыть на всю компанию. Кур деревенских ловить? Ну ладно, можно Рейна отправить в лес на охоту, летний лес богат зверем. Одежда? Та, что есть, годится максимум для прикрытия наготы, а так она весьма неудобная. И жилье еще надо найти... Нет, ночевать за забором Иттрия совершенно не устраивало: он предпочитал быть неподалеку от хворой женушки, а той сейчас точно надо было лежать в теплой постельке, а не на хладной земле.
А потом, в городе, надо будет еще купить себе оружие и лошадей. Траты большие.
Возвращение с того света получилось какое-то совсем непоэтическое. Счастливых возрожденных тут же окунули в болото рутины: надо активно вертеться-трепыхаться, набирать денег, искать временный дом, лечить больных. Вот жалость-то, никаких новых возвышенных чувств и просветляющих мыслей, лишь эйфорическая радость присутствовала в первые часы после возвращения на землю грешную.
А сегодня уже весь день такой обычный, как будто не пропадала компания четыре года в тайнике, и не была оттуда высвобождена мощнейшим заклинанием.
— Скажи мне вот что: Грог ведь чувствует себя хорошо? — спросила Рада, вырывая Иттрия из рутинных мыслей и тревог о ее здоровье.
— Более чем, — кивнул Иттрий, ласково поглаживая Раду по волосам, — судя по всему, ваша связь отчего-то прервалась. Грог уже понял и уже проверил.
Эх, слово не воробей. Рассказывать про злобное раздавливание хвоста Иттрию не хотелось, и он понадеялся лишь, что Рада не спросит о способе проверки.
И Рада не спросила. Ведьму уже совершенно отчетливо клонило в сон, и Иттрий решил, что ему уже пора уходить. Вопреки Радиной реплике о поцелуях, воин тронул губами Радин лоб, прежде чем уйти и оставить возлюбленную во власти целебного сна.

Староста при осмотре беспокойств не вызвал. Он еще находился во власти сильного сонного заклинания, но осмотру это не мешало, скорее даже наоборот. Откачанный из пораженного легкого гной не спешил набирать новую силу, а, напротив, придавленный заклинанием, вымирал окончательно. Вымирал медленно, но уверенно, давая основания на благоприятный прогноз.
Дверь комнаты старосты с обратной стороны Сийрин, чуть помешкав, все-таки запер на крючок. Может Грог и умный, но он все-таки собака. Еще он по словам Рады "самостоятельный", что основные опасения и внушало. Решит еще самостоятельно дом обследовать.
Выходя из дома, Сийрин пересекся на крыльце с тремя парнями из ведьминой компании, которые пока никак себя не проявили.
Только лишь если пассивно.
Взгляд Сийрина задержался на перемазанном сажей лице Арма. Крестьянин тут же нахмурился, ему уже осточертело излишнее внимание к своем лицу.
— Не пройдешься со мной? — поинтересовался у крестьянина орк. Остальным парням он просто вежливо кивнул, хотя вроде уже здоровались.
Арм не отказался, хотя вниманию удивился. Чем оно было обосновано, крестьянин узнал уже очень скоро: на заднем дворе стоял большой умывальник, на бревнышке валялись пару шматков мыла, а на ветках березы висели пожухлые, сальные полотенца.
— Усы смой, — добродушно фыркнул целитель. К умывальнику, впрочем, сам пошел первым: тщательно вымыл руки, ополоснул лицо, но от подозрительных полотенечек воздержался. — И вот еще. Будь другом, проследи, чтобы твои товарищи в ближайшие полчаса никуда не разбежались, мне надо влить в вас кое-что для профилактики.

Рейн проводил Арма с Сийрином удивленным взглядом.
— Видал, как одноглазый душку крестьянскую выделил? — поинтересовался он у Вайда, — ну что же, я надеюсь что он его там в подворотне сожрет.
Июль посмотрел на друга с легким укором, на который Рейн, как всегда, лишь смешливо фыркнул.
— Рейн, скажи, а что ты чувствуешь? — серьезно поинтересовался некромант. Ему давно хотелось спросить, но только сейчас он с Рейном остался наедине, — ты шел к этому четыре года. Получил заветное чудом. Снова с людьми, которых любишь. И..?
Рейн неопределенно пожал плечами.
— Не знаю, Вайд, — проговорил он, — сам не пойму. Иногда мне кажется, будто бы ничего не менялось, будто бы они и не умирали, а были рядом всегда. Иногда — что я просто сплю. Иногда — что жестоко брежу. Наверное, мне надо немного больше времени, чтобы просто поверить. Пожалуйста, никогда больше не спрашивай меня об этом.

Сийрин не обманул, про одежду для Рады не забыл. Орк пообщался с женой старосты, которая плаксиво жаловалась соседкам на тяжкие расходы, связанные с болезнью мужа ("Расходы?! А почему мне тогда никто не платит?" — с возмущением подумал Сийрин). Женщина, скрипя, как тысяча ржавых калиток, оторвала-таки от сердца свою старую ночную сорочку, выдала место ее расположения орку и дала добро на использование.
Сорочка оказалась старой в том плане, что жена старосты ее уже давно не носила, потому что не смогла бы влезть. Тем не менее, в сорочку можно было засунуть по крайней мере две Рады. А в остальном все хорошо: ткань хоть и грубая, но чистая, как будто и неношенная.
Сийрин аккуратно свернул сорочку и положил ее на тумбочку у Радиной кровати. Ведьма спала. Она дышала глубоко, с равными перерывами, ее пульс был ниже нормы. Так и должно было быть. Жизненный ритм Рады пришлось искусственно замедлить, немного, и самым комфортным состоянием для ее организма сейчас был сон. А вплетенные в эти чары другие заклинания-помощники пока исследовали и изолировали вредные бациллы, которые на данный момент считали Радины легкие своим домом родным.
Очнуться из мини-стаза Раде полагалось к вечеру.
Друзьям Рады же полагалось выпить имуностимулирующее зелье прямо сейчас. Сийрин проследил, чтобы выпили все, но никто не совершал поползновений к бегству: болеть не хотелось никому.
Тут же была обнаружена третья простуда: у Июля, на стадии насморка. Ему просто поводили руками перед лицом, пару слов прошептали, огоньками посветили — и некромант с радостью убедился, что его нос стал свободен.
К вечеру к дому старосты пришел детина с топором. Проверить, как выполняется его наказ о покидании деревни. Грозный глас ревнителя порядка коснулся первых встречных: Иттрия и Рейна, что стояли на крыльце и беседовали друг с другом вполголоса.
— Вечер, усе, — прогундел лоботрясина окаянная, — вылечили свою женщину? В любом случае, пора монатки собирать, да за порог. Никто вам комнату не даст.
К сожалению, это было правдой. Иттрий уже успел убедиться: все местные жители относились к чужакам настороженно, на любые вопросы отвечали уклончиво и односложно, а на просьбы о жилье все говорили твердое «нет». Как быть дальше, Иттрий не знал, имел лишь вариант, что стражник забудет о своем требовании, и можно будет заночевать во дворе у дома старосты. Сам воин на лавочке, Рейн под крылечком, Июль на крылечке, Арм… на коврике перед крылечком. Смешно и грустно.
Но стражник не забыл. Ему напомнили. Рядом с мужиком стояла дородная краснощекая тетка, насупленно пыхтела и недружелюбно смотрела на «захватчиков дома своего».
Иттрий открыл было рот, чтобы отчаянно предложить себя в качестве бесплатной безлимитной рабочей силы на неделю, лишь бы им позволили ночевать на лавочке — но произнести успел лишь первое слово «я».
— Лита, а та комната, что Вы мне выделили — она же так и останется моей, пока я лечу Велигория? — с легкой озабоченностью в голосе спросил Сийрин. Целитель вырисовался на крыльце неожиданно, видимо, привлеченный шумом от голоса стражника.
— Да, останется, — кисло подтвердила эта самая Лита. Она бы и целителя выгнала с удовольствием, но к сожалению он был очень нужен при ее муже.
— Отлично! — голос орка стал одновременно веселее и жестче, — раз комната моя, то я селю там того, кого хочу. А я хочу поселить там спутников Рады.
С бедными родственниками и сострадателями обычно много проблем, и обычно предпочтительнее их все-таки отправлять подальше, чтобы не мешали. Но не в темный лес же, за ограду, волкам на радость. Все эти Радины люди выглядят вовсе не шугливыми деревенщинами, но ни у кого из них нет оружия, если не считать за таковое некроманта. Насколько некромант силен и насколько может применять свои умения в практических целях, Сийрин понятия не имел, он только видел характерную «отметку» на молодом человеке.
Волков в этих лесах много, орк уже убедился на собственном опыте.
Лита скорчила ужасающую физиономию, как если бы Сийрин пригласил в «свою» комнату не четверых тихих человек и собаку, а целое кочевое племя вместе с лошадьми. Но делать нечего. Комната-то правда его на время службы.
— Ну так че? Уже ниче? — спросил стражник, скребя яйца. Кажется, ему надо было просить у целителя выводить не только фурункулы с полупопий.
— Уже ниче, — мрачно подтвердила Лита и айсбергом скорби взошла по лестнице на крыльцо, а потом растворилась где-то в доме.
Стражник тоже ушел.
— Спасибо, — поблагодарил целителя Иттрий. И как-то совсем неловко стало воину. Вон целитель Раду лечит, теперь комнату так ловко выбил. О деньгах пока не говорит, но ясно, что расплачиваться все равно придется.
Сийрин смотрел в глаза Иттрия вопросительным взглядом. Он ясно видел, что воина что-то тревожит, что он хочет и одновременно не хочет что-то сказать, и терпеливо ждал, пока тот расправится со своим внутренним кризисом.
Орк не был похож на того, кто может выставить даже незнакомых людей в ночь на улицу и выкинуть из теплой постели больную только за неуплату.
Прошлый целитель совершал свою работу под лезвием кинжала, но с этим хотелось быть честным.
— Знаешь, … — короткая, неловкая пауза. — У нас нечем тебе платить. Я пробовал найти здесь работу, но все воспринимают нас слишком настороженно, и я не уверен, что получится заработать вообще хоть что-то. Может, тебя годовым запасом дров обеспечить...? Еще что-то сделать?
— Да на кой мне дрова, я сам не местный и хочу отсюда поскорее уехать, — отмахнулся Сийрин. — Ты не волнуйся, Иттрий. Рада уже пообещала помочь мне в одном большом деле, так что я в убытке не останусь. А деньги отдашь, как у самого лишние появятся.
Орк сказал последнюю фразу так, будто они с Иттрием добрые соседи, и всегда могут забежать друг к другу на чай за решением финансовых проблем. Но эта фраза была сказана таким тоном, что сразу становилось понятно: таких «соседей» целитель заводил себе уже не раз.
Странствуя, Сийрин мог себе позволить оказывать помощь по доброте душевной или работать просто «за еду». Не город, не постоянное место работы. В совсем юные годы, освоившись в неком городе, Сийрин пробовал полечить нескольких нищих запросто так, и получил такой урок, что не забыть. Тут же потянулись сирые и убогие со всех канав, трущоб и подворотен. Перед дверью целителя была огромная очередь, а сам целитель морально сгорел на вторые сутки бесперерывной работы.
Всем помочь невозможно. Без фильтров не обойтись.
— Непременно, — так, наверное, Сийрину всегда и отвечали. Иттрий почувствовал большое облегчение, когда карты раскрылись, и пообещал себе стараться еще больше, чтобы выцепить тут работу. — Погоди. А мы тебе в комнате… сильно помешаем?
— Нет, потому что все мы туда не влезем, — хмыкнул Сийрин, — это скорее каморка. Я к старосте пойду, уж он точно не откажется от ночного надзирателя. Да и вообще, он мужик нормальный, был бы сейчас в состоянии проблемы решать, непременно нашел бы вам домик.

Из дома послышался гулкий металлический звук. Это Лита ударила половником по кастрюле.
— Еда, — почему-то грустно сказал Сийрин и пошел на звук.
Лита готовила строго на себя, старосту и Сийрина. Причем себе оставляла большую часть варева. Так что пригласить на трапезу гостей не было никакой возможности. Еду себе искать им придется самим.
Ну, кроме Рады.
Одну из тарелок с едой Сийрин отдал Иттрию и попросил отнести ее Раде, а сам пошел скармливать другую порцию уже очухавшемуся старосте.
Едва взглянув в тарелку, Иттрий понял, отчего мысли о еде не внушают орку радости. Но к сожалению, кормить Раду больше было совершенно нечем. Отправить Рейна в лес не удалось: как бы он ни вертелся, но все равно навлек бы на себя конкретные подозрения деревенских жителей, уходя в лес без оружия и возвращаясь оттуда с добычей, явно загрызенной.
Голодать в компании могли себе позволить все, кроме Рады. Ей очень нужны были силы.
— Здравствуй, Рада, — очень грустно сказал Иттрий, заходя к ведьме, — я тебе кашку принес. И ее обязательно надо съесть.
«Кашка» оказалась бледно-серой массой, тягучей, как резина, с обилием неровных комков всевозможных размеров. Запах от каши шел с нотками гари, что намекало, что внутри тарелки можно отыскать еще и угольные шматки. То, что крупа изначально была манной, можно было понять только благодаря интуиции.

***

Ямерт слушал и не верил.
— Я безумно рад, что ты жива, - наконец сказал он, — Я был уверен, что погибли все. Но ты ошибаешься. Я действительно предал вас. Не хотел этого делать, но мне не хватило сил, или...Это не важно, Лилия. Лучше оставь меня.
— Ты думаешь, что можешь так просто уйти? После того, что мы пережили? — Лилия покачала головой. — Нет, Ямерт выслушай меня. Поверь мне. Я знаю точно, что говорю. Я знаю, что тебя пытали, что над тобой издевалась некая Шелин. Ты не хотел говорить, и они поступили эффективнее: залезли тебе в голову и вытащили все, что могли. А воспоминание о том, что ты сам говорил, внушили ложное.
Да даже если бы ты и сам рассказал, Ямерт, это же неважно! Палач может вытащить информацию у абсолютно любого человека. Под пытками люди за себя не отвечают. Вот кто действительно отвечал… Юлар отвечал. Все это время он вел за нами слежку, отсылал отсчеты, потом подстроил твое похищение, а тебя перед нами оклеветал. Потом привел нас в ловушку, из которой мы не выбрались. Если кто-то и должен страдать от мук совести, то только он.
Лилия коротко вздохнула. Она сама до сих пор страдала от того, что милый, добрый парень, всегда готовый помочь, оказался коварным, бессердечным предателем. Возненавидела ли она его? Сложный вопрос.
— Хотя нет, тебя тоже должна кусать совесть, — задумчиво проговорила Лилия и глянула на Ямерта с дружелюбным укором: — встретил старую знакомую, видишь, что она усталая, а к себе в гости на чай все никак не зовешь. Давай, Ямерт, и если хочешь, я расскажу тебе в подробностях, как все было на самом деле.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Четверг, 06-Мар-2014, 20:03:56 | Сообщение # 1188    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Четверг, 06-Мар-2014, 20:07:25

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Наверное, глупо было надеяться на то, что Лилия скажет вдруг: "Ладно, тогда я пойду, пока!" и исчезнет. Так не бывает, нет. В общем, могло случиться так, что знахарка, увидев старого знакомого, просто пустила бы арбалетный болт ему в грудь, или придушила голыми руками, да не важно. Акт святой мести был бы совершён. Но она этого не сделала, а бросилась со слезами ему на шею. Это о чём-то говорило? Да. Может быть, Ямерт и правда ошибается и всё было на самом деле не так, как он помнил. Хотя, поверить в это было сложно. Воспоминания — это пол беды. За четыре года Ямерт так сильно укоренился в своей виновности, что она стала частью его.
Ямерта кольнула совесть, когда женщина попеняла на него за негостеприимность. В другой ситуации он бы конечно себя так не вёл, но сейчас кузнец был растерян.
— Хорошо, идём со мной. Я готов тебя выслушать. - оборотень взял Лилию за руку и повёл за собой. За руку он её взял не просто так, а из соображений её безопасности, чтобы любой хищник, если встретиться на пути, понял, что эта женщина — гость, и трогать её нельзя. А уж то, сколько в этом лесу было волков, оборотень знал очень хорошо. Кроме них иногда появлялась свора бродячих собак, которые вели себя достаточно агрессивно.
А ещё Ямерт на самом деле был счастлив видеть Лилию живой. Он ощутил это не сразу, осознание приходило постепенно, становилось ка-будто легче. Как минимум это означало, что он не так одинок в этом мире. И даже если Лилия уйдёт сегодня вечером, он будет знать, что она выжила четыре года назад, значит, выживет и теперь, и есть в этом мире человек, который знает его не просто как парня с изуродованным лицом, а кто-то, кто даже бывает ему рад.
До сторожки было недалеко, всего десять-пятнадцать минут пешком по лесу. За минувшие годы хозяин так и не объявился, и оборотень полноправно разжился в доме. Никаких ворот или забора. Люди сюда всё равно ходили редко, зверя забор не остановит, а вот запах — да. Справа от крыльца в землю на половину зарыта деревянная бочка, в которой находится на самая чистая, преимущественно дождевая и озёрная вода. На стене слева висят сушёные грибы, яблоки и ягоды. Их можно было бы давно убрать в дом, но Ямерт оставил их снаружи. На яблоки перелетают птицы, на грибы приходят ежи. Для них же внизу разбросаны рыбьи потроха. Это тоже имеет практический смысл: есть ежи — нету змей, а змей Ямерт не любил.
Внутри помещение больше напоминало берлогу, чем человеческое жилище. Вместо кровати на полу постелена солома, накрытая волчьей шкурой — один из смельчаков, когда-то решивший нарушить границы Ямертовой территории. Там, где должна быть кухня, находится импровизированная мастерская: ближе к печке наковальня и прочие инструменты, чуть в стороне ещё необработанные куски дерева. Однако, опилок на полу нет, поскольку одно искры достаточно для возгорания. Печка, кажется, используется и по прямому назначению тоже, потому что сейчас на ней стоит покоптившийся горшок.
Грубый стол так и остался от прошлого хозяина, зато появилась пара стульев, которые Ямерт сделал когда-то просто чтобы занять руки. Само по себе помещение небольшое, тёмное, освещаемое днём только солнечным светом, а ночью парой "летучих мышек" при необходимости. Ямерт ночью редко зажигал свет, сам по себе он неплохо видел в темноте. Есть самая большая комната сразу от прихожей, она переходить в кухню, разделённая аркой, в другой стороне открытая дверь, за ней ещё одна, совсем маленькая комната. Там и стоит стол, какая-то посуда на нём. Именно туда оборотень проводил Лилию, усадил её за стол, а сам сгрёб посуду и вышел ненадолго. Вернулся тоже с посудой в руках.
— Ты голодна? У меня нет чая, но есть квас. - на стол опустилась крынка с тёплым квасом, посудина с варёной рыбой. Две деревянные кружки оборотень принёс вторым заходом. Разлил квас по кружкам, подумал, снова поднялся и вернулся с широким глиняным блюдам с ягодами. Клюква, брусника, черника, только-только созревшая малина, дикая голубика. Некоторые ягоды были уже довольно подвявшими. Наконец и оборотень сел за стол напротив знахарки.
— Я знал, что Юлар предатель. Понял это сразу, как очнулся уже далеко от лагеря. В ночь перед тем, как меня схватили, он дал мне выпить чего-то, в чём я не учуял никакого зелья. Это был обычный земляничный грог, подогретый на костре. Я догадывался и раньше, ещё когда видел, как он отправляет с Эдгаром письмо в Столицу, но ничего не сказал вам, потому что думал, что меня никто не станет слушать, и ведь не стали бы. И, наверное, если бы я этого не увидел, то ничего не произошло. Но я оказался в Столице, а что было дальше, ты, кажется, знаешь. Расскажи мне, что тебе известно.
На самом деле, оборотень не хотел знать, что известно Лилии, но понимал, что ему необходимо услышать это.

***

Арм вернулся умытый, но озадаченный.
— Там одноглазый сказал, что хочет в нас что-то влить, так что просил никого не расходиться.
Оказалось, что влить Сийрин в каждого хотел только профилактическое снадобье, чтобы не пришлось потом ещё кого-то от бронхита или воспаления лечить. Никто не сопротивлялся, и даже снадобье было на вкус вполне приемлемым.
А ещё орк устроил так. что теперь у путников было пристанище. Пусть не слишком просторное и с не очень-то радушной хозяйкой, но это было намного лучше, чем ночевать под открытым небом с больной Радой на руках. Сам целитель обещал остаться у старосты в комнате, Грог наверняка отправиться спать к Раде, а четверо мужчин уж как-нибудь улягутся рядом.
А Арм уже успел пристать к Вайду и тот пока выдал ему потрепанную, не очень толстую книгу. Показал, где читать и что, и крестьянин уселся углу под лампой. Вчитывался сосредоточено, хмурился, несколько раз подходил к некроманту с вопросами. Многое из того, что было написано в книге, было Арму неясно. Не смотря на то, что это оказался просто весьма специфический сборник древних сказок и преданий. Со страниц то и дело на впечатлительного парня смотрели чудовища, плескались в озере русалки и утягивали на дно новую жертву, чьи-то жёлтые глаза смотрели из чащи леса и слышался тихий рык, а уже на следующей станице было изображено изорванное тело обнажённой молодой женщины, умирающей в муках у подножия леса. Всё это было захватывающе и пугающе, хоть и увлекательно, но пока ничего, ни слова об Армовой флейте или чём-то похожем.
Пока на середине книги не появился вдруг заголовок: "Сказ о том, как Крит из земли мёртвых поднимал". Под названием была иллюстрация, на которой изображался молодой парень со светлыми волосами. Он, закрыв глаза, играл на флейте, как две капли воды похожей на Армову, за исключением некоторых деталей, а за спиной парня толпились восставшие мертвецы.
— Вот оно, я нашёл! - радостно закричал Арм и уже было принялся вслух читать сказку, взбудораженный до предела.
— Спать пора, хватит с тебя ужастиков. Ночью ещё испугаешься. - оборвал его Рейн и задул огонёк свечи, потушил лампу. Арм надулся, но ничего не сказал. Выходить побоялся, ещё от Иттрия влетит. Хочешь не хочешь, а приходилось ложиться спать. Ох как тяжело было уснуть.

Рада проснулась вечером. Чувствовала она себя пусть и не на все сто, но лучше, чем когда только появилась на пороге этого дома. Грудь, тем не менее, болела, а во рту присутствовал привкус чего-то странного, скорее всего снадобья, что она выпила перед сном.
Рядом с кроватью лежала сорочка. Сийрин не обманул, а Рада была счастлива переодеться во что-то более свободное и менее мерзкое на её вкус, чем платье. К тоже же, лежать в нём на постели, где ей предстояло ещё пару дней провести, было ужасно неудобно. Рада без сожалению рассталась с ним, даже не смотря на то, что "оно отлично подходило к цвету её глаз" и переоделась. Сорочка оказалась большая, но ткань была плотной, ничего не просвечивало, и ничего нигде не вываливалось. Это ведьму устраивало.
Только она улеглась обратно, на пороге возник воин.
— Здравствуй, Рада, — очень грустно сказал Иттрий, заходя к ведьме, — я тебе кашку принес. И ее обязательно надо съесть.
Рада была не прочь чего-нибудь перекусить, но стоило услышать слово "кашка" и заглянуть в тарелку, как голод мистическим образом испарился, а желудок сжался от ужаса.
— Знаешь, а я что-то и есть-то не хочу - постаралась прощебетать ведьма как можно убедительнее, широко раскрыв глаза для пущей убедительности. Но не выгорело. Иттрий с грустным укором посмотрел на супругу и протянул ей тарелку под нос. Рада состроила страдальческую гримасу и капризно захныкала в голос, но тарелку взять пришлось. Каша не хотела отлипать даже от ложки, спадая вниз мерзкими комками, глядя на это горло предательски сжималось.
— Это что, из жаб варили? - продолжала капризничать ведьма, набираясь смелости отправить первую порцию себе в рот. Когда каша оказалась на языке, показалось, что основным ингредиентом и правда являются лягушки, или пиявки. Масса скатилась по языку и комком провалилась в горло, заставив скривиться от омерзения. Но хотя бы половину нужно было съесть обязательно, и Рада отправила новую порцию внутрь себя, едва не плача от горя.
— А ты не хочешь? - после пятой порции страдальчески спросила девушка, предлагая тарелку Иттрию. — Вкусно и питательно, м-м-м... - ведьма постаралась улыбнуться и изобразить на лице гастрономическое счастье. Вышло неубедительно.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Пятница, 07-Мар-2014, 01:18:48 | Сообщение # 1189    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Рада, строя жалобные гримасы и страдальчески хныкая, принялась кушать "кашку", и сопровождала каждую ложку такими трагическими глазами, что даже любого бурундука бы разжалобила и заставила вскрыть свою потайную кладку. Иттрий разжалобился легко, но к сожалению, у него не было заначки, как у бурундука, чтобы ею можно было поделиться.
Рада героически съела аж целых пять (!) ложек, после чего предложила отведать сомнительного яства Иттрию.
Воин конечно разжалобился, но не настолько, чтобы самому присоединяться к страданиям.
— Н-нет, — мотнул головой он, — все вкусное и питательное сегодня для тебя, любимая.
Последняя фраза была окрашена весьма иронически.
— Ну давай я тебя с ложечки покормлю, — предложил Иттрий, когда Рада глянула на него разнесчастно, с остаточными нотками омерзения во взгляде после каши.
Иттрий взял у Рады тарелку, набрал в ложку побольше кашки, стараясь, чтобы комков туда попало поменьше, и поднес ее к Радиным губам:
— Ну, давай. Первая ложка за бабушку-жабу, отдадим уважение возрасту. — каша скрылась в Радином рту, потом проскользнула по горлу (каждый этап ее передвижения отчетливо читался на ведьмином лице). Справившись с очередной порцией, Рада вздохнула и героически кивнула.
— Теперь за дедушку-жабу. Он самый большой, из него каши получилось больше всех...
Закончили на третьей внучке-лягучке. И с кашей тоже закончили. За такой подвиг Иттрий хотел бы поставить Раде бронзовый памятник.
— Ну ты крута! — воин улыбнулся Раде, постучав ложкой по дну пустой тарелки. — Так держать!
Иттрий поцеловал Раду в нос, да с сожалением из комнаты удалился. Помнил наставления целителя о длительности контакта с больной. Через несколько минут Иттрий ,впрочем, ненадолго вернулся — принес Раде воды, запить мерзотную кашку. А потом ушел спать.

Сийрин остался на ночное бдение у старосты. По крайней мере, на первые несколько часов, а потом случилось то, что случиться должно было всенепременно с учетом графиков последних ночей орка. Всю прошлую ночь он не мог надолго отлучаться от старосты, регулярно проверял его состояние, и в итоге провел в тяжелом сне не больше нескольких часов. Несколько дней до этого спать нормально тоже не пришлось: ночью вообще приходилось поддерживать постоянное бдение, оберегая себя и лошадь от волков, и днем в седле не подремлешь — надо было как-то ориентироваться, чтобы не заблудиться еще больше. Опять же, удавалось выкрасть себе на сон за день только часа три-четыре на привалах.
Этого всего было очень мало, и сегодняшний день Сийрину пришлось поддержать себя неполезной организму взбадривающей магией. Помогло, и Сийрин активно крутился в делах, как белка в колесе, хотя для себя-обыкновенно он все же вел себя довольно пришибленно.
Заклинание вышло, накладывать новое сразу же было ОЧЕНЬ не рекомендовано. Сийрин и не стал, понадеялся, что вытянет сегодняшнюю ночку, а завтра отоспится днем, если, дай небо, никто из пациентов не перескочит в разряд тревожных.
А зря надеялся: ночь ценитель так и не вытянул. Заснул прямо на табуретке перед кроватью старосты, уперевшись локтями в его кровать и положив лоб на тыльные стороны ладоней.
На завтраке Лита целителя не досчиталась и съела его порцию сама. Старостину оставила на середине стола. Каша, липкая геркулесовая каша, со временем становилось еще противнее, с каждой минутой наращивая толщину своей грубой, слизкой корки-брони.

Остальным было не до завтрака. По крайней мере, мужской компании. Рейн за ночь выкинул кое-что очень нехорошее.
— Что это?! Как это, мать твою, называется?! — не хуже любой змеи шипел Иттрий, оттаскивая Рейна за ухо, совершенно не считаясь с тем, что парень-то уже взрослый, уже восемнадцати годков и ростом отличается от своего "мучителя" не так уж кардинально.
Рейн был весь красный, щурился, сжимал губы, мотался вслед за Иттриевой карающей рукой. На какое-то время он опять почувствовал себя учеником Иттрия, хотя надо отметить, что раньше воин рукоприкладством не занимался.
Но сегодня — случай особый.
Мешочек перьев с кровью. Несколько, рыжих, валяются на полу. Две ощипанные куриные тушки в тазике на тумбочке, у обоих отгрызены головы.
— Да ты вообще соображаешь, что творишь?! — еще пуще шипел Иттрий, — нас с таким скрипом пустили в деревню, что вся вселенная слышала! Совершеннейшим чудом тут оказался целитель, который может помочь Раде! Еще нам позволили жить с ней в одном доме! И ты хочешь одним махом все это уничтожить?! Счастье будет, если нас просто из деревни выкинут, а могут и на вилы насажать! Виданное ли дело, чтобы оборотень разгуливал по деревне и кур крал! Рейн, ты чем вообще думаешь?! Сколько раз ты падал головой, пока меня рядом не было?!
Рейн, наконец, взбрыкнулся, высвободился и начал яростно растирать свое пылающее багрянцем ухо.
— Отстань! — огрызнулся он на Иттрия, — меня никто не видел! Даже куры не шумели — у той бабки других не было, а этих я быстро..!! Нас же тут не кормит никто, что, сидеть и воздух сосать?! Я мог бы съесть кур один, и никто бы из вас не узнал, но я вам принес еды. И, вообще-то, стоит знать, что оборотню опасно голодать. Мне нужно мясо, если хотите видеть меня в здравом рассудке.
— Ты и раньше голодал, — парировал Иттрий, — но с ума не сходил. И, кстати, высидел в темнице пару недель, и сохранил мозги для того, чтобы сбежать.
Рейнгольд улыбнулся так нехорошо, что Иттрий твердо решил, что спрашивать подробностей питания темницы и Рейнова рассудка там он не станет никогда.
Рейна, конечно, почти не кормили. Волчонок сам себя докармливал крысами, но хоть ими подвал кишмя кишел, отловить умных зверьков было не очень просто. Рейн порой терял контакты с головой, его начинала бить агония, и превращение сдерживал только противооборотневый ошейник. Мыслей в те моменты никаких не было, были только ЯРОСТЬ и ГОЛОД.
Еще, освободившись от оков, Рейн первым делом набросился на палача и стал поглощать его плоть. Остановиться было очень трудно. Очень.
Но сейчас Иттрий был прав. От только суточного голодания Рейну не грозило ничего, волчонку просто захотелось есть, совсем по-человечески.
— Ладно-ладно, — угрюмо пробормотал Рейнгольд. От колючего взгляда Иттрия ему хотелось сжаться в каком-нибудь темном углу. — Что с этими-то будем делать?
Волчонок покосился на злополучные тушки.
Иттрий не успел ответить.
Дверь с ноги распахнулась, и в комнату вскочил высокий круглолицый парень лет двадцати.
— Ой!— вздрогнул он, озирая компанию. Он явно не четырех незнакомых мужчин ожидал тут увидеть, — скажите, а кто из вас целитель? Я тут покричал, но никто не ответил. Мне нужно...
— Нет среди нас целителя, — мрачно сказал Иттрий, незаметно наступая ногой на компрометирующее рыжее перо посреди комнаты. — подожди на крыльце, мы его позовем.
— Ладно, — покорно согласился парень и вышел на крыльцо.
— И он не обратил на это внимание? — Иттрий сомнительно покосился на куриные туши. — Или просто пока не придал значения?
— А давай я его съем! — злобно предложил Рейн, — нет свидетеля — нет проблем!
— Уймись! Арм, отыщи для свидетеля Сийрина. Надеюсь, ты, Рейн, его ночью заодно к курам на завтрак не подготовил?
— Нет, — хмыкнул Рейн, — на нем мяса маловато.
Вопрос, как быть с курами, повис с воздухе. Кого-кого, а Иттрия он просто убивал.
А как их хочется скушать... Только сготовить негде. А если магическим огнем подкоптить? Тоже нет, ароматы пойдут по всему дому. Про то, что кто-то готовит куру, никто из сельчан не должен узнать. Видимо, мясо все-таки достанется Рейну, а остальным придется искать альтернативный источник питания.
И всеми правдами и неправдами искать работу! Но перед этим как можно более чисто избавиться ото всех куриных улик.

***

Ямерт, к радости Лилии, все-таки пригласил ее в гости. Даже квасом напоил, разнообразных ягод предложил, и рыбку вареную в качестве основного блюда. Знахарка угощалась, не стеснялась.
Потом начался разговор о старых годах. Сразу же выяснилось, что Ямерт о Юларе все понял сам, и даже начал испытывать к нему подозрения еще тогда, когда все остальные только умилялись на него.
Дальше настал черед говорить Лилии. Ямрет не хотел слушать, Лилия не хотела рассказывать, но оба знали, что информация должна была прозвучать.
Лилия рассказала о том, как Раду ранили стрелой, что она умирала, и пришлось на всех парах мчать в город, за целителем. Целителя нашли, принудили его заняться Радой. А облава меж тем готовилась. Юлар ли, целитель ли приложил руку — но оба оказались на стороне стражников в час захвата. Компанию повязали легко и быстро, на сей раз король наконец-то догадался отправить на захват умелого, толкового мага в сопровождении большой кучи людей и при поддержке амулетов противомагических. "Преступников" повезли в Столицу.
А дальше начались пытки. Потом казни.
— Арма продали в публичным дом. Первым убили Рейнгольда. Потом... почти убили меня.
Лилия глубоко вдохнула.
— Я не знаю, как так вышло. Пытались утопить, но не утопили. Я пришла в себя на берегу реки, меня откачивала какая-то девочка. Я тогда почти ничего не соображала, ничего не видела вокруг. Когда пришла в себя, то меня уже куда-то отвозили, на вопросы мои никто не отвечал, просто выгрузили в деревне, передали каким-то людям, которые меня долечили, и все.
Мира. Я ничего о ней не знаю.
Иттрий, Рада. — при произнесении этих имен Лилию заколотило. Она помнила Иттрия, без руки, с опаленным лицом и совершенно жуткими ранами по телу. Лысую Раду, чью голову утыкали какой-то мерзостью, у ведьмы были совершенно мертвые и почти безумные глаза. Общее состояние тела ведьмы тоже не оставляло сомнения, что ее песенка уже спета.
— Я надеюсь, что они мертвы. — сказала Лилия, со всей силы зажмурив глаза, но так и не сумев сдержать новых слез. Сейчас было так больно, как в тот день казни перед рекой, и так же, как в любой момент воспоминаний о том дне.
— Ладно, все быльем поросло. — Лилия выпрямилась, и скупым, злым движением стерла слезы со своего лица. Их было слишком много в последние годы.
Лилия сказала еще немного о том, как пыталась отвлечься от воспоминаний, работала в южной деревеньке, не покладая рук. И воду таскала, и пряла, и травы мешала, да что угодно делала, лишь бы ни на секунду не оставаться наедине с прошлым.
О событиях четырехлетней давности много сказано было. Только о клейме на своем лбу Лилия умолчала.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Воскресенье, 09-Мар-2014, 14:01:59 | Сообщение # 1190    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Воскресенье, 09-Мар-2014, 14:41:02

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
— Н-нет, — мотнул головой Иттрий на предложение разделить трапезу, — все вкусное и питательное сегодня для тебя, любимая.
Рада сощурилась и нехорошо посмотрела на воина.
«Заболеешь ты у меня ещё!» - мстительно подумала она, но вслух ничего не сказала, а покорно начала кушать кашку с ложечки за целое семейство жаб.
Каша шла очень тяжело, но Рада справилась. К последней ложке она была уже едва жива, сил и мужества едва хватило на то, чтобы отправить её внутрь. Но справилась. И заработала похвалу. И стакан воды в качестве особенного приза.
Рада с сожалением проводила взглядом удаляющегося спать мужа. Было очень жаль, что он не мог остаться. Спать ведьма пока не хотела, но и от скуки страдала недолго. В комнату вошёл крупный чёрный кот.
— Говорят, что ты теперь предоставлен сам себе. – сказала Рада вместо приветствия.
— Ты тоже. – ответил кот и махнув хвостом прыгнул на кровать. Грог устроился на груди ведьмы, щурил глаза от удовольствия и звонко мурлыкал, пока Рада гладила его по голове.
— Что тебя беспокоит? - спросил кот, открыв один глаз. Глаз сверкнул ярким жёлтым огнём, довольно зловеще. Грог в виде чёрного кота выглядел сам по себе весьма довольно мистически.
— Ничего, - слегка удивлённо ответила ведьма, которая до этого молча смотрела в потолок и правда о чём-то думала.
— Не ври. Я не первый день тебя знаю. - возразил метаморф и открыл второй глаз. Рада в ответ только тяжело вздохнула.
— Боишься, что я уйду теперь?
— Боюсь. Иногда мне кажется, что ты хотел будто оторваться и увеличить расстояние. Хотел?
— Угу, - честно признался Грог, — А ты разве не хотела?
— Ну, иногда. - слукавила Рада, стыдливо отводя взгляд. Грог с хитрым прищуром посмотрел на неё, и как-будто понимающе улыбнулся. Конечно, и ему когда-то хотелось расстаться с Радой, и Раде расстаться с Грогом, просто потому что то, что они делили, делить было тяжело. Вдвоём они очень редко выносили это наружу, но внутри обострялся конфликт и двое уставали друг от друга. Но ни Рада, ни Грог ни разу не жалели о том, что встретились когда-то. Когда-то, когда это было очень нужно им обоим. А теперь их как-будто ничего не связывало друг с другом. Кроме очень крепкой дружбы и привязанности, которая, пожалуй, сильнее любого проклятия и заклинания.
— Может когда-то я уйду. И когда-то снова вернусь, или нет, я не знаю. Но сейчас я не хочу уходить, пока ничего не поменялось. Только Иттрий теперь не сможет оторвать мне хвост за то, что я полез в драку.
Рада улыбнулась и прижала кота к себе. Кот замурлыкал ещё громче. Вскоре оба уснули.

Арм проснулся от ругани и привычно испугался, что это он что-то натворил. Но как только увидел истинного виновника, которого воин таскал за ухо, как мальчишку, то расплылся в довольной улыбке. Очень редко у Арма выдавались дни такого триумфа, когда влетало не ему, а Рейну, да ещё так крупно. С комментариями парень дальновидно не лез, но настроение взлетело до небес моментально. Особая прелесть происходящего заключалась в том, что Арму потом даже не нужно будет Рейну ни о чём говорить, можно будет целый день только загадочно улыбаться как идиот и кидать на волчонка победные взгляды.
Улыбку Арм быстро спрятал, когда Иттрий попросил его отыскать целителя. Вдруг ещё влетит за злорадство.
— Хорошо. - с готовностью отозвался он и пулей выскочил из комнаты. Первую он встретил Литу, но спрашивать у неё, где Сийрин, не стал. Он с ней вообще ни о чём говорить не хотел, от выражения лица хозяйки дома прокисало молоко.
Арм заглянул к Раде, надеясь отыскать орка там, но обнаружил только саму мирно спящую Раду, а рядом с ней чёрного кота. Кота он сперва не узнал, но значения его присутствия никакого не придал. Ну, от и кот, подумаешь. Вроде Рада животных любит.
Крестьянин осмотрел весь дом, вышел на улицу, проверил там, но нигде целителя не отыскал. В комнату старосты он заглядывать боялся, вдруг ещё наругают. Но вариантов всё равно не оставалось, и именно там крестьянин смог отыскать одноглазого. Он спал. В очень неудобной. кажется, позе.
Парень на цыпочках прокрался по комнате, тронул целителя за плечо и чуть потряс.
— Доброе утро. Вы там нужны. У нас случилось небольшое ЧП, но никто не умер. Ну, то есть почти никто.

***

Ямерт чувствовал, как тяжело Лилии даётся рассказ, и от того было ещё больнее. Оборотень старался держать себя в руках, но то и дело сжимал кулаки, испытывая сильное делание ударить ими о стол, или стену и разбить до крови от переполняющей злости. Не потому что его обманули, хотя и поэтому тоже, а из-за того, что сделали с людьми, которым он был предан всей душой. Даже скупых подробностей казни и пыток было достаточно, чтобы живо вообразить себе очень многое. К концу рассказа Ямерт едва сдерживался, чтобы успокоиться сжал виски в ладонях и просидел так не меньше минуты. Было очень сложно разобраться в собственных чувствах. Теперь у него, вроде, был повод набраться смелости и отомстить за себя и друзей, но что он мог сделать один? Ничего. Понятно, что было бы глупо идти штурмом на короля, а отыскать Юлара будет ещё сложнее. Но когда Лилия сказала последнюю фразу, он понял, что она не права. И он тоже ещё кое-что может.
— Нет, не всё. Есть кое-что, что до сих пор живёт и питается. И это связанно с теми давними событиями.
Ямерт поднялся из-за стола и вышел, в вернувшись протянул Лилии белые листы, исписанные аккуратным почерком Марты.
— Помнишь, я спрашивал у тебя про ту тварь в лесу? Тогда никто о ней ни черта не знал. Да и я сам узнал совсем недавно. Сразу, как я оправился, я начал заниматься этим вопросом, но ничего не мог отыскать, только трупы кругом. А несколько дней назад какой-то сумасшедший старик сам меня нашёл. Лилия, ты лучше меня понимаешь во всём этом, может тебе это скажет больше, чем мне?
Ямерт с надеждой посмотрел на знахарку. Чувство, что он должен что-то сделать в память о друзьях с её появлением только усилилось, и оставить просто так всё это теперь он совсем не мог.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Воскресенье, 09-Мар-2014, 22:07:19 | Сообщение # 1191    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Сийрин с удовольствием проспал бы еще полдня, пусть даже в такой неудобной позе. Но не дали. Кто-то потряс за плечо и вытащил насильно в мир бодрствующих.
— Доброе утро. Вы там нужны. У нас случилось небольшое ЧП, но никто не умер. Ну, то есть почти никто, — целитель вяло посмотрел на говорящего. Им оказался тот паренек, что вчера разгуливал с чумазым лицом.
Спросонья соображалось плохо, самые острые слова из реплики Арма орк поначалу пропустил мимо ушей.
— Чего там случилось? — Сийрин зевнул, выпрямился на стуле, потер затекшую поясницу. Встретился взглядом со старостой, который глядел на своего доктора с какой-то лукавцей в светло-голубых глазах. Почему староста не разбудил его, Сийрин не спросил, мысли бытовые кое-что другое перебило: дошла, наконец, до сознания последняя часть фразы про ЧП.
— "Почти никто не умер?" — быстро переспросил Сийрин, замерев на стуле в позе с рукой, заведенной за поясницу. Пристально поглядел на Арма. — Это как? Давай-ка подробнее.
Фраза с трагическим смыслом совершенно не вязалась с выражением лица Арма, с его тоном. Крестьянин был расслаблен, не переживал, более того, он выглядел чем-то довольным. Какое-то непонятное, сомнительное было ЧП.

— Вайд, это надо куда-нибудь незаметно сбагрить, — Иттрий сунул некроманту мешок перьев. Тот кивнул, сплющил мешок руками, сунул его под куртку и вышел из комнаты.
Так, проблемой меньше. Вайд производил стойкое впечатление человека серьезного, надежного, Иттрий за судьбу мешка вверенных некроманту перьев не переживал. Вряд ли Июлю взбрело бы в голову сжечь перья, оставить мешок на видном месте, засветить его перед сельчанами или сглупить как-нибудь еще. Вот Рейн или Арм могли бы провалить такую простую миссию.
— Рейн, собирай перья с пола.
Перьев валялось штук пять, не больше, но Рейн ползал долго. Одно действительно улетело под кровать, а с другими волчонок просто тянул время. Иттрий не обращал на это внимание. Перед ним стояла более сложная задача: решить судьбу куриных туш. Оперевшись руками о стол, воин задумчиво глядел на тазик с Рейновой добычей. К сожалению, не было светлых мыслей о том, как это съесть, и немного было тех, как можно это спрятать. Откровенно говоря, вариант пряток был один: Рейнов желудок. Кажется, придется принимать его, пока злополучные туши кто-нибудь не нашел и не привлек воров к ответственности.

***

— У тебя нет чего-нибудь покрепче кваса, Ямерт? — уныло поинтересовалась Лилия у оборотня. По Ямерту рассказ Лилии здорово ударил, и это было видно. Лилии даже стало немного страшно: ей показалось, что в какой-то момент тот готов вскочить со стула и бегом отправиться в столицу, чтобы рвать и крушить там всех, кто хоть в чем-то виновен. Ямерт пытался удерживать себя в руках, но жажды мести и мщения было слишком много, они переливались через край.
Замечание о давности события удивительным образом помогло Ямерту немного успокоиться, или, по крайней мере, переключить внимание на кое-что другое.
— Нет, не всё. Есть кое-что, что до сих пор живёт и питается. И это связанно с теми давними событиями.
Лилия сразу поняла, о чем говорить Ямерт, и потому не сильно удивилась, когда тот вслух сказал о твари в лесу. Зато удивилась, когда оборотень выложил перед ней на столе какие-то листы, сверху донизу исписанные тонким девичьим почерком.
— Лилия, ты лучше меня понимаешь во всём этом, может тебе это скажет больше, чем мне?
Лилия придвинула листы к себе и начала читать.
— Это похоже на что-то большее, чем на просто легенду, — вынесла вердикт Лилия, ознакомившись с материалом. — Тереглав, бог языческий, конец мира с его возвращением... Брр. Никогда бы не подумала, что хоть что-то из написанного здесь может иметь параллели с реальностью, если бы лично не встречала подтверждения существования нашей лесной твари. И она действительно нечто большее, чем просто тварь. Но бог ли..?
Я тоже не могла успокоится, тварь не давала мне покоя. Что-то было в ней неправильное, абсолютно противоестественное, я это чувствовала. Касаясь иссушенных трупов, я каждый раз чувствовала такую мощь и такой ужас, что невозможно описать словами. И, наткнувшись впервые на такой труп после... после казни, я решила, что просто обязана разобраться в том, что это за существо, и как можно от него защититься. Я шла за существом, изучала следы его существования, как одержимая, это стало смыслом моей жизни. Я находила туши, но сам хищник ускользал от меня. Кроме одного раза.
Я увидела его где-то полгода назад. Услышала крик мальчика и побежала на звук. Ожидала увидеть тварь — ведь в этом округе она питалась уже третий день. Я увидела, но такое... У этого нет тела. Оно неживое. Нематериальное. Больше всего похоже на туман, полупрозрачный, черный туман. Он облаком нависал над телом ребенка, будто бы ничего не делал, но ребенок, живой еще ребенок, корчился и иссыхал на глазах. Туман я спугнула, хрустнув веткой, он слез с мальчика и куда-то утек, а потом будто всосался в землю. Я подбежала к мальчику, и он выглядел так, будто ничего не ел целый месяц. А в глазах совершенная пустота, как у мертвеца, хотя сердце его билось, легкие дышали. Пока он сам не прекратил дышать, намеренно. Как будто у мальчика вместе с жизненной силой высосали все на свете, и злость, и страх, и гнев, и любовь, и радость. Помогать было... бесполезно.
Существо, способное творить такое за несколько секунд, действительно что-то особенное. Не из мира сего. Бог ли? Едва ли, думала я. Хотя теперь твои бумаги наводят на мысль, что это действительно может быть какой-то древний полузабытый божок, по глупости или злому умыслу высвобожденный из заточения.
Я делала кое-какие заметки, наблюдала перемещения твари, описывала ее жертвы. Пришла к выводу, что тварь, неуклонно и медленно, прогрессирует. Добыча все крупнее, высосана все чище, следы ауры твари на трупах все сильнее, мощнее. О чем хотят все бестелесные? Умереть окончательно или сотворить себе тело. Тварь хочет явно не первое... Я прикинула ее нынешнюю мощь, высчитала скорость питания, у меня есть прогноз. На то, чтобы набрать достаточны силы для обретения не телесности, но для начала хотя бы материальности, твари понадобится еще немногим меньше года.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Понедельник, 10-Мар-2014, 19:15:19 | Сообщение # 1192    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
— "Почти никто не умер?" — быстро переспросил Сийрин, замерев на стуле в позе с рукой, заведенной за поясницу. Пристально поглядел на Арма. — Это как? Давай-ка подробнее.
Арм в ответ тоже пристально воззрился на доктора, завёл руки за спину и чуть наклонился, загадочно улыбнулся, хитро сощурился и чуть наклонил голову вбок. Что говорить, Арм до сих пор не мог отойти от ощущения полнейшего счастья от увиденной сладкой картины, а потому вёл себя довольно нетипично.
— Идёмте, доктор. Не нужно беспокоить больного пустяковыми проблемами. - Арм мягко, но настойчиво взял Сийрина под локоть и утянул за собой прочь из комнаты, в которой переживал свою болезнь староста. Как только закрылась дверь в комнату, Арм заговорщицки начал излагать суть неожиданно случившейся смерти:
— Сегодня ночью в нашей комнате умерло несколько птиц. Мне было велено привести вас, чтобы привлечь вас как свидетеля.
— Птиц? - переспросил Сийрин. По его тону и взгляду было ясно, что орк испугался, как бы ему не пришлось лечить ещё и тихое помешательство. Узнать о подробностях Сийрин не успел, Арм только загадочно улыбнулся, пожал плечами и толкнул рукой дверь тесной комнаты.
— Я привёл доктора! - громко и торжественно провозгласил он на всю комнату.
Сложно было точно сказать, что сгубило Арма: врождённая рассеянность и невнимательность, или острое чувство триумфа и блаженства от пережитого шоу, но бедняга не мог даже мысли допустить, как жестоко ошибся. Никто на самом деле не просил его приводить доктора в комнату, тем более рассказывать ему, что произошло. Слава богам, что парень не проговорился об особенности Рейновой природы.
Тем не менее, он был так уверен в себе, что даже вытянутые лица товарищей не вызвали в нём подозрений.

***

Ямерт выслушал лилию с интересом, и в какой-то момент нервно усмехнулся.
— Ты как с меня пишешь, - отозвался кузнец, — С тех пор как всё кончилось, как только я встал на ноги, я только и жил мыслью об это твари. Я как сумасшедший рыл и рыл, искал любое упоминание, напугал кучу народу, несколько раз чуть не подрался, пытаясь сунуть нос туда, куда не следует. Раз за разом терпел неудачу, но всё равно продолжал, потому что больше смысла в своём существовании не видел. - мужчину явно воодушевил факт, что кроме него ещё кто-то был озабочен той же проблемой. Значит, он не сошёл с ума. Или в своём сумасшествии он не одинок, что тоже неплохо.
А вот то, что Лилия даже видела неведомую тварь, или божество, как намекали исписанные страницы, воодушевило его ещё больше.
— Туман... - повторил оборотень, пытаясь уложить в голове всё, что только что услышал о встрече знахарки с неизвестной сущностью. Он встал из-за стола, заходил по тесной комнате вокруг Лилии, о чём-то мучительно размышляя. От всего подобного Ямерт был безнадёжно далёк, чтобы так просто осознать и принять. Сам он был хищником и ему было сложно представить, что нечто нематериальное способно на вполне материальное убийство. Но он столько насмотрелся и наслушался за свои годы жизни, а тем более за последние четыре года, что допускал уже всё, что угодно.
Ямерт остановился возле Лилии. Он нервничал, а потому ему было трудно себя сдерживать, и он достаточно резко схватил женщину за плечи, развернул к себе. Испугавшись, что делает ей больно от тут же отпустил её, так резко, будто Лилия была горячая, широко раскрыв глаза заглянул в очи Лилии.
— Ты поможешь? - Ямерт опустился на колени не отрывая взгляда от знахарки, с силой, сам того не замечая сжал в своих руках её ладонь, — Предал я вас, или нет, но я не умру спокойно, пока не разберусь с этим. И один я не справлюсь.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Вторник, 11-Мар-2014, 01:07:25 | Сообщение # 1193    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Немая сцена затянулась слишком надолго. Даже Арм стал потихоньку понимать, что случилось что-то не то. Внезапно разорвавший тишину смех Рейнгольда, короткий и издевательский, немножко истеричный, окончательно убедил крестьянина в этом.
Иттрий смотрел на орка, которого привел Арм на место преступления. Судя по всему, прямо из кровати вынул ради такого дела — вид у целителя был классический небрежно-утренний. А вот взгляд, к сожалению, был не сонный: Сийрин с живым интересом разглядывал злополучный тазик с курами. "Сумасшествие" Арма малость прояснилось, теперь хотелось бы прояснить, зачем здесь требовалось присутствие "доктора как свидетеля".
— О боги, ну почему меня окружают одни идиоты?! — простонал Иттрий, возведя глаза к потолку. Ему сейчас хотелось даже не Арма стукнуть, а самому постучаться головой о стену. Ну как такое можно было сотворить — вместо того, чтобы отвлечь старого свидетеля преступления, привести еще одного?! Что непонятного было во фразе "отыщи для свидетеля Сийрина"? Для свидетеля!
"По большой ошибке" — теперь смог сам себе ответить на вопрос о том, зачем здесь его присутствие, Сийрин.
Теперь Рейн откровенно упивался промахом Арма. Смотрел на крестьянина злорадными блестящими глазами, и даже не переживал, что от этого промаха страдали все. Ну, по крайней мере должны были бы пострадать по логике вещей.
— Меня в долю возьмете? — неожиданно предложил Сийрин, широко усмехнувшись. — Я знаю, где дыра в заборе, можно будет ночью незаметно для всех выйти "на костерок".
Иттрий вскинул голову. Такого он точно не ожидал. Подсознательно он от любого доктора ожидал правильности, и Сийрин не был исключением, так что его желание поучаствовать в очевидно куриной краже воина удивило неимоверно.
А курочки, меж тем, даже сырые выглядели очень вкусно и притягивали голодные взгляды. Голодными в этой комнате были все.
— Возьмем, — согласился Иттрий. Ситуация из плохой неожиданно стала превращаться в хорошую, хотя уши Рейну и Арму Иттрий все равно хотел скрутить, оторвать, бросить на пол и растоптать ногами.
— Отлично! — обрадовался Сийрин, — тогда уходить предлагаю немного позже полуночи.
— Да, вот только... Ты не знаешь случаем какого-нибудь погреба, где можно незаметно так пристроить этот тазик? А то, боюсь, к ночи мясо будет уже с душком, оно и так тут не первый час, — снахальничал Иттрий. Ну, раз уж не уйти от преступления, то пусть оно будет максимально приносящим удовольствие.
— Без погреба обойдемся, — Сийрин подошел к тазику, коснулся пальцами его края. По металлу побежал иней, выстелил весь тазик изнутри очень тонким слоем, а потом из него поднялся мутный белый туман, окутавший мясо. Дальше краев тазика туман не уходил и даже к ним не поднимался, только мясо накрывал. Иттрий, стоящий совсем рядом, чувствовал повеявший холодок, даже не трогая тазик рукой.
— До вечера продержится, — сообщил Сийрин. Вообще-то примененное им заклятие было придумано исключительно для медицинских целей, чтобы хранить оторванное, например, ухо, а потом попробовать пришить его владельцу, но к данной конкретной задаче подходило очень хорошо. — Вы его только спрячьте.
Орк ушел, оставил компанию прятать таз. Ну, это было несложно — Иттрий просто накрыл его крышкой и запихал подальше под кровать.
— А теперь, бездельники, — Иттрий очень строго посмотрел на Рейна с Армом, — мы пойдем искать работу. Делайте доброжелательные лица и только попробуйте мне потом сказать, что вообще никому не понравились.

Прежде чем навестить Раду, Сийрин привел в порядок себя. Сам любил аккуратность, ну и пациентка все-таки девушка красивая, грех не пригладить пёрышки. Умыться, от суточной щетины избавиться, расчесаться, челку уложить. Последнее — дольше всего. На ней слишком хорошо спалось, теперь приходилось разглаживать, чтобы вверх и в стороны не задиралась. Несмотря на то, что наличие челки каждое утро требовало некоторой возни, иногда короткой, иногда не очень, Сийрин и не думал ее отращивать или куда-то убирать. Так нравилось, и не ему одному.
Рада уже не спала, зато на ней спал кот. Большой, черный, очень красивый, с гладкой шелковистой шерстью.
— Привет, Рада, — поздоровался Сийрин, довольно бесцеремонно взял Грога за загривок (ну кот же! Кстати, откуда? Раньше такого в доме не наблюдалось) и сместил его к ногам ведьмы. Наклонился к ведьминой груди, прослушал сегодняшнее звучание хрипов.
— Как самочувствие? Жалобы есть?.. кроме как на питание? — последнюю фразу Сийрин сказал вполголоса, скорее для себя. Есть-то ему приходилось ту же самую стряпню, от которой вчера давилась Рада.
Вопрос сопровождало провождение осмотра в виде пальпации. Судя по тому, что видел целитель, хуже Раде не было, затормозить болезнь удалось. Отголоски вчерашнего заклинания, те самые вплетенные "разведчики", сейчас сообщали некоторые сведения о течении болезни. Все то, что надо — можно начинать полноценное лечение.

***

— Помогу, — пробормотала Лилия, морально отходя от резких физических воздействий Ямерта. То схватил, то бросил, потом руку сжал своими лапищами как железными тисками. Еще и на колени встал, будто предложение руки и сердца делал. — Откроем свой маленький клуб одержимых.
Бесконечно удивительный день. Лилия не была создана для одиночной жизни, но в последние четыре годы была совершенной одиночкой. Даже деревни у нее одной не было, где могли бы появиться знакомые лица, люди приятные, люди неприятные, но все известные. И это было очень тяжко, только сейчас знахарка осознала это в полной мере. Теперь же нашелся старый друг, и он предлагает двигаться вместе с ней дальше, идти рука об руку к общей цели.
Не удержавшись от переполнивших сердце чувств, эдакой помеси нежности, радости и глубокой скорби, Лилия коснулась черных Ямертовых волос, расправила ему спутавшуюся спереди прядку. Волосы у оборотня оказались гладкими, жесткими, на ощупь крайне приятными.
— Подымайся, — Лилия отвернулась, убрала руку, — будем разрабатывать планы. До сих пор мы действовали скорее по случаю, и добились не так уж и многого. Надо что-то менять. Ох, Ямерт, ночка будет долгой, я совсем не знаю, с чего можно начать.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Воскресенье, 16-Мар-2014, 05:32:01 | Сообщение # 1194    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Воскресенье, 16-Мар-2014, 14:52:49

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Арм испытывал очень смешанные чувства. Он не сразу осознал, как жестоко ошибся, и ещё позднее понял, каким идиотом выглядел несколько минут назад. Ничего из себя выдавить парень так и не сумел, любые оправдания сейчас выглядели бы крайне глупо. Хотя, в голову закралась мысль о том, что стоит просто садануть Сийрину чем-то тяжёлым по голове — спасти положение. О том, кто потом будет лечить Раду, выбивать для них комнату, как объясняться с орком и, в совсем страшном случае, куда девать труп, Арм, конечно, не думал. Он едва успел скосить глаза в сторону целителя, как ситуация внезапно решилась сама собой.
Оказалось всё не так плохо. Пусть две убитые туши и пришлось бы теперь делить ещё с кем-то, но зато появилась реальная перспектива ими полакомиться. А этот факт вселял сладкие мечты — желудок от голода уже давно, кажется, ссохся и прилип к позвоночнику.
Арму было одновременно и смешно, и стыдно. И ещё немного страшно. Лихая уберегла его уши от возмездия на месте, но кто знает, насколько Иттрий отходчив, и быть может его стальные пальцы ещё настигнут его уха. Главное, чтобы не при всех. Или хотя бы не при Рейнгольде.
Так или иначе, но Арм даже не пикнул, когда Иттрий снарядил всех на поиски работы. Славной оказалась весть, что поиски необходимо было вести самостоятельно. Арм бы, наверное, схалтурил, да слова Иттрия в стиле «пеняйте потом на себя» подгоняли его в течение всего дня. Как тут схалтуришь, когда угроза дышит в самые…уши.
Так или иначе, не смотря на всё старание парня, первые несколько дверей просто захлопнулись перед его носом без каких-то объяснений. Ещё двое выслушали Арма грубо сказали, что работы у них «для таких как ты» нет никакой. Одна женщина и вовсе только и делала что таращилась на парня широко раскрыв глаза и никак не реагировала ни на какие его слова. А после медленно растянулась в беззубой улыбке, подмигнула обоими глазами и поманила Арма к себе сухим, крючковатым пальцем. Арм испугался, за пальцем не пошёл.
Часа через два Арму повезло. Он уже совсем отчаявшийся брёл мимо одного из домов, где раньше никто не открывал, как его окиликнула женщина средних лет.
— Эй, ты тут работу искал?
— Я, - обрадовался крестьянин, — а у вас есть работа?
— А то. Нянькой будешь? – Арм побледнел.
— Я с детьми не очень.
— Да с ними очень и не надо, главное, чтобы меня не трогали и дом не сожгли. Ну?
— А много их у вас?
— Трое пацанят! – как-будто даже с гордостью сообщила женщина, чуть подняв подбородок.
— Хорошо. – сдался крестьянин. Всё лучше, чем совсем ничего.
— Отлично. Вот завтра утром и приходи, я тебе всё покажу. А сейчас работать мне надо.
Арм, не зная радоваться ему, или с горя рыдать, побрёл обратно к дому старосты.

Грог проснулся от того, что кто-то весьма нагло схватил его за шкирку и швырнул куда-то в сторону. Рада не успела и пискнуть, а Сийрин уже уселся рядом с ней и принялся проводить осмотр, предварительно очистив поле будущих работ. Грог не очень-то обиделся, и месть не затаил, но от греха подальше обернулся псом и уселся терпеливо ожидать позади орка.
— Самочувствие паршивое, но лучше, чем было. Жалоба одна: не нужно больше обижать Грога. – попросила ведьма, терпеливо вынося все процедуры. Грог , услышав что дело коснулось его, тихо гавкнул позади целителя, вышел из-за спины и, коротко заглянув в глаза Сийрина, демонстративно улёгся у кровати, едва не положив свою тушу на ноги орку.
— Просьба только у меня, Сийрин. Если это возможно, принеси мне воды. А то я умру от обезвоживания. И как там мои дражайшие друзья?
Жажда мучила ведьму ещё с ывечера, как кончилась вода в стакане, которой она запивала кашу. Болезнь сушила рот и горло, и было неприятно. Думала она даже выйти на поиски самостоятельно, да быстро отказалась от этой идеи. Влетит ещё по первое число, ну его. Рада не взбучки боялась, а последствий для тех, кто с ней встретиться.
Тем не менее, лежать бревном уже порядком осточертвело.
— И ещё, можно мне вставать? Иначе я и ходить разучусь. И нет ли в этом доме хоть каких-то книг?

***

Ямерт с облегчением выдохнул, закрыл глаза и опустил голову, услышав заветное «Помогу». Это были самые сладкие слова в его жизни. Опомнившись, он выпустил руку женщины, с сожалением и стыдом отметив, как она покраснела. Но извиниться не успел, отвлёкся на лёгкое и приятное поглаживание.
— Подымайся, — Лилия отвернулась, убрала руку, — будем разрабатывать планы. До сих пор мы действовали скорее по случаю, и добились не так уж и многого. Надо что-то менять. Ох, Ямерт, ночка будет долгой, я совсем не знаю, с чего можно начать.
— Давай начнём с библиотеки? – слегка удивлённо протянул оборотень, — Я там часто бывал, но не знал, что искать. Теперь знаю, и чую, что нам надо в библиотеку. До города часа два с половиной пути отсюда, придём туда уже затемно. Нас, наверное, никто в библиотеку и не пустит…. – оборотень задумался на секунду, — Всё равно идём. Пустят.
Ямерт, в общем, когда было необходимо, не сомневался в своём исключительном даре убеждения.
— По лесу пойдём, держись ко мне ближе. Тут зверья хватает, ещё неровен час нападёт кто. И вообще одна лучше ночью по лесу не ходи, будет нужно — зови меня, где бы ни был. Всё что внутри есть — пользуйся. Спать… - Ямерт снова растерянно осмотрелся, - придётся пока вот там, - показал на свою лежанку, — потом я придумаю что-то ещё. Ежи ко мне ходят, их не распугивай.
Говоря всё это оборотень комкал и складывал в сумку листы бумаги, какие-то мелочи, за голенище сапога сунул охотничий нож. Собрался, и уже стоял на пороге.
— Идём же? - Ямерт протянул Лилии руку, преисполненный желанием скорее отправляться в путь.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Воскресенье, 16-Мар-2014, 13:32:33 | Сообщение # 1195    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Черный кот не стал задерживаться на кровати, спрыгнул на пол и вышел из поля зрения целителя, оставшись где-то у него за спиной. Так Сийрин пропустил самое интересное: метаморфозу из кота в собаку. Впрочем, орка и без того ожидал переизбыток впечатлений.
— Самочувствие паршивое, но лучше, чем было. Жалоба одна: не нужно больше обижать Грога. — неожиданно попросила Рада.
— Я его не обижал, — с легкой озабоченностью в голосе отозвался Сийрин. Нет, ну вроде действительно же не обижал? На хвост не наступал ,еду не отнимал, не шикал, да и вообще не особо-то со псом общался. Разве что старосту от него запер, но не могла же собака на такое обидеться и нажаловаться своей хозяйке?!
Однако уже через секунду выяснилось, что все-таки "обижал". Только что, бесцеремонно подняв за шкирку и убрав в сторону бесценное создание.
За спиной Сийрина послышался "гав", когти по полу застучали. У целителя в груди ёкнуло. Он резко обернулся, увидел огромного черного пса, что шел навстречу ему. От неожиданности Сийрин дернулся назад, едва не свалившись с табуретки, но смог-таки восстановить равновесие в последний момент. Мееедлено орк откинулся спиной назад, уперевшись локтями в Радину кровать, и смотрел, как к нему мееедленно подходит Грог. Бросив короткий, какой-то не совсем собачий взгляд в лицо Сийрину, Грог подошел совсем вплотную и шумно упал на пол, совсем как любая обычная собака, высиживающая больного хозяина.
Рада там еще что-то говорила, но Сийрин сейчас просто не мог воспринимать никакую стороннюю информацию, находясь в легком состоянии шока.
Откуда тут взялся Грог?! Его совершенно точно не было в комнате, когда Сийрин пришел сюда. Пес совершенно точно не мог зайти сюда за короткое время осмотра — дверь закрыта, и дверь скрипит, если бы она открывалась, было бы слышно. Незаметно из-под кровати вылезти Грог тоже не мог, а других мест для пряток в комнате не было.
Зато кот пропал, а Грог возник примерно на том месте, куда ушел мурлыка. И был похож на того кота, очень! Цветом, структурой шерсти, еще чем-то неуловимым...
Да еще Радины слова, "не обижай больше Грога". Автоматически получалось, что кот и пес — одно существо, которого Грогом кличут.
Грог оборотнем быть не мог — те перекидываются долго и со звуковыми эффектами. И не из котов в собак, а обязательно с человеческой стадией. Тогда кто Грог?
Про метаморфов Сийрин если и слышал, то только краем уха, как и о каких-нибудь нуэ, лярвах и других малоизвестных мифических существах. Сейчас же слово "метаморф" и вовсе в голове орка не прозвучало. Он вообще не мог понять, что тут произошло и как.
"Неет, я это все выдумал. Коты в собак не превращаются. Наверное, Грог где-то все-таки прятался," — попробовал найти разумное объяснение Сийрин. Но не получилось — мест для укрытий действительно не было, а комнату он хорошо видел всю, когда заходил. — "Или..."
— Скажи, Рада, я сошел с ума? — мирно, спокойно, с очевидным переизбытком и того и другого поинтересовался Сийрин, полуобернувшись к Раде. Жест рефлекторный — ведьмино лицо Сийрин все равно не видел, оно находилось справа относительно него, со слепой стороны.
Зато Грога из виду орк не терял.
— Что это..? Как..? — уже с присущим случаю потрясением в голосе выдохнул Сийрин.

Иттрию с работой повезло быстро. Или не повезло, как посмотреть.
Работа несложная: таскать воду от колодца и поливать огород. Но работодателем оказалась бабулька, которая следом ходила за Иттрием и жаловалась ему не судьбу:
— Ой, милок, что делается-то, где согрешила-то я! Курочки мои пропали, да. Обе, а других и нету. Ласка, наверное, утащила, я кровь и перья нашла.
Хорошо, хоть следов волчьих не нашла. Старушка продолжала причитать, и Иттрию было очень неловко за Рейна. Хотелось бы бабуле вернуть материальную стоимость кур, да денег не было. От "зарплаты" тоже не получалось отказаться: во-первых, очень подозрительно, во-вторых, надо же что-то есть самому и Раду кормить! "Зарплату" обещали выдать огурцами и картошкой.

Рейну вот никак не везло. Отовсюду, где имелись молодые девушки, его шугали сразу же — совершенно не являясь по натуре коварным обольстителем, Рейн выглядел именно так, и ни один нормальный деревенский отец не желал видеть роковую смазливую рожу рядом со своей девственной ненаглядной доченькой. А доченек в деревне было немало, соответственно, и отцов примерно столько же.
Загрустил Рейн. Не хотелось ему, чтобы Иттрий вечером ему хорошенько вставил за новый промах. Оборотень уселся на какой-то скамейке, буйну голову повесил и стал думать, что делать дальше.
— Дяденька, ты плачешь? — послышался рядом тоненький детский голосок.
Рейн убрал за ухо падающие на лицо волосы и с удивлением уставился на девочку. Экая кнопочка лет шести.
"Дяденька", "плачешь". Ни того, ни другого раньше Рейн по отношению к себе не слышал, ну девочка выдала.
— Дяденьки не плачут, — слегка неуверенно сказал он. Нахмурился. — И какой я тебе дяденька, кнопка? Тебе лет-то самой сколько? Есть братья?
— Шесть с половиной! — гордо объявила "кнопка" и тут же сникла, — нет братьев. И сестер. Одна я у тети.
"У тети". Значит, ни мамы, ни папы.
— И что ты делаешь тут на улице одна?
Девочка плечами передернула.
— Гуляю. Домой нельзя. Тетя сейчас... побаливает.
Это "побаливает" сказало Рейну все. Совсем как Дядя Джек "побаливал". В глазах оборотня промелькнули злые искры. Кнопка увидела их, но не испугалась, наоборот, улыбнулась.
— Потом все будет хорошо. Но сейчас еду мне самой искать приходится. Баба Вита меня кормит за то, что я ей ягодки собираю. А ты очень худой, дяденька. Хочешь ягодок? Пошли со мной! — не дожидаясь согласия Рейна, кнопка бесцеремонно схватила оборотня за руку и потащила его к домику бабы Виты.
Рейн, в общем-то, и не сопротивлялся.

***

— Да ладно, сколько лет гуляю по лесу, и никто меня до сих пор не слопал, — Лилия горделиво уперла руки в бока, сейчас всем своим видом являя собой "женщину, что коня на скаку остановит". — Не волнуйся обо мне слишком много, волчик.
Раньше Лилия, вероятно, поигралась бы. Сказала бы, что лес страшный, что одной в нем совсем не по себе, и использовала бы Ямерта как сопровождающего куда угодно по полной программе. Но не сейчас. За последние годы многое изменилось.
Ямерт хотел действовать вот прямо сейчас, и вот прямо сейчас собрался идти в город, в библиотеку. Что же, ладно.
Оборотень собрался, замер на пороге, позвал Лилию в путь-дорогу. Лилия почти было приняла протянутую ей руку, но замерла на полпути. Только сейчас до нее в полной мере дошел смысл кое-какого прозвучавшего ранее почти что предложения к переезду.
— Погоди-ка, Ямерт, — хмыкнула она, — ты меня что, в своем доме поселить хочешь?
Это было немного странно. Сказывалось старое воспитание Лилии, все еще сильные традиционные взгляды общества на мужчину-женщину и все такое прочее. Знахарка, конечно, жила уже у Ямерта — но одно дело жить в мужицкой доме большой компанией, а другое дело — одной. Пусть даже мужчина и другом был в прошлой жизни, все равно это как-то неправильно.
Хотя надо признать, что это было бы удобно.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Воскресенье, 16-Мар-2014, 14:51:00 | Сообщение # 1196    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
— Спокойно, ничего страшного не случилось, - глядя в лицо недоумевающего Сийрина Рада не на шутку занервничала. Были случаи, когда узнав о природе Грога люди вели себя примерно так же. Бывало и хуже, некоторые творили что-то совсем жуткое: обливали пса святой водой, крестились и взывали к богам. Одна впечатлительная барышня упала в обморок. Но от целителя Рада такой реакции никак не ожидала, — Всё в порядке, просто Грог — необычный пёс, он метаморф. Ты меня понимаешь?
"Не понимаю" - читалось на лице Сийрина. Рада вздохнула и чуть приподнялась на подушке.
— Метаморф — магическое существо, очень редкое. Основная его особенность заключается в том, что он может принимать любой облик, стать любым живым существом. Отличие от оборотня состоит в том, что метаморфоза проходит быстро, безболезненно, и по желанию самого существа. Поверь мне, Грог не опасен. Как раз совсем напротив.
— Ну, как сказать, не опасен, - возразил пёс, — В зависимости от ситуации.
— А ещё он может говорить! - поспешила пояснить Рада, — И делает это превосходно, хоть сам по себе и немногословен.
Рада выдержала паузу, давай орку всё переосмыслить и грогу деликатно лизнуть его руку.
— Теперь, когда ты всё понял, можно мне получить ответы на свои вопросы?

Арм вернулся к дому не скоро, ещё прогулялся по деревне. Делать всё равно было нечего. Точнее, он так думал, пока не вспомнил о истории с флейтой в Вайдовой книге. Вспомнив о ней, Арм домой прямо побежал, ворвался в комнату как ураган и схватил заветную книжечку. Рухнул прямо на пол и принялся читать, жадно впиваясь в строчки глазами.
"Сказ о том, как Крит из земли мёртвых поднимал

Было это много лун назад, в каком месте уже и не упомнить. Крит жил в деревне один, без родителей, братьев. и даже друзей. От чего так было — сказать уже сложно, да только слухи ходили, что Крит с людей как-будто избегал. И люди его избегали, не даром, ведь парень много времени проводил на местном кладбище. Что он там делал, неизвестно никому, да только люди говорили, что Криту с мёртвыми теплее, чем с живыми. В один из дней умирающая старуха потребовала у своих сынов привести ей Крита, да поскорее. Удивились сыновья, но парня отыскали, привели к старухе и оставили их одних. Уж что они там делали, о чём уж говорили, неизвестно никому, да только умерла старуха, а Крит покинул её обитель не с пустыми руками. Вышел он с флейтой в руках. Деревянная, тёмного цвета, та всю жизнь лежала у старухи на полке и никто не видел, чтобы она её когда в руки брала. Однако же, трогать её никому не разрешалось. И вот после своей смерти она отдала ему парню, с которым за всю жизнь и словом не обмолвилась.
А сам Крит как-будто и не удивился подарку. Но с того дня флейту из рук не выпускал. Повесил себе на шею, там она у него и болталась. Никто никогда не слышал, чтобы флейта играла, и предназначение её становилось бесполезным. Одному только хозяину была известна её ценность.
Поздней ночью отправился Крит к кладбищу, встал напротив могил, снял флейту с шеи. Долго гладил он её по тёплому боку, пока не поднёс к губам и не выдохнул в мундштук. В тот же миг зашевелилась земля на могилах, зашатались кресты, и вылезли из ям три трупа. Вылезли, и встали безмолвно, невидящими глазами прожигая самую душу хозяина. Проговорил им что-то Крит, и мертвецы медленно зашевелились в сторону деревни. Сам Крит в деревню не вернулся. С улыбкой проводил трупы, и отправился вглубь леса.
Та ночь была самой жуткой, какую помнили за всю жизнь деревенские жители. Откуда ни возьмись явились мертвецы, заходили меж домов, протягивая сгнившие руки к живым. Крита в деревне больше никто не видел.
Долго странствовал он по дорогам, городам, деревням. Слухи о нём быстро разлетелись. Говорили, идём он, а за ним рой мертвецов шагает. Некоторые ходили к Криту, умоляли его поднять их родственников из могилы. Соглашался Крит, поднимал родных, а потом дул в свою флейту над самым ухом просящего, и тот словно душу терял. Не жил с тех пор больше. Ходил, дышал, ел, да только глаза пустые, желаний никаких, вскоре умирал от собственных рук.
Сколько жил он, никому неизвестно, да только когда-то напал на него некромант, убил Крита, а флейту себе забрал. Что там было дальше, не знает никто, да только и некромант и флейта вместе с ним исчезли с тех пор."

Арм тряхнул головой, отбрасывая неприятные картины. Сказка мало чего ему открыла, в ней не было никаких уроков, только демонстрация возможностей чудесной флейты, о которых он и так знал. Кроме той, что людей души лишала.
Парень ещё три раза перечитал сказку, прежде чем успокоился. Поскорее бы вернулся Вайд, ох, поскорее бы.

***

"Волчика" Ямерт пропустил мимо ушей с лёгким удивлением. "Волчиком" его ещё никто не кликал. А вот пассаж в стиле "я сама за себя могу, и ещё как" Ямерт принял хоть и молча, но с сомнением. В знахарке-то он не сомневался ни на секунду, но и в голодной волчьей стае тоже, нисколько. Сложно было в слепую ставить ставки, кто кого сделает в случае столкновения, но оборотень от чего-то был уверен, что даже с двумя волками Лилия одна не справится. Тем более, что у знахарки наверняка при себе только и был, что нож, да и только. А что нож против свирепого зверя?
Но комментировать и поучать не стал. Решил про себя, что по возможности будет приглядывать, хотя и был уверен, что Лилия просто прогуляться в тёмный лес одна не отправиться.
Знахарка уже как-будто собралась выходить в след за оборотнем, но тут вдруг застыла.
— Погоди-ка, Ямерт, — хмыкнула она, — ты меня что, в своем доме поселить хочешь?
Ямерт опустил руку.
— А ты хочешь жить на улице? - тем же тоном спросил он. Сказать честно, он тоже был немного смущён тем, что в его доме теперь будет жить женщина. Но ничего лучше он придумать не мог, по его разумению, Лилия должна быть всё время рядом. Иначе много времени они потратят зря.
— Не волнуйся, я сделаю всё, чтобы никак тебя не смущать. Если хочешь, даже спать на крыльце буду. Идём же?


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Воскресенье, 16-Мар-2014, 21:44:25 | Сообщение # 1197    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Рада рассказала про метаморфов, а Грог наглядно доказал одно их свойств сего существа — способность разговаривать. Особенно было подчеркнуто то, что Грог не опасен. Сийрин в общем-то не по этому поводу переживал.
— Мне о таких существах только папа рассказывал, когда мне лет пять было, — поделился всплывшими-таки воспоминаниями орк, внимательно следя за языком Грога, лижущим его пальцы. Не страшно, но очень удивительно. Все равно что феникса повстречать. — Даже тогда я это как сказки воспринимал.
Оборотней целитель видел. Магов видел. Грог был ни тем, ни другим, и для того, чтобы сменить ипостась, ему как будто бы ничего не надо было. Даже времени. Он умел говорить совсем не предназначенным для членораздельной речи аппаратом, и он мыслил, как человек. Как все это вообще возможно, в голове не укладывалось, но вот он факт: настоящий, живой метаморф сидит рядом, лижет пальцы, касается ноги свои теплым плечом.
Сийрин еле успел прикусить язык, чтобы удержать готовую слететь с него опрометчивую просьбу. Действительно, было бы не очень деликатно просить завещать ему тело Грога для вскрытия после его естественной смерти. Но кое-что можно было узнать и так. Рада сказала, метаморф — магическое существо?
— Позволишь? — Сийрин теперь не очень-то был уверен, что Грог любит, когда его кто-то треплет за уши, как простую собаку. Но оказалось, что любит. Целитель погладил пса по мягким ушкам, в то же время прислушиваясь к Грогу, пытаясь найти в нем какие-то следы магии. Но так и не нашел. Это говорило не о многом, "сканирующей" магией Сийрин владел только на интуитивном уровне, прилагающемся к любому магу, но и его бы хватило, чтобы, например, распознать в "простой собаке" анимага. Грог был устроен куда сложнее и магически так просто не определялся.
Рада терпеливо подождала, пока Сийрин разберется с открывшейся ему сущностью Грога, потом спросила:
— Теперь, когда ты всё понял, можно мне получить ответы на свои вопросы?
Вопросы Раде пришлось повторить. Первой прозвучала просьба принести воды, и Сийрин исполнил ее, умыкнув с хозяйской кухни графин с чистой колодезной водой. Хорошо бы она не обиделась, а еще лучше бы и вовсе не заметила. То есть к обеду графин лучше бы вернуть.
— А как там мои друзья?
Сийрину тут же нарисовался в воображении тазик с курами. Про это вообще стоит ли говорить? Наверное, нет. Черт знает, какие там в их компании отношения. Не дело доктора сплетни разносить.
— Все на месте, — нейтрально отрапортовал орк, — проснулись рано. Я заходил к ним в комнату, могу сказать, что никто не заболел. Когда уходил, то Иттрий строго выговаривал всем, что надо срочно идти и искать работу. Они вроде и разошлись.
— А вставать мне можно? — задала следующий волнующий ее вопрос ведьма.
— Не стоит, — немедленно отозвался Сийрин, — пока у тебя температура, лежи как можно больше, или увеличишь шанс поймать какое-нибудь осложнение. Впрочем, на крылечко ненадолго — ненадолго! — выходить можно, ничего плохого не случится. Только смотри, чтобы ветром не продуло. И с друзьями тебе пока лучше поменьше контактировать. Простуда заразна, сама понимаешь.
Это было хорошо, что Рада спрашивала о прогулках. Значит, идет на поправку, раз такое желание появилось, вчера-то ведьма совсем дохлой была.
— А книги? Здесь есть какие-нибудь?
Сийрин очень сомневался, что местная хозяйка способна потратить драгоценный бюджет на такую "чушь", а что староста, при всей его адекватности, вообще умеет читать. И книг в доме нигде никаких не наблюдалось.
— У меня что-нибудь найдется, — предложил альтернативу Сийрин. Вот только с этим были некоторые проблемы. Во-первых, книжек было немного, и практически все на медицинскую тему, атласы со всякими страшными картинками. Кто знает, найдет ли Рада это интересным или отвратительным. И во-вторых... — Вот только, Рада, ты же наверное риохский язык не знаешь?
Вероятность его незнания была очень и очень высока. Риох, где солидную часть жизни провел Сийрин, и где постигал медицину, находился даже не на том же континенте, что Стерлинг. Плыть по морю надо было, очень далеко, к востоку.
Валяться больному очень скучно, особенно когда ты один, а соседей в палате нет. Гостей тоже мало, потому что болезнь заразная. Такую скуку Сийрин понимал и сочувствовал. Можно будет книжек поспрашивать у других сельчан, но в успехе сей операции орк очень сильно сомневался. Тут жили люди, которым грамота и не нужна вовсе.
Разговоры разговорами, метаморфы метаморфами, а лечение лечением. Отвечая на вопросы, Сийрин "приправлял" Раду новой дозой магии. На этот раз он перевернул Раду на спину, наложил скрещенные ладони над легкими, а сам стоял ровно, вытянувшись, как струна. Лечебная энергия по ощущениям походила на эфемерный столб, толстый, массивный, что нехило прошибал всю пациентку теплом насквозь. Даже скорее жаром, чем теплом. Длилось это недолго, минуты две, не больше. Потом Раде можно было снова перевернуться на спину, и очень скоро ей вручили новую порцию "чая" с солодкой.

Пока все работали или искали работу, Вайд изображал из себя столб. Ему очень не нравилось такое занятие, но сменить его он не мог: совсем рядом, в каких-то полутора метрах, лежала на земле рыжая дворняга. Она чуяла вкусный запах крови, что на припрятанных в мешке перышках остался, и поначалу даже пыталась напрыгивать на Июля и просить наку, чем едва не довела некроманта до инфаркта. Потом собачке надоели активные действия, и она стала просто караулить добычу. Стоило Июлю чуть пошевелиться, как дворняга тут же вскидывала голову и била хвостом в землю. Вообще-то выражая дружелюбие, но Июль бледнел больше прежнего и вжимался в стену дома сильнее, почти сливаясь цветом лица с побелкой.
Хозяева дворняги дома были. Гуляли по саду, но "добычу" собаки не замечали. Июль теоретически бы мог их окликнуть и попросить придежать собаку, но очень уж стеснялся. И боялся: вдруг шавка набросится, заслышав громкий голос.

***

— А ты хочешь жить на улице? — отозвался Ямерт на уточнение Лилии по поводу прописки в его доме.
— Ну почему же. Я комнату снимаю, — обиделась Лилия. Бедствовать ей приходилось, но бомжевать — нет. — Тут всего-то часа два идти.
Ямерт поспешил знахарку успокоить.
— Не волнуйся, я сделаю всё, чтобы никак тебя не смущать. Если хочешь, даже спать на крыльце буду. Идём же?
— Плохо на крыльце, — кисло сказала Лилия, — ладно, разберемся. В любом случае, если переезжать, то мне еще надо будет зайти в свой "дом" и прихватить вещички.
Да, да, это было удобно, жить у Ямерта. Всем очевидно. Но смущение обоих от этого не умалялось.
Так проблема была отложена до ближайшей ночевки. Лилия и Ямерт пошли в город. Вел Ямерт — Лилия пришла в этот район относительно недавно и в местном крупном городе, где аж библиотека есть, побывать еще не успела. Да и не стремилась, откровенно говоря.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Понедельник, 17-Мар-2014, 01:43:51 | Сообщение # 1198    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
Грог был совершенно не против того, чтобы его чесали, только за. Не был он и против, чтобы его просканировали на уровень магии, если бы осознал это, но Сийрин ничего не озвучил, а просто потрепал его между ушей. И то радость. Псу, впрочем, всегда льстило, когда его не пугались, а воспринимали вот так, "Все равно что феникса повстречать". Сам пёс ни одного феникса за всю жизнь не встретил, но был уверен, что создания прекрасней не отыскать. А тут его так просто сравнили с этим чудом. Кому не будет приятно?
А вот ведьма в отличие от Грога восторга от полученных ответов не испытывала. Лежать бревном ей не очень нравилось, хотя и ходить долго она не могла. Но чёрт с ним, полежала бы, было бы чем заняться! Книги, как оказалось, есть только у Сийрина, и те на незнакомом ей языке. Других, видимо, в доме не водилось, хотя орк пообещал что-то придумать. Чёрт побери, даже посещать её долго никто не имел право. Волком взвоешь от такой жизни.
После всех неведомых ведьме процедур, целитель вновь протянул ей солодковое питьё, которое она без энтузиазма принялась поглощать.
— Ненавижу болеть, - вслух высказала она все свои сконцентрированные в одной фразе чувства. Сказала, и прожгла слегка раздражённым взглядом Сийрина.
— А ты заразиться не боишься, да? - вопрос вышел резковатым. Рада моргнула, зажмурив глаза чуть на дольше, чем следовало, мысленно извинившись перед орком. Он, в конце концов, был не виноват, напротив, прилагал все усилия для её скорейшего выздоравливания. И выливать на него своё раздражение сложившейся ситуацией было бы неправильно. Ну и к прочему, у Рады зародилась идея, как можно себя немного развлечь, в случае, если ответ на вопрос будет положительным, и если Сийрин не очень занят.

Арм мерил шагами тесную комнату, кусал губы. выглядывал в окно, потом, не выдержав, выглянул на крыльцо, снова скрылся в доме. Вайда всё не было и не было.
— Да где же это можно шляться столько времени?! возмущённо вопрошал он у стен комнаты и громко сопел от досады. Июль был сейчас так нужен, как никогда в жизни. Раздражённо плюнув, Арм отправился на самостоятельные поиски по деревне. Шёл он быстро, нервно поглядывая по сторонам, нахохлившись, как ворон в дождливый день. Мимо Вайда он едва не прошёл. Некромант стоял вжавшись в стену одного из домов , прижимал к себе мешок с перьями и в ужасе таращил глаза. По его виду можно было решить, что Июль встретил как минимум живую Гекату, или целую стаю голодных архонт, но, как оказалось, нет. Это была всего лишь собака, которая живо интересовалась мешком в руках парня. При этом даже вела себя не агрессивно.
— Вайд! А вот тебя-то я и разыскиваю. Ты чего тут?
Вместо ответа некромант дрожащим пальцем показал на рыжую, но тут же отдёрнул руку, как только псина среагировала на жест. Теперь он только умоляюще впивался взглядом в Арма.
— Ты что, собак боишься? - фыркнул крестьянин, направляясь к Июлю, — Кыш пошла, брысь, фу! - парень притопнул на дворнягу ногой, шикнул громко, и та отпрыгнула в сторону. продолжая неуверенно вилять хвостом. "Я не обижу. Мне бы мешочек ваш только на минуточку, и всё" - говорил весь её вид, но Арм был непреклонен. Июля пришлось взять под локоть и увести от страшного зверя подальше.
— Я прочёл о флейте! - радостно сообщил Арм, — У тебя ещё таких книг нету?

***

Договорились или нет о жилищных условиях, но в путь наконец-то выдвинулись. Смеркалось, когда вышли, солнце уже едва поблёскивало из-за деревьев. Шли довольно быстро, хотя Ямерт то и дело себя тормозил, а ну как Лилии его быстрый темп не по душе. Дорога проходила молча. Оборотень то и дело хотел о чём-то заговорить, но вёл только внутренний диалог. Так задумался, что и не заметил, как по лбу его мягко стукнула низко склонившаяся тонкая ветка. На ветке густо висели плотные плоды неизвестного происхождения. Больше всего они были похожи на сливу, только совсем черные, не такие крупные. Так Ямерт и решил, что наткнулся на дикую сливу. Откуда она вдруг взялась в лесу, он не задумался. Подумав, что находка хорошая, он оборвал плоды с ветки и ссыпал их в сумку. Ветка тут же отпружинила вверх, свободная от тяжести.
Лес ещё далеко не кончился, а уже стемнело. Звёзды светили тускло и дорога почти не освещалась. Ямерт хорошо видел в темноте, а потому шёл вперёд довольно уверенно. Один раз ему пришлось свернуть чуть в сторону с привычной тропы и утянуть Лилию чуть в сторону, на более неудобный, но более безопасный путь. В шести-семи метрах от них трое молодых волков раздирали на куски тушу зайца, и пока не заметили путников. Ямерт приложил все усилия, чтобы избавить себя и знахарку от голодной погони. Только осознав, что опасности никакой поблизости нет, Ямерт снова погрузился в раздумья, да такие, что ноги сами привычно несли его куда-то, куда, Ямерт не видел. И это ему ой как аукнулось.
Опомнился он только когда земля вдруг зашевелилась под ногами и поползла вниз. Ямерт даже не успел понять, что прошёл по самому краю выкопанной охотничьей ямы, и так не выдержала такого натиска, обвалившись под человеческим весом. Если бы только оборотень был внимательней, он был увидел яму и отошёл бы на два шага в сторону. А теперь он, весь в земле, скатился на дно высокой ямы, да ещё и сверху на него так же скатилась знахарка.
— Приплыли, - без какой-то окраски в голосе констатировал кузнец, — Ты жива? - он аккуратно выбрался из-под Лилии и бегло её осмотрел. Кажется, она и правда была цела.
— Приходилось тебе когда-то бывать в настоящей охотничьей яме? - Ямерт задрав голову рассматривал обломанные тонкие ветки, в которые до него уже кто-то провалился. Это надо быть таким олухом, чтобы не заметить здоровенную, уже ничем не скрытую яму?
Подозрения, что они тут не одни, подтвердились, стоило обернуться. Кузнец сразу понял, как удачно они с Лилией упали. Чуть дальше от центра в ряд торчали три высоких острых копья, на которых был насажен мёртвый грифон. Зверь безвольно свесил голову, проткнутый насквозь сразу в трёх местах. Под весом крупной туши навершия копий торчали, и если бы оборотень прошёл чуть в стороне, то рухнул бы прямёхонько на одно из них, соорудив таким образом мини-композицию из трупов.
— Вот уж кого я не ожидал тут встретить, так это грифона. - пробормотал он, всё не решаясь коснуться тела. Но коснулся, и оказалось, что тепло уже вышло. Ямерт провёл рукой по перьям вниз, к грудине. Снизу послышался неясный звук, будто кто-то щёлкнул клювом и капризно каркнул. Оборотень присел, пригляделся, и увидел два испуганных круглых глаза. Детёныш прятался в сумке под самой грудью мёртвого грифона, копьё чудом миновало его убежище.
— Нас тут даже не трое, нас тут четверо, - уже громко сказал оборотень, протягивая руки в сторону блестящих глаз. Детёныш тут же юркнул внутрь и спрятался, угрожающе зашипев. Ямерт не оставлял попыток, пока птенец не хватанул его крепким клювом за палец.
— Зараза, - выругался он и повернулся к Лилии, — Ты как, с детьми ладишь?


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Понедельник, 17-Мар-2014, 03:26:27 | Сообщение # 1199    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
— Ненавижу болеть, — сказала Рада раздраженно, сопроводив свои слова резким взглядом. Следующий вопрос тоже прозвучал резко, будто даже с вызовом:
— А ты заразиться не боишься, да?
Настроение Радино ухнуло в такую яму после того, как пришлось пояснить ей, что в ближайшие дни будет очень скучно. Ни прогулок, ни книжек, ни болтовни с друзьями. Сийрин это понимал, на свой счет раздражение Рады не принял, напротив, тепло улыбнулся ей:
— Да ладно, придумаем мы, чем тебя занять. Ну, хочешь, я тебе книжки вслух почитаю? На твоем языке, конечно. Не уверен, что тебя заинтересует анатомия, но у меня еще имеется книга по ботанике. Небольшая энциклопедия редких лечебных травок. Половина из них здесь, правда, не растет, но описания занимательные. И картинок много.
А почему бы и нет? Свободное время есть. К тому же эту книгу Сийрин и сам до конца не прочитал, ботаника — не совсем его профиль, хоть и смежный, и не то чтобы область интересов. Но как полезный справочник книга уже пригождалась, потому с собой и возилась.
— Заразиться я не боюсь, нет. — чтобы в целители попасть, необходимо иметь крепкий иммунитет. Слабых, болезненных детишек просто не обучают профессии, задержаться в которой они не смогут. Сийрин соответствовал критерию отбора. — Простудой раз в жизни болел. Но все равно на всякий случай использую немножко магии, когда в рассаднике инфекции нахожусь.
Сколько "немножко" магии он использует, Сийрин показал указательным и большим пальцем, разведя из друг от друга на миллиметр.
Инфекции, что в быту кликали простудными, Сийрину правда были не страшны. Но не любые инфекции вообще. В гущу больных неизлечимыми болезнями людей целитель благоразумно не лез, и еще с большими предосторожностями относился к некоторым в принципе излечимым заболеваниям. Корь, например, ему было рекомендовано огибать по большому кругу лишь из-за расовой предрасположенности. Для орка корь — бич на уровне чумы.
Корь, пневмония в голове Сийрина промелькнули да и улетели. Задержалась мысль совсем о другом.
О еде.
Завтрака-то не было. И у Рады тоже. Кашу хозяйка сама слопала. Надо бы чего-нибудь найти к завтраку, и у Сийрина на это в отличие от остальных гостей деревни были реальные шансы. Ему могли спокойно продать простую сельскую пищу, быть может не мясо, но ягодки-картошечки. Или не продать, а даже...
"Даже" случилось сейчас. Целителя наконец-то нашел тот, кто искал его еще утром, тот самый злополучный "свидетель".
Когда мужик увидел орка, то уже на всякий случай не спрашивал, кто тут целитель. Бабуля описала своего доктора несколькими меткими выражениями.
— Оо, здрасьте! — широко улыбнулся он, — баба Вита просила передать. Говорит, спина вовсе болеть перестала.
Поставил на тумбочку корзинку, полную крупных, зрелых, сочных ягод крыжовника, и ушел.
Не курятина, которую ночью вкушать предстояло, но намного лучше, чем ничего, завтрак почти заменит. Сийрин попробовал ягоду — вкусная! — и Раде предложил угощение. Грогу тоже, вдруг он ягоды ест. Все-таки метаморф на собаку более всего похож, а собаки со странными вкусовыми предпочтениями нередко встречаются.

Июль вцепился в руку Арма, как утопающий за своего спасателя. Только когда собака осталась далеко позади, на соседней улице, некромант отпустил Арма и смог свободно вздохнуть.
— Ты просто не видел. Она на меня прыгала и покусать хотела, — с легкой обидой то ли на фырканье Арма, то ли на невоспитанность собаки пояснил Июль.
А Арма другое волновало. Прочитал-таки он выданную ему литературу, теперь вопросы имел.
— Я прочёл о флейте! - радостно сообщил крестьянин, — У тебя ещё таких книг нету?
— Конкретно про твою флейту нету, — вынужден был огорчить Арма Июль. Некромант косился по сторонам, высматривая собачек. Они встречались, и после пережитого только что стресса казались особенно страшными. К счастью, близко не подходила ни одна. Вайд почти успокоился, но тут увидел одну огромную, мохнатую бежевую тушу, что у дома стояла, и мимо которого пройти надо было. Некромант дернулся, шаг замедлил, перешел на другую сторону от Арма, чтобы крестьянин шел со стороны собаки, а не он. Как выяснилось потом, зря все предосторожности. Июля подвело зрение, "бежевой собакой" оказался просто большой мешок с чем-то, у стенки дома то ли забытый, то ли специально оставленный.
Этот промах был последней каплей. Июль строго-настрого запретил себе думать о страшных зубатых тварях и выискивать их на дорогах, по крайней мере сейчас, и попробовал сконцентрировать все свое внимание на Арма.
— Но есть про поведение ходячих мертвецов, что твоя флейта может вызвать. Есть про то, как ухаживать за магическими артефактами. Есть немного общей информации про артефакты, которые к одному человеку привязываются. Еще я могу что-нибудь рассказать по памяти. Что конкретно тебя интересует?

***

Падение в яму прошло неожиданно, Лилия даже пискнуть не успела, как полетела вниз и уткнулась во что-то мягкое. В Ямерта, как оказалось.
— Приплыли. Приходилось тебе когда-то бывать в настоящей охотничьей яме? — поинтересовался кузнец, когда очухался слегка от падения и принялся за изучение ямы, куда угодил вместе с напарницей.
— Не приходилось, — довольно мрачно отозвалась Лилия, тоже осматривая место пленения. Яма темная, с очень высокими, скользкими, довольно гладкими стенами. Залезть на такие ну просто невозможно. Яма большая, почти как комната. Ну кому не лень такую копать было?! Не дай бог, заброшенная. Как тогда выбираться? Надежда лишь на помощь вырывших ее охотников.
Потом Ямерт заметил кое-что страшное и показал Лилии. Чуть в стороне торчали из земли несколько копий, на которые был нанизан мертвый грифон. Если бы парочке повезло чуть меньше, они бы сейчас тоже были нанизаны на железках и свешивали вниз головы, как эта диковинная полуптичка.
У "полуптички" в нагрудной сумке оказался детеныш. Живой! Шипел, в руки оборотню не давался. Ямерт пытался наладить контакт, но добился только своего укушенного пальца.
— Зараза, - выругался он и повернулся к Лилии, — Ты как, с детьми ладишь?
Фраза простая, но болезненная. Глаза Лилии полыхнули горькой полынью.
— Не знаю, — выдержав короткую паузу, спокойно ответила Лилия. Потянулась к птенчику, но тот отреагировал на ее руку точно так же, как и на Ямертову: попытался укусить. Лилия, ожидавшая этого, успела вовремя отдернуть руку.
С грифоненком пробовали ласково говорить, пробовали подходить медленно, пробовали совать к нему мамино перо. Но без толку, только время зря тратили, птенец в руки не давался. Потом люди ему вообще надоели, он скрылся к маминой сумке и больше не высовывался. В голову Лилии начали закрадываться мысли, как бы птенчик там не помер.
"И нам бы тут не помереть тоже," — подумала Лилия, задирая голову наверх. Небо совсем темное, сколько до рассвета, непонятно. За возней с грифончиком время пролетело незаметно, но теперь, когда не на что было отвлекаться, пришло полное осознание ситуации. Пришли страх, жажда, голод.
Жажда ярче всего.
— Ямерт, у тебя нет водички? — жалобно попросила Лилия.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Понедельник, 17-Мар-2014, 21:51:36 | Сообщение # 1200    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Вторник, 18-Мар-2014, 02:38:50

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5700
Репутация: 1362
Вес голоса: 10
— Ну, хочешь, я тебе книжки вслух почитаю? - любезно предложил Сийрин, даже не смотря на минутное Радино, совсем необоснованное раздражение. Надо сказать, что орк удивительно точно угадал её намерение, именно об этом она собиралась его попросить.
— Хочу. И картинки мне тоже покажи. Меня мало что может напугать, визжать от вида крови не буду. - пообещала Рада. Было бы, конечно, просто замечательно, если бы читал ей сейчас Иттрий, но орк был единственным, кто не рисковал подцепить от ведьмы болячку. А чтобы воин свалился хворый Раде совсем не хотелось. Да и жаловаться не приходилось, откровенно говоря, целитель был не самой плохой компанией из возможных. От него не исходило никакой опасности, и собеседником он был приятным.
Не успел начаться сеанс чтения, как в комнату вошёл неизвестный житель местной деревни и принёс спелые ягоды. У Рады аж глаза заблестели. Жаловаться кому-то, а особенно Сийрину, на голод, она считала совсем уж наглым и низким, а потому стоически помалкивала, не смотря на то, что уже не просто есть хотелось, хотелось жрать как животному. Хотя, мысли о кашке гасили разыгравшийся аппетит. Грог от ягод отказался, но подумав, что сам был бы не прочь подкрепиться, комнату покинул и отправился на охоту в ближайший лес. Чуял он, что будет она долгой. Но хоть бы пару мышей поймать, уже проживёт.
А вот Рада накинулась на ягоды как пленница концлагеря. Загребла крупную гроздь и принялась поглощать сладкие плоды, наслаждаясь каждой секундой этого действия и невольно вспоминая сказку о вредной принцессе и мудрой нищенке.

Арма откровенно веселило поведение Июля. Он с весёлым ехидством поглядывал на него каждый раз, когда на пути им обоим встречалась собака. Особенно его повеселило, когда Июль испугался какой-то непонятной кучи, приняв её за свирепого пса. Сам Арм собак не боялся совсем, хоть и не мог похвастаться искусством их укрощения. Да и кусали его всего-то пару раз, от сложных случаев судьба уберегла.
— Тебе нужно поближе познакомиться с Грогом, приятель! - авторитетно посоветовал крестьянин. Некромант глянул на него с каким-то даже суеверным ужасом в глазах. Но Арм и правда был уверен, что Грог мог кого угодно вылечить от боязни собак. Ну, или окончательно укрепить её в терминальной стадии, если, например, повстречаться с ним ночью, где-то в тупике, в момент, когда Грог будет в нехорошем настроении. Парень, правда, навскидку не мог припомнить случаев, когда бы пёс без причины, просто так, вёл себя агрессивно, или был просто в плохом настроении, это было больше похоже на его хозяйку, но с чем чёрт не шутит. Правда, повстречаться в тёмном тупике с Радой, когда она будет в плохом настроении, Арм, положа руку на сердце, не посоветовал бы вообще никому. Лучше с Грогом. Лучше даже с голодным крокодилом, чем с ней. Да-да, Раду Арм откровенно побаивался, хоть и понимал, что у неё можно найти и защиты от Иттриевых наказаний. Иногда.
Узнав, что у Вайда нету больше ничего про его флейту, парень сник. Но тут же услышав, что есть кое-что о другое, обрадовался!
— Я хочу всё-всё! Мне, если честно, не очень нравится читать о трупах, я их боюсь, но мне всё равно интересно. А ещё я вычитал, что с помощью флейты можно...как я понял, вроде как рассудка людей лишать, душу у них забирать. Это правда, как думаешь?

***
Яма и правда была глухой, выбраться из неё без посторонней помощи было бы сложно и Ямерт быстро оставил попытки. Чудом выживший птенец отказывался выходить на контакт даже с Лилией, хоть знахарка и спасла свои пальцы. Но пока детёныша оставили в покое.
— Ямерт, у тебя нет водички? — жалобно попросила Лилия.
Оборотень в ответ только вздохнул. Водички у него не было. Он и сам бы не отказался от водички, или от куска мяса. Но без водички сидеть им тут до самого утра. Можно было бы, конечно, заточить вредного птенца, но вряд ли Лилии это понравится.
— Воды у меня нет, но есть сливы! - вспомнил кузнец и вытряхнул из сумки несколько плодов. Часть отдал Лилии, а один попробовал сам. Плод брызнул сладким, но совсем не приторным соком, оказался мягким и по вкусу совсем не похожим на сливу. Вкусным, но со специфическим запахом. Съев пару штук, Ямерт вернулся к птенцу и протянул ему угощение.
— Эй, дружок. ты голодный? - из сумки послышалось любопытное пищание, но грифон явно боялся высовываться наружу, хоть плод и манил его. Тогда оборотень, устав ждать, просто сунул "сливу" в сумку. Судя по всему, малыш сразу же употребил её по назначению.
Ямерт вернулся к Лилии и сел рядом.
— Самим не выбраться. Но утром наверняка придут охотники. Помогут. Извини, что так вышло. Будешь ещё? - он протянул женщине ещё горсть плодов, и сам угостился парочкой.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
Страница 80 из 93«1278798081829293»
Поиск:
 
| Ёборотень 2006-2015 ;) | Используются технологии uCoz волк