[ Регистрация · Главная страница · Вход ]
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 82 из 93«1280818283849293»
Модератор форума: Призрак 
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
По небесной глади во врата ада.
ЙошЪ Дата: Вторник, 01-Апр-2014, 02:43:44 | Сообщение # 1216    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Вторник, 01-Апр-2014, 02:43:56

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5708
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Рада подтвердила, что проблем не будет. Иттрий не был похож на ревнивого мавра, да и ведьма вообще не помнила случаев, чтобы он её к кому-то ревновал. Даже на обнимашки с Юларом он среагировал спокойно, хотя для многих — Рада была уверена — это был повод чуть ли не для скандального расставания. К тому же, ведьма так или иначе всё равно поставит иттрия в известность, прежде чем отправляться с Сийрином на прогулку по пшеничному полю, или в рейд за травами.
Орк ушёл, оставив больной лекарство. Когда оно чуть остыло, ведьма выпила его и цапнула одну из ранее оставленных книг. Читать её она не могла, но хоть картинки рассматривать. Да и искать среди незнакомых каракуль похожие на свой язык слова было увлекательно. Правда, весьма непродолжительное время.

Рада даже не подозревала, что в доме осталась одна, не считая его хозяев. Все прочие наконец собрались и отправились в лес совершать, по сути, довольно странную авантюру. Которая, кстати, сопровождалась весьма интересными событиями.
Сперва Рейн решил вдруг, что Сийрин — оборотень. Оказалось, нет. Арм подался вперёд, силясь рассмотреть чудный зрачок, сам он орков никогда не видел. Рассмотреть толком ничего не сумел, да и неловко было лезть вот так вот кому-то в лицо.
После выяснилось, что Сийрин вовсе не пребывает в неведении относительно особенностей Рейнгольда. Оказалось — элементарная внимательность и опыт. Такая проницательность одновременно и восхищала, и пугала. В "прошлой жизни" вся компания натерпелась козней насмотрелась коварства, пережила предательство от самых неожиданных людей — Юлара с Ямертом. И пусть сейчас они все были официально мертвы, кто знает, кем на самом деле является Сийрин.
Но думать об этом сейчас не хотелось. Тем более за таким медитативным занятием, как подготовка курицы к готовке. Арм внимательно осматривал тушу, выдёргивал оставшиеся перья, затем с лёгкостью разрезал спинку, добавлял соль и перец (которые предварительно позаимствовал у хозяйки дома), и насаживал на толстый сук, связав ниткой ножки и кончики крыльев.
А Грог, тем временем, внимательно изучал орка.
— А ты, значит, только метаморфоф за всю жизнь не встречал? - голос пса, что удивительно, звучал гулко и как-будто обиженно. Арм хохотнул.
— Чего ты ржёшь? - спросил Грог.
— А ты сам-то хоть раз встречал кого-то такого же как ты, Грог? Я тебя такого одного знаю, и был очень удивлён твоим существованием в природе. Был уверен, что таких больше нет и Раде очень повезло с тобой.
— Ну, Раде-то конечно повезло, это бесспорно. - тут же встрял пёс, — хотя, это ещё вопрос, кому из нас повезло больше. Потому что если бы я её не встретил, то не был бы жив.
— А что насчёт себе подобных?
— Один раз я видел человека, который сперва превратился в птицу, а потом в кота. Но я не успел с ним познакомиться.
— Понятно. - Арм улыбнулся. Грог в каком-то смысле и правда был уникальным существом, и вовсе не было удивительно, что огромное количество живущих на планете вообще не догадывались о наличии такого существа.

***

Ямерт поперхнулся квасом. Да так, что закашлялся. Он, конечно, ждал такого разговора, но не так скоро и не так резко, пожалуй. Когда он сумел прочистить горло и лёгкие, с нескрываемым восхищением, красный и с тяжёлой одышкой, посмотрел на Лилию.
— Ты невероятно отважная женщина! - без тени иронии выдохнул он и, спохватившись, пожал протянутую руку. Оборотень правда был поражён смелостью знахарки. Сам бы он ещё мен меньше недели собирался бы с духом чтобы просто попытаться начать разговор, а она сделала его одним махом.
Трудно было сказать, полегчало или нет. Но по крайней мере всё прояснилось, а это уже хорошо. Но одна фраза так и звенела в ушах: "И мне ж понравилось.".
"И мне тоже". - даже как-то грустно подумал Ямерт. Лучше бы Лилия ничего не говорила о том, понравилось ей, или нет.
Кузнец решился отвлечься от мыслей ужином.
— Так что с библиотекой? Думаю, утром отправимся, да?


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Вторник, 01-Апр-2014, 22:04:36 | Сообщение # 1217    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Вайд и Рейн коротко переглянулись. Рейн хмыкнул, Июль немного виновато пожал плечами. Да, озвучить то, о чем они сейчас подумали, парни никогда не смогут. А ведь получалось, что они единственные из всей компании, кто видели другого метаморфа, кроме Грога. И стали последними, кого тот метаморф увидел.
Зато Сийрин вопросом "а ты, значит, только метаморфов за всю жизнь не встречал?" очень воодушевился. На тему, кого он видел, кого не видел, кого хочет и не хочет повидать, орк мог говорить часами.
— Ну почему же только метаморфов? Я много кого не видел, у жизни для меня еще куча сюрпризов. — Сийрин поднял руку, начал загибать пальцы. — Я фениксов не видел. Русалок, рыболюдов, сирен не видел — что уж, со всеми морскими жителями не знаком. Пегасов, единорогов, всех мистических лошадок — нет. Баргестов, церберов, адских гончих, и других дьявольских собачек тоже не видел. Уу, а как хотелось бы!
Примерно на середине речи пальцы для загибания закончились. Сийрин опустил руку и подумал, что пора закругляться с перечислением.
— Приведений не видел. Вампиров. Много еще кого. — С нисходящей, затихающей интонацией закончил орк. А так-то он только разогревался.
— Зато я вампира видел, — поделился Иттрий. Воин присел на корточки и стал складывать принесенные бревна в костер-шалашик, сопровождая свои действия рассказом. — Ничего хорошего. Мне достался недавно инициированный. Он бесконтрольно убивал людей. Вспышками: то несколько дней спокойствия, то за раз несколько трупов. Мы его быстро выследили, но чтобы обезвредить и развоплотить, выписывали мага-специалиста. Вампиры сильные, особенно недавно откушавшие, никому из наших не хотелось пополнять ряды нежити.
— А вот жертву вампирского голода я видел, — вставил Сийрин, — трупак трупаком, возрождаться нежитью он даже не думал. Наверное, не все жертвы укуса становятся вампирами, а лишь в тех случаях, когда сам вампир этого хочет и когда как-то по особому кусает. У оборотней так же, Рейн?
— Нет, не совсем. — немного неуверенно отозвался волчонок. Он сам-то не слишком хорошо был осведомлен в этой проблеме. Знал, что если просто полижет чью-то ранку, то ничего плохого не случится. Инстинкты подсказывали, что надо кусать человека, находясь в звероформе, и тогда преображение покусанного неизбежно. Но на практике Рейнгольд никогда не пробовал никого обращать, а когда кусал кого-то зверем, то живых не оставлял. Вроде бы. — Если я просто кого-то укушу, будучи волком, то этого достаточно. А ты, умник, видел же уже покушенных? И как они?
— Большинство уже были мертвы, как я их видел. Еще трое не пережили первую ночь, один сошел с ума после первой трансформации. Так что ты, Рейн, везунчик, что выжил и в своем уме остался.
— А то! — Рейнгольд гордо вскинул голову. — Ну-ка, давайте, продолжайте травить свои байки. Иттрий, ты ж с Радой и Лилией еще в призрачный домик ходили? Так почти ничего и не рассказывали о нем.
— Не домик, а целый город, — поправил Иттрий. После некоторой заминки еще раз подкорректировал данные: — Ну, ладно, маленький городок. Им когда-то заправляла ведьма, грезящая о вечной молодости, топила своих подданных в крови, потом они наконец взбунтовались, попытались ее сжечь, а она их прокляла, умирая. Горожане быстренько поубивали друг друга, и зависли призраками в этом городе. Я не уверен, что "призраки" — уместное слово, это Рада у нас эксперт по всякой мистике... Выглядели они как живые люди, но по краям просвечивали, и по земле могли не ходить, а парить чуть над ней. Раз за разом повторяли эпизоды своей смерти, показывали нам такие спектакли. Город мы очистили: Рада и Лилия распутали проклятие, а меня вооружили смазкой от призраков, коей полагалось мазать меч и с помощью него прикрывать девушек, пока они работают. Ну и жуть, скажу я вам, когда призрак сквозь тело проходит. Ледяной холод сковывает, какой-то иррациональный ужас появляется, и чувствуешь себя замедленным, и с каждым мигом на десять лет стареющим.
Закончив рассказ, Иттрий закончил и сбор костра. Воин отошел на шаг назад, уже наученный опытом, и дал по бревнам огненный залп. Пламя облизало всю предложенную ему древесину и весело загорелось, освещая сидящих вокруг костра людей.
— У-уу, я-то сколько призраков видел! — протянул Вайд.
Костер нес тепло и моральное, и физическое. Уже не очень хотелось говорить о призраках, захотелось чего-то более позитивного.
— А я зато кентавров видел! — похвастался Сийрин, — с одним даже, можно казать, подружился, если забыть разницу в возрасте: мне семь лет, ему пятьдесят. Они очень забавные, кентавры, поменьше обычного коня, но верхней частью покрупнее обычного человека. Обижаются легко на всякую ерунду. Кто-то из них считает, что он не конь и не человек, кто-то — что он и конь, и человек сразу. Есть еще промежуточные версии, и попробуй-ка угадай, как к какому кентавру обращаться. Сильные, выносливые, притом хитрющие! Никто в степях за ними угнаться не способен.
— А этот твой друг с копытами тебя на спине катал? — перебил Рейн, и весь вперед подался, так ему было интересно.
— Нет же! — со смехом ответил Сийрин, — катать кого-то они все почитают за жуткое унижение. Но зато кентавр меня как-то на руки поднимал, чтобы поле показать. Я-то со своего роста только траву, в нос лезущую, видел.
— Мм... — разочарованно промычал Рейнгольд. Что там просто общаться с кентавром, неинтересно, вот кататься верхом — другое дело! ...хотя вряд ли это лучше, чем на простой лошади. А они гадкие, фу.
Волчонок наморщил лоб. Ему тоже захотелось рассказать что-то удивительное, что-то такое, что никто другой не видел. После недолгих размышлений такая история нашлась.
— А я в детстве любил к полю выбегать. Волком. И однажды увидел, что вдали горят зеленые огни. — Как всегда, Рейн рассказывал горячо, с энтузиазмом, — стояли, перемигивались, а потом — вух! Вверх полетели! С места в точку, я подобной скорости больше никогда не видел! Я потом побежал на то место, где были огоньки. Они горячие-то были, после них остался круглый след из в прах сгоревшей пшеницы. И земля местами оплавилась, представляете?
— Круто, — оценил Сийрин. Рассказанной Рейном истории никакого разумного объяснения не находилось, но звучала она очень интересно. Правда, малость неправдоподобно.
— А ты что, Июль? Колись! — Рейн пхнул друга локтем в бок.
Июль был готов ответить. Он еще со времен рассказа о вампире мучительно соображал, о чем бы ему рассказать, когда спросят, а спросят непременно. Поначалу ничего на ум не приходило, но потом... Пусть это и не мистическая история, но какая же необычная!
— А я видел жировоск! — с несвойственным для него запалом отозвался Вайд, — девочку из глины вытащили. Кожа, кости, мясо — все! — в такую массу превратилось, что ножом легко резалось. И никаких червей!
— Нда-аа... — протянул Рейнгольд, — зря я у тебя спросил.
Июль непонимающе вздернул бровь. А что такого-то? Ах да, точно. Вроде как Рейн ему уже когда-то внушал, что к еде о трупах рассказывать не стоит. А Иттрию о призраках можно было? Наверное, да, потому что тогда еще на костре не жарилась и не сводила всех с ума своим потрясающим запахом курочка. Или потому, что призраки не считаются омерзительными, а физически реальные разложенцы почему-то считаются.
— Извините, — кисло сказал некромант.
— Ничего, Вайд. — Иттрию стало немного жалко парня, запал которого так резко сбили. Самому воину-то рассказ о необычном трупе аппетит нисколько не умалил. — На, держи ягодки.
Июль робко принял из рук Иттрия небольшой кустик из земляничных стеблей с ягодами, который воин успел где-то сорвать. Настроение как-то сразу улучшилось, некромант даже слабо улыбнулся нехитрому подарку.
— А ты чего видел? — Рейн повернулся к Арму, временно забыв о ссоре. Сейчас хотелось историю. — Кроме коров и свиней? Или мне сразу Грога спрашивать?

***

— Ты невероятно отважная женщина! — с восхищением в голосе сказал Ямерт.
"Ну конечно, мне все-таки двести лет", — про себя усмехнулась Лилия, — "хватило, чтобы понять, что некоторые разговоры откладывать очень вредно".
Оборотень пожал протянутую руку. Уф. Кажется, ситуация разрешилась.
— Так что с библиотекой? Думаю, утром отправимся, да? — спросил Ямерт.
— Ага, — ответила Лилия, — главное, опять в какую-нибудь яму по пути не свалиться. Кстати, ты уже придумал имя для грифоненка?
Как-то так получилось, что Ямерт с самого начала больше возился со зверушкой. Значит, справедливо будет, если он ему имя и выдумает.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Среда, 02-Апр-2014, 18:26:42 | Сообщение # 1218    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5708
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
После упоминания о жировоске Арм поморщился, живо представив себе эту картину. Но не смотря на охвативший его на мгновение мистический ужас перед любой смертью и отвращение, ему тут же представилось, что было бы, окажись он рядом с запечатлённой в глину девочкой, вооружённый флейтой. Она бы так и выползла к нему грудой мягкой, отвратительной грудой, или всё же переменилась бы? Парень тут же вспомнил своего первого мертвеца, успокоенного неподалёку от землянки дедушки. Мертвец, пожалуй, был довольно свежим, хоть Арм ясно припомнил и голую, лишённую плоти щёку, сквозь которую просвечивали жёлтые зубы, и белые, словно вываренные глаза, в обрамлении припухших, синюшного цвета век, которые были лишены ресниц. И трупные пятна на руках, лице, везде, где тело не было прикрыто ещё не истлевшей одеждой. Будоражащий запах подогревающейся на костре птицы тут же исчез, а вместо него Арм ощутил тошнотворный запах гниения, и отогнал дурные воспоминания. Отчасти ему помог с этим справиться Рейн.
— А ты чего видел? — Рейн повернулся к Арму, временно забыв о ссоре. — Кроме коров и свиней? Или мне сразу Грога спрашивать?
Апм тихо, смущённо, но искренне рассмеялся. С Грогом Рейн попал в яблочко.
— Да я и жизнь-то повидал, только после знакомства с вами. Точнее, начиная с того дня, когда Грог привёл ко мне домой двух истерзанных людей. Тогда я увидел и то, какими жестокими могут быть пытки, и чудесное существо, меняющее свой облик. И позже нелюдей, и оборотня, что до сих пор мотает мне драгоценные нервы, и ещё много всякого, всякого....
— А до этого что? - осторожно спросил Грог. Арм отвлёкся от воспоминаний.
— Один раз в лесу, на озере, видел женщину с хвостом. Рядом с озером лежал мужчина, на половину погружённый в воду, ноги его дергались в конвульсиях, а она выедапла его лицо. Тогда она глянула на меня своими жуткими жёлтыми глазами и зашипела. Я убежал. Хорошо, что не потерял сознание от страха.
— Не потерял? - с сомнением спросил Грог.
— ну, позже. Убежать я успел, даже до дома добраться, - смутился крестьянин, — ну а ты, Грог, что видел?
Пёс с тихим ностальгическим вздохом опустил голову на лапы и задумчиво заглянул в костёр.
— Пока был один — ничего. А вместе с Радой мы многое повидали. Например, в Лесу с нами жила девушка, такая рыжая, что казалось, будто бы она само пламя в человечьем облике. Она была оборотнем, но не волком, а лисицей. До встречи с ней я был уверен, что оборотни имеют только волчью ипостась. В горах видели многих: гномов, горных кошек и ведьм, которые больше похоже на птиц, чем на людей, видели цербера, и водяного в одной из бурных рек. Однажды нарвались на гарпий, еле ноги унесли. А на Лес кто-то давным-давно наслал Грима. Драконов видели, конечно. А у болота однажды повстречали тварь с головой льва, рыбьим телом. Она ползала на двух человеческих руках. И призраков видели, безобидных и агрессивных. И много-много людей. Даже не смотря на то, что с какого-то момента старались их избегать. Они повсюду, люди эти. - Грог замолчал, поймав себя на том, что едва заметно, но виляет хвостом. Хвост приструнил, поджав его под лапы.
— Много мы видели. Спросите Раду, ей приятно будет рассказать. И она всё помнит лучше меня, пожалуй.

***
— У меня вообще с именами не очень, - честно признался Ямерт, — я вот хотел коня назвать просто — Конь. Но Арм подсказал, и мы назвали его Кляксой. Он был пегий. Но я всё равно называл его Конь. И вообще я с ним редко разговаривал, он же лошадь.
Словно почуяв, что говорят о нём, грифонёнок подал признаки жизни. Проснулся он уже давно, и всё время сосредоточенно разгрызал ветки своей лежанки. Когда ему это надоело, он пошёл на голоса и с писком выглянул из-за угла. Ямерт протянул ему руку, и птенец, понадеявшийся, что в ней есть что-то съедобное, в перевалку побежал вперёд, вцепившись клювом в руку Ямерта. Оборотень зашипел, потрясая ладонью, и поднял птенца на колени. Тот, заприметив на столе что-то съедобное, не слезая с рук оборотня принялся опустошать его тарелку.
— Может, назовём его Голод? Он есть как не в себя. Или Клюв, потому что кусается. Или Перо, потому что...ну, ты сама видишь.
Это всё, на что хватило фантазии и практичного ума Ямерта. Придумывать имена он и правда был не мастак.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Четверг, 03-Апр-2014, 12:52:50 | Сообщение # 1219    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Новые знакомые оказались кладезью интересных историй. Очевидно, тоже на месте не любили сидеть.
Последним выступил Грог, но он рассказывал немного, больше перечислял все то, что видел вместе с Радой, и в конце на девушку сослался, порекомендовав за историями обращаться к ней.
— Спрошу Раду, — согласился Сийрин. И в этот момент ему стало больше жаль, что ведьмин семейный статус уже занят, чем в тот момент, когда она только сообщила о своем замужестве.
— А как вы вообще все вместе собрались? — вопрос, как столь разношерстная компания сплотилась в дружную команду (несмотря на недавно произошедшую драку, все равно было ясно, что в команде все друг другу безоговорочно доверяют), интересовал многих, и Сийрин исключением не был.
— Верь не верь, а случайно! — хмыкнул Рейнгольд, — первыми сошлись Рада, Грог и Иттрий. Бухали в каком-то кабаке, за бидончиком пива друг с другом и познакомились. Потом...
Историю знакомств рассказывал в основном Рейнгольд, но ныне присутствующие участники событий тоже порою вставляли свою лепту, да пару раз одергивали волчонка, когда он преувеличивал.
Сийрину пояснили, что те два истерзанных человека, о которых пару минут назад говорил Арм, были Рада и Иттрий. Поведали о том, как Арм тайком увязался за компанией. Вспомнили Лилию и Верного, Миру и ее умирающего дракона. Потом Рейн в красках описал то, как он пытался сожрать Раду, но его повергли ниц и отрубили хвост. О Вайде замолвили слово: Рейн сказал, что познакомился с ним по наводке одного древнего, сумасшедшего старикашки, которого Адиком кличут. Вспомнили Ямерта, Юлара. Пусть и предатели, но все равно они какое-то время были немаловажной частью коллектива. И Руну вспомнили.
Коллективный рассказ получился очень живым. В нем хватало всего: и веселых воспоминаний, и скорби о потерянных друзьях, и горечи предательства, и радости от проведенного вместе времени. Не упоминали только о делах, что к Королю были причастны: компания уже очень сильно обожглась на этом деле, и посвящать в его историю Сийрина пока никто не собирался, хотя орк и располагал к себе.
Юлар тоже располагал. А Ямерта держали на карантине, но это все равно не помогло. Вот и думай теперь, как быть с доверием.
Вскоре и курица была готова. На костре мясо всегда получалось пересушенным, но все равно многим из компании сейчас эта курятина показалась самым вкусным кушаньем на свете: сказались дни голодовки. Арма за готовку очень похвалили.
Иттрий сразу убрал кусочек для Рады, пока голодные рты не умолотили все мясо подчистую.
На вечере воспоминаний Сийрина, конечно, тоже не могли не спросить о его прошлом. Почему один, как оказался в этой деревушке, чем вообще по жизни занимается. Рада уже спрашивала кое-что из этого, но не было никакой сложности в том, чтобы рассказать еще раз.
— Да, я целитель, это мой основной род деятельности. Здесь случайно оказался: заблудился, не туда заехал. Куда ехал? В Ибнинск, но это уже не важно, мне теперь туда не надо. Много путешествую, на одном месте нигде основательно не "укоренялся", так вот с самого детства, я даже не знаю, какой город — моя фактическая родина. Узнать у матери мог бы, но как-то неинтересно, даже и не хочется, привык, что весь мир — родина. Почему один? Ну... так получилось. Какое-то время я тоже с веселым отрядом путешествовал. Был там эльф, давний друг; его возлюбленная и моя хорошая подруга; ее сестра, которая, кхм... какое-то время моей возлюбленной была; настоящий видун, тот еще хам и обормот, но какая же прелесть; и два настоящих дракона, разумных, полностью себя осознающих. Мы даже летали иногда на них. Но потом разошлись. Дракониха погибла, но после нее остался детеныш, и дракон-папа улетел к скалам, чтобы лишь о нем заботиться. Видун нашел себе возлюбленную, женился и остепенился. Их свадьба была последним разом, когда мы собрались все вместе. Потом эльфу пришла пора свой "отгул" заканчивать, он вернулся к делам государственным, наши дамы остались поближе к нему. Какое-то время я был с ними, но потом дальше в пусть-дорогу отправился.
— И... все? Так и разошлись? — поинтересовался Рейн.
— У каждого своя дорога получилась, — Сийрин пожал плечами, — все, кроме эльфа и сестренок, остались далеко на востоке, там, где и были все наши приключения. Мы отплыли лет пять-шесть назад, соответственно, вестей больше об оставшихся на восточной стороне не получали. Я был бы рад новой встрече, и думаю, что когда-нибудь она случится. А вот с эльфом мы связь и сейчас поддерживаем. Письмами, еще он иногда меня телепатией донимает.
Небольшая пауза, во время которой разливали кипяток по кружкам. Ручеек очень удачно был рядом.
— Так ты с востока? — переспросил Иттрий, — не подумал бы, что ты издалека. Говоришь очень чисто, без акцента, будто тут с рождения жил. А то знавал я всяких купцов иноземных...
— Так я же тут почти шесть лет прожил, любой языку за такое время обучится, — хмыкнул Сийрин. Под словом "тут" он подразумевал конечно не деревню, не ее окрестности и даже не Стерлинг. Граничные с ним земли в это "тут" тоже входили. Флавель в первую очередь, а там язык практически от здешнего ничем не отличается, только редкими отдельными словами. — Но мне даже и учиться-то особо не пришлось. Отсюда родом моя мать, так что я с детства на двух языках говорил. И еще один потом выучил.
— А второй язык, который с детства — орочий? — поинтересовался Рейнгольд.
Сийрин посмотрел на него с прищуром.
— А какой язык считать "человеческим"? Нет орочьего языка. Где живем, на таком и говорим. По местности.
— Ну эльфийский же есть! — возразил Рейн.
— Эльфы — особая субстанция. — усмехнулся целитель.

***

— Может, назовём его Голод? Он есть как не в себя. Или Клюв, потому что кусается. Или Перо, потому что...ну, ты сама видишь.
Лилия посмеялась, и пояснила причины своего веселья:
— Мне тоже в голову лезли варианты кличек, и первое, что пришло на ум — Ползун. Он же так двигается смешно. Чем-то на твой "Голод" похоже, не находишь? Только, знаешь, до меня сейчас дошло, что прежде чем выбирать имя, нужно кое-что о нем узнать.
Знахарка вынула птенца из тарелки Ямерта, за шкирку, осторожно, чтобы тот не мог достать руку клювом. Повернула птенца к себе брюшком, хмыкнула, и перевернула брюшком к Ямерту, демонстрируя ему неоспоримое доказательство того, что птенец является особью мужского пола.
— Пацан. Уфф.. что-то у меня с именами сейчас тоже плохо. Может, сама кличка к нему потом прицепится, по деяниям? Вот бы Арма сюда.
Лилия взгрустнула, вспомнив друга. Пыталась она о нем справки навести, очень осторожно ,очень деликатно, но из борделя след крестьянина простыл. Скорее всего, его какой-то клиент замучил и убил.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Суббота, 05-Апр-2014, 22:53:33 | Сообщение # 1220    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5708
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Посиделки за костром начали отливать какой-то очень милой, наверное, каждому из присутствующих, походной романтикой. Ночь была прохладной, огонь жарким, пища вкусной, а собеседники знакомыми и со всех сторон чудесными. Арм ощущал себя абсолютно счастливым, не смотря на все предшествующие события. Всё было хорошо. Не хватало только нескольких элементов. Рады и Лилии, например. Эти две женщины как нельзя лучше вписывались в сугубо мужскую компанию, и дополняли её должным образом. А ещё Арм вспомнил Миру. Её тоже стало не хватать. Она была частичкой чего-то совершенно чистого, женственного, нетленного. От одного её наличия становилось спокойнее.
Погружённый в воспоминания парень прикрыл глаза, опустил руку вниз, на мягкую голову Грога и перестал слышать всё вокруг себя. И даже не обратил внимания, когда пёс вдруг поднял голову и навострил уши. А после поднялся и сам.
Арм открыл глаза и увидел того, на кого смотрел Грог и все остальные. Видимо, привлечённая запахом, из лесу вышла какая-то собакоподобная тварь и теперь жалась у костра, пока не решаясь сделать шаг вперёд. В темноте сложно было точно определить, что это за зверь, но Арм видел тонкое, худое и костлявое, как у гончей, тело, узкую длинную морду, горбатую, согнувшуюся дугой спину, сквозь которую просвечивал хребет, а из-за спины мелькал необычайно пушистых хвост. Само существо было почти лишено шерсти.
— Лиса? - спросил Арм удивлённо, — Лысая?
— Не лиса, - ответил Грог и, подавшись чуть вперёд оскалился, грозно рыкнул, завершив угрозу басовытым гавком. Сработало. Существо умчалось в лес с клёканьем и испуганным урчанием. Грог вернулся на место и положил голову на лапу.
— А я один раз видел бешеную лису. Совсем был маленький. Она пришла к нам из леса, вся ободранная, худая, из пасти пена. Тогда наш пёс с ней подрался, она его укусила. Он умер. Но она тоже. Пса было жалко... - вдруг вспомнил крестьянин и вздохнул по любимой собаке.
— Мы с Радой однажды видели бешеного мага. Он тоже был худой, ободранный, и изо рта его шла пена. Со стальным ошейником на шее и обрывком цепи на ней он сидел на берегу реки в кустах, следил за нашими банными процедурами и, активно самоудовлетворялся. А когда я его обнаружил, после меня ещё и рада, оказалось, что он совсем безумный. Порол какую-то горячку, говорил невнятно, прыгал как спятившая обезьяна и пытался вскарабкаться Раде на руки. Впрочем, от справедливого возмездия за несанкционированный онанизм его это всё равно не спало.
— И что ты с ним сделал? - с замиранием дыхания спросил Арм.
— Я? Ничего, мне-то вообще без разницы. А вот что с ним сделала Рада тебе лучше не знать. Она тогда была моложе и куда вспыльчивей.
— А ему было очень больно? - шёпотом спросил крестьянин, никак не могущий успокоиться. Он навоображал себе страшных картин, невольно сжал колени и прикрыл их руками, защищая самое дорогое, и хотел знать все подробности, хоть кровь и стыла в жилах.
Но Грог не ответил. Он снова навострил уши и резко поднялся на лапы.
— Снова пришли, - только и успел сказать он, как в следующий миг уже прыгнул вперёд и сцепился с каким-то тявкающим существом. Судя по пушистому хвосту, существо было тоже, что уже наведывалось. Только теперь не одиноко. Ещё четыре таких же твари повскакивали из темноты леса и бросились к костру. При свете Арм увидел длинную, полную плотно растущих друг к другу острых треугольных зубов. Пасть стремительно бросилась в его сторону, судя по траектории намереваясь вовсе не от крестьянина отхватить кусок, а от заветной птицы, но парень от страха так двинул ногой вперёд, что пушистохвостая покатилась по земле с визгом. И когда она поднялась, Арм понял, какую ошибку совершил. Теперь он заработал себе врага. Пока тварь снова не подошла, Арм выхватил из костра наугад длинную тлеющую палку и принялся бешено ею размахивать, при этом издавая оголтелый вопль.
Грог пытался подмять под себя лапами своего противника. Противник был куда меньше массой и ростом, щелкая пастью путался в густой Грогой шерсти, но был таким юрким, что пёс каждый раз промахивался и никак не мог совладать с тварью. А она уже вцепилась ему острыми зубами в переднюю лапу, и Грог пришлось её только стряхивать, пытаясь ухватиться зубами за загривок.

***

— Ну хватит, - строго, но не резко сказал Ямерт, — Только не сейчас, Лилия. Давай мы погорюем ещё немного, но позже. Иначе я не выдержу и повешусь.
Ямерт посмотрел на птенца, взяв его в руки.
— Хорошо, что мужик. А то одни проблемы от женщин, - задумчиво пробормотал он и посмотрел на Лилию, — Спасибо за ужин. Давно я так не питался. Спать не хочешь? Утро вечера, все дела...


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Воскресенье, 06-Апр-2014, 03:43:58 | Сообщение # 1221    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
На огонек сбежались непрошенные гости. Вначале гость был только один, и никто его не испугался. Только вспомнили несколько историй о знакомых бешеных существах: уж больно нынешний гость ночной выглядел странно и болезненно.
— У меня лисенок ручной был, Гилберт. В лесу от кого-то заразился бешенством, и моему отчиму пришлось его зарезать. — Сухо молвил Рейнгольд, добавляя свою бешеную историю в общий котел. Кто-то из ныне присутствующих ее уже слышал, довольно подробно, а кто-то еще нет. — Давайте-ка чтобы эта тварь нас не тяпнула, вдруг бешеная. А то тоже придется от тяпнутого избавляться.
Сийрин промолчал, не давая никаких врачебных комментариев. Глобально Рейн был прав. Никаких лекарств от бешенства, ни простых, ни магических, пока никто не придумал.
С другой стороны, пусть заглянувшая на огонек тварь и кажется странной, но не то чтобы бешеной.
Потом последовала история Грога, как они с Радой повстречали бешеного мага.
— А вот что с ним сделала Рада тебе лучше не знать. Она тогда была моложе и куда вспыльчивей.
— А ему было очень больно? — шепотом поинтересовался Арм.
Грог не ответил, встал на лапы, насторожился, явно что-то учуяв. Вместо пса Арму ответил Рейн.
— Рада была еще вспыльчивей? Ха-ха. Значит, несчастному психу было очень больно, а его кишки украсили все окрестные березы, и мозги с зеленых листочков капали да с белых стволов стекали.
Дальше описать картину из своего воображения Рейнгольд не смог: странное существо привело на поляну подмогу. Теперь тварей было пять штук.
Одна, самая смелая, бросилась вперед, да попала под Армову ногу, после чего стала особенно агрессивной. Еще одна подружка тоже, по примеру первой, бросилась в атаку, но была перехвачена Грогом.
— А я же еще думал, не взять ли с собой арбалет, — с досадой сказал Сийрин, поднимаясь на ноги. Как минимум одну тварь он бы успел снять болтом.
Впрочем, было альтернативное решение. Благодаря действиям Арма стало понятно, что "лисы" боятся огня. Сийрин развел руки в стороны, будто воздух захватил, и несколькими грубыми движениями "слепил" из него файербол, как детишки лепят зимой снежный ком. Сгусток огня между ладонями мага громко потрескивал, чего, кажется, быть не должно было бы.
Иттрий тоже пожалел об отсутствии у себя оружия, но вслух не пожаловался.
"Хоть бы я нормальный ножик с кухни прихватил", — подумал воин. Тем, что курочку у костра разделывали, лис можно было разве что пощекотать.
Много времени Иттрий на сожаления и размышления не тратил, схватил с земли одну из растопчих палок, самую крепкую, и поспешил Грогу на помощь. Арм вроде держал свою лису на расстоянии, остальные три пока в бой не лезли, а вот лапу Грога грызть уже начинали. Иттрий подбежал к лисе-грызунье сзади, силой всунул ей в пасть палку и нажал на челюсть. Грог немедленно воспользовался передышкой, свою лапу высвободил, а сбитую с толку лису перехватил за шиворот зубами и начал трепать.
В этот момент три ранее отдыхающие лисы решили поспешить на помощь подруге. Они побежали к костру, но до цели так и не добежали: Сийрин бросил в их сторону заготовленный файербол.
Файерболы метать — можно сказать искусство. Неровный ком энергии, который и в руках-то не держишь, который даже не имеет массы, и который по мысленно заданной трассе летает с большой погрешностью. Ясно, что если ты не кидаешь файерболы каждый день, то это будет у тебя получаться либо плохо, либо «с повезло».
Сийрин не то что кидал, даже не помнил, когда в последний раз лепил файербол. Пусть заклинание быстрое и простое, даже примитивное, но в целительской практике совсем не нужное. Огненный шар ударился в землю в полуметре от лис, с боковой стороны. Сийрин хотел кинуть шар перед их мордами, чтобы повергнуть в бегство, но промахнулся, хотя в итоге получилось не хуже. Файербол разбился о землю, обдав бок ближайшей лисы горящими ошметками. Та заверещала, подпрыгнула, метнулась в сторону, сбив при этом с ног свою соседку. Соседка тоже закричала и рванула в безопасный лес, а следом за нею — ее обожженая подруга. Третья лисичка тихонько попятилась назад, но убегать далеко не думала.
Рейн тем временем наслаждался зрелищем, как Арм отгоняет горящей палкой лису от себя. Потешившись немного, волчонок-таки пошел на помощь развалистой походочкой, перестраивая свое горло на ходу.
— Эй, лиска! — позвал он и пнул мельтешащую тварь ногой в зад. "Лиска" резко обернулась, хотела броситься на Рейна, но он издал такой громкий, утробный рык, что "лиска" поджала хвост и начала медленно пятиться к лесу.
Рейн снова зарычал, и теперь к нему присоединился Грог. Двойной хор лисьи нервы уже не выдержали, и те три твари, что еще околачивались поблизости костра, были окончательно повергнуты в бегство.
— Ну отлично же размялись, а? — Рейн упер руки в бока и повернулся к Иттрию. — А знаешь, это вы с Радой прокляты. С вами рядом вечно какие-то опасные приключения роятся. Мы с Вайдом без вас спокойно жили.
"За исключением нескольких эпизодов", — про себя еще добавил волчонок.
Иттрий только усмехнулся. Возразить было нечего.
И у костра больше делать было нечего. Компания собрала вещи, залила пламя и затоптала угли, а потом направилась к дому. Тихо-тихо, ни один сосед не приметил.

Дома у каждого дела нашлись. Сийрин отозвал Грога, чтобы подлечить ему лапку; Иттрий пошел кормить Раду курочкой; Вайд и Арм готовились ко сну; Рейн прохлаждался на крыльце. Оборотень тоже хотел кое-что сделать, но для этого надо было подождать, пока Иттрий не свалит из Радиной комнаты.
Долго ждать не пришлось. Когда воин скрылся в комнате, исполняющей роль мужской спальни, волчонок нырнул в комнату, исполняющей роль персонального Радиного лазарета.
Рейн сел на стуле у Радиной кровати, убедился, что Рада не спит, и начал безо всяких предисловий:
—Жили-были, — начал Рейнгольд, скосив подозрительный взгляд на Раду. А никак рассмеется и скажет, что ей такие глупости и в гробу не нужны? — обычные люди в обычном городе. Здесь любили рассказывать детям сказки так же, как и везде. И одна из сказок была о Грейдиче: о духе, который один раз в году, в день летнего солнцестояния, выбирает себе жертву и отнимает у нее половину души. Конечно, дух выбирал себе жертву не абы как, а по четкому признаку: он увечил самых злобных, самых непослушных детей. Так, по крайней мере, уверяли родители, сидя на кроватке у своего напроказившего чадушки.
Они бы больше никогда не стали упоминать от безделия Грейдича, если бы оказались в конце июня на одном маленьком, забытом проулке и увидели то, что там произошло. Ребенок лет десяти выглядывал в окно, считал облака, словом, не был занят ничем особенным, как вдруг резко окоченел и закинул голову назад. От лица мальчика отошло сияние, или скорее легкое марево, похожее на то, что отделяется от земли в жаркий день. Отошло — исчезло — и больше ничего мистического не произошло.
Но с того момента Мартин изменился. Он не был хулиганом, не был праведником — самый обычный городской мальчишка, что уличную собаку и мясом прикормит, и яблоки у соседа с одинаковой легкостью сворует. За что злой дух избрал мальчика, не смог бы сказать никто.
Мартин больше не мог смеяться, не мог плакать. Ему бывало почти весело, бывало почти грустно, но абсолютно все чувства стали смазанными, нечеткими, как будто даже и не его вовсе. И чувства терялись с каждым днем все больше. Разорванная душа мальчика кровоточила, вытекала через огромную дыру и исчезала. Мартин больше не радовался, когда кормил собаку, не плакал, когда разбивал в кровь о камни колени. Впрочем, разбивать колени он скоро тоже перестал: бегать больше не хотелось. Есть не хотелось. Гулять не хотелось. Мальчик сидел в комнате, тощал с каждым днем.
Но одно чувство, самое глубокое, самое первобытное, у Мартина осталось почти нетронутым: страх. Он понимал, что если все будет продолжаться так же, то он умрет, а умирать ему не хотелось. Ему хотелось снова научиться жить, как прежде, радоваться солнцу и маминой улыбке. Мартин жил лишь благодаря желанию вернуть прошлое состояние.
Что делают дети, когда сами не могут справиться с проблемой? Правильно, идут к взрослым. Мартин и пошел, к отцу. Из всех близких только он бы мог поверить в очень странную историю, произошедшую с сыном. Отец действительно поверил, но не принял: у него было еще шесть сыновей, помимо Мартина, и он очень испугался, что "болезнь" Мартина окажется заразной, и он потеряет всех своих детей. Так Мартин оказался на улице.
Он не взрослел, хотя проходили годы. Он не потерял чувства до самого конца: все-таки кусочек души у него остался, и мальчик продолжал желать потерянную радость. Но десять, двадцать, тридцать лет скитаний очень утомили его, и желание о счастье практически истаяло.
Потом Мартин встретил Грейдича. Благодаря потерянной душе мальчик научился видеть духов, так как сам стал отчасти мертвым.
— Зачем ты это сделал? — спросил он у Грейдича. — Зачем тебе половинки душ?
Гредич склонил к плечу призрачную голову.
— Мне просто скучно. — сказал он.
Мартин стоял, как громом пораженный. Выяснилось, что он еще умеет удивляться. Уж такого элементарного ответа он не ожидал точно.
— Но что мне теперь делать? — только и спросил он, — мне теперь незачем жить. Мне тоже скучно. Мне тоже серо.
— Теперь ты такой же как я, Мартин, — улыбнулся дух. — Не хочешь попробовать, какие у людей души?

Сказку Рейн не закончил. Не по злому умыслу, просто волчонок сам по сути своей был, как незаконченная сказка. Тихонько поднявшись со стула, Рейн ушел в спальную комнату, лег на свою кушетку (не самый плохой вариант: Вайд, например, и вовсе спит на сундуке), и уснул довольно быстро.
Сундук, наверное, был-таки не самым плохим вариантом. Хозяин комнаты-то вовсе остался без места. Сей ночью нечаянно засыпать у кого-то на кровати Сийрин не хотел, и потому стал подыскивать себе вариант персонального лежбища. Такое нашлось: лавочка со спинкой во дворе. Если накрыться пледом, то тут было совсем неплохо. Свежий воздух, кузнечики. В некотором смысле даже лучше, чем дома.

***

— Хорошо, что мужик. А то одни проблемы от женщин, — пробормотал Ямерт.
— Да ну? — Лилия очень по-женски обиделась. — Ну уж извини за постоянно доставляемые неудобства.
Дальше знахарка ворчать не стала, забила рот себе едой. Ответила на вопрос Ямерта про сон с большим запозданием.
— А ты что, не выспался? Я почти выспалась. Ну ты стели, покажи, где мое место будет. Если не уснем, так отдохнем, а завтра поутру в путь отправимся.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Воскресенье, 06-Апр-2014, 19:32:49 | Сообщение # 1222    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5708
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Общими усилиями лисички были обезврежены и поспешили капитулировать всем составом. Кроме одной, которую Грог, изрядно увлёкшись трепанием за загривок, в итоге умертвил. Прокушенная лапа болела и обещала опухнуть, наступать на неё было больно, и др дома пёс прыгал на трёх лапах, иногда останавливаясь и вылизывая ранку. По возвращению Сийрин занялся покусанным. Грог послушно сидел, вытянув лапу, пока орк наносил какие-то мази, что-то шептал и перетягивал её бинтом. К похожим процедурам пёс давно привык. А сейчас был и вовсе очень рад. Причина радости крылась в том, что эта травма была только его собственной. Ещё во время прыжка на незваного гостя пёс в какой-то момент ощутил невероятно пьянящий азарт. Будь рядом великан, или стая медведей, или какая-то смертоносная тварь вместо субтильной лисицы, он очертя голову бы бросился в бой. Потому что теперь он не боялся. Не боялся, что в ходе собственных действий причинит боль Раде. И Рада тоже могла этого не бояться.
Грог не был опрометчив, жизнь любил и умирать не торопился. Но теперь, на деле почувствовав свободу, слегка помутнел рассудком. И, пожалуй, хорошо, что нарвалась компания только на относительно безобидных лисиц.
Грог даже чуть заскулил, прижав уши, вообразив себе на секунду, что теперь сможет сражаться с любым врагом в полную силу, не осторожничая и меньше всего заботясь о том, как не подставиться. Он всегда понимал, что иной раз проще пропустить удар, чтобы нанести ещё более сокрушительный, но такой роскоши позволить себе никогда не мог. А теперь может. Сразу захотелось с кем-то подраться, аж мышцы свело. Но никуда пёс, конечно, не пошёл.

Рада тоже чуть не заскулила от радости, когда к ней вошёл Иттрий. И был бы хвост, то бешено завиляла бы им. Во-первых, она, конечно, была как всегда счастлива видеть мужа, а во-вторых, муж пришёл не с пустыми руками. На курицу ведьма накинулась с такой жадностью, будто всё время своей жизни провела в темнице, где видела только воду и чёрствый хлеб. Отчасти, именно так она себя и ощущала. Страшно подумать — последний раз в принципе мясо она ела не много ни мало, почти пять лет назад. Тут кто хочешь взвоет. И не важно, что четыре года прошли относительно незаметно.
Тем не менее, немного одумавшись, Рада всё же предложила воину угоститься тоже, но тот отказался. Рада настаивать не стала.
Когда Иттрий ушёл, сразу за ним к ведьме неожиданно заглянул Рейнгольд. Рада только и успела, что удивлённо вскинуть брови и сказать "Привет", как волчонок уселся на стул и с серьёзным видом принялся рассказывать сказку.
Рада молча слушала. Вообще не понимая, что происходит. На секунду она подумала, что так Рейн решил отплатить ей. Когда ведь они с Иттрием тоже травили сказки и его постели, пока мальчик был не в состоянии подняться, и, в общем, даже возразить. Вообразила она себе это, и тут же отмела эту мысль. Странно было представить, что Рейнгольд вдруг поступит так. Точнее, что он сделает это без причины. Он вообще ничего без причины не делал.
Но размышления ведьма оставила на потом, а пока просто слушала. Грустную сказку о похитителе детских душ и мальчике — его жертве. Сказку Рейн так и не закончил, и ничего не объяснив, ушел, закрыв за собой дверь. Рада только проводила его взглядом. Хотелось, конечно, вскочить, выбежать за ним, развернуть к себе и спросить, что всё это значит, но с другой стороны, это было бы неправильно, да и побыть с мыслями наедине хотелось, всё-таки больше.
— Не хочешь попробовать, какие у людей души? - задумчиво повторила ведьма, и про себя сама себе ответила: "Не хочу". Правда не хотела. Ей хватало тех, что она уже распробовала, а всё остальное её не интересовало. Кроме того, Рада была уверена, что пробовать там, по большому счёту, больше нечего. Почти в любой человеческой душе нет ничего хорошего.

***

— Нет, я спать не хочу. Но сейчас я уйду. Один. Вернусь, наверное, скоро, но ты меня не жди. - ответил оборотень, став серьёзным. Пройтись правда хотелось, и лучше всего в одиночестве.
— Спать ложись вон туда, - оборотень кивнул на свою лежанку, — а я разберусь. Ещё раз спасибо.
Ямерт встал и вышел из комнаты, позже из дома. От крыльца он шёл быстро в сторону леса, почти не разбирая дороги. Шёл минут двадцать, после остановился, вздохнул и лёг прямо на землю, заложив руки за голову и уставившись в небо. Там были звёзды. Много-много звёзд, ярких и не очень. Ямерт просто смотрел на них, стараясь раствориться в их свете и ни о чём не думать.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Понедельник, 07-Апр-2014, 01:58:35 | Сообщение # 1223    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Утро для всех нелегальных обитателей дома старосты наступило поздно: сказалось, что в Морфеево царство вчера все отбыли далеко за полночь.
А вот многострадальный староста проснулся рано. Повалялся в кровати, повалялся, помучился, а потом решил что все, хватит. Грудь все еще болела, слабости оставалось много, но по крайней мере жар уже спал. Медленно, осторожно, мужчина вылез из кровати, подошел к окошку. Походка получалось нетвердой, но Велигорий и тому был очень рад. Он был человеком неусидчивым, работящим, и сидеть на месте и ничего не делать для него было хуже пытки. Раньше жар и забытие спасали, а теперь — нет. Началась ломка по действию.
Доктор держал старосту в курсе того, что сейчас происходит в его доме, так что Велигорий знал, что у него за стенкой живет несколько пришлых мужиков, а в гостиной место занимает больная девушка. Вот с нее-то пожалуй и стоит начать!
Староста направился к Радиной комнате, деликатно постучался, и когда ведьма отозвалась, зашел внутрь. Рада, хоть старосту еще не видела, легко могла догадаться, что это он: немолодой мужчина, осунувшийся, явно после болезни, идет осторожно, и будто кол проглотил: явно пытается беречь свое тело, чтобы не навредить ему, не сделать лишний раз больно.
— Ты Рада, наверное? — староста вымученно улыбнулся, замер напротив ведьмы. — Я Велигорий Дмастович, староста.
Мужчина-таки сел на стул, решив, что стоять сейчас слишком большой для него подвиг.
— Не знаю, можно ли мне уже гулять, но доктор вчера говорил, что мой острый заразный период уже закончился. — Велигорий хихикнул, но потом посерьезнел, — И еще кое-что. Ты хотела выменять одежду на зелья?
Староста залез в тумбочку, которую раньше использовали как подставку для Радиной еды, достал оттуда блокнотик, грифель, и наставил его на бумагу, приготовившись писать.
— Ну я согласен. Что именно тебе нужно? Какие размеры, какой фасон? Только учти, ткань у меня только грубая, для крестьянских девок, мешковина некрашенная. Разве что льняного полотна я пару метров могу отыскать. Уж извини, тут я цвет тебе на выбор тоже предложить не могу.

***

Ямерт уступил Лилии свою лежанку, чему знахарка была не особенно рада. Слишком уж много интимной близости получалось у нее в последнее время с Ямертом: переезд к нему в дом, случайный секс в яме, теперь уже не очень случайный сон в его постели...
Повздыхав, Лилия обошла лежанку стороной. Ну и ладно, не особо-то и жалко, потому как спать пока действительно не хотелось.
Ямерт сказал не ждать его, но Лилия все равно ждала. Нет, за оборотня она не волновалась, тут его лес, его правила, да и надолго он уходить не собирался. Просто одной находиться в чужом доме было малость неуютно.
"Библиотека, хм. Что можно найти в библиотеке? Мы уже пытались столько лет найти какие-то факты о нашем чудище, но никто ничего о нем не знает", — подумала Лилия, — "разве что нам надо искать очень старые книжки. Только в них скорее всего будет что-то такое, что Ямерт уже нашел: легенды без конкретных указаний. Вот бы нам найти не книгу, а человека, умного человека, который разбирается в мистике и чувствует лес! Кого-то такого, как Адик... вот только дорогу в его избушку без Верного я нипочем не отыщу. Стоп! А как насчет Алонсона? К нему дорогу найти намного проще".
Лилия стала быстрыми шагами мерить комнату, загоревшись этой идеей. Надо будет сразу предложить Ямерту, как только он вернется, навестить таинственного колдуна. Не смущало Лилию сейчас даже то, что Алонсон живет очень далеко отсюда, через треть страны. Но уж он-то наверняка должен что-то знать.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Четверг, 10-Апр-2014, 13:02:54 | Сообщение # 1224    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5708
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Утром Раду посетил совершенно неожиданный гость. Благо, она успела проснуться, прежде чем к ней в комнату проник неизвестный мужчина. Такие шутки, в свете предшествующих событий в ведьминой жизни, были очень опасны хотя бы для психики гостя. Хорошо, что мужчина постучался (вряд ли враги были бы настолько учтивы, чтобы стучаться в дверь к больной женщине) и сразу представился.
— Ты Рада, наверное? — староста вымученно улыбнулся, замер напротив ведьмы. — Я Велигорий Дмастович, староста.
— Очень рада, Велигорий Дмастович. - ответила ведьма, заинтересованно поднимаясь на кровати. Зачем пожаловал? Сейчас скажет, что пора бы им всем выметаться уже, а то и так задержались, а никто ещё ни копейки от них не видел. Нехорошо.
Но Велигорий Дмастович вовсе не за этим пришёл. Рада не стала удивляться осведомлённости старосты, логично же, что он был всего в курсе. Вместо этого она тут же включилась в дело.
— Да мне много не нужно. Рубаха самая простая, со свободным воротником, штаны, да сапоги, или хоть что-то на ноги. Потому как в платье я ходить не могу совсем. Цвет на данном этапе меня тоже не слишком интересует. Главное проходить в этом до момента, когда я смогу разжиться нужной мне одеждой у какого-то торговца, - Рада на секунду замумалась, вознесся очи к потолку, — Сийрин, наверное, уже сказал вам, что зелий у нас пока нету. Их ещё следует приготовить.

А в это время Арм уже стоял на пороге дома, в котором ему предстояло весь день провести в роли няньки. Пёс за забором звал хозяев, и хозяева уже спешили открывать, судя по звукам. Сийрин не обманул, синяк за ночь и правда сошёл, остался едва заметный жёлтый след.
Женщина вышла на крыльцо, на ходу вытирая руки полотенцем и открыла Арму калитку.
— Ну здравствуй. Готов?
— Ну да, - ответил Арм, — а что именно от меня требуется?
— Ничего особенного. Пока я буду заниматься хозяйством, присмотри за мальчишками, чтобы они мне не мешали. А то тяжко с ними, а у меня дел много. А я тебя за помощь накормлю.
— Нет! Вы мне вместо ужина продуктами дайте, хорошо?
— Хорошо, - пожала плечами женщина, — идём со мной.
Арм покорно пошёл следом через калитку во двор. Двор, кстати, оказался довольно большим, при чём основная его часть скрывалась за домом. Хозяйство было богато птицей и скотом, на участке росли свои фруктовые деревья, располагались грядки с посадками овощей. Дом тоже был на самым маленьким, пусть и приземистым, но имел два этажа и чердак.
— А как тебя звать?
— Арм, - охотно ответил парень, — а вас?
— Тётя Розетта меня называй, - отмахнулась мать троих сыновей, — мальчишки наверху сейчас, уже позавтракали, ты поднимайся к ним. Можете выйти поиграть за ворота, но далеко не уходите. На участке мне не мешайте.
— Угу, - кивнул Арм, — А почему вы не отпустите их одних?
Женщина вместо ответа на порос серьёзно посмотрела Арму в глаза, будто пытаясь угадать, не шутит ли он. И видимо, решил, что шутит, хохотнула, хлопнула его по плечу и поторопила подняться на верх. Арму такая реакция не понравилась, но деваться уже некуда было. Поднявшись по лестнице он открыл дверь в детскую комнату и увидел клубок из катающихся по полу мальчишек. Те были так увлечены, что и не заметили прихода гостя.
— Привет! - почти прокричал крестьянин, — я Арм. А вы тут что, дерётесь?
Клубок остановился, не без затруднений распутался, и три пары внимательных глаз уставились на парня.
— Нет, играем, - ответил один, самый старший, судя по всему, — а ты зачем пришёл?
— Буду с вами играть.
— Это хорошо, - мальчишки переглянулись, как-то нехорошо поулыбавшись друг другу.
— Ну и как вас зовут?
— Макс!
— Фин.
— А я Джек! - самый младший оказался самым звонким, — закрой дверь.
И Арм закрыл, сопроводив своё действие обречённым вздохом.

***

Ямерт вернулся через пару часов. Дверь открывал тихо, боясь разбудить Лилию, но, как оказалось, опасаться было нечего. Знахарка и так не спала. Вместо этого она как взбесившаяся кошка мерила шагами пространство и выглядела очень взбудораженной.
— Что-то стряслось? - спросил оборотень, на всякий случай осматриваясь и прислушиваясь. Вроде всё было спокойно.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Пятница, 11-Апр-2014, 01:52:46 | Сообщение # 1225    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Староста тщательно записал то, что сказала Рада. Сказала она немного, а записать надо было бы куда больше, как минимум еще не помешали бы размеры. Оценить, какое там сложение у Рады, утопающей в сорочке жены старосты, да еще и сверху одеялом накрытой, было очень проблематично.
— Сийрин, наверное, уже сказал вам, что зелий у нас пока нету. Их ещё следует приготовить. — предупредила Рада на случай, если этого еще не сделал Сийрин. Но Сийрин предупреждал.
— Это же мне как раз на руку! — староста перевернул листок, и начал писать на новом. — Сварите мне кое-что по заказу. Итак, мне надо...
Староста в зельях не очень хорошо разбирался, видимо, раньше всегда лечился настоечками внутрь. Но теперь понял, что это не всегда срабатывает. С помощью Рады он конкретизировал то, что именно ему нужно. Оказалось, ничего особенного, стандартный набор: кое-что от простуды, кое-что от ожогов, от ран воспалившихся, да что-нибудь для сна, чтобы спалось хорошо.
Когда с выбором зелий закончили, староста вырвал листочек с их переченью и отдал его Раде.
— А теперь, краса-девица, встань-ка передо мной, я размеры прикину и все запишу, — попросил староста.
Раде пришлось встать, потерпеть, что вокруг нее староста ходит и внимательно осматривает. Но ясно было, что без осмотра одежду не сшить. Потом Рада вернулась в постель, а староста стал строчить чего-то в блокнотике, да попутно уточнять мелкие пожелания к новой одежде у Рады.
Посреди процесса в комнату зашел (нет, вернее, заскочил) Сийрин. Увидев старосту, целитель облегченно выдохнул, оперся боком о дверной косяк и произнес с укором:
— Велигорий Дмастович, кто вам гулять разрешил, а?
Утро начиналось у Сийрина хорошо и спокойно. Он, не спеша, сделал все утренние процедуры, потом даже небольшой завтрак на кухне сготовил, пользуясь тем, что хозяйка отсутствует. Сам поел, остальное хотел отнести старосте и Раде.
Но старосты не оказалось. Пропал, потерялся! Постель смятая, уже остывшая. Вот куда он пошел? Только-только в себя приходить начал. Орк начал поиски. Радина комната была совсем не первым местом, куда он заглянул: ну что там, казалось бы, делать Велигорию. А оказалось, очень даже есть чего. Мерки к одежде снимать.
— Так я же недалеко, — слегка ворчливо отозвался староста, поднял на доктора глаза, и почти взмолился: — ну сил моих больше нету на кровати валяться! Столько дел накопилось, пока я болел. Да и эти, унизительные... — Велигорий глянул мельком на Раду и не стал при ней вслух озвучивать то, что он имеет ввиду походы на горшок под кроватью, — ...процедуры не могу я больше терпеть.
— Идите к себе, Велигорий Дмастович. Там еда Вас на столе ждет, — вздохнул Сийрин, — Процедурам больше можете не подвергаться, короткие прогулки даже полезны будут. Но ходить много вам пока рано. Вы вот у Рады мерки, я так услышал, сняли? Вот и сидите себе, шейте спокойно. Я все, что надо, принесу.
Староста вздохнул с театральной печалью.
— Ну, хоть какое-то дело. Жди, Радушка, завтра-послезавтра свои обновочки.
С этими словами Велигорий Дмастович ушел в свою комнату, завтракать.
Для Рады Сийрин тоже принес завтрак, еще даже слегка теплый. Разнообразием пищи дом не блистал, к тому же брать чего-то много без спросу было стыдно (но надо: сама-то хозяйка еду по договору не приготовила сегодня). Так что тоже была каша, гречневая. Кулинарные таланты Сийрина оказались по крайней мере на порядок выше хозяйкиных: испортить блюдо ему не удалось, оно выглядело вполне съедобно.
После завтрака Сийрин осмотрел Раду, и в первый раз после осмотра магию применять не стал. Улыбнулся Раде, откинулся назад, опасно покачнувшись на стуле. Судя по спокойному лицу да по тому, как легко орк вернул равновесие, он так игрался часто.
— А вот вам, Рада, я выдаю разрешение на прогулки чуть более длительные, чем Велигорию Дмастовичу. — официально-торжественным тоном объявил Сийрин. Ведьмино состояние сегодня уже было очень даже удовлетворительным. Никакого жара, хрипы в легких поутихли, хотя еще и прослушивались, кашель стал не таким пугающим. В основном прогулки ограничивались тем, что Рада была слаба после болезни. Но еще несколько дней — и ведьма снова свеженькой, как огурчик станет. — Кушай побольше, да смотри, чтобы тебя нигде не продуло. Скоро совсем поправишься. "Чай" пить не забывай, и я тебе еще одну микстурку наливать буду.
Вчерашний синяк на скуле у Сийрина, к слову, почти исчез. Себя орк подлечить тоже не поленился.

Арм первым смылся из комнаты и отправился на рабочие подвиги. Где-то через полчаса пробудился Иттрий и пробудил всех остальных своих соседей.
Вайд узнал о том, что тут надо работать, только сейчас, и был расстроен. Идти на контакт с чужими людьми ему всегда было психологически сложно. Рейн, зная об этом, смилостивился и решил помочь некроманту: Июлю порой помогать в простых вещах было просто необходимо, волчонок привык уже, и, более того, иногда ему даже нравилось покровительствовать.
— Я вчера, можно сказать, случайно работу нашел. — Предупредил Рейн Июля.
— Как?
— Ну, меня одна малявка к знакомой старушке отвела. Поручилась, так сказать. Кстати, пойдем к ней, может она опять что-нибудь придумает.
Парни пошли к тому месту, где вчера Рейн встретил девочку. Вдруг она там будет.
Ну а Иттрия ждал его огород, который снова требовал поливки.

***

— Ну да! — Лилия даже головой потрясла, — Ямерт, я знаю человека, который действительно может нам помочь! И ты его тоже знаешь! Помнишь Алонсона? Высокий старик с шикарной белой бородой, в лесу жил у той деревни, где мы Юлара... встретили. Так вот, уж Алонсон-то то обязательно должен быть в курсе дела, ты как не считаешь? Вон он как лихо с нелюдями управился, все тропки своего леса знает, магией странной, редкой, мощной, наделен. Я с ним говорила немного — он очень много знает о мире. Так вот... не стоит ли нам навестить старого знакомого?
Лилия перевела дух (до этого она говорила на едином дыхании), подуспокоилась чуток и продолжила:
— Ну, после того как сходим в библиотеку, конечно. Вдруг что найдем. И все равно нам надо в город: Алонсон-то далеко живет. Отправляться через треть страны вдвоем — не самая умная затея... Может, присоединимся к какому-нибудь обозу, а? Ты — как охранник, я — как знахарка. И в безопасности будем, и еще подзаработаем в пути. А то у меня, например, сейчас денег нет на покупку своей лошади.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Пятница, 11-Апр-2014, 16:35:03 | Сообщение # 1226    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5708
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Староста оказался всех дел в курсе. Даже обрадовался тому, что пока в наличии не было необходимого количества нужных зелий и снадобий. Да вообще никаких не было, чего говорить. Зато он написал список из необходимых ему варев, любезно предоставил его Раде, на глаз снял с неё мерки, и был идентифицирован своим лекарем как беглец из собственной кровати, в которой должен находиться большую часть времени. Сийрином был отправлен обратно, завтракать, поправляться и набираться сил.
Раду тоже накормили. Гречкой. И она даже не стала кривить нос, а всё послушно съела. В последнее время с пропитанием вообще наблюдались серьёзные проблемы, равно как и с качеством приготовления. Так что отказываться от, в общем, очень недурно сготовленной гречки было бы верхом идиотизма и едва ли не преступлением против собственного желудка.
А кроме каши орк принёс радостную весть: теперь можно было гулять! Немного, но зато можно было покидать пределы комнаты, дышать свежим воздухом и хоть как-то разнообразить свой день. Это было великолепно.
— Спасибо. Не представляешь, как я рада этой новости, – с лёгкой улыбкой сказала Рада. Как бы теперь на радостях не застудить себе ещё что-нибудь. Болеть она не любила больше всего на свете, а тем более так, в лёжку. Да и кто любит — сплошной ворох неприятных ощущений, процедур, последствий и воспоминаний. Так что Сийрин наверняка хорошо представлял, как счастлива ведьма.
Приняв все процедуры и испив «чай», Рада в той же тумбочке разжилась блокнотом и карандашом и, сверяясь со списком старосты, начала прикидывать, какие ингредиенты ей пригодятся. Большая часть трав была легкодоступна, и разжиться ею можно было бы на ближайшем поле: шалфей, зверобой, душица, белый лист, репешок, чабрец, кора дуба и вербы, и всё прочее, доступное любому крестьянину. С остальным было сложнее, но тоже вполне осуществимо: листья дамиана, корень птичьего горца, рута, корень болотного глаза, синий вьюн, ведьмина трава, варит ползущий и так далее. По всем прикидкам выходило, что задержаться в деревне, в любом случае, нужно было ещё не меньше чем на пять – семь дней. Можно и меньше, если работать продуктивнее, тогда можно было бы сократить пребывание до трёх-четырёх дней. Что уже было лучше, ибо сбежать отсюда нестерпимо хотелось. Хоть куда. Просто ужасно хотелось дороги, цели и действия.

— Говори. Говори, где сокровища!
— Я ничего вам не скажу.
— Тебе не дорога твоя жизнь? Признавайся, грязный ублюдок!
— Эй, следи за языком, - Арм укоризненно посмотрел на Макса. Макс смутился на секунду, улыбнулся, и снова вернулся к роли сурового головореза. Сдвинул брови, надулся, как воробей и прищурил один глаз для пущего устрашения, — Вы можете делать со мной что угодно, я всё равно ничего не скажу вам. Лучше умереть! – Арм героически выпятил грудь.
— Хм-м-м…вижу, просто так тебя не сломать. Но может быть, малютка Джек развяжет тебе язык? Эй, Джек!
— Я здесь, капитан Макс!
— Этот голубчик в твоём распоряжении. Выжми из него информацию. Будь осторожен, он не должен сойти с ума от ужаса.
— Будет сделано, мой капитан! Ну что, приятель, ты готов? – малютка Джек сделал страшные глаза и воззрился на Арма. Вышло не слишком убедительно, поскольку мальчик что-то прятал под простынёй, в которую был фигурно завёрнут.
Арм же явно занервничал.
— Ты жесток, маленький Джек. Слава о твоей злобности стелется далеко за пределы нашего государства. Многие падают в обморок от одного звучания твоего имени. Но я знай, что я не боюсь тебя. И я готов вынести любые страдания… - Арм осёкся, взглянув в хитрые глаза своего мучителя. Ему было страшно.
— Что ты слышал о моём маленьком друге, приятель?
— Пушистая смерть? Нет! НЕТ! Это слишком бесчеловечно!
— Ты вынуждаешь нас! Вперёд, Барсик, поработай с ним как следует! – из складок простыни Джек наконец извлёк рыжего годовалого кота и нежно посадил его на колени связанного по рукам и ногам Арма. Крестьянин тут же издал полный ужаса истошный вопль и забился в страшных конвульсиях, умоляя пощадить его. Кот, кстати, от такой резкой звуковой атаки, испугался тоже и попытался ретироваться с колен парня, но был возвращён на место.
Под стройный хохот всех троих мальчишек крестьянин продолжал биться в агонии и истошно вопить, пока, наконец, не повалился замертво. Смех моментально стих, а кот наконец сумел сбежать. Трое головорезов стояли в угрюмой задумчивости над телом пленника, не пережившего такого кошмара. Фин пнул «труп» носком ботинка.
— Мертвее мёртвого. Это всё ты виноват, Джек!
— Я не причём! Я выполнял приказ! Это Барсик!
— Тебе же было сказано…
— Да ты вообще…
— А ты…
— А я маме…
— Кто дурак? Я?!
— Никуда не…
— МАМА!
— Сейчас я тебе…
Трое мальчишек снова сплелись в клубок и покатились по полу, со сдерживаемым хохотом колотя друг друга. Арм ожил и ринулся растаскивать хулиганов.

***

— К обозу, значит, - не слишком радостно повторил Ямерт. Не смотря на то, что в обоз ему совсем не хотелось, Лилия дело говорила. Про Алонсона сам оборотень совсем позабыл, иначе наверняка бы уже наведался к нему с визитом. Зато когда о нём заговорила Лилия, Ямерт сразу понял, о ком речь.
— К обозу так к обозу. Имеет смысл к утру прибыть в город, чтобы не пропустить нужных нам попутчиков. Давай соберём нужное, - оборотень, первое, что сделал, взял в руки сумку, — Ах да. А что делать с ним? – Ямерт кивнул на спящего в гнезде грифонёнка, — Загримируем под курицу? Или носить с собой грифона — это нормально?


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Суббота, 12-Апр-2014, 15:10:37 | Сообщение # 1227    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Рада, конечно, очень обрадовалась разрешению гулять. Даже планы строить какие-то начала: достала блокнотик и принялась упоенно в нем что-то строчить. Сийрин из любопытства заглянул ведьме в блокнот и увидел там большой список разных трав. Названия мелькали в большинстве своем простые, знакомые, этим всем вполне можно было разжиться на ближайшем поле. Что до оставшейся части списка, то там уже придется хитрить. Где искать, например, варит ползущий, Сийрин не знал. Как он выглядит и для чего применяется — тоже. Тут на Радины знания надежда.
— Возможно, в поле можно будет сходить уже завтра, — предположил целитель. — Как чувствовать себя будешь. Ну а сегодня...
Орк нагнулся, заглянул в нижний ящик тумбочки. Да, ничего не спутал, зеленое платье лежит именно здесь.
— Захочешь пройтись — твоя старая одежда лежит здесь, обувь под кроватью. Умывальник на заднем дворе, там и зеркальце отыщешь, гребень, мыло, полотенца, хотя местными полотенцами я бы пользоваться не посоветовал. В этой деревне не слишком много интересного, но просто пройтись и посмотреть на людей, на дома, можно. За забор лишний раз лучше не выходи: охранник здесь умом очень скуден, а вредностью богат, лучше его не трогать. Ну и волки в лесу гуляют. И еще какие-то твари, на облезлых лис похожи, мы вчера с такими столкнулись.
Прояснив необходимые для прогулки по деревне моменты, Сийрин собрался уже уходить. И почти ушел, но замер на пороге, обернулся к Раде и сказал:
— Если заскучаешь, заходи ко мне. К Велигорию в комнату, точнее, она напротив твоей. Можно будет извести запасы моих трав, или еще что-нибудь. Мне тоже тут бывает скучно.
Сказал это орк не то что без обычный улыбки на лице, но даже с некоторой толикой грусти. Ему тоже уже давно хотелось покинуть это место, где люди неприветливые, ничего интересного нет, и все занятие — это лечение двух людей. В первые дни хотя бы еще другие пациенты приходили, занимали время, ну а теперь остались только двое. Куда девать свободную часть дня, придумывалось с каждым разом сложнее. Сейчас было понятно только с ближайшим часом: зачаровать Велигория, доставить ему то, что необходимо для шитья, и... все.

Кнопка сидела на той же лавочке, где сидел вчера Рейнгольд. Она была очень грустная, по лицу была размазана грязь, как будто девочка размазала ее с рук вместе со слезами.
— Ты чего, кнопка? — поинтересовался Рейн, встав напротив девочки.
— Привет, дяденька, — кнопка слабо улыбнулась. — Да я просто... не выспа-а-алась.
Рейн сурово сдвинул брови.
— Не ври. Выкладывай-ка, тетка била?
После нескольких минут увещеваний кнопка раскололась. Оказывается, ее тетка заперла на ночь дом, окна, и девочка осталась на улице, даже без кофточки. Уснуть на лавке в страшной темноте, в холоде, она так и не смогла. И голодно было очень, а бабушка Вита встает поздно, ее еще нельзя было будить.
— Ясно. — лицо Рейна стало совершенно каменным. — Пойдем-ка, покажи, где ты живешь.
Дом девочки оказался самым обшарпанным и неухоженным на улице. Забор покосившийся, дом тоже, весь двор зарос сорняками. Как будто тут вообще никто не живет. Однако об обратном говорил громовой храп, доносящийся изнутри дома.
Дверь и правда оказалась заперта на крючок изнутри. Рейн навалился на нее плечом и высадил петлю, в которую упирался крючок.
Внутри дом оказался еще хуже, чем снаружи. В нос ударила смесь чудесных запахов: блевотины, грязных носков, несколько лет как нестираной одежды, мышиных экскрементов и кошачьей мочи. На полу сантиметровый слой пыли, доски гнилые, мебель поломанная, везде разбросан мусор.
Первым делом Рейн распахнул окна, вторым пнул ногой источник храпа. Тело в луже блевотины завозилось, девочка ойкнула.
— Вайд, водички принеси. — попросил Рейн.
Вайд скоро принес то, что надо: холодную колодезную воду в ведре. Рейн приподнял пьяную мадам за шкирку и окунул в ведро головой. Мадам задергалась. Досчитав до двадцати, Рейн выпустил тетку.
— Я-хрр? Ммр! — яростно высказала та, высмаркиваясь на пол. Помотала головой, и уже куда более трезвым голосом спросила, уперев злобный взгляд на гостей: — Че вам надо? Ща как заряжу!
Рейн схватил тетку под грудки, поставил на ноги и тряхнул так, что у бабы чуть голова не отломалась, так резко она мотнулась.
— Послушай, ты, — глаза Рейна налились желтым огнем, зубы вытянулись в клыки. От этого он говорил, присвистывая. — Только посс-мей еще разс запереть дверь, чтобы племяшшка не могла попас-ть домой! Только поссмей ударить. Я буду следить, я узснаю. Я убью тебя.
Вначале тетка визжала, потом пищала, потом затихла и обмякла.
— Отпусти, дяденька. — испуганно попросили снизу. Рейн только сейчас заметил, что кнопка пытается со всей силы оттянуть его назад за штанину.
Рейн отпустил. Тетка кулем осела вниз, заохала и стала отползать назад, в темный угол.
— Мы приберемся тут. — проинформировал кнопку Рейн. — а эта грязная тряпка что, твоя кровать? О боже...
По сравнению с этим домом хибара дяди Джека была особняком аристократов. Там у Рейна была нормальная кровать, там не воняло как из пасти кракена, и были целые предметы, помимо бутылок с алкоголем.
— А работа? — робко напомнил Июль.
— Потом. — веско ответил Рейнгольд. — бери веник, а я крупные осколки соберу.
Уборка началась. С самого начала Рейн знал, что все, в общем-то, зря: тетка через некоторое время отойдет, перестанет бояться, и снова начнет бить племянницу. Берлога снова зарастет дерьмом, в осколки превратятся новые бутылки, дом снова будут запирать (хотя нет: крючок пьянчужка вряд ли починит). Но волчонок не мог остановиться. Когда он страдал от приступов алкоголизма дяди, никто-никто не мог ему помочь, когда было тяжело, в том числе и он сам. Пугая тетку, Рейн мстил дяде Джеку, а пытаясь сейчас прибраться, протягивал руку себе-шестилетнему.

***

— Грифон — проблема. — вздохнула Лилия. — мм.. в том плане, что его могут захотеть купить и будут на этом настаивать. Маленького птенчика вряд ли кто-то испугается.
Продавать грифона знахарке уже не хотелось. Он был милый, пушистый, и пошел-таки на контакт. Чем не домашняя зверушка? Плюс птенец был сильной связующей между ней и Ямертом, уже помогал преодолеть некоторые неловкие ситуации, и, быть может, вновь поможет. Очень полезно.
— Тогда пойдем сейчас, — согласилась Лилия с тем, что стоит прибыть к утру. С Ямертом можно, он в темноте хорошо ориентируется. — заскочим еще в мое съемное жилище, захватим мою сумку с травами. Я уже насобирала кое-что ценное. Жилище недалеко. Давай тогда, собирайся, запирай свой домик, и выходим.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Понедельник, 14-Апр-2014, 16:07:55 | Сообщение # 1228    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5708
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Только Сийрин вышел из комнаты, как Рада тут же вскочила с опостылевшей постели, едва не подпрыгивая от возбуждения, стянула с себя хозяйскую сорочку и нырнула в платье. Хоть ей сейчас по большому счёту и было плевать, как она выглядит, но прежде чем выйти из комнаты она кое-как пригладила волосы, зачесала их назад и убрала за уши. Вместе с тем с ужасом ощутив, какими они были грязными и просто кричали, требуя срочного ухода.
Перед дверью Рада на секунду замерла. Стало на миг как-то волнительно вот так вот взять и выйти из комнаты. Тем более в таком виде. Но на свободу хотелось ещё больше, так что ведьма не долго мялась, и выскочила из комнаты, и не задерживаясь, из дома.
Мылу девушка до того никогда так не радовалась. Оно так чудесно пахло! А вот зеркало её не обрадовало, оно показывало страшные картины. Из отражения на неё смотрело бледное существо с мешками под впалыми глазами, растрёпанное как половая метла далеко не первой свежести. Рада вздохнула и со стремлением человека, решившего покончить с жизнью через утопление, окунуло голову в бочку, предварительно даже не раздевшись.
Банные процедуры приносили невероятны ощущения. И это рада пока только голову мыла. Более тщательные процедуры проводить она поостереглась, наскоро раздевшись, облившись водой, и оде5вшись снова. Чтобы не оставаться на улице мокрой, шмыгнула обратно в дом, сохнуть, но оставаться внутри до конца дня совсем не планировала. Как только она слегка подсохла и причесалась, снова выползла из комнаты. Никого из друзей в доме не было. все разбежались кто куда, по делам. Только Сийрин просиживал у старосты в комнате. К нему-то Рада и пошла, памятуя о приглашении. Поскреблась в дверь, заглянула и спросила:
— Можно?

После игр в коварных пиратов были ещё игры в лесных разбойников, в рыцарей и дракона и принцессу, при чём принцессой был Джек, который был крайне недоволен этим фактом. Ещё играли в злого мага и героев. И ещё в нашествие зомби на мирных жителей. Когда Арм ощутил, что в голове его уже напрочь перепутались пираты с драконами и зомби в совершенно жутки коктейль. и он уже не способен адекватно исполнять возложенную на него (в основном злодейскую) роль, объявил тайм-аут. Сорванцы оказались недовольны и нахмурились все трое, требуя срочно начать игру в оборотня и крестьян.
— Да вы хоть оборотней видели когда-то? - с вызовом спросил Арм.
— А ты что, видел? - с наименьшим вызовом бросил Фмн. Арм кивнул.
— Не врешь?
— Не-а. Даже не одного оборотня, а двух. И с обоими долго общался, а с одним общаюсь до сих пор. Но он приходит ко мне в гости очень редко, и я никому и никогда не покажу, где он живёт и как выглядит. А ещё я видел таких тварей...
Мальчишки уселись кругом с интересом вникая в рассказ.

***

— Ладно, - сдался Ямерт, — идём. И Грифона с собой возьмём.
Собирался он недолго. В сумку скинул пару чистых рубах (больше все равно не было), за голенище каждого сапога сунул по ножу, и ещё пару кинул туда же в сумку. С вязанки на стене снял сушёные яблоки, ягоды и грибы, ссыпал всё в мешочек и так же упаковал. Никакой больше еды брать не стал. Зато собрал все денежные сбережения и повесил кошель на пояс. По минимуму собрал ковочные инструменты, чтобы в дороге иной раз иметь возможность заработать на том, что умел делать хорошо и качественно. Взял с собой несколько поделок из дерева и готовых подков, продать кому, кто повстречается. И, в общем, был готов.
Сбережений у оборотня было немного, с натягом хватило бы на одну лошадь. Но деньги могли пригодиться для чего-то ещё.
Птенца он так же посадил в сумку, в которой тот с комфортом устроился, признав сумку оборотня ничем не хуже подгрудного кармана почившего предка.
Закрывать сторожку было не на что, никакого замка не имелось. Так что Ямерт просто поставил у порога капкан (главное самому не забыть о нём, если вернётся ещё сюда когда-то) и подпёр дверь снаружи бревном.
Из лесу вышли к рассвету. До города добрались уже когда солнце породнялось и местные жители зашевелились с делами.
— Веди, куда идти, - предложил оборотень Лилии. Он понятия не имел, где именно она остановилась.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Вторник, 15-Апр-2014, 03:17:32 | Сообщение # 1229    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 968
Вес голоса: 9
Рада аккуратно заглянула в комнату старосты.
— Можно?
На ведьму тут же отреагировали оба постояльца комнаты. Сийрин резко выпрямился (до того он сидел, привалившись спиной к стене, прямо на старостиной тумбочке, смотрел в потолок и считал мух) и осветил ведьму мгновенно повеселевшим и преисполненным надеждой взглядом. Староста лишь глянул на Раду поверх круглых очков, покровительственно так, и кивнул ей на стул у своей кровати.
— Проходи, Радушка. Я тут как раз твои выкройки готовлю. — И действительно, поверх одеяла были разложены листы плотной, желтой бумаги, на которых Велигорий Дмастович что-то вырисовывал. — И заодно Сийрину о кройке повествую.
Говорил староста медленно, спокойно, чуток ворчливо. Как дедушка, что учит нерадивых внуков чему-то элементарному. И судя по мигом погрустневшему взгляду Сийрина, "внуку" эта элементарная наука кройки рассказывалась уже давно и была не слишком-то интересна. Орк слушал только из вежливости, старался не зевать, и как-нибудь разговор поддерживать, чтобы не обидеть Велигория.
— ...А для подшивания манжетов, низа изделия, на грубой несыпучей ткани применяется "шов козликом". В нем первый прокол делают в подогнутый край ткани, и следят за тем, чтобы узел находился в подгибе, а затем захватывают иглой движением справа налево часть толщины основной ткани и таким же движением прокалывают подгиб, захватывая полную толщину ткани. Шов будет выглядеть как пересекающиеся буквы "Л". Его даже для вышивки используют! Очень важно делать все аккуратно, тщательно, красиво, даже на мешковине. Иначе и на вид уродливо будет, и швы быстро развалятся. Шитье — искусство! А вот ты меня грубовато залатал, шрам большой останется.
Личное замечание по поводу не идеального шва на груди староста выразил точно таким же дружелюбно-ворчливым тоном, как бы между делом. Впрочем, Велигория и правда не особо волновал шрам: главное, сам жив остался и на поправку идет.
— Неправда, — обиделся целитель на несправедливое, в целом, замечание. Сийрин всегда работал аккуратно, бережно, претензии к его шву мог предъявить только такой фанатик своего дела и, что уж там, действительно мастер шитья, как Велигорий. — И не будет у Вас большого шрама, так, полоска тонкая. Я же не просто так руками над раной махал и иллюминацию устраивал. А шов, может, на Ваш взгляд и не очень эстетичный, но зато не сомневайтесь: очень прочный.
— Да я и не сомневаюсь. Я так ворчу, не слушай старика, — все с той же непробиваемой интонацией промурлыкал староста.
— У-уу, тоже мне нашли старика, Велигорий Дмастович! — с шутливой укоризной в голосе отозвался Сийрин. Староста же только добродушно кхекнул, потом обратил внимание на доселе молчащую Раду.
— А ты что, Радушка, молчишь? Расскажешь, какие платьица кроить любишь?
— Радушка за мной пришла, мы погулять договорились. — немедленно ухватился за возможность улизнуть Сийрин. И Раду от разговора о платьях избавил: раз уж девушка даже при упоминании о них кривится, то и сама создавать их точно не любит. — Мы пойдем, Велигорий Дмастович?
— Идите, идите. Молодеж-жжь! — проворчал староста, глядя в спины тут же навострившимся покинуть комнату Раде и Сийрину.

— Как здорово, что ты зашла! — радостно сказал Сийрин Раде, когда они вышли из дома, на крылечко. Целитель уперся локтями в перила и выглянул наружу, чтобы осмотреть весь сад. — Как думаешь, на нас хозяйка не очень обидится, если мы разведем огонь вон там, слева, и начнем прямо во дворе средь бела дня варить всякие страшные и непонятные зелья? Велигорий-то наверняка не будет против, но как я понял, пусть в деревне он и главный, но в своем доме — отнюдь нет.
Орк усмехнулся.
— Ладно, вот мои богатства, — Сийрин скинул с плеча сумку, которую прихватил с собой, уходя, из комнаты старосты. Внутри оказались несколько десятков аккуратно свернутых бумажных пакетиков, в каждом из которых находились порошки, сушеные листья или цветы какого-то определенного вида. Каждый пакетик был подписан, и можно было понять, что внутри, не раскрывая его. Травы здесь были все те, что Сийрин уже перечислил Раде — и еще немножко сверх того. — Немного, но с чего-то же надо начинать.

Иттрий покорно изображал из себя мула, таская воду от колодца к огороду и орошая землю метр за метром. Так длилось долгое время, вот уже и огород подходил к концу, но терпение Иттрия кончилось раньше.
— Бабуля, что такое? — наконец прямо спросил воин. Старушка-работодальница весь день ходила за ним следом и молча буравила спину маленькими глазками, что не могло не напрягать.
— У меня еще для тебя работка есть, яхонтовый, — так добро разулыбалась старушка, что Иттрий сразу понял: что-то с работкой не просто.
— Какая? — настороженно уточнил воин.
— Какая-какая? Простая, — затараторила старушка, глядя на своего наемного огородника невинными глазками, — всего-то подвальчик глянуть. Этой ночью там кто-то скребся. Мышки, наверное, подавить их надо.
И слепоглухой бы понял, что старушка грешит на кого угодно, но только не на мышей.
— Не мышки. Если хотите, чтобы я помог, так расскажите, с чем мне помогать, — нахмурился Иттрий, совершенно не желающий получать кота в мешке.
Старушка повздыхала, поохала, да и рассказала все как на духу. Оказалось, что ее беспокоило вовсе не царапанье грызунов. Из подвала всю ночь доносились постанывания, рыдания, повизгивания, и тихий шелест непонятного происхождения, раздирающий душу. Старушка предполагала, что это бузит новообъявленный призрак ее мужа. Муж-то повесился в подвале ровно месяц назад. Истеричный был, депрессивный, никто не удивился такому исходу, просто молча трупик сняли и тихо похоронили. Вот, видимо, дед и обижается, что ему должное внимание не уделили, и теперь его привлекает.
— Да что же я против призрака-то могу сделать? Накричать на него? — Иттрий скептически приподнял одну бровь. С призраком он справиться не мог, его товарищи вроде тоже. Лилия вот знала смазку особенную, да нету больше Лилии.
— Посмотри хотя бы. Вдруг я просто сбрендила, старая, и нету призрака никакого, — губы старушки мелко затряслись. Она совершенно явно была готова расплакаться и являла собой крайне жалостливое зрелище.
Тут уж ничего не оставалось, кроме как пойти на поводу у бедной испуганной женщины и отправиться за ней в подвал. Тем более что Иттрий склонялся к версии, что призрак скорее выдуман. Но даже если и нет — молодой дух не имеет возможности причинить существенный вред живому человеку, так что риска почти нет никакого.
"Если, конечно, старушка не людоедка и не заманивает меня в комнату с особым механизмом, чтобы обездвижить, разделать и съесть", — мрачно подумал Иттрий. Всерьез он так не думал, но все равно не мог не вспомнить старую дивную историю с деревней людоедов.

***

Лилия повела Ямерта прямо, через кусты да через кочки: она знала направление к своему жилищу, но не дорогу. Жилище нашлось без особых проблем: маленький домик в маленькой деревушке, в которой всего-то домов меньше десятка.
Знахарка громко постучала в дверь. Спустя минуту та открылась, и на пороге возник старик в разношенной пижаме.
— Кого тут ч... — набрюзжал он, но увидев Лилию, тут же изменился в лице. — А, Лиличка, это ты вернулась. А кто это с тобой?
— Друг. его зовут Ямерт. — представила своего спутника Лилия, — дядя Тоня, так вышло, что мне срочно надо уезжать. Прямо сейчас. Я соберусь, и мы с Ямертом пойдем.
— Недельную плату я тебе не верну. — грубо отрезал старик, но потом снова заговорил сладко: — Счастливого пути вам, солнышки.
Лилия собиралась недолго. Оделась потеплее, ночь-таки (и вдруг новая яма впереди?), сложила все свои нехитрые пожитки в сумку, пересчитала скудные монетки и запрятала их подальше, чтобы не потерять, и чтобы в городе никто блудливый из кармана не вытащил.
— Веди, куда идти, — с усмешкой Лилия вернула Ямерту его фразу. Она понятия не имела, как добираться до города.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Среда, 16-Апр-2014, 02:27:58 | Сообщение # 1230    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5708
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Рада застала Велигория Дмастовича и Сийрина за уроком кройки и шиться. Староста неторопливо обшивал будущую рубаху швом, который назывался "козлик". Ведьма вообще шить не умела практически совсем, разве что дыры залатать могла, а уж о том, что на свете существует шов "козлик" и думать даже не могла.
Кажется, Сийрину наука староста была тоже скучна и пресна, но только из вежливости он внимательно (насколько мог) вслушивался во всё, о чем говорит старик. А потом Велигорий решил и Раду подключить к благому делу. Осознав вопрос, ведьма только глаза вытаращила, наскоро соображая, что ответить. Не говорить же, что платьев она никогда не шила, да что там, и не носила почти. Велигорий вряд ли поймёт и, возможно, начнёт читать мораль.
Но на выручку пришёл орк и быстренько увёл Раду от ответа и от старосты.
— Как здорово, что ты меня увёл, - с нервным смешком ответила девушка на радостный возглас Сийрина, — Считай, что мы спасли друг друга и теперь квиты.
Орк, пока объяснял суть да дело, достал и продемонстрировал свои небольшие сбережения. Выбор пусть и был небольшим, зато среди травок попадались настоящие жемчужины: чёрный лён и серебряный корень, скажем, были растениями редкими и во многом применимыми. Пока орк говорил, Рада поочерёдно совала нос в каждый из пакетов.
— Ты знаешь, Сийрин, - сказала она в пакет, и, изучив его, взглянула на целителя, — Я вообще не представляю, насколько обидчива здешняя хозяйка. Я знаю только, что она ужасно готовит, и это всё. Но у нас ведь всё равно нету выбора? Мы дадим ей честное слово, что будет очень аккуратно. Надеюсь, она сознательная женщина и всё поймёт. Идём.
Рада решительно двинулась в сторону заднего двора, преисполненная желанием заниматься делом и отгонять от процесса любого злопыхателя.
— Из того, что тут есть, можно сделать хорошее сонное зелье, отводящее зелье "скользкий глаз", но на него уйдёт большая часть всего ассортимента, можно... - Рада задумалась, ещё раз прошуршав пакетами, — да, можно сделать немного парализующего, и собрать лёгкий лекарственный сбор. От лёгкой простуды. Если отыщем где-то лисьи ушки и валериану, то получится ещё тонизирующая настойка, слегка наркотическая, дарящая славное чувство эйфории и счастья. Ну так?

***

Веду, - улыбнулся Ямерт и пошёл по тропе в сторону города. Обрадованный, впрочем, что лес остался позади, ещё раз в яму не хотелось. Ну то есть, как "не хотелось". Если бы Ямерт немного отошёл от потрясения, но признался бы себе совершенно честно, что в яму он хочет, с условием, что программа будет та же. Но всё это лирика, право слово.
А пока был путь к городу. Недолгий, впрочем, меньше чем через час путники проходили ворота. Теперь только и осталось, что отыскать нужный обоз и дело в шляпе. Прощу простого. Прощу простого...ну как же, да.
— А вы кто? - спросил первый же мужик, поплёвывая семечками себе под ноги.
— Люди. Двуногие, - честно ответил оборотень. Мужик хохотнул.
— Двуногих не беру.
Ну ладно, этот, положим, просто сумасшедший, старый брюзга, у которого вместо мозгов шелуха от семечек. Но и все следующие попытки потерпели неудачи. Кто и вовсе не обращал внимания на путников, кто грубо посылал в такое далёкое путешествие, что Ямерту очень хотелось иной раз прервать монолог кулаком в зубы. Кто-то извинялся, мялся, но к обозу не пускал, по разным причинам. Оружия нет, незнакомы, денег почти не имеете, пользы от вас, ребята, как от дохлой мыши.
Ямерт уже даже подумывал сунуться к цыганам, тем же самым, с которыми уже встречался тут. Они снова оказались в городе. Но цыгане — народ опасный, хитрый и непростой, так что следовало бы ещё попытать удачу. А потом отправиться в путь без обоза и цыган.
Незаметно и вечер опустился. Лилия с Ямертом уже по большей части бесцельно бродили по улицам и площадям, слабо надеясь на благодать, и иногда пробуя свою удачливость. Не выходило ни черта.
Проходя мимо какого-то из домов (покосившийся, из грубого камня, о трёх этажах), оборотень заметил непривычно искусно выполненный барельеф на стене, изображающий стаю волков. Остановившись, некоторое время парень с молчаливым восхищением созерцал произведение, а потом решил показать его Лилии, окликнул её, но ответа не услышал. Тогда он обернулся, пошарил глазами по округе, но знахарки так и не обнаружил. Наверное, не заметила, как он остановился и пошла дальше, а теперь смешалась с толпой. Ямерт вздохнул и двинулся прямо, осматриваясь.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
Страница 82 из 93«1280818283849293»
Поиск:
 
| Ёборотень 2006-2015 ;) | Используются технологии uCoz волк