[ Регистрация · Главная страница · Вход ]
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 83 из 93«1281828384859293»
Модератор форума: Призрак 
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
По небесной глади во врата ада.
Призрак Дата: Среда, 16-Апр-2014, 23:09:54 | Сообщение # 1231    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Рада внимательно изучила весь травяной ассортимент и скоро подвела итог, что с этим ассортиментом можно сделать:
— Из того, что тут есть, можно сделать хорошее сонное зелье, отводящее зелье "скользкий глаз", но на него уйдёт большая часть всего ассортимента, можно... да, можно сделать немного парализующего, и собрать лёгкий лекарственный сбор. От лёгкой простуды. Если отыщем где-то лисьи ушки и валериану, то получится ещё тонизирующая настойка, слегка наркотическая, дарящая славное чувство эйфории и счастья. Ну так?
Специфика предоставленного выбора немного удивила Сийрина.
"Ах, ну да, она же "разбойница"", — припомнил орк, как записал Раду в криминальный мир после ее недомолвок и странных, обрывистых полунамеков.
— Отводящее зелье от чего? От неудачной операции? — пошутил Сийрин. — Ну, Рада, я же доктор. Зачем мне зелье скрытности, на которое уйдет весь мой травяной запас? Парализующее зелье — тоже не совсем то, что надо. А вот крепкое снотворное мне бы очень пригодилось. "Веселая" тонизирующая настойка... — Сийрин помрачнел, — хотел бы я надеяться, что больше никогда не придется ее использовать, но это было бы слишком наивно. Да, настойка — тоже вариант. Валериану мы наверняка отыщем у местной самогонщицы, она любит настаивать спирт на целебных травах, а лисьи ушки я тебе прямо сейчас принесу.
Сказал — сделал. Слово "принесу" орк договаривал, открывая дверь в дом и за ней скрываясь. Возвратился Сийрин меньше чем через минуту, держа в руках полузасушенный, весьма безвкусный букет: ромашки, пара васильков, клеверок, ирис, и... веточка лисьих ушек.
— Будем считать, что я помог хозяйке убраться на кухне, — Сийрин, играясь, вручил букет Раде жестом, каким рыцарь дарил бы прекрасной принцессе букет алых роз. Пусть в данном случае принцесса была уже замужем, а алые розы заменял сухой, драный веник, но настроение это не портило, скорее наоборот, подзадоривало.
На намеченном месте маленький отряд зельеваров быстро соорудил костер. Дрова, конечно, тоже пошли за счет старосты. За огнивом Сийрин сбегал на кухню, не поленился, на мелкие бытовые нужды предпочитая магический запас не растрачивать. Мало ли что может случиться в следующую секунду.
— Хозяйке мы, конечно, можем сказать, что все будет аккуратно, — сказал Сийрин, наблюдая за тем, как Рада выбирает подходящую посуду, за которой тоже случился отдельный поход на кухню. — Аккуратный костер, аккуратные смеси, аккуратные... взрывы. А что, у меня бывало.
Сийрин с невинным видом стал смотреть на облачко, лениво проплывающее в небесах. "Взрывы? Какие взрывы? Я тут ни при чем и не виноват!" — говорил весь его вид.

Люк в подвал вел прямо из кухни. Иттрий спустился за бабушкой вниз, по жутко скрипящей лестнице, надеясь, что та не развалится и не оставит двух незадачливых людей в холоде и темноте на неопределенный срок без возможности выбраться самостоятельно. К счастью, обошлось без казусов. По крайней мере, по пути вниз.
— Вот. — Старушка передала Иттрию "летучую мышку". Воин взял ее, поднял повыше, освещая помещение. Оно оказалось маленьким, не больше чем пять на пять метров, с земляными, местами покрытыми белой, пушистой плесенью стенами. По углам стояли мешки с картошкой, а так же куча-куча всяких баночек с рассолами, вареньями и прочими лакомствами.
Никаких призраков.
— Тут нет никого, видите? — успокаивающе сказал старушке Иттрий, — только мешки и...
Послышался отчетливый шорох. Иттрий тут же замолчал, а старушка взвизгнула.
— Это из того самого угла, где мой дед повесился! — скороговоркой выпалила она, приложив сухие ладошки ко рту, — чуяло мое сердце, его это проделки...
Иттрий подошел к углу, из которого исходил шорох, внимательно осмотрел окрестности. Такая же стена с пятном плесени, десяток банок с помидорами. На потолке тоже ничего особенного, кроме торчащей деревянной балки, на которой, очевидно, старик и повесился.
— Ну что там? — боязливо поинтересовалась старушка. Сама к углу подходить она не решалась. — Видишь что-то?
— Нет, — пожал плечами Иттрий. — Может, вы были правы, и тут просто бузят мышки.
Неожиданно глаза старушки выкатились из орбит, и она тыкнула пальцем Иттрию под ноги.
— Там! Движется!
Иттрий опустил фонарь вниз. На полу валялся какой-то мусор: несколько картофелин, старый башмак, какая-то вялая ботва и стеклянная бутылка.
— Просто мусор. Никого живого. — Снова пожал плечами воин. — Может, вам показалось?
— Нет, не показалось! — покачала головой старушка, — листья дергались. Под ними что-то сидит.
Иттрий поворошил листья, но под ними не оказалось никого и ничего.
— Пусто. Вам точно показалось, тут нет никого, если только мыши. Пойдемте наверх, здесь холодно, вы уже дрожите.
— Нет! — уперлась бабка, — не пойду. Листья точно двигались. Посмотри под ними получше.
Иттрий посмотрел и опять никого не нашел. Но старушка не собиралась сдаваться. Иттрию надоели ее капризы, и чтобы доказать ей воочию, что под листьями никто не прячется, воин обхватил ботву и просто выдернул надоевшее растение из земли.
Зря.
Такого крика он не слышал еще никогда. Тонкий-тонкий, высокий, на гране слышимости, визг, от которого голову тут же раскаленным обручем стянула боль, уши заложило, в сознании помутилось. Из реальности Иттрий выпал всего на секунду-другую, но обнаружил себя уже вжавшимся в угол и зажимающим уши руками.
Растение лежало рядом, кричало и сучило ногами.
Иттрий коброй прыгнул к пустующей банке, схватил ее, нахлобучил на странное растение (а растение ли?) и ударил сверху кулаком, вбивая горлышко банки в землю. Крик тут же прекратился. Звон в ушах — нет.
Иттрий подобрал с земли фонарь, осветил им свою добычу. Первым, что он подумал, было: "Раде наверняка понравилась бы такая гадость".
Добыча была все-таки растением. У нее были пушистые, хоть и вялые, серо-зеленые листья, часть из которых была отсечена горлышком банки. Зато корень остался совершенно невредимым: он был еще маленький. Два больших отростка, которые Иттрий поначалу принял за ноги, шевелились и пытались закопаться в землю. В этом нелегком деле растению помогали еще два отростка поменьше — "ручки". Еще было "личико" — жуткая рожа в верхней части корня, больше всего похожая на высеченное в дереве лицо истерзанного пытками младенца.
О мандрагорах Иттрий читал, и когда идентифицировал попавшее в банку растение, твердо укрепился во мнении, что Раде эта дрянь придется по нраву.
— Я заберу вашего "призрака", не возражаете?
Ответа от старушки не последовало. Иттрий обернулся и увидел, что старая женщина ничком лежит на земле.
"Как бы не умерла", — подумал Иттрий, на четвереньках подползая к женщине и проверяя ее пульс. К счастью, бабуля была жива.
Следующие два часа ушли на то, чтобы вытащить старушку наверх, отогреть, отпоить, и более-менее привести в норму. Тогда и о мандрагоре вспомнили. Конечно же, старушка не возражала, чтобы "призрака" забрали. Только за была.

***

Хорош был план. Жаль, не вышел. Хоть Лилия с Ямертом и прогуляли весь день по городу, ужасно устали, с кучей людей переговорили, но успеха так и не добились: никто не хотел их брать с собой.
Вечер пришел как-то незаметно. Обоз Лилия и Ямерт уже не искали, просто шатались по городу в поисках корчевни или постоялого двора. Шли медленно, молча, и потерялись. Ямерт засмотрелся на какой-то барельеф, а Лилия не заметила, пошла дальше одна и смешалась с толпой.
Спохватились оба только через несколько минут.
— Я-ямерт? — тоскливо окрикнула Лилия оборотня, вертя головой. Но тщетно. Никаких высоких брюнетов со шрамом на пол-лица рядом не наблюдалось.
"Вот же незадача! Чудом нашлись после четырех лет разлуки — а на следующий день так глупо потерялись!" — с досадой подумала Лилия. Ситуация ее крайне обозлила.
Знахарка пробежалась назад, вперед, по дворам покрутилась — но Ямерта нигде не было. Сложности поискам добавляло то, что, несмотря на вечер, народу в городе гуляло еще много.
"Тогда я буду продолжать путь прямо, и осяду в первой попавшейся таверне", — решила Лилия, — "надеюсь, Ямерт догадается сделать так же и найдет меня".
Этот план, как и план с обозом, тоже был хорош и тоже кончился провалом. Никакой таверны не попадалось долго, потом улица переродилась в переулок и обезлюдела. Но Лилия продолжала идти дальше, до тех пор, пока на ее голове нежданно-негаданно не оказался мешок, а спустя миг вслед за мешком не прилетела дубинка, или кулак, или бутылка. В общем что-то, что эффективно отключило сознание.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Пятница, 18-Апр-2014, 22:51:20 | Сообщение # 1232    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Пятница, 18-Апр-2014, 23:18:16

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5711
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Рада удовлетворённо кивнула. Значит, получается сонное зелье, "веселящая" настойка, и из остатков собрать немного микстуры. Славно. Поскольку ловкий орк умудрился без труда снабдить Раду даже лисьими ушками, то всё выходило очень неплохо. На преподнесённый букет Рада среагировала как могла театрально, поддавшись весёлому настроению: картинно склонила голову вправо и вниз, откинув правую ладонь на лоб, изображая сущее смущение, а левой начала обмахивать себя с предобморочным "ах" от переизбытка галантности по отношению к себе. А приняв букет в руки, сделала два неловких реверанса.
Теперь нужны были нехитрые приспособления для, собственно, процесса готовки: костёр, какой-никакой котелок или хотя бы глубокая миска, вода, ступка и пестик, или хотя бы камень, посудина, в которую будет разлит готовый продукт. Всё необходимое нашлось относительно скоро. Деревянная миска, старая, и, по виду, никому не нужная кастрюля, дрова и спички. Склянки были у Сийрина, а вместо пестика Рада ограничилась использованием камня.
Пока орк бегал туда-сюда, приносил те или иные предметы, готовил костёр, Рада потихоньку начала заниматься делом. Первым делом разложила все имеющиеся травы на три кучки, каждая из которых соответствовала нужному снадобью. Начать было решено с самого сложного — эйфорической настойки. Рада общипала листья лисьих ушек и принялась энергично перетирать их в ладонях, пока они не скатались в пыль. Пыль эту она высыпала в деревянную миску. В закипающую воду она сложила серебряный корень и стебли валерианы, пока оставив их там. В деревянную миску же, к перетёртым в пыль листьям ушек, она положила чабрец и принялась энергично перетирать всё камнем.
Орк, тем временем, разоткровенничался.
— Хозяйке мы, конечно, можем сказать, что все будет аккуратно, — сказал Сийрин, наблюдая за тем, как Рада выбирает подходящую посуду, за которой тоже случился отдельный поход на кухню. — Аккуратный костер, аккуратные смеси, аккуратные... взрывы. А что, у меня бывало.
— Что-что у тебя бывало? - переспросила ведьма, подозрительно вглядываясь в лекаря, но тот старательно делал вид, что совершенно тут не при чём. Как бы не старался он, Рада всё равно забеспокоилась и мягко попыталась отстранить его от кастрюли, в которой он прямо сейчас что-то шуршал ложкой.
— Давай я лучше сама, а ты...
— Но я тоже хочу! - слегка по детски обиделся орк. Ложку так и не отдал.
— Хочешь что-нибудь взорвать?
— Нет - раздражённо забурчал молодой любитель взрывов, — Но не уверен, что...Давай ты просто мной руководи, ладно? Я послушный.
— Ты точно в этом уверен?
— Да! - Рада с вселенским терпением в глазах посмотрела на орка.
— Хорошо. Для начала, прекрати бултыхать ложкой в кастрюле, как веслом. Нежнее, нежнее. И вообще, пока ничего не трогай, рано. Я скажу. Майские слёзы пока подготовь, — распорядилась ведьма, — Так что там за взрывы?

***

Красивую белокурую женщину в сопровождении высоко, недружелюбного вида мужчины со шрамом Март заметил ещё днём. Вместе эти двое шатались по всем обозам, которые видели, и, кажется, просили взять их в дорогу. К цыганам они, по понятным причинам, не сунулись. Хотя, даже не подозревали, насколько зря. Неизвестно, что насчёт Ямерта, но вот если бы к табору пришла одна Лилия, то Март лично бы всех убедил в том, что именно эта женщина им необходима в дороге. Мало того, что сама она была красива, так цыган ещё и чувствовал в ней скрытую силу, на которую реагировал как пёс на страх хозяина. Почти весь день Март тенью крался за немногочисленной компанией, преследую, конечно, только удивительно красивую ведьму, и едва поверил своему счастью, когда двое умудрились совершенно естественным образом разминуться. Шрамомордый остался рассматривать какой-то дом, а женщина, не заметив его остановки, пошла вперёд, и отдалялась всё дальше и дальше. Это был шанс.
Март шёл за Лилией, иногда оглядываясь, не преследует ли их брюнет, вдруг обнаружил пропажу. Но брюнет безнадёжно отстал, его не было даже видно. А рыбка, тем временем, сама плыла в сеть. Всё обстоятельства складывались как нельзя удачно, у Марта при себе был даже мешок, который остался после того, как он распродал все имеющиеся в нём вещи. Осталось только выбрать момент и...
Сперва мешок на голову, и почти сразу удар по затылку подвернувшейся по дороге бутылкой. Довольно нежный, чтобы не лишать жизни, а только сознания. И вот бесчувственная женщина безвольно обмякла в руках цыгана. Прежде чем закинуть её на плечо, Март с удовольствием вдохнул в себя её пьянящий запах, смесь аромата тела и чего-то, что запаха иметь не должно, но только не для Марта — какой-то мистической силы. Знахарку он также от души помял в лапищах, а потом поволок к табору.
— Где тебя носит, чёрт немытый? Ехать пора.
— Я ведьму поймал! - Март положил Лилию на повозку, сняв мешок с головы, — женой мне будет.
— Свяжи её, пока не убежала твоя жена.
Почти никто и ничему удивляться не стал. Как и почти никто не испытал сомнений в том, что Лилия — ведьма. И правда улов ценный.
Табор тронулся в путь вместе с опускавшимися сумерками.

Нет, Ямерт не догадался пойти в таверну и сидеть там, ожидая чуда. Вместо этого он, начиная нервничать в геометрической прогрессии, обошёл почти все места, в которых они сегодня побывали с Лилией, опросил некоторых местных, но ни какого результата не добился. Свежий запах знахарки ощущался во многих местах, и выследить её только по нему в человечьем облике было очень трудно. Тогда Ямерт решил, что пойдёт к воротам и будет ждать там. Рано или поздно, она выйдет из города, если она ещё в нём. Но деться из него она тоже вряд ли куда-то могла.
Ждал оборотень недолго. Из ворот выехал шумный табор, покидая город на ночь глядя. Ямерт отошёл в сторону, пропуская телеги и провожая каждую безразличным взглядом, пока одна не привлекла его внимания. Нет, Лилию в телеге он так и не увидел, зато отчётливо ощутил её запах. Принюхался получше — точно. Сомнений быть не могло.
Ямерт так и не двинулся с места, давая табору уехать вперёд по дороге. Вмешиваться сейчас было бы очень глупо и безрезультатно. В лучшем случае он отделался бы пустыми карманами и сотрясением мозга, в худшем — проломленным черепом и всё теми же пустыми карманами. Цыгане были не тем народов, с которого можно было стребовать даже что-то законно твоё.
Вместо этого оборотень дал обозу отъехать подальше и двинулся в лес. Недалеко углубившись, разделся, сложил всю одежду в сумку и напрягся от привычной боли, пронзившей всё тело. Боль зарождалась в спине, и расползалась дальше, к лицу, ногах и рукам. Челюсть вытягивалась, зубы становились длиннее и острее, мир перед глазами выворачивался наизнанку и пестрел красками, тело покрывалось густой шерстью. Закончив трансформацию, волк отряхнулся, подхватил собственную сумку за ремень и бросился вдогонку за обозом.
Догнал он его быстро, а вот следовать за ним пришлось долго, выбирая момент, когда случайные путники, спешащие в город до закрытия, совсем поредеют. Такой момент наконец настал, и тогда, бросив сумку, волк пробежал ещё метров сто и в открытую выскочил к обозу. Нападение на людей не было его целью, ему нужно было только задержать цыган на месте хотя бы на пятнадцать минут. Так что вместо нападения на людей, оборотень бросился к запряжённой в первую же телегу лошади. Та, обезумев от ужаса, тут же попыталась встать на дыбы и защитить себя ударами копыт, но мешали оглобли, дуга и хомут. Несчастная жевотина хрипела от страха, зажатая между оглоблями, рвалась вперёд, а Ямерт угрожающе щёлкал пастью у её ног, нырял под пузо и щекотал его пастью и лапами. Пока цыгане в обозе пытались быстро среагировать на ситуацию, искали луки, рогатки, пращи и ножи, случилось то, чего добивался оборотень — телега перевернулась вместе с сидящими в ней и самой лошадью. В Ямерта полетели стрелы и камни, и он, достигнувший результата, несколько раз поогрызался на врагов, а после рванул обратно в лес. Погони, как и ожидалось, не было. Цыгане здраво рассудили, что чем преследовать одного волка, лучше ликвидировать последствия его визита. Однако, несколько мужчин стояли с луками на страже, на случай повторного появления супостата.

Теперь у Ямерта было минимум двадцать минут времени. А то и больше: поднять телегу, посмотреть, ничего ли там не сломано, закинуть обратно все вещи, успокоить лошадь и при необходимости оказать ей первую помощь. Оборотень вернулся к месту, где оставил сумку, перекинулся, оделся и вышел на тропу. Через десять минут он достиг обоза. Цыгане уже подняли телегу на колёса, но оказалось, что одно колесо всё-таки пострадало, и требовало починки.
— У вас, смотрю, проблемы? - светски поинтересовался он у первого же цыгана.
— А ты, значит, такой проницательный?
— Я могу помочь. Если возьмёте меня с собой.
— Зачем ты нам нужен, друг?
— В лесу волки, сейчас опасно идти одному. А моя спутница как сквозь землю провалилась. Один я с волком не справлюсь, но вас много, и я мог бы...
— Иди своей дорогой, пока цел.
Ямерт пожал плечами и двинулся вперёд вдоль телег, нарочито неспешно. Проходя мимо телеги, в которой находилась Лилия, заботливо укрытая пледом, Ямерт заинтересованно сунул нос внутрь, сделав вид, что интересуется связкой клинков разной длинны.
— Эй, ребята, продайте мне меч? - Ямерт не ожидая разрешения запрыгнул в повозку, уселся в неё и схватил связку, — сколько стоит вот этот?
— Приятель, катись отсюда. Не нужно испытывать наше терпение.
— Да я только взгляну. А тут что?
— Не трогай, бес проклятый! - Ямерт рывком снял плед и узрел под ним Лилию. На первый взгляд, знахарка была цела, уже пришла в себя, но связана по рукам и ногам, а в рот ей затолкали, кажется, целую простынь.
— Эй, ребята, вы нашли мою подругу! Какие вы молодцы. Только зачем связали? Она мирная.
— Ты что, слабоумный?! - Март схватил оборотня за ворот рубахи и скинул на землю вниз, спрыгнув следом, — я сказал — не лезь!
— Зачем же драться, друг? Просто Дайте мне забрать свою женщину с собой, и мы уйдём.
— Она твоя женщина? - Ямерт улыбнулся. Март выдал себя с потрохами.
— Подруга, да. И мне не очень нравится, что она оказалась связанной у тебя в повозке.
— А мне очень не нравишься ты, - Март выхватил из ножен ятаган и перебросив его из левой руки в правую сделал выпад вперёд. Неудачно, Ямерт легко отклонился в сторону и перехватил руку с ножом у запястья, вывернул её, пока оружие не выпало из руки. Ничего сделать больше он не успел, потому что кто-то сзади схватил его за плечи.
— Стоп! - властный голос женщины остановил драку, в которой оборотень бы обязательно проиграл, в зародыше, — отпустите его.
Старуха. Цыганская ведьма, к которой Ямерт уже обращался когда-то, всё время молча наблюдала за происходящим. Именно на неё он и рассчитывал с самого начала. Седовласая приблизилась к волку.
— Твоя подруга — ведьма.
— Знахарка.
— Не важно. Чего ты хочешь?
— Я хочу, чтобы взяли нас с собой на какое-то время. А потом отпустили. Обоих, - Ямерт выразительно посмотрел на Марта.
Старуха молчала. Из-за её ноги выглянула сероглазая, кудрявая головка внучки. Цыганка опустила глаза вниз, погладила девочку по голове, а потом посмотрела на оборотня.
— Её зовут Бахт, — сказала ведьма, — Она очень талантлива, - Эта фраза была не просто знакомством. Это было предложение, которое оборотень ожидал услышать. Ямерт кивнул.
— Как тебе доверять?
— Никак, - честно ответил Ямерт, — тебе будет достаточно честного слова?
Ведьма не ответила. Вздохнула и отвернулась.
— Эти двое поедут с нами. В моей повозке. Развяжите женщину.
Спорить никто не смел. Но недовольство принятым решением витало в воздухе.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Суббота, 19-Апр-2014, 01:51:10 | Сообщение # 1233    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
К удовольствию Сийрина, Рада согласилась руководить процессом. Орк слушал и слушался, и про себя подмечал, в чем отличия между тем, что говорит делать Рада, и тем, как делал бы он сам. Надо сказать, что в общем картинка получалась схожей, но некоторые детали различались. Например, с нежностью.
— Так? — Сийрин перехватил кастрюлю поудобнее, лучше даже сказать приобнял, прижав ее левой рукой к груди, а правой продолжил помешивать будущее варево, но уже постарался это делать "нежнее". Раз, раз — ложка ритмично описывала круги, не задевая стенок кастрюли.
Оказалось, что так. Потом Рада попросила подготовить майские слезы, чем Сийрин и занялся. Орк выбрал нужный пакетик (в нем оказались сушеные красные лепестки с серебряными прожилками), раскрошил один из них в пальцах над миской и вопросительно посмотрел на Раду. Та кивнула.
— Только надо помельче. Воспользуйся камнем, как пестиком.
— Я и собираюсь, — кивнул орк.
— Так что там за взрывы? — полюбопытничала Рада.
— Ну, это давняя история, — Сийрин рассказывал, не отрываясь от работы. Он старался все делать тщательно, аккуратно. "Быть нежным", чтобы все лепестки истерлись до трухи и не осталось кусочков, чтобы ничего не просыпалось мимо миски. — Еще из тех времен, когда я пытался варить сам что-то более сложное, чем травяной сбор от кашля. Был у меня пациент, маленький мальчик, очень болезненный, худой и чахлый, слабый. Ему было бы очень хорошо попить специального витаминного сока для укрепления иммунитета. Я и попробовал сварить. Может, знаешь? Это который из яблок, малины, лаванды, аира, и еще небольшой магической компоненты. Взрываться-то вроде совершенно нечему, а? Так вот взорвалось. Я так и не понял, почему. Вроде все по книжке делал, и порядок соблюдал, и с ингредиентами бережно обращался, и за временем следил. Только вот все равно — ба-бах! — повалил черный дым, а спустя секунду котел разлетелся вдребезги. Чудом никого осколками не задело.

***

Лилия пришла в себя, когда табор уже мчался по лесному бездорожью. Телегу здорово трясло, Лилия несколько раз больно стукнулась головой о стенку, а голова и без того немилосердно болела после удара бутылкой.
"Неужто королевские меня выследили?" — первой пришла в голову мысль, от которой знахарку холодный пот прошиб. Когда-то уже ей приходилось ехать связанной в телеге, и закончилась эта поездка катастрофически.
"Нет, не может быть. О той истории уже все позабыли, кроме меня. И Ямерта, быть может," — твердо сказал себе Лилия, но это ее не шибко успокоило. Зато успокоило кое-что другое: — "как бы то ни было, на этот раз на меня не надели ничего противомагического. Если это и впрямь королевские, то я уничтожу каждого, кто до меня дотронется, чего бы мне это не стоило".
Лилия, конечно, пробовала выяснить, куда это ее везут и в чем, но тщетно. Связали женщину очень крепко, да вдобавок еще и пледом прикрыли, так, что не видно ничего. Кляп во рту: даже не покричишь, не позовешь никого. А так хотелось пить! И обратный питью процесс тоже совершить хотелось. Но рядом никого не было. Совсем похитители бессовестные пошли.
Лилия уже потеряла счет времени, сколько она едет, когда езда прекратилась. Заржали лошади, закричали люди, и телега остановилась. Лилия напряженно вслушивалась, пытаясь понять, что происходит, и вдруг услышала, к своему огромному счастью, голос Ямерта:
— Эй, ребята, продайте мне меч? Сколько стоит вот этот?
Ямерт был так близко! Но плед... Лилия снова попыталась закричать, но из-за кляпа получился лишь невнятный писк. Впрочем, Ямерт и его должен был услышать.
— Приятель, катись отсюда. Не нужно испытывать наше терпение, — послышался чужой незнакомый голос.
— Да я только взгляну. А тут что? — это Ямерт.
— Не трогай, бес проклятый! — незнакомый голос закричал пронзительно.
После вспыхнул свет! Ямерт сдернул с Лилии покрывало. Лилия подергалась, показывая, что она в целом бодра и здорова, но очень хочет как можно скорее избавиться от веревок и от кляпа.
В поле зрения знахарки, кроме Ямерта, попал обладатель незнакомого голоса. Он обладал чистой цыганской внешностью. Теперь все было понятно, Лилия вполне успокоилась. Она не знала, что табор большой, думала, что он ограничивается двумя-тремя телегами, на половину набитыми стариками и детьми. А со второй половиной, молодой и здоровой, Ямерт может отлично справиться.
За тело Лилии Ямерт и цыгане немного поторговались. Итог торгов удовлетворил и сам товар: его согласились развязать, пообещали отпустить, а со всем остальным можно будет разобраться.
— Ну и? — Лилия пошла на штурм сразу же, как ее развязали. Она уперла руки в бока и вызывающе посмотрела на цыгана, что стоял ближе всех, — что все это значит? Это нормально — добрых граждан средь бела... сера вечера воровать?
На Ямерта знахарка кинула только короткий взгляд. Поблагодарить она его обязательно еще успеет, а с наглецами надо разобраться сейчас.
— Куда вы вообще меня везти собрались и зачем?



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Суббота, 19-Апр-2014, 21:28:17 | Сообщение # 1234    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5711
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Рада с интересом выслушала историю про взрыв витаминного настоя, не отрываясь от работы.
— Мальчик-то выжил?
Сказать сейчас, что именно орк сделал не так, было сложно. Может быть, посуда, в которой он варил настой, была не слишком чистой, и к нужным компонентам примешались какие-то ещё, совсем ненужные. А может, что Сийрин что-то упустил, или не очень внимательно выбирал ягоды малины, яблоки (да, в них тоже могла заключаться проблема). Теперь уже не определить. Теперь уже и не важно.
Тем временем вода в кастрюле начала побулькивать. Рада сунула нос, проверить, как дела.
— Отлично. Теперь аккуратно сними кастрюлю с огня, вытащи из неё всё и отложи в сторону, пусть остынет. Воду не сливай, она пригодится, пусть тоже немного остынет. Следи, чтобы не стала совсем холодной, иначе всё придётся делать заново. Как сможешь не обжигаясь брать в руки валериану, не выжимая, просто порви её руками, не очень мелко. Корень, как чуть остынет, разомни в миске.
Раздав распоряжения, ведьма отложила пока в сторону раздавленные в миске травки и подвинула к себе раскрошенные майские слёзы. Они нужны были для снотворного. Придирчиво пошуршав пальцем в миске, осталась довольно проделанной работой. К раскрошенным майским слезам ведьма добавила цветы бессмертника, остатки отложила в сторону. Пока она этим занималась, Сийрин уже принялся рвать валериану и разминать серебряный корень, а вода остыла до нужной кондиции. Нужной марли не нашлось, но у Сийрина оказался набор бинтов, который тоже хорошо подходил. Содержимое миски с размытыми травами легло первым слоем на бинт. Следом размазан в кашице перемятый серебряный корень. Ведьма хорошенько спрессовала всю субстанцию, выдавливая остатки сока через бинт в миску, в которой проводилась операция. Сверху легла разорванная валериана, и бинт был завязан. Конструкция легла на дно заготовленной склянки и сверху была залита тёплой водой почти до самого края.
— Хотя бы три дня держать на солнце. Если смешивать с правильно сделанным отваром из молодых мухоморов, то эффект будет более глубоким. Могут быть галлюцинации. Это готово.
Рада отложила склянку в сторону и заглянула в кастрюлю.
— А сюда нужно добавить холодной чистой воды, чтобы разбавить то, что тут есть. Сделаем снотворное, а потом займёмся остатками. Можешь заняться лёном, - улыбнулась ведьма и зачерпнув из кастрюли немного отвара, залила им миску с майскими слезами и цветами бессмертника. Только, чтобы намокли травы.
— Столько времени я этим не занималась, - промурлыкала Рада, с удовольствием разминая в миске пальцами намокшую труху, — Кажется, целую вечность. Невозможное удовольствие.

***

Конфликтная ситуация разрешилась настолько позитивно и мирно, насколько вообще только могла. Так или иначе, теперь Лилия и Ямерт могли ехать с обозом, может, даже умудриться заработать, и при этом остаться целыми. Железной гарантии, конечно, не было всё равно, так что приходилось глядеть в оба и не провоцировать лишний острых ситуаций. Что сейчас, зачем-то, делала Лилия. Знахарка, только освободившись от оков, тут же набросилась с обвинительными речами на собравшихся вокруг цыган. Отвечать пока всё равно никто не собирался, а Март, как главный виновник, только загадочно улыбался. Пока дело не обернулось совсем круто и цыгане не передумали, Ямерт попытался увести женщину.
— Успокойся. Идём, сейчас не время для разбирательств, — оборотень мягко взял женщину под локоть и настойчиво потянул за цыганской ведьмой, к её телеге. Телега, к слову, среди всех была единственная крытая, что как нельзя кстати играло на руку.
— Ты думаешь я это просто так оставлю? - выплюнула раздражённая Лилия, вырвав из рук оборотня свой локоть.
— Конечно нет. Но давай ты немного позже всех их проклянешь. А сейчас нам лучше уйти, - серьёзно сказал Ямерт, твёрдо глядя Лилии в глаза. Та пофыркала немного, отряхнулась, поправилась.
— Мне нужно отойти.
— Иди, - ответил Ямерт, — Только не потеряйся и гляди в оба. Возвращайся вон туда, - оборотень показал пальцем на единственный крытый фургон. Лилия ушла, а Ямерт не торопился двигаться с места, внимательно наблюдая, не найдётся ли среди цыган тот, кто захочет женщину проводить. Самому бы ему было бы спокойно, пойди он с ней, но по многим причинам ни пойти с ней, ни даже предложить такого варианта он не мог и даже от одной мысли смущался. Хотя понимал, что это было бы во всех смыслах безопаснее. Но никто их присутствующих цыган не бросился за знахаркой следом. И, возможно, слава богам, что так, иначе бы конкретно этому смельчаку досталось бы сперва от Лилии, а после ещё и от Ямерта. И доставалось бы ему до тех пор, пока остальная толпа не раздавила бы обоих как гнилые орехи, задавив числом.
Ямерт на секунду представил себе эту картину. И ему стало смешно.
— Чему ты улыбаешься, друг? - спросил у Ямерта Март, пристальней всех наблюдавший за ним.
— Фантазия хорошая. Друг, - Март хмыкнул, показав крепкие белые зубы. На фоне смуглого лица, да ночью, выглядело довольно зловеще. Март смерил Ямерта взглядом и протянул ему руку.
— Не держи зла. И замолви слово перед подругой за меня, хорошо?
— Я передам ей, что ты раскаиваешься, - оборотень вяло принял рукопожатие, — Прости, мне нужно идти, - Лилия как раз появилась из лесочка.
— Хорошей ночи!
Оборотень в ответ махнул рукой и пошёл встречать Лилию. Проводив к нужному фургону, залез сам и помог забраться Лилии. А фургоне все было так, как могло бы быть в любом ведьмином обиталище. Почти не было трав, хотя какие-то мешочки висели под потолком. Между там же висевшими костями, не все из которых были останками животных. Цыганская магия была довольно специфической.
В углу, на подставке, чадила ароматная палочка, на столе лежали карты, стоял хрустальный шар. В фургоне обнаружилась коллекция ножей, очень недурственных. Ведьма как раз готовила лежанку для неожиданных гостей. Девочка помогала, подавая то подушку, то лоскутное одеяло.
— У меня тут не гостиница, спать будете тут, - проворчала она, — Моё имя — Эйш.
— Живучая, - перевёл оборотень. Впрочем, его сейчас интересовало не значение имени старухи, а предполагаемое место для сна. Дело в том, что оно было достаточно тесным для двоих. И вообще было одно.
— Я могу спать где-то в другом месте? Или спать в другое время?
— Ты что, стесняешься?
— Если тебя это убедит — да, - ответил мужчина, совершенно недовольный ситуацией.
— Не убедит. Ты можешь идти хоть пешком или не спать вовсе. Как твоё имя? - резко спросила ведьма, в свою очередь очень недовольная капризами гостя и тем, что он до сих пор не назвал своего имени.
— Ямерт. Моя спутница — Лилия, - старуха кивнула.
— Она знает о тебе? - теперь кивнул Ямерт.
— Я кузнец и резчик по дереву. Если нужна будет моя помощь, я готов помочь.
— Твоя помощь будет нужна. Об этом мы поговорим после. Куда вам нужно?
— На запад. К Янтарной деревне. Вы не можете не знать, где это, верно?
— Я не буду ничего тебе обещать. Но пока мы двигаемся на запад. И запомни, волк, я заставлю тебя есть землю до конца дней, если ты причинишь кому-то вред.
— Я это учту. А сейчас не хочешь ли ты нас покормить?
Ведьма фыркнула, но кивнула на стол. Там стоял котелок с остатками каши.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Воскресенье, 20-Апр-2014, 00:58:40 | Сообщение # 1235    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
— Тебе правда так это нравится? — Сийрин улыбнулся во все свои тридцать два зуба, — Тогда у нас бы получился прекрасный союз.
Сийрин хотел научиться варить зелья, старался продвинуться в этом ремесле, но оно ему не очень-то нравилось. Причина была очень даже логичная: не нравилось потому, что не получалось. Однако зелья очень нужны любому доктору, а покупать их — дорого, и далеко не в любом месте можно найти хорошего продавца. Не таскать же с собой обоз зелий на любой случай. Зато как здорово иметь в товарищах собственного зельевара! В любой момент может зелий наварить, лишь бы ингредиенты были, и кошелек опустошать за свою работу не заставит. Зельевару тоже был бы плюс от соседства с целителем: во-первых, маг может поколдовать над зельем, слегка увеличив его силу, а во-вторых имеет свои собственные способы лечения, которые зелья повторить не могут. Качественно сваренное зелье и умелые целительские чары работают эффективнее вместе, чем порознь, и могут помочь от большего количества проблем. Ну а из практической выгоды сотрудничества автоматически вытекает и финансовая.
— Мальчик-то выжил, — с некоторым запозданием ответил на Радин вопрос Сийрин, — я его заставил в больших дозах пить яблочный сок и наяривать ягоды. Самые обычные. За лето мальчик окреп, и даже не болел ничем в последний месяц нашего с ним знакомства, а потом я уехал. Честно скажу, что после того случая со взрывом я изготовления зелий немного опасаюсь.
Орк усмехнулся, вооружился толстыми перчатками и снял закипевшее зелье с огня, как велела Рада. По виду Сийрина его опасений не было видно: работал орк с энтузиазмом. Лишний раз, правда, к кипящему котлу он бы подходить не стал, а когда подходить надо было, то тщательно соблюдал технику безопасности, в быту зельеварами нередко опускаемую: голову над зельем не наклонял, чтобы посмотреть, как оно там, резких движений не делал, ложкой во время перемешивания по стенкам не бил, пары не вдыхал, и даже волосы себе опять в хвост завязал, чтобы ненароком не добавить в котел лишних ингредиентов.
Меж тем на очереди обработки был черный лен. Его тоже полагалось измельчить до состояния трухи, чем Сийрин и занялся. Он немного отвлекался, часто поглядывая на Раду.
"Рада — разбойница. Рада — разбойница. Рада — разбойница. ?"
— Ты ответишь, если я спрошу, каков твой род занятий в настоящее время? — аккуратно спросил орк.
Он помнил, что едва ли не первой фразой Рады была "ты меня вылечишь, а потом больше не увидишь". Еще много чего было нечистого. Однако же Рада, и вся ее компания не слишком походили на банду головорезов. Откровенно говоря, они вообще ни на кого не походили, как будто бы только вчера с неба свалились и еще сами с собой не определились. Сийрин даже не подозревал, насколько он прав в этом предположении.
Какое-то время поколесить с компанией Рады целитель был бы совсем не прочь. Однако если ребята и впрямь занимаются разбоем, то Сийрину с ними не по пути.
— Ау! — черный лен воспользовался одним из тех моментов, когда Сийрин чуть-чуть отвлекся, и отомстил своему измельчителю. Смесь загорелась с одного края, лизнув пальцы целителя. Огненный поцелуй вышел неожиданным и неприятным, но не травматичным: орк быстро отдернул руку, ожог образоваться не успел. Не теряя времени, Сийрин быстро задавил пламя камнем, спасая оставшийся порошок.
— Как думаешь, небольшое количества пепла в зелье критично, или его надо весь выбрать? — задумчиво поинтересовался Сийрин у Рады, выбирая и выкидывая из миски основную пепловую зону.
На мини-пожар целитель отвлекся не надолго и скоро вернулся к прежнему вопросу:
— Так вы просто путешественники, или... кто вы?

***

Разобраться с наглыми похитителями Ямерт Лилии не дал. Знахарка пофыркала, поворчала, повозмущалась, про себя пообещала разобраться потом еще и с Ямертом, но просьбе успокоиться и отступить подчинилась.
Настроение чуть улучшилось после похода в лес. Когда живот не обещает лопнуть, жизнь кажется куда краше. Лилия даже добровольно согласилась зайти в гости к седовласой цыганке. Правда, скоро выяснилось, что вовсе не в гости: в этом фургоне Лилии и Ямерту предстояло жить. И спать. На одной маленькой кровати. Знахарка нахмурилась, но ничего не сказала. Цыганка дала понять, что выбора у парочки нет, так что придется как-то исхитриться, чтобы ночевка на одной лежанке не стала проблемой.
Ямерт и цыганка (которую звали Эйш) вели разговор так, будто Лилии не было рядом. Обсудили, куда едет табор, обсудили, что Лилия знает о природе Ямерта. Сама-то цыганка, кстати, откуда узнала? Никак она ведьма (а по интерьеру табора на то похоже) со способностью чувствовать мистические начала в людях?
Не спрашивают — и ладно, Лилия не вмешивалась. Все равно она сейчас ничего доброго и светлого сказать не могла, только бы обострила свои отношения с местными жителями.
Ямерт уговорил цыганку накормить гостей. Кормили кашей, которая уже успела остыть и слипнуться. Несмотря на то, что есть хотелось очень, Лилия принимала каша внутрь без особого энтузиазма из-за ее не очень приятных эстетических и вкусовых качеств.
Лилия едва дождалась конца трапезы, чтобы снова вернуться к вопросу о своем похищении.
— Когда ты меня увидела, то сразу сказала, что я — ведьма, — заговорила Лилия с Эйш, — это как-то связано с моим похищением? Ямерт — кузнец и резчик по дереву, и еще, гм, то, о чем, как вы выяснили, я знаю. А что потребуется от меня?



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Вторник, 22-Апр-2014, 00:25:45 | Сообщение # 1236    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5711
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
— Не представляешь, как сильно, - ответила Рада, продолжая с удовольствием мять в пальцах размокшую пыль. Ощущение и правда было во всех смыслах совершенно восхитительное, и Рада ощутила себя так, словно перенеслась лет на пять - семь назад. Когда она только и делала, что варила зелья, сушила травы, заговаривала настои, делала мази и масла. И столько было к тому ресурсов, что всё выходило легко и само-собой.
— Ты ответишь, если я спрошу, каков твой род занятий в настоящее время? — аккуратно спросил орк. - вопрос орка выдернул из приятных воспоминаний. Рада несколько виновато взглянула на него. Она бы, может, и ответила, да только что отвечать? Никакого рода деятельности сейчас у неё не было, а посвящать Сийрина в захватывающую историю своей смерти и последующего чудесного воскрешения Рада пока не была готова. Кто угодно на такой рассказ отреагировал бы весьма неоднозначно, и к такой информации человека следовало бы сперва подготовить. Или вообще лучше было никому об этом не знать. Для чего?
Но вопрос, так или иначе, завёл ведьму в тупик. Что-то ответить всё равно бы пришлось, и пока она судорожно соображала, что, у орка случился мини-пожар. Огонь был быстро устранён, пепла было немного, но Рада всё равно не очень-то переживала по этому поводу. Потому что пепел её как раз и нужен был.
Она взяла свою миску, придвинулась поближе у орку и забрала у него миску со льном, вручив ему свою, и велев держать.
— Не зря он у тебя зажёгся, хоть и рановато и не в тех условиях. Но сжечь нам его всё равно нужно, только с заговором. как только он прогорит, я высыплю пепел вот сюда, - ведьма кивнула на кашицу, что находилась в миске в руках орка.
— А ты сейчас помалкивай и нос свой мне в руки не суй, - попросила девушка. Она положила миску на вытянутые ладони подняв их на уровень лица, но держа на отдалении. Заглядывая в содержимое сверху, легко подула на свои руки и тихо, почти шёпотом заговорила:
— Абу, Лах, Йесса. Зову, зову, зазываю, для себя крепкий сон призываю.
Пламя синее себе возьмите, а мне добрый сон подарите.
Последний дым от огня в сознанье войди, всех людей мне во сне покажи.
Кто любил, и кто сейчас любит. Кто ненавидит, и кто душу погубит.
Примерно к концу второй строчки на сухих крошках заплясал огонёк. Необычный, не тот, что вышел у Сийрина, а лёгкий, почти прозрачный, отливающий насыщенным синим цветом. Когда содержимое превратилось в пепел, огонь погас и вместо него появился лёгкий дымок. Рада поднесла миску с пеплом к плошке с кашицей и пересыпала пепел. Далее начала перемешивать всё пальцем.
— От кого невредимой уйду и кого я погублю.
Абу, Лах, Йесса.
С последний словом дым вовсе испарился.
— Теперь всё это нужно залить тем, что осталось в кастрюле, завернуть во что-то тёмное и оставить на сутки. На вторые сутки положить склянку под голову кому-то, кто крепко и хорошо спит. После того, как он проснётся, зелье будет окончательно готово. Если что, у нас Арм спит очень хорошо, взрывом не разбудишь, - улыбнулась ведьма. Пока Сийрин занимался заключительными этапами, сама она набрала чистой воды в кастрюлю и поставила вновь на огонь. Осталось сделать только лёгкий сбор, и дело на сегодня будет закончено. А сбор делать было проще простого: проварит все оставшиеся травы, поочерёдно опуская их в кастрюлю, затем некоторые из них вынуть, некоторые измельчить.
— Я не могу сказать тебе, какой у меня сейчас род деятельности, - наконец-то, с большим опозданием ответила ведьма, — Потому что рода деятельности сейчас у меня никакого нет. Но я очень надеюсь обрести его в ближайшее время. Может быть, не без твоей помощи. Так-то.

***

На кашку выполз из сумки и требовательно запищал и грифонёнок. Ямерт посадил его к общему столу, зачерпнул каши и предложил испробовать. Птенец кашку умял за милую душу. Эйш на появление лишнего рта отреагировала недружелюбно. Нахмурилась, попыталась согнать со стола, но Ямерт посадил его к себе на колени.
— Откуда у тебя грифон? - спросила ведьма.
— Он сам меня нашёл, - неопределённо ответил оборотень, — Может быть ты подскажешь, как его назвать?
Ведьма фыркнула и ничего не ответила. Тем более вопросы появились новые, но уже от женщины.
— То, что ты ведьма, чую не только я в таборе. Наверное, Март прошёл бы мимо, если бы только ты не источала такой запах, - довольно брезгливо бросила Эйш, — Но Март реагирует на магию просто как пёс на запах мяса. А я знаю, что твоя магия целительная. И мне могут пригодиться твои способности. Но пока ты можешь просто расслабиться.
— Ах да, - вспомнил оборотень, — Этот самый Март просил извиниться перед тобой за его поведение. Я обещал передать, вот, передаю.
Ямерт вздрогнул, потому что кто-то вдруг бесцеремонно полез ему на колени. Это оказалась сероглазая крошка Бахт. Она взяла в руки птенца, залезла на колени кузнеца и удобно устроилась на них, обняв грифонёнка в ручках.
— Назови его Тагар, - предложила она, заглядывая оборотню в глаза.
— Что это значит?
— Король, - ответила девочка, — Он вырастет и будет красивым, будет парить в облаках свободно и величественно. Ему подходит это имя.
— Пока он даже на принца не тянет, - нервно прокомментировал оборотень. Бахт с его коленей слезать, кажется, не планировала.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Вторник, 22-Апр-2014, 09:43:02 | Сообщение # 1237    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Оказалось, что пожар льну совсем не повредил, и пепел Сийрин начал выскребать зря. Хорошо, что Рада вовремя заметила и отобрала у него миску, пока орк не вычистил весь пепел. Взамен миски со льном целителю вручили миску, над которой раньше корпела Рада, просто подержать.
— А ты сейчас помалкивай и нос свой мне в руки не суй, — предупредила Рада, кинув на миску со льном очень серьезный взгляд. Кажется, она теперь хотела сделать что-то сложное, что-то особенное.
— Неужели тебе не нравится мой нос? — с усмешкой вопросил Сийрин, почесав кончик предмета дискуссии. Выражение "нос в руки не суй" получилось у Рады интересным, забыть о нем и ничего больше не говорить было не так-то просто, но Сийрин сдержался и девушке не мешал.
Рада прочитала короткое заклинание, и Сийрин почувствовал всполохи силы, что окружили колдующую ведьму. Так орк наглядно узнал о Радиной природе. Хотя он мог бы и раньше догадаться, прицепившись, например, к рассказу Иттрия о том, что Рада в компании другой женщины успешно изгоняла призраков в проклятой деревне.
Закончив с колдовством, Рада поведала Сийрину о том, что они будут делать со снадобьями дальше, а после, как могла, ответила на вопрос о своем роде деятельности.
— Но я очень надеюсь обрести его в ближайшее время. Может быть, не без твоей помощи. Так-то. — закончила она.
— Да, — Сийрин чуть улыбнулся. Хорошо, что Рада уже не исключает возможность дальнейшего общения, но на данный момент орка больше интересовала только что открывшаяся ему истина.
— Так ты ведьма? — негромко спросил целитель после короткой паузы. Этот вопрос был риторическим, а вот последующий за ним — нет. — Почему же сразу не сказала?
"Я просто кое-что понимаю в травах, сказала она при первой встрече", — припомнил Сийрин, — "Ну да... действительно понимает, тут не поспоришь, но степень своего понимания Рада почему-то не озвучила. Странно, сейчас времена прогрессивные, ведьм на костер за ворожбу не отправляют, и зазорным это ремесло не считается. Так, по крайней мере, в Стерлинге".
У орков же и вовсе не было никаких предрассудков по поводу магии: и некроманты, и целители, и ведьмы у них ценились одинаково. Потому Сийрин и не понимал, почему Рада от простого вопроса уклонилась, а предпочла завесить свою способность темной тканью. Вряд ли просто так, что-то есть за этой недоговоркой.

Иттрий возвращался к дому, неся на вытянутых руках баночку с землей и мандрагорой. Из банки торчали куцые листья, которые недовольно шевелились, а под стеклом было видно, как в земле изгибается корешок. Но главное, что растение молчало, не пыталось выбраться наружу и покричать.
Рада обнаружилась во дворе, и не одна. Они с Сийрином сидели рядышком на бревне, держали на коленках миски с зельями, ничего с ними не делали, но зато о чем-то болтали, наклонившись друг к другу. Картинка выглядела довольно мило.
Однако когда на шаги Иттрия Рада и Сийрин одновременно подняли головы и одинаково посмотрели на него из-под черных челок, воину стало как-то не по себе. Как будто он тут лишний, и вообще белая ворона.
— Я тут поймал кое-кого. Или кое-что, — сообщил Иттрий, вручая банку с мандрагорой супруге, — думаю, Рада, ты оценишь.
Сийрин вот точно оценил.
— Ничего себе! — восхищенно присвистнул он, разглядывая подаренное Раде растение, — неужели это то, о чем я думаю? Иттрий, где ж ты ее отыскал? Еще и поймать ухитрился. Повезло тебе с мужем, Рада.
— Что, тоже такого мужа себе хочешь? — кашлянул-фыркнул Иттрий.
— Конечно! — тут же с энтузиазмом отозвался Сийрин, — такого, только женщину, красивую, желательно чуть пониже, чем ты, и огненно-рыжую. Но чтобы тоже мандрагоры мне носила.
— Ну-ну, — неопределенно отозвался Иттрий, а после поведал Сийрину и Раде историю о том, как он мандрагору нашел и поймал, рассказав так же и тот эпизод, в котором мандрагора его оглушила и на пару секунд из реальности выбила. Мол, осторожнее с ней.

***

— Я не помню никакого Марта, — буркнула Лилия. Извинения приняты не были. Напротив, имя "Март", наклеенное на черное пятно похитителя, сделало эту таинственную фигуру еще более зловещей и неприятной, чем раньше. Впрочем, кто именно есть Март, Лилию пока не шибко интересовало. Все тут на одно лицо, и все вороватые.
Чуть погодя на колени Ямерта запрыгнула цыганская девочка, своей наглостью Лилию удивив. Однако польза от этого действия была: Бахт придумала грифоненку имя: Тагар. Звучит неплохо, коротко. То, что надо.
На коленях Ямерта Бахт укоренилась. Лилии очень хотелось как-нибудь передать Ямерту, чтобы тот следил внимательнее за кошельком, однако вслух выразить беспочвенные подозрения было бы верхом некультурия, а телепатией знахарка совершенно не владела.
— Так, ладно, мы спать будем? — со вздохом поинтересовалась Лилия. Ночка темная, глубокая уже была на дворе.
— Посуду вначале за собой вымойте, — выплюнула Эйш, — здесь никто убираться за вами не станет. Вода вон там, отходы выплескивайте за борт.
Убраться пришлось без возражений. Вернее, убраться пришлось Лилии, потому как Бахт продолжала пленить оборотня. Впрочем, знахарке была совсем не против по-женски поухаживать за Ямертом, ей даже приятно было.
Эйш уже тоже готовилась ко сну. Освещение в помещении приглушили.
Лилия устроилась на отведенной им с Ямертом лежанке, провела гребнем по волосам перед сном. Дело заняло меньше минуты — не то, что раньше, когда надо было разбирать каждую прядь в длинной косе. Собственно, потому Лилия от нее и избавилась, что время и желание так вылизывать свои перышки уже не всегда были.
— Ну, иди ко мне, — Лилия протянула руки к Ямерту, как дочка к папе. Раз уж все равно от совместного сна никуда не деться, то пусть это занятие станет приятным. Ямерт большой, теплый, к нему прижаться можно. Лишь бы самого оборотня физическая близость женщины не слишком смущала. Лилии-то с этим проще.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Вторник, 22-Апр-2014, 21:47:16 | Сообщение # 1238    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5711
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
— Так ты ведьма? — негромко спросил целитель после короткой паузы. Этот вопрос был риторическим, а вот последующий за ним — нет. — Почему же сразу не сказала?
Рада чуть вздохнула, но в привычный психоз не сорвалась. Отчасти от потому, что Сийрин не вытаращил глаза от удивления и не начала с интересом расспрашивать, что она умеет. Кстати, на этот вопрос теперь Рада не ответила бы так просто, как раньше. Она сейчас находилась в той ситуации, когда сама точно не могла оценить свои возможности. Их ещё следовало бы испытать, лучше в каком-то поле.
— А это что, так важно? - спросила Рада вместо ответа, — Ведьма, не ведьма. Менее больной я бы от этого не стала всё равно. Вот теперь ты в курсе, и что, стало легче? - Рада говорила спокойно, в самом деле не совсем понимая, какая разница лекарю, ведьма она, некромантка или, может быть, нудистка. Это если рассматривать Сийрина только как лекаря, конечно. А орк уже успел войти в разряд знакомых, и продвигался дальше.
Пока Рада с Сийрином разговаривали, появился Иттрий. В руках он нёс банку наполненную землёй, а в банке копошилось нечто торчащее наружу зелёной ботвой. Раде хватило одного взгляда, чтобы понять, ЧТО Иттрий несёт в руках. Однако поверить свои глазам всё равно было сложно. Особенно учитывая природу мистического растения и то, в каких особых условиях оно могло вырасти.
Сийрин опомнился первым.
— Ничего себе! — восхищенно присвистнул он, разглядывая подаренное Раде растение, — неужели это то, о чем я думаю? Иттрий, где ж ты ее отыскал? Еще и поймать ухитрился. Повезло тебе с мужем, Рада.
Потрясённая ведьма и так знала, что с мужем ей повезло невероятно, даже безотносительно таких вот подарков. Пока воин с лекарем обменивались фразами, да пока Иттрий рассказывал историю нахождения такого чуда (в которой как и ожидалось, фигурировал висельник), Рада цацкалась с мандрагорой. Трогала листочки, рассматривала сквозь стекло банки, аккуратно раскапывала землю сверху, любовалась и судорожно перебирала в голове все возможные применения мандрагоры.
— Иттрий..., - от переизбытка чувств ведьме сложно было сказать что-то внятное. Она вручила банку в руки Сийрину, поднялась и крепко обняла мужа, — Ты самый сумасшедший человек в моей жизни.
Бурные эмоции так переполняли Раду, что она едва светиться не начала. Чмокнув мужа в щёку (чмокнуть как-то посерьёзнее она пока поостереглась, в конце концов, не была ещё до конца здорова), она вернулась обратно и отобрав банку и орка из рук, продолжила с ней цацкаться.

***

К сожалению, никакого участия в уборке Ямерт принять не мог, потому как девочка накрепко оккупировала его колени. Столкнуть её он остерегался, просто из вежливости, и боялся обидеть ребёнка. К тому же, он дал старухе негласное обещание проводить с Бахт времени столько, сколько сможет. Так что всё время, что Лилия мыла посуду, оборотень только грустно смотрел ей вслед. Спокойно выдохнул он только когда Эйш забрала внучку спать. Тогда Ямерт поднялся, потянулся, отряхнулся, усадил в сумку птенца. И...
— Ну, иди ко мне, — ... закашлялся. Спать ему хотелось ужасно, почитай вторые сутки на ногах, но даже нечеловеческое желание выспаться никак не отменяло смущения от возможного возлежания с Лилией в одной постели. Конечно, с другой стороны, он был вовсе не против, потому что даже просто спать вдвоём — приятно. Не всегда, конечно, но не в случае со знахаркой. И если бы не недавно произошедшее событие, всё было бы проще, Ямерт бы так не терзался. Но вот...
— Иду, - покорно сказал Ямерт, будто бы его силком принуждали совершать что-то нехорошее. Он постарался расслабиться и всё забыть. В конце концов, они вроде договорились, что друзьями были, друзьями и остаются. А почему бы друзьям не поспать рядом?
Оборотень снял сапоги, оставил их в сторону и забрался под одеяло, стараясь поменьше беспокоить женщину своими перемещениями. Когда же он наконец-то устроился, оказалось, что места тут катастрофически мало, даже при том, что Ямерт вжался в стенку как мог, руки девать было некуда.
— Прости, - виновато прошептал оборотень и обхватил Лилию рукой за плечи. Так было явно удобнее.
Не смотря на все неудобства (или удобства?) заснул он быстро и крепко. Птенец же, совершенно несогласны ночевать один в сумке, преполз из неё поближе к лежанке Лилии с Ямертом и свернулся клубком.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Среда, 23-Апр-2014, 15:24:19 | Сообщение # 1239    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Иттрий смотрел, как Рада радуется подарку, рассматривает его, трогает листочки, и сам расцветал на глазах от радости. Редко когда удавалось увидеть ведьму вот такой, счастливой, легкой.
— Иттрий..., — выдохнула Рада, отложила на время банку, обняла крепко мужа, — Ты самый сумасшедший человек в моей жизни.
Чмокнула в щеку и снова вернулась к драгоценному подарку.
Иттрий довольно улыбнулся, потер горящее от поцелуя место и сказал:
— Я тебе целую плантацию таких разведу, лишь бы ты радовалась.
"Ох непросто это будет," — подумал про себя Сийрин, но этот комментарий не высказал, глядя на счастливых Раду и Иттрия. Зачем момент портить? К тому же Рада и сама должна прекрасно знать, как непросто размножаются такие диковинки. Хотя, чисто теоретически, если бы большим трудом и правда удалось развести целую плантацию мандрагор...
Размечтаться Сийрин не успел (себя он, конечно, представлял причастным к этой плантации). Во двор дома зашли Рейнгольд и Вайд. Рейн был нахохленный, малость взъерошенный, чем-то очень недовольный, а Вайд был как всегда: совершенно нейтральный, с несколько отстраненным выражением на лице.
— Это что еще за сборище? — проворчал Рейнгольд, подходя к сгрудившимся вокруг чего-то друзьям. Удивительно, но внимание всех их сейчас было приковано к банке с каким-то жалким, маленьким растеньицем внутри. Вялые листья невнятного серо-зеленого цвета, куцые. Земелька серая, явно не чернозем. На что тут вообще смотреть-то?
— Это что еще за салат? — развязно поинтересовался Рейнгольд. Мысли у него после голодного дня были направлены по большей части на пищевую тематику, — Мы есть его будем, или только глазеть?
— "Салат", — со смешком передразнил Сийрин, — это мандрагора, невежда.
— А ты молчи, одноглазый, — огрызнулся уличенный в необразованности и уязвленный этим Рейн. Однако любопытство все-таки перевесило обиду, и он поинтересовался, как будто бы между прочим: — Мандра- кто, говоришь?
И, желая изучить объект всеобщего вдохновения получше, сунул палец в горшок: вдруг корень какой-нибудь толстый, мясистый, удастся нащупать, или еще что. Дальше все произошло слишком быстро, одернуть волчонка не успел никто. Мандрагора вывернулась в горшке и укусила вторженца. Рейн вскрикнул и выдернул палец из земли.
— Что это за чертовщина?! — возопил он, потрясая укушенным пальцем. На кончике пальца выступило немного крови. Пусть зубов у мандрагоры не было, челюстей тоже, но передавить кожу выростами на корне она смогла. — Вы нарочно мне ее подсунули, зная, что... уаааааааа!
Пылкий монолог Рейна к концу перешел в плач. Жалобный, детский плач. Картину дополняли слезы, градом катящиеся по щекам парня.
— Пальчик болит! — прорыдал неожиданно впавший в детство Рейн, сел на ручке к Раде, как к самой ближайшей, обнял ее за шею и уткнулся лицом ведьме в плечо, ищя утешения.
— И что теперь с этим делать? — спросил Иттрий, округлив глаза на Рейна, — это не навсегда, надеюсь?
Воин постарался оторвать Рейна от Рады (пусть парень и худой, невысокий, но все равно нечего давить Раду своим задом), но волчонок только крепче прижался к ней и захныкал громче.
— Не навсегда. Токсин выйдет из организма через пару часов, и парень снова будет в норме, — сообщил Сийрин. Так, по крайней мере, его учили, лично сталкиваться с укушенным мандрагорой орку еще не приходилось.
— А ты ускорить это не можешь? — Иттрий предпринял еще одну тщетную попытку оторвать Рейна от Рады.
— Нет. Этот яд моментально всасывается в кровь, его не выведешь. А дальше уже игра с психикой. Все раздвоения, паранойи, временные помешательства — это не ко мне, это вылечить нельзя. Я только усыпить могу, чтобы не мешал. Имею ввиду временно усыпить, не убить.
— Точно не можешь? Не обиделся на него? — на всякий случай уточнил Иттрий. Воин бы понял любого, кто захотел бы немного посмеяться над хамом Рейном. В данном случае "посмеяться" просто значило "не вмешиваться".
— Да что ты меня в гады записываешь? — оскорбился на такое предположение Сийрин, — раз сказал не могу — значит, правда не могу. Надо просто подождать, само пройдет.
— И что с ним делать таким? — Иттрий беспомощно развел руками.
— У тебя никогда не было детей? Отвлечь внимание. Поиграть. Ну вот смотри.
Сийрин потыкал Рейна в плечо. Рейн обернулся, посмотрел на орка покрасневшими от слез глазами.
— Эй, Рейн. Смотри, какая там бабочка! — целитель указал рукой на яркую лимонницу, что паслась на ромашках у забора, — слабо поймать?
— Бабочка! — расцвел на глазах Рейн, спрыгнул с Радиных коленей и стал подкрадываться к лимоннице, сложил ладони для поимки.
Лимонница заподозрила неладное быстро и улетела. Но зато Рейн нашел в глубинах клумбы кузнечика, и стал ловить уже его.

***

— А, ничего. — Лилия уютно свернулась в клубочек и прижалась спиной к Ямерту. Даже на маленькой лежанке оба ухитрились найти удобную для себя позу.
Скоро к кровати подполз грифоненок, свернулся на полу у лежанки и задремал. Лилия ласково погладила его по шерстке, и птенчик издал звук, очень похожий на мурчание. Знахарка довольно улыбнулась, убрала руку, закрыла глаза и скоро уснула.
И этой ночью не было никаких кошмаров, которые последние четыре года за Лилией погоняться любили.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Пятница, 25-Апр-2014, 21:29:26 | Сообщение # 1240    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Пятница, 25-Апр-2014, 21:39:28

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5711
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Рада про плантацию тоже услышала и сперва размечталась, а потом ужаснулась просто очень живо вообразив себе такую плантацию. Просторное светлое поле, на котором ровнями рядами располагаются сосны. На каждой сосен висит человек, а прямо под ним лезет из земли юная мандрагорка. Когда она созреет, рабочие выдернуть её из земли и заботливо посадят в банку со свежей землёй. Труп снимут, а на его место приведут нового человека, приговорённого к повешению только затем, чтобы вырастить мандрагору. И, конечно, запах там стоять должен просто восхитительный.
Рада ещё раз убедилась в том. что Иттрий — самый сумасшедший из всех ей знакомых. В хорошем смысле.
А потом появился Рейн и началось. Не могло не начаться, в общем-то, потому как с его появлением что-то начиналось обязательно. Вот и теперь, стоило только волчонку увидеть мандрагору в банке, как он не придумал ничего более вразумительного, чем сунут палец прямо к ней. Никто ничего даже пикнуть не успел, и только когда он вскрикнул и вынул палец, на котором тут же выступили капельки крови, Рада с ужасом уставилась на него.
— Рейн, ты как, ты в порядке? - осторожно спросила она. Парень несколько секунд громко возмущался происшествию, а потом вдруг зарыдал. И полез к ведьме на колени. Пока ведьма соображала, как ей стоит вести себя в такой ситуации (стоит начать утешать "малыша", или есть шанс заговорить с ним как со взрослым человеком (когда это с Рейном можно было поговорить как со взрослым?) или всё настолько плохо, что его стоит вообще усыпить) Иттрий о чём-то спорил с Сийрином и с третьей попытки сумел оторвать Рейна от Рады. Точнее, это можно было приписать к заслугам Сийрина, орк ловко отвлёк внимание парня на лимонницу. С лимонницей не задалось, но Рйен не расстроился и тут же кинулся изучать грядки на предмет ещё какой-то живности.
— Хорошо что наш идиот не догадался выдернуть её из банки. Легко отделался. Все легко отделались, - прокомментировала Рада, вместо Рейна снова забирая банку себе на колени. Мандрагора тоже была весьма недовольна, шевелила листьями и старалась поглубже закопаться в банку ото всех.
— Нужно будет её пересадить как-нибудь в хорошую землю и более просторную посудину. И не показывайте её пока Арму, а то будет у нас на одного ребёнка больше. У него тоже руки до чужого добра длинные, - пробурчала ведьма, едва касаясь листьев растения, и вспоминая утерянную флейту, — Рейн, выплюнь немедленно! - строго прикрикнула она обратив внимание на то, как копавшийся в грядке оборотень решил проинспектировать на вкус какую-то гадость. Рейн выплюнул, но руки и лицо уже были перепачканы в земле. Рада вздохнула и пошла "дитятко" умывать.

***

Ночь прошла спокойно и тихо. Утром Ямерта разбудили сразу два события: кто-то начал топтаться по его плечам одновременно с тем, как кто-то аккуратно качался его лба и волос. Когда оборотень открыл глаза, то первое, что увидел, это клюв Тагара, требовательно тыкающийся ему в подбородок. А совсем рядом с тем местом, где возлежала голова мужчины, сидела Бахт. Как только Ямерт проснулся, она тут же убрала руку и смущённо заулыбалась своему поведению.
— Доброе утро, - поздоровался кузнец, — И тебе тоже, - он снял грифонёнка со своего плеча и передал его в руки девочки. Сам аккуратно встал, чтобы не потревожить спящую рядом знахарку, потянулся, надел сапоги.
Примерно в это же время обнаружилась и Эйш. Старуха сидела за столом и курила тонкую, длинную трубку. Табак был очень ароматным, что-то ванильное с вишней, кажется. А может и нет. В любом случае, смотрела на Ямерта Эйш не очень дружелюбно.
— Давно мы едем? - спросил оборотень, не могущий не заметить, что фургон находится в движении.
— Три часа как, - сказала Эйш, — А вы всё спите.
Ямерт только руками развёл.
— Скоро мы на пути будет деревня. Мы не будем заезжать внутрь, встанем на дороге и некоторые из нас пойдут торговать. В это время ты можешь заняться лошадьми, - распорядилась цыганка, продолжая пронизывать Ямерта настороженным взглядом. Тот кивнул, согласный с условиями.
— К вечеру мы будем у опушки Серого бора. Там остановимся на ночь.
И снова Ямерт кивнул. Но через секунду эта информация приобреал дла него несколько иной смысл. Бахт мягко взяла его за руку (ладонь девочки была совсем крохотной по сравнению с ладонью оборотня), так же загадочно улыбнулась, потом вдруг прижалась к нему (доставала девочка мужчине ровно до бедра). И Ямерт понял, что по меньшей мере часть грядущей ночи уже предрешена. Мужчина коснулся рукой волос Бахт и поднял её на руки. То тут же обхватила его руками за шею.
— А что насчёт того, чтобы перед работой подкрепиться? - спросил он.
— Эйш кивнула на сундук в самом углу фургона. В нём оказались кое-какие съестные запасы: вяленые мясо и рыба, какие-то овощи и фрукты, крупы, немного хлеба. свежесть которого подходила к концу. Ямерт посадил Бахт себе на плечи, попросил её не закрывать ему руками глаза, и взялся за готовку завтрака на себя и Лилию.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Суббота, 26-Апр-2014, 00:56:53 | Сообщение # 1241    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
— Не хочу! — протестовал Рейн, отворачиваясь от Радиной руки.
— Надо! — строго сказала Рада, снова поворачивая к себе лицо Рейна и протирая ему губы, подбородок и щеки влажным полотенцем. С кожи земля смылась легко, но вот сколько Рейн успел принять ее внутрь, было неизвестно. Впрочем, зная крепкий оборотнический желудок, можно было на счет проглоченной земли не беспокоится, последствия грозили максимум изменившимся на раз цветом кала.
— Вот так намного лучше, — удовлетворенно вздохнула Рада, когда Рейн был приведен в порядок. — Хороший... мальчик.
Рейн улыбнулся, с обожанием глянув на ведьму. Ура, похвалили!
— Пошли. Я тебе кузнечика подарю. — проговорил Рейн, схватил Раду за ручку и повел ее к уже облюбованной клумбе. У клумбы волчонок быстро позабыл о Раде, закопавшись в зеленых листьях, и ведьма смогла вернуться на свое место на бревне.
— Вот увлеченный, — прокомментировал Сийрин. Орк наблюдал за Рейном, что сейчас, что в прошлый раз его копания в клумбе, не отрываясь, но с некоторой ленцой во взгляде. Там смотрят на что-то монотонное, равномерное, но на данный момент чем-то привлекшее внимание.
— Так, ладно, — Сийрин тряхнул головой, возвращая себя в мир реальных забот из мира возни Рейна с бабочками. — У нас же еще зелья недоделанные.
Надо было домешать сонное зелье, а так же закончить приготовление лекарственного сбора и разлить его по склянкам. Этим Рада и Сийрин занялись, а Иттрию оставалось только наблюдать за ними.
— Кузнечик. — через некоторое время к бревну подошел Рейн. Оказывается, об обещанном подарке он все-таки не забыл. — Раде. И еще кузнечик. Дяде Джеку.
Удивительную игру вела память оборотня. С одной стороны, волчонок переместился в пятилетний возраст, когда он жил в избушке дяди Джека; с другой стороны, он помнил и знал всех присутствующих здесь на данный момент лиц.
— А где дядя Джек? Ой... — кузнечик из правой руки Рейна, то ли Радин, то ли дядиджеков, извернулся и выпрыгнул на свободу. Неудачно: он попал в котел, который Рада держала на коленях. Травянисто-зеленая жижа сыто булькнула, образовала крупный оранжевый пузырь, из которого через секунду были выплюнуты две ноги и панцирь несчастного кузнечика.
— Жопная каша! — вдруг обозлился малыш-Рейн и наподдал кастрюле ногой. Как и в случае с сованием пальца в горшок мандрагоры, никто не успел среагировать и предпринять контрмеры.
Кастрюля подлетела вверх, невысоко совсем, Рада успела ее подхватить. Однако из котла вылетели несколько крупных брызг-комков, которые осели на груди Рады и запутались в распущенных ведьминых волосах. Послышалось шипение, и прямо на глазах ткань платья стала выцветать из зеленого в коричневый; что хуже, Радины волосы тоже начали выцветать. Тенденция выцвечивания обещала закончится дырками в ткани, ожогами на коже и отвалившимися волосами, если срочно ничего не предпринять.
Рейнгольд злобно посмотрел на кастрюлю и уже замахнулся ногой, дабы подфутболить ее еще раз. Этот новый замах тут же вывел из ступора всех участников трагикомедии.
Иттрий очухался первым.
— Держи его! — крикнул Иттрий Сийрину, отпихивая Рейна плечом в сторону орка. Рейн потерял равновесие и плюхнулся на землю; Сийрин поспешно отставил свою кастрюлю с зельем и бросился к волчонку, дабы удержать его от нового витка агрессии. Однако Рейн уже не хотел драться: он хныкал, сидя на земле, и обиженно смотрел на Иттрия. Сийрин помог Рейну подняться, и волчонок стал искать утешение уже в его объятиях.
— Иттрий — кака. Кака-драка. — доверительно сообщил Рейнгольд на ухо Сийрину, но достаточно громко, чтобы слышали все, кто был рядом.
Впрочем, никто не слушал: Иттрий, наскоро соскоблив с Рады самые крупные ошметки едкого варева, уводил ведьму на задний двор, помочь ей отмыться от этой дряни. Спешить стоило: действительно, на ткани уже начали образовываться дыры, и побелевшие в области контакта с зельем волосы приобрели совсем жженый вид.
Сийрин зажмурился, выражая таким образом чувство потерянности. Что ему сейчас лучше сделать? Раде помочь? Вроде ей не нужна помощь, иначе с заднего двора уже бы позвали. Продолжить гладить Рейна по спинке? А волчонок меж тем здорово сдавливал орку ребра "в объятиях": считал-то он себя пятилетним ласковым мальчиком, а силой был наделен восемнадцатилетнего оборотня. Может, опять отвлечь Рейна на какую-нибудь бабочку, но на сей раз ходить за ним по пятам и глаз с "малыша" не спускать?
Рейн сам очень скоро подсказал целителю, что сейчас надо делать. Волчонок отстранился, наклонился и почесал коленку. Штанина была разодрана, в земле испачкана, а сквозь дырку виднелась свежая ссадина.
— Пойдем домой, промою, — с явным облегчением в голосе сказал Сийрин, которому дали повод вернуться из воспитательской среды в родную докторскую.
Рейн покривил губы, но послушно последовал вслед за орком на процедуры.
Так на дворе не осталась никого, кроме зелья целого, зелья с кузнечиком, и скучающей мандрагоры.
Куда Вайд смылся, никто не углядел. Очевидно, просто куда-то подальше от слишком ярких для его психики событий.

***

Лилия проснулась к завтраку. Вернее, Ямерт ее разбудил.
— Доброе утро? — стандартное утреннее приветствие прозвучало в устах знахарки как вопрос. Помня прекрасно день вчерашний, в сегодняшнем она была совсем не уверена.
Наскоро перекусив, Лилия отправилась на улицу, чтобы умыться. Вернее, попыталась отправиться: телега-то уже ехала, но привыкшая за ночь к размеренной езде, да еще до сих пор до конца не проснувшаяся, Лилия осознала этот факт, только когда распахнула дверь и увидела движение своими глазами. В ехавшей сзади телеге тоже была открыта дверь, и в ее проеме стоял какой-то цыган. Заметив Лилию, он широко улыбнулся и чмокнул губами. Знахарка тут же поспешила закрыть свою дверь.
— Я их боюсь, Ямерт, — пожаловалась она оборотню, прижавшись к нему поближе, чтобы Эйш и Бахт не слышали. Девочка очень кстати ненадолго отвлеклась на что-то, и у ног Ямерта уже не мельтешила. — Как же мы проведем с ними так много времени?



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Суббота, 26-Апр-2014, 03:12:59 | Сообщение # 1242    

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5711
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Рада стояла у бочки с водой с уже отмытой грудью и теперь отмачивала в воде волосы. Оказалось, что дело много хуже, чем она мола себе представить. Один только вид волос, который стремительно приобретал сперва цвет кофе с молоком, а после выцветал начисто, пугал. Когда ведьма набрала пригоршню воды и предприняла попытку смыть массу с волос, внушительная прядь осталась у неё в руке. Это были те волосы, что сгорели уже окончательно и бесповоротно. Ведьма с грустным недоумением таращилась на прядь в своей руке и не хуже чем Рейн недавно смотрела на Иттрия, ища в его лице поддержки и утешения. Хныкать, как в случае с кашей, она не стала, но пока Иттрий помогал ей смыть гадость с головы, стояла в скорбном молчании. Взглянув на себя в зеркало, Рада расстроилась ещё больше. Волосы выцвели пятнами, но слава богу нигде выше плеч. Часть прядей уже отмерла и теперь причёска выглядела кособоко.
— Ну просто здорово! - всплеснула руками ведьма, — Теперь я действительно очень похожа на ведьму. Осталось только сточить зубы и искусать губы в кровь, для полного эффекта. Р-р-р-р!
Рада в раздражении топнула ногой. Рейна ей очень хотелось прибить, но в тоже время она прекрасно понимала, что, как это не странно, но в этой-то ситуации он не виноват. "Ребёнок" же.
— Когда Рейн вновь повзрослеет, я отрежу ему что-нибудь очень важное. И это не палец. Так ему и передай, - прорычала она и раздражённой кошкой бросилась в дои в поисках ножниц. Как-то нужно было поправлять это безумие на голове.
Арм как раз возвращался домой после насыщенного событиями рабочего дня. Тётя Розетта оказалась неожиданно довольна его работой и щедро отблагодарила его. Сперва она поинтересовалась, один ли он живёт, а когда узнала. что нет, вручила ему целую корзину со съестным. Тут был десяток яиц, бутылка домашнего кваса, приличная горстка слив, мешочек с сухофруктами, яблоки и вязанка с гречкой. Макс Фин и Джек, провожая Арма, втихаря подложили ему в корзину что-то, что каждый от сердца оторвал: Фин положил тряпичную куклу похожую на пирата, Джек насыпал горстку ягод, а Макс подарил ему круглое стёклышко от монокля. Арм шёл домой уставший, но совершенно счастливый, и ещё более счастливый от того. что завтра снова предстояло вернуться в этот сумасшедший дом.
Из-за угла вылетела Рада и столкнулась с крестьянином. Тот едва не выронил драгоценную корзинку.
— Ты чего? - испуганно спросил он.
— Ничего, - рыкнула ведьма и ворвалась в дом. Арм проводил её испуганным взглядом и, неплохо зная Раду, решил, что пока лучше не пойдёт за ней, а то под горячую руку попадёт. Вместо этого он решил проверить, а что вообще произошло? Ведьма появилась откуда-то из-за дома, и парень, поставив корзинку на скамейку у крыльца, туда и пошёл. Но там совсем никого не оказалось. И не нашлось даже видимых причин Радиного психоза (метаморфозу её волос разглядеть Арм не успел). Арм подал плечами и развернулся, но неясный шорох заставил его задержаться.
Шуршало растение в банке. Не просто шуршало, а двигалось, шевелило листьями вполне себе осознанно.
— Ничего себе.
Парню было очень интересно. Но на всякий случай он всё равно боялся. Мало ли что. Так что он просто присел пока рядом с растением, как бы между прочим. Через какое-то время потрогал банку пальцем. А потом и вовсе осмелел и взял её в руки.
— Шевелится...- комментировал Арм, вот-вот готовый повторить Рейнов подвиг.
И это случилось. Палец он выдернул, сразу же отставив в сторону банку и обиженно воззрившись на неё. А вот и слёзы. Правда, Арм не рыдал, скорее хныкал, прижимая палец к груди. Губы дрожали, редкие пока слёзы катились с глаз.
— Папа! - позвал Арм, но папа не отозвался. Тогда он пошёл искать его сам.
— Папа! Па-а-ап!

На кухне ножниц не нашлось. В комнатах тоже. Вспомнив, что староста сейчас занимается шитьём одежды, Рада шлёпнула себя по лбу. Ну у кого ещё могу отказаться ножницы?
— Можно, Велигорий Дмастович? - поскреблась ведьма, стараясь унять бушующий огонь в глазах, — Мне бы ножницы у вас одолжить на секундочку. Ну, на полчасика.

***

— Не бойся. Будет возможность, уйдём от них раньше. Но на всякий случай одна лучше не оставайся. А то тут как минимум один страстно жаждет тебя в жёны, - попытался успокоить Ямерт, стараясь не улыбаться. Его ужасно умиляло вот это "Я их боюсь". Он впервые слышал от Лилии такое, и звучало это невозможно мило, хоть и страх знахарки был вполне обоснован и оправдан.
Как и обещала Эйш, обоз встал на обочине дороги и добрая часть цыган отправилась в деревню с песнями и плясками. Что они там собираются делать, оборотень не знал и знать не очень хотел. Фронт работ был перед ним — стреноженные лошади пасущиеся на лужку, которым предстояло просто расчистить копыта. То, что ни одна из них не подкована, он уже успел заметить.
Поскольку старуху совершенно наглым образом оставила на Ямерта Бахт, пришлось взять её с собой, предварительно взяв с неё обещание помогать, а не мешаться. Девочка оказалась даже полезной. Стреноженные лошади даже в путах умудрялись удирать от оборотня, пока девочка не подозвала одну из них особым свистом. Соловая лохматая кобыла тут же остановилась, прекратила крыситься, и больше не убегала.
Ямерт расчищал копыта, а Бахт с интересом наблюдала за ним, иногда подавая ему инструменты. Просила попробовать, но оборотень не дал, объяснив, что Бахт ещё маленькая для ножей и рашпилей, а четыреста килограмм лошадиной туши на спине тяжело держать даже ему (не всегда лошади стояли не облакачиваясь на того, что держал их ногу).
Расчистив по четыре ноги троим лошадям, Ямерт прилёг отдохнуть на землю. Устал и спина ныла от непривычной нагрузки. На сегодня хватит. Тем более что и табор уже возвращался, правда уже без песен и плясок, но с нажитым добром. Собрались быстро и тронулись в путь. Эйш расщедрилась и умудрилась сварить простенький, но сытный суп, чем и накормила всех находящихся в фургоне. Только на Тагара пришлось выделить мяса, потому что суп его не впечатлил.
Солнце только начало опускаться, а обоз уже достиг опушки просторного бора и встал в низине у самого подножия. Никто и не думал спать. Телеги и фургоны поставили кругом, из леса принесли брёвна, из закромов достали табуреты и скамьи. В центре развели огромный костёр едва ли не в человеческий рост. Не весть как успевшие сходить на охоту мужчины принесли кабана и четырёх зайцев.
Ямерт не переставал удивляться энергичности этих людей. Всё у них работало как часы, каждый занимался своим делом и, кажется, праздник для них был естественным состоянием. Кто-то уже тренькал на инструментах, кто-то пел, другие танцевали в свете костра. Было шумно. Слишком, Ямерт такого не любил. И сейчас он оказался очень рад тому, что рядом появилась Бахт, взяла его за руку и молча повлекла в лес.
— Подожди, - попросил он и повернулся к Лилии, — мы пойдём в лес. Тебе лучше пойти с нами. - Оборотень говорил с Лилией, а посмотрел на девочку. И увидел, как лицо её разочарованно вытянулось, а в глазах зажглись ревностные искорки.
— Так надо, - предостерегая все возражения сказал оборотень. Девочка не спорила, но веселее не стала.
Лилия тоже не очень-то хотела оставаться среди цыган одна, так что согласилась не раздумывая. Бахт крепко вцепилась в руку мужчины, иногда кидая ревностные взгляды на Лилию. Но так не предпринимала никаких попыток отвлечь внимание оборотня от девочки, и Бахт успокоилась.
В лесу Ямерт отыскал подходящую поляну не очень далеко от табора, но и не очень близко, усадил Лилию на пень.
— Сейчас мы уйдёт, но скоро вернёмся. Не людьми. Я прошу тебя только не уходить далеко, а лучше остаться на месте.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Суббота, 26-Апр-2014, 13:47:24 | Сообщение # 1243    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Радины волосы буквально расходились в руках. Много прядей оставались в руках Иттрия, много — в руках самой Рады, когда супруги пытались вымыть едкое зелье из ведьминых волос. Иттрию со стороны было гораздо лучше видно, что там происходит на Радиной голове, и он не знал, как бы об этом сказать. Но скоро Рада сама все увидела, в зеркало.
— Ну просто здорово! - всплеснула руками ведьма, — Теперь я действительно очень похожа на ведьму. Осталось только сточить зубы и искусать губы в кровь, для полного эффекта. Р-р-р-р!
Надо было как-то поддержать возлюбленную, но что можно сказать в такой ситуации, Иттрию на ум не приходило. "Ничего, новые отрастут", "все не так уж и плохо", — звучит как раз-таки как будто все сейчас очень плохо.
— Ну, выше плеч же все нормально? — постарался отыскать позитивное зерно Иттрий, — сделаем тебе крутую, новомодную стрижку. А Рейну я обязательно все передам!
Рада только рыкнула, да побежала на поиски ножниц. Кажется, новомодную крутую стрижку она не хотела, а хотела просто самостоятельно отчикать испорченные волосы, уж как получится. Хорошо, что ситуацию спас староста, в чьей комнате появилась Рада после безуспешных поисков ножниц по дому.
— Можно, Велигорий Дмастович? - поскреблась ведьма, стараясь унять бушующий огонь в глазах, — Мне бы ножницы у вас одолжить на секундочку. Ну, на полчасика.
Велигорий сейчас как раз работал ножницами, отрезая ткань по выкройке. Мужчина поднял на Раду глаза и сочувственно изогнул губы, оценив масштаб бедствия и степень ведьминого расстройства.
— У-уу, девочка, как же тебя угораздило. Это ты мои зелья варила, да? Ну да ничего страшного, исправим. Ты только не суетись, только хуже сделаешь. Давай я тебя сам постригу. Встань-ка у окошка.
Велигорий Дмастович отложил выкройки, поднялся с кровати и тоже подошел к окошку, взял Раду за плечи и развернул ее к себе спиной.
— Где же гребешок..? А, вот на тумбочке, — пробормотал староста, разыскивая необходимую для стрижки вещь. Гребешок нашелся, ножницы уже были в руках — и понеслась!
Минут через двадцать все было готово. Велигорию пришлось отрезать Радины волосы до плеч, тут уж было без вариантов, а дальше староста постарался. Чтобы ведьмины волосы смотрелись хорошо и без укладки, он сгладил излишне ровные линии среза, спереди сделав переход до челки каскадом.
— Вот и все, девонька, принимай работу, — Велигорий Дмастович протянул Раде зеркало, — по-моему, очень даже неплохо получилось.

Иттрий опоздал совсем чуть-чуть. Вернись он с заднего двора хоть на полминуты раньше, ничего бы не случилось.
— Папа! Па-а-ап! — звал Арм, разгуливая по двору. Его изменившиеся движения, придурковатое выражение на лице были очень знакомы Иттрию: такие появились у Рейна после укуса мандрагоры.
"О горе, за что нам еще и это?!" — ужаснулся Иттрий, едва переборов импульсивный порыв схватиться за голову.
— Папа на рынок уехал, — соврал воин, чтобы успокоить Арма. Голос крестьянина с каждым новым выкриком становился все громче, противней и пронзительней. — Так что на сегодня ты с нами остаешься.
— У-уу.. — грустно протянул Арм, расстроился, но все понял и папочку звать перестал.
Вдруг крестьянин плюхнулся на землю. В пыль, прямо попой. Очень детский жест, который в исполнении взрослого парня, можно сказать мужчины, обладателя новомодного облика и выбритых висков, выглядел одновременно странно, глупо, смешно и страшно.
— Эй, вставай! — Иттрий потянул Арма за руку. Рейн вот весь перемазался, теперь еще и Арма отстирывать придется.
— Неть. — Арм весь упал на спину, изгваздавшись еще больше.
Иттрий понял, что совершенно не умеет обращаться с детьми. Проще всего было бы поднять Арма силой, но так же истерика наверняка случится. М-мм, а как там Сийрин делал?
— Смотри, Арм, какая бабочка, — Иттрий ткнул в сторону вновь возвратившейся на клумбу лимонницы. Арм посмотрел на бабочку, но быстро потерял интерес и отвернулся. У Иттрия не хватило убедительности в голосе на то, что эта бабочка чрезвычайно интересна и очень нужна Арму.
В общем, Арм продолжил валяться в пыли. Иттрий вздохнул, сел на бревнышко и стал грустно смотреть на крестьянина, подперев подбородок руками.
В это время как раз Сийрин решил выгулять своего "ребенка". Рейн вылетел на улицу первым, а следом за ним чинно спустился по лестнице Сийрин, яки конвоир.
— У, мелюзга! — Рейн с отвращением посмотрел на валяющегося в грязи Арма, мигом признав в нем "сверстника". — Не для того земля нужна, чтобы валяться. Смотри, дурачина.
Рейн сел рядом с Армом и принялся руками раскапываться землю. Накопав достаточно сырья, волчонок, свесив от усердия язык, принялся вылеплять куличик.
Сийрин сел рядом с Иттрием и тоже подпер подбородок рукой, устремив печальный взгляд на "детей". За короткое время Рейн его уже здорово задергал, с него глаз нельзя было спустить, все норовил что-то сломать. А теперь вот стало еще на одного малышка больше.
— Надеюсь, больше никто из вашей компании не желает становиться ребенком? — меланхолично поинтересовался целитель у Иттрия.
— Нет, — мрачно ответил воин, — все, кто мог, детьми уже стали.
На данный момент дети развлекали себя сами. Пачкаясь, но хуже уже ни Армовой одежде, ни Рейновой, не будет. Нянькам оставалось просто наблюдать за чадами.
— А у тебя дети были? ...есть? — поинтересовался Иттрий, припомнив свой провал с лимонницей и успех в той же ситуации у Сийрина, а так же аналогичный вопрос от орка.
— Нет, — просто ответил Сийрин, и добавил с непонятной интонацией: — хотя пора бы.
Непонятная интонация объяснялась просто: с одной стороны, действительно пора уже в тридцать четыре года иметь потомство, и усугубляет это то, что у орков на приплод особые правила; с другой стороны, свободолюбивый и до сих пор не нагулявшийся Сийрин совсем не хотел связываться не то что семьей, но даже "левым" отпрыском. "Успеется еще", — каждый год говорил он себе.
— А как там Рада?
— Пошла ножницы разыскивать.
Мужчины замолчали, оба несколько озабоченные возможной Радиной реакцией на ее новый внешний вид.

***

— А то тут как минимум один страстно жаждет тебя в жёны, — сказал Ямерт. Лилия ужаснулась. Теперь ей стало совсем не по себе.
— Тогда я от тебя точно отходить не буду! — нахмурившись, заявила она.
Скоро обоз остановился. Большая часть цыган отправилась в деревню, меньшая — осталась при хозяйстве. Ямерту поручили обслужить лошадей. Лилия действительно не отходила от оборотня и наблюдала за всем процессом расчистки и подрезки, хотя нельзя сказать, что это было уж очень увлекательное зрелище.
Ближе к вечеру вернулись цыгане, ушедшие в деревню, и разжившиеся там добром.
"Украли, как есть", — мрачно решила Лилия. Истина, пусть и не вся, в ее словах, к сожалению, была.
Потом цыгане устроили ежевечерние гуляния, с которых Ямерт решил смыться, прихватив с собой Бахт. И Лилию позвал. Бахт была этим очень недовольна, кидала на Лилию ревнивые взгляды. Не удержавшись, знахарка на один такой ответила, показав девочке язык.
Троица углубилась в лес. До Лилии дошло, чем собираются заняться Ямерт и Бахт, только когда ее попросили подождать на месте и пообещали вернуться уже не-людьми.
— Я подожду, — покорно согласилась Лилия. Ямерт и Бахт ушли куда-то ей за спину, и знахарка какое-то время слушала затихающие шаги. Оборотни ушли довольно далеко, и в лесу было довольно шумно: ночные птицы пели, ветер ветками бил, звуки от таборы были слышны, так что перевоплощения Лилия не слышала.
Зато услышала, когда к ней стали подкрадываться мягкие лапы.
— Волчик. — Лилия обернулась, улыбнулась.
Рядом с "Волчиком" был еще один звереныш. Бахт, конечно же. Лилия с интересом осмотрела звероформу девочки.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
ЙошЪ Дата: Суббота, 26-Апр-2014, 16:17:10 | Сообщение # 1244    
Сообщение отредактировал(а) ЙошЪ - Суббота, 26-Апр-2014, 16:21:01

Клан Белого Лотоса
Собака страшная

Постов: 5711
Репутация: 1382
Вес голоса: 10
Велигорий Дмастович сам вызвался остричь Раду. И Рада решила, что так будет лучше, чем если она попытается сделать это сама. В любом случае лучше, даже если она первая, кого Велигорий стрижёт в своей жизни.
Тем не менее, не смотря на весь Радин скепсис, результат оказался очень даже ничего. Очень-очень даже. Ведьма ожидала чего-то более ужасного, чем то, что видела в зеркале.
— Вот и все, девонька, принимай работу, — Велигорий Дмастович протянул Раде зеркало, — по-моему, очень даже неплохо получилось.
— Почти в половину короче, - прокомментировала ведьма. Прокомментировала не скорбно, без злости, а спокойно, просто констатируя факт. Волосы было жаль, но и то, что было у неё сейчас на голове выглядело очень неплохо. Рада отложила зеркало и попробовала собрать волосы в хвост рукой. И осталась довольна.
— Спасибо, Велигорий Дмастович. Вы мне просто жизнь спасли, - искренне поблагодарила ведьма старосту, — Давайте я тут всё уберу.
Рада вышла на кухню в поисках метлы или веника, которые без труда обнаружились. Свои же волосы она смела в кучку и хотела было уже собрать и избавиться от них раз и навсегда, как что-то заставило её напрячься.
— Велиготрий Дмастович, вы не видели, больше никто не заходил? - находясь в каком-то ужасном прозрении спросила ведьма, и, не дожидаясь ответа, пулей выскочила наружу так ничего и не убрав до конца.
Стоило только выйти на двор.
— Он всё-таки сунул к ней палец, - скорбно продекламировала ведьма, с болью в глазах наблюдая за невинной игрой двух дитяти. Очень горестно вздохнув, Рада вернулась за дом и забрала уже просто взбешённую таким бесцеремонным к себе отношением мандрагору, и вместе с ней вернулась к мужчинам, присев рядом. Арм тут же обратил внимание на "живой" цветок в банке, улыбнулся, и протянул к нему ручки.
— Убери руки, идиот! - рявкнула ведьма, прижимая к себе банку словно сокровище. Крестьянин испугался, вздрогнул, изменился в лице и обиженно захныкал. Ему очень хотелось потрогать цветочек. Но злая тётя не давала. Тогда он решил отомстить миру за такую несправедливость и с размаху опустил кулак в Рейнов куличик.
— Э-э-эй! - возмущённо завопил тот и полез на Арма с кулаками. Мстить.
— Так, ну не драться, не драться! - снова вмешалась ведьма, теперь уже ощущая себя виноватой. Нельзя же так с детьми, в самом деле. Она кое-как разняла драчунов и села между ними.
— Давайте лучше строить неприступный замок. С рвом и высокими стенами. Да? - Мальчишки синхронно кивнули, согласные на замок.
— А потом дружно будем умываться. Или никакого замка.
Умывание было не самой приятной перспективой, но замок был дороже. Так что возражать никто не стал.
— Отлично. Давай, Рейн, принеси камней для укрепления, Арм, а ты пока прокопай ров. Да не руками же! Вот тебе..м-м-м..палочка. Ей копай. Рейн, далеко не уходи, будь рядом!
Сама ведьма пока занималась подготовкой площадки для будущего замка. Расчищала место на земле от мелкого мусора и очерчивала границы. Арм ревниво наблюдал за ней. Потому что ведьма это делала как раз РУКОЙ! А он какой-то палочкой. Несправедливо.
— А вы что смотрите? Присоединяйтесь давайте, - позвала ведьма совсем никак не задействованных в строительстве мужчин.

***

Бах и Ямерт долго уходили в лес подальше от чужих глаз. Ямерт бы давно остановился, но девочка настойчиво отводила его дальше и дальше, пока мужчина сам не остановил её.
— Ну хватит. Нам ещё нужно вернуться обратно.
Бахт послушалась, остановилась, и совсем не стесняясь начала раздеваться. Вопрос: "А перекидывалась ли ты уже?" отпал сам собой. Ямерт видел, что перекидывалась. И хоть сама она совсем не испытывала смущения, что, в общем, правильно с оборотнической точки зрения, Ямерт всё равно чувствовал себя словно начинающий педофил. Так что он отвернулся и тоже начал раздеваться. Старался поскорее. За спиной он услышал натужный стон девочки и очень характерный звук меняющегося тела. И тоже уже был готов.
Бах была ещё совсем волчонком. Маленькая, худая, с непропорционально большими лапами и ушами и сверкающими глазами. Шерсть была тонкая, мягкая, серого цвета с рыжими подпалинами. Больше она была похожа на маленького лисёнка, чем на волчонка.
Волчонок первым делом активно бросился обнюхивать старшего во всех доступных местах. Чёрный тоже в долгу не остался, хоть и не проявил такого энтузиазма. И как только закончился ритуал условного знакомства, Бахт тут же начала увлекать волка в игру. По щенячьи потявкивала, прыгала вокруг него, хватала зубами хвост. Ямерт рыкнул, щёлкнул зубами, усмиряя несвоевременные игры, и развернувшись побежал к поляне, на которой осталась Лилия. Знахарка, как и обещала, никуда не пропала, а покорно осталась ждать на том же месте. Волчонок подбежал к женщине и держать чуть в стороне с интересом обнюхал её, чихнул, и совершенно потеряв к Лилии интерес со всех ног понеслась вперёд наматывать сумасшедшие круги по поляне. Лапы гудели от жажды движения, энергия переполняла тело и била ключом, требуя выхода. Если бы Ямерт сам не видел, как перекинулась Бахт, ни за что бы не поверил, что этот активный зверь — она и есть. Пока рыжая носилась по поляне выпуская излишки энергии, Ямерт сидел рядом с Лилией и снисходительно наблюдал за играми. А когда волчонок с разгону едва не протаранил его, вовлекая в игру, сдался и помчался за ней следом. Весёлыми игры были недолго. Ямерт не был склонен скакать и и бессмысленно прыгать по лесу. Из любой игры можно вынести урок и оборотень просто дал возможность волку вести себя по волчьи, не мешая. Когда прыжки закончились, началась шуточная драка. Чёрный то и дело рычал и прижимал волчонка лапой к земле, раз за разом подтверждая своё главенство. Рыжая не отчаивалась и предпринимала новые попытки завалить волка на спину. В один момент волк поддался и упал кверху лапами, сдаваясь.
На этом игры закончились совсем. Волк поднялся, отряхнулся, и всерьёз повёл Бахт на охоту. Даже не на зайцев, а на мышей, хотя бы. Прежде чем уйти в лес, чёрный подбежал к знахарке, сел на против, и не в силах ничего сказать, положил лапу на её колено, говоря, мол "Мы скоро". И тогда тогда ушёл окончательно догонять неугомонного волчонка.
Вернулись они и правда быстро. Не больше чем через полчаса. Волк шёл впереди, а Бахт радостно трусила за ним. Из пасти её висели два мышиных трупика. Тушками младшая сразу же занялась, пока чёрный отдыхал, рядом со знахаркой. положив голову на лапы. Занятия с детьми, даже с волчатами, ужасно утомляли. Наевшись, рыжая снова пристала к Ямерту, принялась задирать его, но уже куда более лениво, чем до этого. Волк присёк все приставания строгим рыком, вылизал морду от крови и наконец повёл обратно в лес, перекидываться людьми.
Вернулись оба через десять минут. Утомившаяся девочка тихо спала на руках оборотня.
— Я бы тоже уснул, если бы так носился в её возрасте, — пояснил кузней Лилии. К волчьей форме ещё привыкнуть нужно, и одно только перекидывание отнимает много сил. А Бахт ещё совсем ребёнок, немудрено.
Праздник, слава всем богам, как раз сворачивался. Ямерт передал спящую Бахт её бабушке, а так вручила Ямерта скинутого на неё грифона. Который, кстати, тоже спал, судя по всему даже сытый. Цыгане потихоньку готовились ко сну. Ямерту пока спать совсем не хотелось, и он прилёг на землю недалеко от костра. В небе рассыпалось множество ярких звёзд вокруг тонкого месяца. Как всегда бывает в такие моменты, умиротворение, покой и какая-то неясная тоска.


Я не считаю, скольких успела спасти,
Десять душ или, может, сто -
Сколько б ни было их зажато в моей горсти,

Меня. Не. Спасет. Никто.

©


Все люди должны трахаться. Недотраханные люди никому не нужны. © Eddy "The Havok"
 Анкета
Призрак Дата: Суббота, 26-Апр-2014, 18:34:48 | Сообщение # 1245    

Клан Белого Лотоса
Синий Лед

Постов: 24348
Репутация: 971
Вес голоса: 9
Радина новая стрижка оказалась весьма неплоха и, главное, ею была довольна сама Рада. Она даже не сильно расстроилась, когда увидела, что Арм тоже стал малышом и лепит куличики на пару с Рейном. Правда, на Арма рявкнула, когда тот попытался опять тронуть мандрагору, чем внесла разлад в до сих пор царившую идиллию. К чести ведьмы, этот разлад она очень скоро сама же и устранила, придумав игру с постройкой замка, которую малыши очень оценили.
— А вы что смотрите? Присоединяйтесь давайте, — позвала Рада наблюдателей тоже присоединиться к строительству.
Иттрий и Сийрин переглянулись. Целителю идея понравилась, воину — нет, однако же из двух солидарностей — мужской и нянькинской — обоим следовало либо остаться на бревнышке, либо же обоим пойти лепить замок из земли.
Секунд десять мужчины просто смотрели друг другу в глаза, будто бы прокручивая какой-то мысленный диалог. На самом деле просто смотрели, каждый надеясь, что оппонент скоро сдастся и примет его точку зрения. Потом Иттрий попробовал надавить: правая бровь воина скептически поползла вверх. "Вот оно нам надо?" — говорил весь его вид. Сийрин тоже дернул бровью, с малым успехом пытаясь скрыть веселую улыбку. "Ну же, давай повеселимся!".
Этот раунд остался за Сийрином. Иттрий, закатив глаза, вздохнул и сдался, после чего мужчины поднялись с бревнышка и присоединились к строительству. И пусть поначалу степень энтузиазма у них была совсем разная, по ходу строительства Иттрий распалился и в игру всецело втянулся.
— Эй! Строй свой магазин игрушек подальше от моего арсенала! — шутливо шикнул Иттрий на Арма, когда тот попытался начать строить что-то свое впритирку к строению воина. Иттрий омыл свой арсенал любовью: стенки получились идеально ровные, и дверца была нарисована, и узкие окна-бойницы, и даже миниатюрная горгулья на крыше сидела. Горгулья, правда, больше походила на ворону, но на данный момент это никого не волновало.
— Это не магазин игрушек, это амбар для зерна! — насупленно поправил Арм и попробовал перенести строительство на территорию Рейна.
— А ну убирайся от моей скотобойни! — волчонок погрозил крестьянину кулаком. Арм сел на попу и принялся хныкать. Ну что такое, отовсюду гонят!
— А ты постройся у моего бор.. кхэм, гостиницы! — великодушно предложил Сийрин, — как раз будем твоим зерном моих гостей кормить.
Арм просиял, пододвинулся к целителю поближе и принялся строить в отведенном ему местечке рядом с "гостиницей". Кстати, "гостиница" была правда похожа на гостиницу — никаких непристойных скульптур орк не лепил, хотя периодически такое желание у него возникало.
Замок выходил на славу. Куча строений, высокие стены, украшения!
Рейн участвовал практически до конца. А потом пришел в себя, так же резко, как и стал малышом. Механически руки волчонка продолжали двигаться, пока он судорожно пытался сообразить, что он тут делает, не сошел ли он с ума, раз принял участие в престранной забаве. То, что Рейн вернулся в свою возрастную категорию, поначалу выдавали только расширившиеся от ужаса глаза, а где-то через минуту — и более явные действия.
Рейнгольд дернулся назад, опрокинулся и упал на локти, да попытался в таком положении отползти назад. Господи, какой ужас, какой позор! Он помнил, все помнил. Как рыдал, как землю ел, как Раде на ручки забрался, как Сийрина обнимал, как на Иттрия обзывался. Контакты с Радой и Сийрином были особенно позорными. Рейн, дите недоласканное, которому на самом деле жутко не хватало всяческих обнимашек, очень сильно стеснялся любого проявление нежности, расценивая ее как проявление слабости. А тут нате-ка, сколько всего натворил.
Щеки Рейна пылали алым румянцем, и вид был такой, будто он сейчас был готов расплакаться по-настоящему от унижения. Усугублял ситуацию Арм, который пускал пузыри из слюней и что-то напевал, показывая своим видом Рейну, насколько по-дурацки тот тоже выглядел совсем недавно.
— Это.. что за помешательство?! — Рейн говорил, задыхаясь. Волчонок резко вскочил на ноги и принялся яростно отряхиваться от земли. Чтобы отвлечь внимание от себя, он набросился на других, — вы... что делаете?! Вы правда лепите домики из грязи?! Все-таки съели тот психотропный салат, да?!
— С "салатом" проконтактировали только вы с Армом, — напомнил волчонку Иттрий. В голосе воина отчетливо звучало ехидство, — А мы тут, видишь ли, двух пупсов развлекаем. Рейн, тебе никогда никто не говорил не трогать незнакомые вещи руками?
Рейн все еще желал провалиться на месте от стыда. Он бы обязательно ушел в дом, громко хлопнув дверью, если бы не одно яркое желание: посмотреть, как Арм себя поведет, когда снова осознает себя взрослым. Может, посмеяться над крестьянином удастся.
Волчонок сел на землю (терять уже нечего), скрестил руки на груди и стал хмуро наблюдать за постройкой замка, которая все еще активно продолжалась.

***

Нет, спокойно полежать Ямерту у костра никто не дал. И Лилии тоже, которая сидела рядом у того же костра и почти что дремала, разморенная теплом и наконец-то наступившей тишиной.
Тихо-тихо, незаметно, к парочке подкрался какой-то цыган, уселся на бревно и издал громкий, высокий звук на инструменте, чем-то напоминавшем балалайку.
— Э, не спится в доме, красавица и добрый молодец? — весело протянул цыган, перехватил поудобнее "балалайку" и принялся яростно на ней наяривать бодрый мотив. Со стороны на этого цыгана зашикали другие, так что ему пришлось умерить пыл, но играть он все равно не бросил.
В таборе одиночества ну просто не существовало. Сейчас Лилия многое отдала бы за то, чтобы удалиться в абсолютно уединенное место, но это было невозможно. Не к волкам же в лес ей идти одной, в самом деле.
— Нет, — ответила Лилия. Цыган улыбнулся и продолжил играть. Надеясь отвлечь цыгана от игры, Лилия спросила:
— Скажи, а чем вы сегодня в деревне занимались?
— Много чем, — цыган говорил и играл, — вещи продавали. Вещи приобретали. Танцевали, пели. Истории рассказывали, судьбу предсказывали.
— Правда предсказывали? — в первый раз Лилия заинтересовалась чем-то в этом таборе. О цыганских предсказаниях весь мир говорил. Очень много было выдуманных, но те, что исходили взаправду от дара, сбывались всегда. Как же обстоит дело в этом таборе?
— Сама суди, красавица, — белозубо улыбнулся цыган, кинул короткий оценивающий взгляд сначала на Лилию, потом на Ямерта, — вернешь ты смерть. А волк-красавец скоро крепко ухватит зубами свой собственный хвост. Одно с другим накрепко связано.
И, продолжая играть, цыган поднялся с места и ушел в ночь. Его балалайка еще долго звучала.
Так Ямерт и Лилия в первый раз услышали Михэя. А цыгану сейчас даже не надо было заглядывать в свое будущее: он и так знал, что эти двое еще к нему обратятся.



Ты в земных зеркалах не найдешь своего отраженья.
Левая стена - Синий Лед, правая стена - Алый Огонь...
(с)


Лирика: Волчица Катерина впервые робко переступила порог Логова 7 марта 2007 года
 Анкета
Логово Серого Волка. Форум » Ролевые игры » Фантастический мир » По небесной глади во врата ада. (узурпировано Йошей и Призраком.)
Страница 83 из 93«1281828384859293»
Поиск:
 
| Ёборотень 2006-2015 ;) | Используются технологии uCoz волк